Страж старого дома

Дэрил остановился. Принюхался. Нос может узнать больше, чем глаза — это он выяснил ещё давным-давно, во времена первых вылазок, когда был семилетним сопляком. Плесень. Сырость. Грибы. Тут никто не живёт, раз нет запахов дешёвого пойла и мокрой одежды. Местные бездомные собираются у заправки, алкашня бухает в пивнушке Билла, а подростки скорее полезут в закрытый на ночь парк аттракционов, чем будут шляться по непроходимым лесам. Оглядел кусты, деревья: нет ли сломанных веток? Ниток, выпавшего из карманов мусора? Ничего. Тут никого нет, и никто не посягнёт на добычу Дэрила. Тихо шагая, так, чтобы не услышал ни зверь, ни человек, представлял, как доберётся до заброшенного дома, который прятался за кривыми стволами с тех далёких времён, когда по Джорджии бродили испанцы. Про дом этот рассказал Мерл. «Эй, малой, гони сигу» — пробухтел тогда и бахнул по спине. — «А то не расскажу, где тут живут призраки. Спорим, они такие же прыщавые девственники, как ты?». Любой бродяга, кем считал себя Дэрил с детства, знал: в старых хибарах могло храниться богатство. Золотые часы, картины с напыщенными дамами — всякие безделушки, которые можно оттереть от пыли и продать в каком-нибудь месте, куда не падает свет. А вырученных денег хватит на месяц еды им с братом и отцом. Чаща отступила и подпустила путника к цели. И заходящее октябрьское солнце осветило величественное, но полуразрушенное строение: каменные стены частично обрушились, а остатки кованного забора с фигурами летучих мышей на пиках уже давно не могли никого остановить. Не остановили и Дэрила. И тот, аккуратно перешагнув через поваленную калитку, ступил на земли, хранящие сокровища. При виде приоткрытой входной двери сердце счастливо забилось, подобно птице перед взлётом. Ещё чуть-чуть, немного! Ещё… — Далеко собрался? Пригнуться! Инстинкты толкнули Дэрила отпрянуть от внезапной угрозы, но он не успел — и за плечи схватили с медвежьей силой. Это наверняка смотритель — вспомнить слова, которые выручают — принять опасный вид. — Отпусти, — тихо сказал Дэрил, угрожающе опустив голову. — Неа, — с насмешкой отозвался голос. Раз! И смотритель повернул к себе лицом. Это точно не смотритель, пронеслось у Дэрила в голове, пока он оторопело осматривал врага. Огромный, как двухметровый мужик, с рогами и крыльями. Только это не мужик. А каменная статуя. Так, Мерл снова накачал его дрянью, вот и видится всякое. — Сражён моей красотой? — гоготнула живая статуя. — Уйди. — Надо же, как лаконично. Мне, великому Нигану, что, стоит обидеться на такую грубость? — в каменных глазах искрился смех, пока в плечи пленника впивались когти. — Если у тебя яиц нет, то валяй. — А знаешь, ты мне понравился. Обычно, стоит только мне порычать, как грабители, мнящие себя гениальными ворами, тут же ссут в штаны. Вот такая работа у меня. И тут вдруг нарисовался ты, — Дэрил ощутил, как его без труда подняли на уровень глаз. — Не боишься, дерзишь. Интересно. Какой же он болтливый, сил уже нет. Есть хороший способ заткнуть этот фонтан, всегда срабатывал на балаболах. Бух! Кулак влетел в гранитные зубы твари. Дэрил не знал того обилия слов, которого хватило бы, чтобы описать, насколько же обалдела статуя. Миг — и на морде появилось выражение до того звериной ярости, что показалось, чудовище сейчас бросится и загрызёт своего обидчика. Но лишь миг — и на лице Нигана снова появилось весёлое выражение. — Я же говорю, понравился. Женой моей будешь. Женой? — Чё ты несёшь? Я не баба. Ухмылка в ответ, и прямо под ногами из-под земли стали вырываться бетонные плиты. Сбивая на своём пути камни, росли и росли, подобно гнилым зубам. Что. Как такое возможно? Пнул одну из них, но та и не покачнулась. Полминуты безумия — и на территории старого дома появился сарай. Дэрил успел только услышать «Поживи-ка тут, пока не подчинишься», как его запихнули внутрь. Он в плену каменного мешка. Заперт. Позволил себя поймать, а вот Мерл точно напихал бы гвоздей в задницу этого мудака. Встал с холодного пола, неуверенно коснулся двери. Точно ли закрыта? Наглухо. Ладно. Ладно. И не из такой задницы выбирался. Улучит момент, когда Ниган будет дрыхнуть или мечтать о своём величии, и выберется отсюда. Никто не удержит Дэрила Диксона. И уже точно не подчинит.