Полюби меня сильней.

Слышу голос из Прекрасного Далека, голос утренний в серебряной росе.       Первое, что услышал Шастун, приоткрыв занавес век. Это… Кажется, была его шизофрения от многочисленного чтения фанфиков по ночам. «Отлично. Кажется, я скоро сдохну», — Подумал шатен, вытащив наушники из ушей и взъерошив свою лохматую голову. Медленно привставая на локтях, парень нечаянно задел мобильный телефон, потерянный в гуще наволочек и подушек, переключая песню. Из наушников донеслась следующая песня, включенная на полную громкость. Комната тут же погрузилась в перворазрядный, а главное качающий трек: «Мы забрались в камыши, наебались от души. Нахуя нам эти ландыши». — Сейчас бы наебаться от души, а не всё это, — Пробубнил Антон, лениво вставая с кровати, параллельно выключая музыку.       Заметив периферическим зрением состояние аккумулятора, он гневно сжал и разжал губы, пытаясь сохранить спокойствие. Всё-таки идти в школу с разряженным телефоном, дело гиблое. «Чёртов школьный устав» — подумал парень, натягивая неудобную одежду. Антон, конечно, мог забить на него, пускаясь во все тяжкие. Ведь дело не только в форме, а в самом заведении, куда он ходит. Но он всё же решал действовать пассивно-агрессивно. Правила соблюдаем, а значит — отъебись. Но в форме он, конечно же, придёт только сегодня, а дальше как пойдёт.       Просунув ремень через пояс, Шастун поёжился от холода металла, дотронувшегося до его впалого живота. Натянув вечно спадающие штаны повыше, он прошёл к своему старому шкафу, доставая оттуда новейшую белоснежную рубашку, которую ему в подарок на первое сентября подарила и погладила тётя. Маму жизнь школьника не волновала от слова «совсем». Кстати о ней. Почему не слышно вечно жалующихся криков?       Закончив с одеждой, секунду посмотрев на своё унылое отражение в зеркале, Антон выдвинулся в сторону потрёпанной временем двери, которая на замок-то едва закрывалась. Аккуратно проскользнув в коридор, парень не слышал ни единого звука, не считая своего разыгравшегося сердца и ненормально громкого дыхания. Завернув в сторону кухни, шатен наткнулся на удивлённое лицо своей матери, стоявшей ровно также, как и он, выглядывая из-за угла. — Всё в порядке? — Подозрительно косясь, спросила женщина, наводя порядок на своём лице. — Будто тебе это интересно, — сухо кинул Антон, проходя мимо матери в ванную комнату. «Тебе никогда не была интересна моя жизнь. Зачем строить из себя заботливую мать?» — с отвращением наморщив нос, подумал парень, выдавливая зубную пасту на щётку, прошедшую Вторую мировую войну.       Стоя в ванной комнате, сложив руки в замок под горячей водой, Шастун прикрыл глаза, отдаваясь такому хорошему моменту, когда только он и приятное тепло, расходящееся по всему телу. Не всему хорошему суждено кончаться, верно? Поджимающее время так не думало. Вычистив зубы до крови в дёснах, шатен быстро уложил свои волосы, тут же взъерошивая их, превращая в гнездо. Выбежав из ванной комнаты, он мигом направился в свою комнату, чуть остановившись. В глазах потемнело и Антон чуть не упал в обморок, быстро найдя опору в виде стены узкого коридорчика. «Точно сдохну» — вспомнив первые мысли после пробуждения, «подбодрил» себя парень, еле-еле заходя в свою комнату.       