Неожиданность, перевернувшая всё

      Сегодня Жан освободился пораньше ради того, чтобы сделать Марко сюрприз, ведь у последнего сегодня день рождения. Утром он не успел поздравить, поскольку Марко удрал на работу раньше Жана, поэтому он захотел подготовить небольшой подарок ему. Он отпросился с работы и побежал в магазин за всем необходимым. Сегодня Марко задерживают на работе, о чём последний отписался сегодня утром: Марко любимый, 9:37 представляешь, они смеют заерживать меня в моц день рождения, ужас сегодня так много работв. ты был прав, нужно было взять отгул.

Жан Кирштайн, 9:38

а я говорил, солнце! ну, ничего, мы в любом случае ничего поделать с этим не можем, остётся лишь работать.

ладно, я побежал, удачи, любимый, пиши, если что!

      Выйдя из магазина, Жан сел в такси, дабы побыстрее отправиться домой, ведь сейчас час-пик и он ничего не успеет. В его пакете лежали коржи, крем, сгущёнка - любимая сладость его веснушчатого парня, а также вишнёвый сок, который Марко просто обожал. Проезжая городские высотки, он посмотрел на время, прикидывая сколько времени уйдёт на подготовку, и через сколько прибудет курьер.

***

      В попытках разобраться с рецептом, Жан не слышал свой разрывающийся телефон. Незнакомый номер звонил уже 14 раз, надеясь, что хоть кто-то поднимет трубку. И вот, на 15 раз Жан всё-таки услышал рингтон, доносящийся из кармана пальто.       - Алло? - ответил Жан, ожидая ответа.       - Здравствуйте, это Жан? - спросил незнакомый парню женский голос, трясущийся от волнения. Жан не смог бы подтвердить это, но он буквально почувствовал тревогу в её голосе. Не зря его постоянно называли достаточно эмпатичным человеком.       - Да, всё верно, - произнёс Жан, думая о том, кто это и что могло произойти.       - Я Ханджи Зое, хирург, проводящая операцию вашему молодому человеку - Марко Бодту. Сегодня в 16:17 он попал в автомобильную аварию. Одна из машин врезалась в капот автомобиля вашего молодого человека. Кто-то из очевидцев вызвал скорую и его доставили к нам в больницу. К сожалению, у меня для Вас плохие новости, - проговорила девушка, надеясь, что донесла информацию до парня корректно. - Эй, Вы здесь? Вы в порядке? Ответьте, Жан! - протораторила Ханджи, ожидая ответа.       - Да, я здесь. В какой он больнице? - спросил Жан, сдерживая нескончаемый поток слёз.       - Больница им. Йегеров, Илмвуд Авеню 2207.       - Спасибо, мисс. Скоро буду, - ответил Жан и сбросил вызов.

