***
Трепет. Нервный взгляд касается здания во дворе Пика Надежды, но чуть меньше размеров, чем основной корпус. Шуичи проходит внутрь, повесив пальто на крючок возле входа, а обувь кладёт в свободный шкафчик рядом. Сайхара сразу же натыкается на толпу школьников возле зала, находящегося прямо напротив входной двери. Гул ребят не утихал. В нескольких шагах от толпы удалось обнаружить Каеде. Взгляды пересекаются, и та махает парню рукой, привлекая внимание. Шуичи подходит к ней, подмечая необычный наряд: розовое платье, аккуратно облегающее фигуру, а поверх бардовый пиджак. Волосы распущенные, челку убирает светлый ободок с розой. – Давно пришёл? – Нет, – вновь обернулся к толпе, – Вас ещё не пустили? – Не-а, Ёнага-сан готовится, – подмечает та, – Ну, обещала ещё пять минут и всё, – задумчиво тянет она, – Кстати, не видел Ому и Харукаву? – А? Нет. – Ох! Ты выглядишь довольно неплохо, – она усмехнулась, – Думаю, "ему" понравиться. Сайхара смущённо улыбнулся, опустив взгляд на свой костюм: коричневые тона пиджака и брюк, достаточно интересно почитались с жёлто-оранжевым в полосочку галстуком и белой рубашкой. – У меня ещё есть... – из кармана достаёт монокль, – Вот. – О! Надень! – загорается интересном, – Ты будешь как настоящий детектив! – Это слегка... Старомодно... – Нет! Надевай, быстро! – девушка нахмурилась. – Ладно...! – повинуется, стараясь зацепить всё правильно, – Ну? – Отлично, – показывает пальцем "класс". А затем снова оглядывается по сторонам, стараясь обнаружить хоть кого-нибудь нужного, – Харукава задерживается. Надеюсь она прийдёт... Я хотела кое-что ей подарить. – Да? Что же? – Ну, думаю, тебе можно это рассказать, – из кармана пиджака достаёт сиреневый кулон, свёрнутый в пакетик, – Вот. – Оу, это довольно мило, Акаматсу-сан, – осматривает подарок, – Я думаю ей понравится. Когда ты собираешься подарить? – После выступления– – Заходите! – двери распахнулись, и Ёнага в золотом платье покружилась вокруг своей оси, – Осенний бал официально начинается. Все входят в зал, постепенно заполняя просторы. Шуичи и Каеде двинулись к столикам с угощениями. – Внимание! Сейчас будет любимая песня Юмено-сан! – разносится в колонках. Всё глянули на сцену. У диджейской стойки разместилась абсолютный боец айкидо. – Чабаширо... Диджей...? – удивилась Каеде. – Да! Она умоляла меня взять её на эту роль, – между Шуичи и Каеде проявилась Анджи, – Нууу, она моя подруга всё-таки, – протянула та, – О! – девушка повернула голову на Шуичи, забрав монокль, стала разглядывать его, – Воу! Я возьму? Ненадолго? На вечееер. – А! Ну... Можешь. Только верни. – У нас будет вечер песен для Юмено-сан, – хриплый женский голос... Неужели... – Харукава! – восклицает Акаматсу, обернувшись, тут же набрасывается на девушку в красном платье, – Ты такая красивая! – А... Я... Ну... Задержалась немного... Готовилась... Вот, – объятия сковывают, но Маки отвечает на них. Каеде отпускает, пальцами проводит по волосам. – Тебе идёт эта причёска. – Да...? – Именно, никогда не видела тебя такой, – кивнула она. Маки лишь отводит взгляд, стараясь выдавить из себя тихое "спасибо". Каеде улыбнулась на это, а после огляделась, посмотрев на Шуичи после, – Омы всё ещё нет. – Да... – Он скоро подойдёт. Я его видела у входа. Он на улице, – что-то странное было в голосе Маки. Какая-то недосказанность. – Что он там делает? – Шуичи тут же глянул на воспитательницу. – Потерял что-то. Сказал, чтоб я шла дальше. Хотя мне и не хотелось помогать. – Может мне сходить к нему? – собрался направиться в сторону выхода, как вдруг Маки вцепилась в его руку. – Нет, – девушка резко остановила его, – Просто жди. – Ну... Ладно, – взяв ещё одну закуску, с недоверием осмотрел Харукаву. Что-то тут не так...***