Подойдя к рабочему столу, скидывая со стола первые попавшиеся тетради, листки и ручки в рядом стоящий рюкзак, парень подошёл к кровати. Аккуратно поднимая матрац, он достал помятую пачку сигарет, спрятанную между дощечками. Обернувшись к тумбочке, его ожидал последний штрих. Чёртов галстук, который обязали надеть на первое сентября. Смотря непрерывно на длинную вещицу из атласа, Шастун нервно сглотнул вязкую слюну, предвкушая все мучения, которые ему причинит завязывание этой чёрной удавки. Громко выдохнув, собираясь с мыслями, зелёноглазый взял галстук в руки и подошёл к зеркалу, начиная своё испытание, невольно думая, что если не успеет аккуратно его нацепить за тридцать секунд, то его собьёт машина. «А может ну его нахер?» — Подумал шатен, задумчиво выгнув бровь.       Справившись, как по протоколу, с данной вещью, Антон в последний раз посмотрел на своё отражение, направляясь на выход. «Что ж, утро не такое и плохое, как могло быть» — спускаясь по лестнице, весело перепрыгивая каждую вторую ступеньку, подбадривал себя он.       Первое сентября. Праздник для всех первоклашек, которые поступают в начальную школу, погружаясь в знания и более взрослую, самостоятельную жизнь. Они ещё не представляют, какого им будет через несколько лет, когда ничего, кроме учебников они видеть не будут. Праздник для всех, кто впервые увидит чёртову химию, предвкушая различные и специфические опыты, а по итогу, обыкновенный скучный трепет учительницы и куча писанины. И, конечно же, праздник для тех, кто подготавливается к изнурительным экзаменам и завершает это адское обучение.       День знаний выпал на теплый денёк. Каких-то семнадцать градусов, а казалось, будто все тридцать. Но Шастун знал — это ненадолго. Все прогнозы погоды так и твердили: «Антош тебе пизда», ведь синоптики обещают проливной дождь, который парень до жути ненавидел. Его организм был подвластен болезням, которые так и норовили захватить его тело. А всё было связано с тем, что в детстве ему вырезали какую-то херню, о которой он даже и вспоминать не думал.       Ступая по ровному асфальту, что было удивительно в его сером городке, он, не стесняясь, шёл, светя рукой с сигаретой между пальцев. Какая разница, что о нём подумают люди? На вид Антону было все восемнадцать, а то и больше, учитывая его синяки под глазами. Наверняка обычный трудящийся работник офиса, который работает не покладая рук. Выпуская ядовитый дым из лёгкий, шатен смотрел на пачку давно любимого «Филипп Морриса» прикидывая в голове, успеет ли он выкурить ещё одну до того, как дойдёт до ворот школы.       Заворачивая во двор, в котором находилось его заведение, Шастун не увидел подъезжающую машину, поскольку его взгляд манила следующая за ним попятам тень. Не слышал сигналящую машину из-за вставленных наушников, в которых набатом играла какая-то недавно вышедшая попсовая песня. И почувствовал бы дальнейшие неприятные ощущения, если бы не реакция и внимательность водителя, который вовремя остановился в паре сантиметрах от школьника.       Антон развернулся на пятках к лобовому стеклу, за котором был виден неотчётливый силуэт мужчины. Разглядеть его не удалось из-за солнца, которое лучами загораживало весь обзор. Но этого и не требовалось, ведь Шастун попросту выставил руку к капоту, показывая средний палец, а после продолжил путь, как ни в чём не бывало. «Чёртов галстук» — Вспоминая сегодняшнее испытание, невольно подумал подросток, улыбнувшись уголками губ.       Дойдя до школы, он глянул на время. До старта линейки оставалось предостаточно, чтобы скурить никотиновую палочку по второму кругу. Тем более, он уже заметил знакомый конский хвост, выделяющийся среди всей гаммы учеников. Правда ему повезло, ведь заметить Матвиенко было сложновато, в силу роста подростка. Он угрюмо стоял среди остальных, но завидев Антона, его лицо озарила довольная улыбка, а ноги рванули к другу, прорываясь сквозь толпу. — Привет, шпала! — Запрыгнув практически с ногами, обнимая парня, радостно заверещал Серёжа. — И тебе привет, коротыш, — Отвечая