***

      Доехав до больницы в полном непонимании, Жан вышел из такси, оставив деньги на сидении. Зайдя туда, он подошёл к ресепшену, напугав медсестру.       - Марко Бодт, 16.06.1999. Какая палата? - проговорил Жан, не поздоровошись с девушкой.       - И вам здравствуйте, - сказала девушка, цокнув, - 3 этаж, 104 палата. Он в стабильном состоянии, не переживайте, - ответила девушка, провожая парня взглядом. Жан буквально бежал по лестнице, перепрыгивая ступени настолько, насколько его деревянная растяжка ему позволяла это сделать. Добежав до нужной двери, он аккуратно в неё постучал, но никого в ней не обнаружил. Не поняв, что вообще здесь происходит, он вышел из палаты и пошёл вдоль коридора к лестнице. Заметив женский силуэт в халате, он окрикнул его:       - Извините, можете мне помочь? Я приехал узнать, что произошло с моим молодым человеком, Марко Бодтом, девушка на ресепшене сказала мне, что он лежит в 104 палате, а там никого не оказалось. Не подскажете, что мне делать?       - Так..подожди, ты случаем не Жан? - спросила девушка?       - Да, всё верно. А откуда Вы.., - спросил парень, ожидая немедленного ответа.       - Это я тебе звонила, я Ханджи. Послушай, парень, сейчас Марко находится на операции, мы подключили лучшего хирурга нашего штата, так что сейчас нужно только ждать. Операция длится на протяжении 1,5 часов, и пока прогнозы неутешительные. Эрвинка делает всё, что может, а остальное зависит от твоего парня. Сейчас я хочу предложить тебе выйти подышать свежим воздухом и выпить кофе, идёт? - проведя краткий экскурс по ситуации, Ханджи взяла под руку парня и направилась к лестнице, чтобы покинуть лечебное учреждение.       Дойдя до ближайшей пекарни, они с Ханджи разговаривали. Хотя, наверное, было бы правильнее сказать, что она вела монолог, а Жан периодически вставлял "ага", "понятно" и прочее. Сев за столик, Ханджи сняла своё пальто и направилась к кассе, а Жан остался сидеть за столом. Взяв телефон в руки, он отписался матери Марко, что последний в больнице и что, если она хочет приехать, то может подъехать к пекарне. В этот момент, Ханджи уже вернулась и продолжила свой монолог. Вставив очередное "угу", она закончила свою речь и отпила какой-то напиток из своего стаканчика.       - И как вы давно вместе? - внезапно спросила девушка.       - Почти 6 лет. Сегодня его день рождения, а я даже не успел поздравить его. Я хотел приготовить его любимый торт, и мы бы вместе провели его день вместе, как обычно, но стечение обстоятельств изменило мои планы, - ответил Жан, поджав губы, дабы слёзы не вырвались наружу.       - Сочуствую тебе, парень. Но не нужно огорчаться, ведь над ним колдует лучший хирург штаба - Эрвин, он знает своё дело. Изначально, я должна была проводить операцию, но посчитав, что моих навыков будет недостаточно, попросила меня заменить. А я, между прочим, в 10-ке лучших врачей Пенсильвании. Эрвин на 1-ом месте, а я на 4-ом. Поэтому, как можно понять, он - профессионал своего дела. Не расскажешь, как вы познакомились? - сказала девушка, ловко меняя тему.       - Это было забавно. Я был в десятом классе, а он в девятом. В один из дней я задержался в школе и вышел оттуда достаточно поздно. Проходя мимо ворот, я услышал, как кто-то кричит с задних дворов школы и решил посмотреть, что там происходит. Хочу добавить: я не был каким-то бандитом и хулиганом, но всегда старался помочь тем, кому была необохдима помощь. Некий синдром спасателя во мне был, поэтому я и решил проверить происходящее. Дойдя доттуда и спрятавшись за коробку с песком, я увидел, как один из одиннадцатиклассников избивает его. По рыжей макушке я сразу понял, что это за парень. Он был местным "хулиганом", если его вообще можно так назвать. Ну а дальше всё понятно - я ввязался с ним в драку, врезал ему хорошенько, так сильно, что Флок - так звали его, убежал. Помог подняться Марко и пригласил его к себе, чтобы он привёл себя в порядок. Дальше у нас завязалось общение, мы стали лучшими друзьями. Общались около двух лет, и на вечеринке в честь окончания его школьных лет мы впервые поцеловались и начали отношения. - закончил свой монолог Жан, проделывая дырку в столе.       - Это впечатляет. Ты молодец, Жан. А что стало в итоге с этим парнем? Лфок или как там его..? - спросила Зое.       - Флок. Я заставил написать Марко заявление в полицию, а дальше с ним разбирались уже они. Мы предпочли не вникать и избегать эту ситуацию всеми силами, поэтому я даже не помню, чем вся эта заварушка закончилась, - ответил Жан и дёрнулся от звука уведомления.       - О, это, наверное, Эрвин, - проговорила девушка, потянувшись в карман пальто.       Эрвинка, 20:24 У меня не очень хорошие новости. Возвращайся в ординаторскую и мы обсудим операцию. Я так понял, что ты вместе с его парнем. Ему ничего пока не говори, приходи в больницу.       Оторвавшись от дисплея, Ханджи встала выкинуть свой стаканчик и принялась натягивать пальто.       - Это был не Эрвинка. Но предлагаю вернуться в больницу и узнать, как у них дела. Согласен? - протараторила девушка, обернувшись на меня.       - Да, конечно, давай! - ответил Жан, вставая из-за стола.       Дорога до больницы заняла около 10 минут, и сразу же, как они пересекли порог, Ханджи метнулась к лестнице, ничего не сказав. Ладони начали потеть, а в голову лезть негативные мысли. Приметив лавочку около ресепшена, Жан направился к ней и сел, ожидая хоть каких-то вестей.       Спустя 1,5 часа ожидания, которые длились отвратительно медленно, он услышал шум шагов, исходящих с лестничной клетки. Надеясь, что это Ханджи или же Эрвин, - да, Жан знал, как он выглядит, хотя даже ни разу с ним не встречался, но Зое показала ему фотографию, - он выпрямился, устремив свой взгляд на дверь, которая вела на лестницу. Увидев женский силуэт, он сразу узнал его. Встав с лавочки, он побежал в сторону Ханджи, надеясь услышать хоть какую-то весточку, ведь та оставила его буквлаьно без ничего, удрав наверх.       - Э..эм, Жан, у меня не очень хорошие новости. К сожалению, Марко покинул нас. Мы не смогли ничего сделать. Прошу прощения, - сказала девушка дрожащим голосом, а по её щеке скатывалась предательская слеза.       - Он что-то сказал напоследок? Он был вообще в сознании с начала операции? - спросил Жан, надеясь хоть на какой-нибудь ответ, прекрасно осознавая, что он не мог быть в сознании, ведь ему наверняка вводили наркоз, но в душе он надеялся хоть на что-то.       - К сожалению, нет. Мне очень жаль, - ответила девушка, прикрывая лицо руками.       - Спасибо за потраченные силы, Ханджи. До свидания, - проговорил Жан и удалился прочь.        Он еле сдерживал слёзы, но переступив порог выхода, он выпустил все накопившиеся эмоции наружу. Он начал рыдать, паралелльно занявшись самобичеванием, ведь он даже не успел поздравить с днём рождения. Да к чёрту этот день рождения, последний раз он видел своего парня живого вчера! И самое отвратительное, что они даже не обнялись, ведь Жан в этот момент уже засыпал, а Марко вернулся достаточно поздно. Засыпая, Жан рассчитывал, что наступит сегодняшний день, они проведут его вместе с веснушчатым парнем, но судьба решила иначе, и это отвратительно больно. Вернулся Жан домой около полуночи. Взяв свой телефон в руки, он увидел сотни пропущенных от Эрена, Микасы, мамы Марко, своей мамы. Решив, что ответит им завтра, он, сняв пальто, лёг в кровать и заснул с отвратительными чувствами внутри. Одиночеством и чувством утраты. Он больше никогда не сможет обнять его, никогда не увидит его озаряющую, словно лучи солнца, улыбку. Никогда не будет сидеть с ним за одним столом и есть омлет, приготовленный Жаном. Не сможет смеяться до боли в животе, услышав шутку от Марко. Его больше нет. Нигде нет. И Жан не знает, что ему теперь делать. Он потерял свой смысл жизни, ведь только Марко и его поддержка держали Жана на плаву все это время, а теперь он потерял его. И больше никогда его не увидит. Разве что, в гробу.