– Каеде! Твой выход! – Анджи вновь как будто вылезла из-под земли, тем самым напугав. Акаматсу отпускает руку своей спутницы. Каблуки стучат по подиуму. Девушка садится перед пианино, поставив пальцы на клавиши. Расправив плечи, направляет сосредоточенный взгляд вперёд. Она помнит мелодию. Она помнит ритм. Она справится. Выдох. И под её пальцами заиграл приятный ушам мотив. Сердце Шуичи улавливает эти ноты, словно зовущие куда-то. Он стоит в углу зала, прямо рядом с выходом, а затем смотрит в открытые двери, прямо на холл...Кокичи. Глаза округлились. Ома тут же повернул голову. На его лице читалось удивление и неожиданность. Шуичи делает несколько уверенных шагов навстречу, а парень чуть ниже продолжает стоять на месте. – Ты пришел... – констатирует факт, а после слабо улыбается, – Но почему задержался? – А... Сайхара, я всё скажу, но попозже, – снимает пальто, вешая на свободный крючок: его костюм белый, выделяется лишь фиолетовая рубашка и клетчатый галстук. Кокичи протягивает парню руку, в которую Сайхара кладет свою ладонь, – Идём в зал. – Акаматсу должна будет сыграть ещё одну композицию позже, – парни вошли в зал, Шуичи стал говорить чуть тише, чтобы не мешать слушать остальным прекрасное сочетание нот, – Сейчас и... После ещё одного выступления с фокусами от Юмено-сан. – Вот как... Ясненько. Без меня здесь было очень скууучно, да? – Немного, – улыбнулся он. – Ты места себе не находил? – Тебя я тоже не мог найти. – Я никогда не бываю далеко от тебя, – эти слова заставили обратить на себя внимание своим смыслом. Они отпечатаются в голове Шуичи.***
Юмено очередной раз падает, а все остальные смеются, пока подружка Тенко старается всё исправить. И всё же... Это намного сложнее, чем на репетиции. – Ома, – тихий голос Маки заставляет обернуться. Кокичи глянул на Сайхару, который вместе с пианисткой смеялся. Можно отойти. Парень и девушка вышли из зала, спрятавшись за дверным проёмом в него. Их так вряд ли заметят. – Скажи, где ты был? – Нууу, с момента нашей встречи на улице я и оставался там, – задумчиво произнес он, – Потом зашёл. – Но что ты делал на улице? Ты ведь не дал внятный ответ. – Искал клад. – Чего? – Я не знаю. Я не хотел заходить, – скрестил руки на груди, – Буду честен, я собирался уйти домой, как только пришёл. – Из-за Сайхары? – Частично. Но ничего плохого не произошло. – В чём дело? – Это не совсем твоё дело, дорогая Харукава, – уголки губ приподнялись, – Можешь не волноваться за Сайхару, ему точно ничего плохого не грозит. – Ты не расстанешься с ним? – Нет, – усмехнулся, – Могу сказать больше, чтобы удовлетворить твоё любопытство: я его люблю намного сильнее, чем думал, простоооо надо кое-что решить. – Как скажешь, – облегчение. Маки запомнила секунду, когда буквально восстанавливала дыхание возле здания, а ей на глаза попался Кокичи, который резко повернул голову на неё, стоя возле двери. Она задала вопрос о том, почему он не заходит, но ответа не получила. Смирившись, вошла сама, но дала себе слово узнать всё позже. – А ты почему опоздала? – Я... Собиралась, – опустила взгляд, – Я хотела выглядеть хорошо, чтобы Акаматсу-сан понравилось. – Ахх, ну, выглядишь действительно неплохо, – протянул девушке руку в белой перчатке. Та пожала ладонью в сетчатой черной. – Ага, спасибо. – Не волнуешься? – поднял взгляд на Маки, которая выглядела так же спокойно, как и он. По крайней мере снаружи. – Неважно. Кокичи не стал допытывать ответ дальше. – Скоро номер твоей возлюбленной, не хочешь пропустить, правда? – отпускают руки друг друга, – Лучше нам здесь не задерживаться. – Ты прав, – привычным тоном отвечает она. – Спасибо, – заходят в зал, расходясь в противоположные стороны. Взгляды вновь пересекаются, оба кивнули друг другу, чуть улыбнувшись. Кокичи не так уж и плох? Ома не может наблюдать за шоу, ему это неинтересно. Он лишь ищет ближайший угол, в котором можно спрятаться и... Остаться с Шуичи наедине. Сегодняшний день слишком особенный по ощущениям.***
Каеде вновь приглашают на сцену. – Подойди потом закулисы... – шепнула она, смотря на Харукаву. – Хорошо, – та улыбнулась, отпустив пианистку, но в глазах виднелось лёгкое удивление. – Удачи, – Сайхара кивает, пересёкшись взглядом. – Давай! Вперёд, Акаматсу-чан! – крикнул Кокичи, обхватив руку детектива. Девушка усмехнулась, продолжая двигаться к сцене. Свет приглушается. Атмосфера расслабляется, постепенно подталкивая на действия. – Ома-кун... – проходит мгновение, прежде чем Кокичи чувствует соприкосновение с собственной ладонью. Шуичи тянет его куда-то в угол зала. В подсобное помещение? Они входят вместе. Лампочка слабо освещает всё вокруг. Дверь