на объятья, захихикал Шастун. Скинув с себя одноклассника, парень отошёл на шаг, прикидывая что-то в голове. — Ты за лето вырос что ли? — Поместив пальцы на подбородок, задумчиво добавил он. Ответом послужил несильный удар кулаком по плечу и недовольное выражение лица парня. Сергей Матвиенко был неотъемлемой частью жизни Антона. Он являлся его лучшим другом. Когда конский хвостик перешёл в его школу, он сразу выделился на фоне шатена. Тот, в силу своей массы и поведения, в первый же день в школе задирал одноклассников. Даже на старшеклассников перешёл, пока его не остановила учительница по географии, грозящая походом к директору. Но всё же это его не остановило, когда до Шастуна начали докапываться эти же старшеклассники, явно выпроваживая свой гнев из-за Матвиенко на него. Шатен никогда особо не выделялся «подвигами» по избиению или травли кого-либо, тем более тех, кто слабее него самого. Если такие вообще имеются. Он предпочитал образ агрессивного тихони. Если были какие-то разногласия, он выпрямлял свою спину, а после с высока повторял одну и ту же фразу: «Какие-то проблемы?». При этом выгибая бровь таким образом, что противник сам скрывался с поле боя. Но в тот день такое не сработало, ведь обидчиков было попросту больше. Пока учительница по географии отлучилась в свой кабинет, они окружили Шастуна, грязно высказываясь о его внешнем виде, поочереди пихая в бока. Такое поведение не осталось не замеченным. Серёжа громко свистнул на весь коридор, привлекая к себе внимание всего помещения, тут же припечатываясь в одного из обидчиков. Потом его с силой оттаскивал физрук, который прибежал аж с первого этажа на крики. Итог таков: у одного из старшеклассников разбит нос, и он больше никогда не сунется ни к кому другому. Другие его дружки запуганы до смерти физиономией Матвиенко. А Антон подружился с этим прекрасным, следующим справедливости человеком. И дружит по сей день. — Пойдём попыхтим? — Предложил Серёжа, привлекая к себе внимание витавшего в облаках подростка. Кивнув в сторону небольших кустов рядом со зданием почты, парни одновременно зашагали к ним, беседуя о предстоящих выходных. Дойдя до зелени, пролезая в закоулок среди колючих насаждений, одноклассники достали по сигарете, прикуривая с рук Шастуна. — Димка, видимо, решил сегодня не появляться. — Недовольно буркнув, поделился мыслями Матвиенко, прихлопывая какую-то мушку на своём предплечье. — Я на самом деле тоже не хотел. Но мать очень порекомендовала не пропускать сегодняшний день знаний. — Цитируя слова женщины, наморщив нос, с отвращением произнёс Антон, стряхивая пепел в сторону. — Ага. И чтобы я тут один делал? — Удивлённо проговорил Серёжа, цепляясь взглядом в одноклассника. — Совсем очешуел, засранец? — Он засранец, — подтвердил голос за кустами. Спустя пару секунд громкого шелеста, на горизонте нарисовалась лысая макушка, пролезающая сквозь крапиву. — Сука! — Жалостливо завопил Позов, хватаясь за ладонь, облизнув её.       Димка Позов. Ещё одна неотъемлемая часть жизни Антона. Практически, как и Матвиенко, только намного серьёзнее и спокойнее. Если первый лезет в драку без разбора, дай ему только повод насладиться бойней, то второй действует хитро и рассудительно. Например, он однажды откосил от пиздюлей, используя свои знания в алгебре, пообещав обидчикам дать ответы на ближайшую контрольную работу. Но не всё так просто у этого человека. Если пахнет жареным, то очкарик превращается в ту ещё машину для убийств. Возможно, он дерётся не как боец ММА, в отличии от Серёжи, но рандомно помахать кулаками, заехав кому-то неслабо в челюсть, это он может. В общем, терпил вокруг себя не держим.       Антон много думал по этому поводу. Какого черта он не может защитить себя, как следует. Вон, ботан может о себе позаботиться, а огромная палка нет? Несправедливо. И стыдно… Как бы там не было, Шастун любит своего второго лучшего друга. И знает, что их дружба не закончится даже после смерти. — Мы уж подумали, что ты решил соскочить с линейки. — Просветил его в сплетни Сергей, туша сигарету подошвой ботинка, поддаваясь вперёд, приобнимая очкарика. — Так и было запланировано, но меня заставили, — обнимая в ответ куда-то в шею, проговорил Дмитрий. — Но я же «отличник», — закатив глаза, отстранившись, показывая кавычки, добавил он. — Скорее задрот. — Выкинув сигарету за спину, вник в разговор Шастун, приветствуя товарища. Он успел по ним соскучиться за последний месяц лета, в котором они разъезжали по миру, пока шатен стухал дома. — Три минуты до начала линейки. — Махнув в сторону выхода из кустов, сказал Позов, вылезая первым и огибая крапиву.       Стоя на ватных ногах на протяжении полутора часа, Шастун думал, что свалится наземь, бившись в конвульсиях от усталости, которую ему принесло данное мероприятие. Что такого в этих чёртовых линейках. Напутствие первоклашкам? Супер! А причём тут старшие классы, которым перпендикулярно на всё это зрелище?       Смотря на заворожённые взгляды по сторонам от подростка, он морщил нос. Им и впрямь приятно видеть, как шестиклашки бегают с тремя флагами, скрепляя их разными способами и вертясь, как сумасшедшие? Им и впрямь заходит то, как высокий парень из одиннадцатого класса тащит на плече маленькую девочку с колокольчиком, которая отбивает неприятный и никому не нужный шум?       Переведя взгляд на тех, кто был ближе всего – на своих одноклассников, он невольно ухмыльнулся. Все так изменились. Глядя на самую популярную девочку в школе, по совместительству его одноклассницу, он невольно ахнул от её изящности. Не зря постаралась – эффект сногсшибательный. Девушка накрутила аккуратные кудряшки, которые недурно переливались на солнечном свету. Чёрное платье с фартуком идеально смотрелось на её стройном теле, белые вставки соблюдались под школьный устав, а огромные бантики то тут то там, выражали свою изюминку в наряде. — Подними челюсть, Шастун. — Гордо подняв голову, довольно проговорила Ира Кузнецова, отдаляясь к хихикающим одноклассницам.       Мотнув головой, Антон повёл взглядом дальше по горизонту, натыкаясь на выделяющегося из всей гаммы парня. Тот стоял, слегка сгорбившись, приглаживая торчащую прядь тёмных волос ладонью. Выделялся он тем, что пришёл в свободной форме. Его тёмная кожаная жилетка и тёмные брюки вовсе не смотрелись посреди этой толпы. Браслеты, кольца и остальные украшения ярко отсвечивали лучи солнца, то и дело ослепляя людей поблизости. Новый пирсинг в левой брови, немного подчёркивающий его взгляд, и по-любому новая татуировка на теле, за которую его будут отчитывать не одну неделю. Куда же Эд Выграновский без этого.       Вернув взгляд к центру школьного двора, оставляя позади мысли о своих одноклассниках, Антон постарался вникнуть в суть стихотворения, которое тихим голоском пересказывал маленький мальчик. Спасением от всего этого зрелища стал их классный руководитель – учитель русского языка и литературы. — Скучаешь, Шастун? — Улыбаясь, выставив кулачок, спросил Павел Алексеевич, подойдя к подростку. — Ещё как, вы не представляете! — Жалостливо проскулил Шастун, отбивая кулачок. — Когда это закончится? — Закончится буквально через десять минут. Могу отвлечь вас новыми сплетнями, — по-хищному ухмыльнувшись, загадочно предложил мужчина. Завидев бурные кивки, подозвав парней поближе к себе, он полушёпотом продолжил. — У нас новый учитель по географии. — Да не… Вы гоните, — страдальчески заскулил Матвиенко, подняв брови. — Мы же ничерта на ней не делали, а теперь придётся? — Неверяще замотав головой, продолжил он, получая несильный удар в плечо. — Когда-то нужно начинать, Серёг. — Съязвил Позов, нахально улыбаясь, после чего стал отмахиваться от гнева одноклассника.       