закрывается. Звуки из зала всё ещё слышны. Отлично. – Я надеялся, что ты сможешь застать первый номер, но... – Знаю, я пришёл на его середину. – Почему ты опоздал? – Ну, – подходит ближе, поставив руки на плечи парню, – На самом деле я... Я не знаю. – Что? – Я пришёл вовремя, но не мог решиться войти. Если бы не опоздавшая ассасинша, возможно я бы ушёл, – серьёзный взгляд переводит в сторону, – Увидев как она вошла я тоже решился. – Но... Почему? – беспокойство поразило отчётливо. Шуичи правда не понимает. Ему сложно догадаться, что происходит с хрупкой душой перед ним. – Я не мог успокоиться. Почему-то именно сегодня не мог, – он ещё ниже опускает голову, – Веришь мне? – Верю, – выдыхает, – Я тоже не мог, но... Мне хотелось, чтобы ты пришёл. Потому что... – он замолк, вслушиваясь в звуки из зала. Мелодия уже началась, – Я хотел пригласить тебя на танец. – А…? Ты...? – тут же поднял голову на Шуичи. – Да, – четко отвечает, сосредоточено смотрит, понимая, что возможно слишком серьёзен для такой простой вещи, но он не может иначе. Рука оказалась на талии Омы, вторая же взяла теплую ладонь. Кокичи не сопротивлялся, легко реагируя на внезапные действия. Слышится музыка... Оба делают небольшие шажки, основываясь на площади комнаты, но даже неумелые движения не слишком мозолят глаза. Влюбленные зрачки парней встречаются и что-то сильное вновь бьёт по чувствам Лидера, заставляя растрогаться. В танце Кокичи прижимается ближе, на что Сайхара реагирует улыбкой. Приятно... Пианино затихает. Парни останавливаются. Ладонь Кокичи сжимает чужую крепче. Ома прижимает детектива к дверце. Его дыхание участилось. – Сайхара-чан... – Кокичи, – свободной рукой касается щеки парня, поднимая тому голову, – Что случилось? – Ч-чёрт, – выдает он, – Я просто... Просто... Хааа, ничего не случилось, – он попытался выдавить улыбку. – Послушай, – Кокичи вновь смотрит на это выражение лица. Ещё немного и он правда не выдержит. Что-то давит на горло, заставляя сказать истинную причину своего поведения. Но она такая глупая. – Ты можешь не волноваться за мою реакцию... Я не думаю, что ты сделал что-то настолько ужасное, – рука коснулась волос. Поглаживает, – Не бойся. Я правда пойму тебя, что бы ты не скрывал. – Сайхара-чан, ты мне нравишься, знаешь ведь? Но... Сегодня... – слеза... Что происходит? – Сегодня я понял, что ты мне нравишься больше обычного... По-настоящему, – обхватил руками талию, лицом спрятавшись во впалую грудь. – Ты серьёзно...? – хихикнул, – Всё в порядке. Это действительно... Мило, – обнимает за шею, – Я тоже стал относиться к тебе... Лучше. Я люблю тебя... Ома продолжал молчать, но было ясно, что он всё слышал. Тяжесть появляется во всём теле, сложно продолжать стоять. – Шу-чан, – Ома отстраняется от объятий, тянет за руку на себя. Кокичи садится на один из деревянных ящиков углу, благодаря чему сравнял головы обоих, – Ты бы хотел почувствовать незабываемое удовольствие? – О чём ты говоришь? – рот слегка приоткрыт, видно недопонимания. – Нууу, – рука обхватила галстук, медленно притягивала к себе для поцелуя. Сайхара обхватывает тонкое запястье, в то время как лидер продолжая держать галстук, аккуратно расстёгивает пуговицы белой рубашки, находя их на ощупь. Отстранившись, рука Омы перемещается на талию, забираясь под рубашку, притягивает к себе, – Шу-чан, ты знал, что я вампир? – слегка наклонив голову, приблизился к шее, укусив. – К-Кокичи... Это было неожиданно... – Я знаю, – усмешка, а после новый укус, – Сегодня ты непривычно сладкий... – Это звучит довольно странно, – сквозь смущение произносит он, – Но... Ты уверен, что мы можем делать здесь такие вещи? – Ты не хочешь? – Я волнуюсь, – он повернулся на дверь, – Здесь правда небезопасно, – тревога в глазах, заставляет Ому остановиться. – Ты прав, – с сожалением выдыхает, – На выходных... Придешь ко мне? – Да, – кивает, возвращаясь к Оме, – Ты правда хочешь сделать... Это? – А ты? – Я думаю, что не буду против попробовать с тобой, – его щеки становятся красными. – Отлично, – он вновь стал увереннее, – Мы справимся просто прекрасно, Шумааай, – ехидно улыбнулся. Лёгкий поцелуй в губы, который дарит Сайхаре успокоение. Он доверяет лидеру.