Антону было безразлично, кто или что ведёт данный предмет. Всё, что ему нужно было от данного предмета, находилось уже в голове. А на остальное можно было и забить. Ведь на кой чёрт ему познания различных морей, океанов и природные условия на планете, написание географических координат и количество осадков за ноябрь в Барнауле? Двадцать первый век на дворе, всё есть в интернете. Единственное, что его смущало, так это то, что учитель мог плотно заняться классом, который как и вся школа, отставала по полной программе. Ведь старуха, с которой он был знаком, ничерта не учила. Она тихо бубнила тему урока, а потом заставляла кого-то из класса продолжить вести урок с помощью электронной доски.       Спустя десять обещанных минут, Павел Алексеевич громко созвал свой класс, возглавил свою стройную шеренгу и повёл подростков в школу. Поднявшись на третий этаж, где находился их кабинет, мужчина вышел на пять минут, позволяя своему классу громко шуметь и выбирать свои места на этот год. — Как думаете, молодая и сексапильная учительница? — Мечтательно спросил Матвиенко, присаживаясь за третью парту у окна. — Все мысли об одном, — сев за парту рядом с хвостатым, с отвращением поделился своими мыслями Дима, доставая новую тетрадь, дневник и серый пенал. — Или ещё одна старуха, которая пока не ушла на покой? — Продолжил размышлять вслух парень, качаясь на стуле. Позов, помотав головой, стал записывать числа наперёд в свой дневник, наверняка, погружаясь в мысли о предстоящих двух уроках. Благо хоть пятница, а это значило, что завтра выходные, которые подросток планирует пробакланить с друзьями. Шастун, откинувшись на спинку стула, вставил один наушник в ухо, включая первый попавшийся трек на полную громкость, привлекая к себе ненужное внимание. Аккумулятор был на исходе, но хоть на какое-то время он сможет уйти из надоедливой серой реальности.       Моральное состояние парня в последнее время оставляло желать лучшего. На протяжении всего лета его нагружали по полной программе: от мелкой подработки, на которую Антон сам устроился, дабы позволять себе хоть что-то в этом сумасшедшем мире; до нереальных нагрузок дома, когда его любимая матушка не справлялась сама после многочисленных попоек с друзьями.       В один из дней он проснулся поздно ночью от того, что кто-то в его дворе истошно завывал, привлекая к себе внимание соседей. Выглянув в окно, шатен обнаружил свою мать в алкогольном опьянении, которая бегала по пустой детской площадке с каким-то мужчиной, спотыкаясь на каждом камушке. Ему ничего не оставалось, как на протяжении тридцати минут бегать за женщиной, слёзно умоляя её вернуться в дом, пока не вызвали полицию, ведь окна в доме уверенно загорались с каждой минутой. И таких историй было немало за каникулы. Попойки продолжались не только на тёплой улице, но и в его квартире. Так получилось, что его мать была сильно влюблена в одного мужчину, с которым она познакомилась в далёком прошлом. Их общение закрутилось в полноценный роман и разыгранную свадьбу. А после. После родился Антоша, который изрядно потрепал отношения в счастливой семье. Мужчина попросту был не готов к отцовству, отказываясь от своего ребёнка, поставив женщине выбор между ребёнком и собой. Она попыталась сохранить обоих, тепля в груди надежду на создание идеальной семьи, но всё было тщетно. После рождения маленького мальчика мужчина развёлся с женщиной, оставляя её одну с младенцем на руках. Это изрядно сломало его матушку, из-за чего та начала выпивать после работы, постепенно наращивая ненависть на своё чадо и всё большую тоску по бывшему мужу.       Её болезненные душевные чувства из-за отсутствия любимого человека были, видимо, услышаны, и через несколько лет, когда мальчик подрос, мужчина вновь вернулся к женщине. Беседуя на повышенных тонах за попойкой в честь воссоединения, они договорились на том, что он будет раз в некоторое время заезжать проведать женщину, и вновь выпить чего покрепче. Со временем всё стало усугубляться. Матушке Антона изрядно не хватало человека под боком. Крепкого мужчину, который бы ее обеспечил любовью и финансами. Алкоголь стал неотъемлемой частью её жизни. А попытки мальчика сказать ей, что бывшему мужу нужен только секс и компания на пьяные беседы, пропускались мимо ушей, заставляя её срываться на своего ребёнка.       Спустя шестнадцать лет их договор оставался в силе. Только появились и другие мужчины, добивавшиеся аналогичного словесного договора с женщиной. А отношения между подростком и матушкой были деловыми. Женщина даёт ему жильё, а шатен играет роль домохозяйки.

***

— Прошу минуточку внимания! — Зайдя в класс с каким-то мужчиной, громко проговорил Павел, привлекая к себе внимание. — Знакомьтесь с новым учителем по географии — Арсений Сергеевич Попов. — Объявил классный руководитель, сделав шаг назад, замолкая. Мужчина, прошёл по кабинету вдоль доски, тихо прокашлялся в кулак, а после заговорил: — Здравствуйте, ребята. Как вы уже услышали, меня зовут Арсений Сергеевич. Попросил Павла Алексеевича с вами увидеться, чтобы предупредить о том, что вы ребята взрослые, — слегка улыбаясь, произнёс брюнет. — На носу экзамены. Прошу заранее определиться с выбором моего предмета, чтобы мы начали готовиться, как можно раньше! — Забирая ключ из рук учителя, закончил тот. Голубоглазый поблагодарил коллегу за уделённую минуту и неспеша вышел из кабинета. — Теперь приступим к небольшому классному часу. — Отойдя к своему рабочему столу, серьёзно скомандовал Добровольский. Класс погрузился в довольно громкое перешёптывание, которое разбавлялось рассказом классного руководителя о расписании и не только. Шастун, сидя в немом шоке, провожал взглядом их нового географа, который ровным шагом направился на выход из помещения. — Охренеть. Не этого я ожидал, — развернувшись в пол оборота положив локоть на соседнюю парту, удивлённо произнёс Матвиенко. — Не такая сексапильная? — Подстёбывал его Позов, уклоняясь от летящей в него ручки. — Шаст, а тебе как мужик? — Злобно ухмыльнувшись, поинтересовался Серёжа, пихая соседа в бок. — Ни чем не выделяющийся. — Сухо ответил шатен, опуская голову, погружаясь в написание различных фигур на чистой тетради.       На деле Антон еле сдержался, чтобы протяжное «ахуеть» не вырвалось из его уст. Ведь их новый географ, и впрямь, вызвал у него неподдельный восторг. У них впервые такое пополнение в школе, не считая их классного руководителя. Молодой учитель с хорошо поставленной речью, приятным голосом, опрятно по-молодежному одетый. Ярко выраженные глаза голубого цвета, хорошо подтянутое тело… Несильно помотав головой, будто от боли, Антон направил своё внимание в другое русло, выходя из мыслей. Например, на Павла Алексеевича, который интересовался у класса, как те провели лето. Это было намного интереснее, чем какой-то учитель, которого подросток даже не знает, и вряд ли узнает куда ближе, чем следует.