По своему

Ген любил выделяться. Новый маникюр, красивый свитер, каждый день новый образ. Ему нравилось постоянно меняться, и не заметить это мог только слепой. — Сенку-чан, как тебе моя новая прическа? Кажется, Ишигами даже не оторвался от микроскопа, кинув ленивое «А разве она не такая же?» — Я челку подстриг, она мне уже в глаза лезла. — Наигранно надув щеки, сказал парень. Сенку и вправду не интересовал внешний вид людей, он не замечал такие мелочи как новая одежда или цвет ногтей. Или, точнее сказать, не акцентировал на этом внимание. Ген не был уверен, помнит ли Сенку хотя-бы его день рождения. Про четырнадцатое февраля он узнал уже от Асагири, и то, когда он вручил ему подарок, до последнего надеясь что его парень просто придуривается, что забыл, но чуда не случилось. — Зачем для этого особый день, если мы можем делать это и так в течение года? После этого Ген неделю с ним не разговаривал. Просто невозможно быть настолько далеким от романтики и отношений. — Ты красивый. — Это комплимент? — Это факт. Неважно что он не знал любимый цвет или число Гена. Сенку не верил в нумерологию, и любил его по своему. — Ты чего тут расселся? На лестнице простынешь. — Ты дурак, Сенку-чан. Мог бы и изучить матчасть отношений и проявить хоть немного эмпатии для вида. Он повернулся к Ишигами чтобы посмотреть в глаза, но ему в лоб ткнули холодной банкой колы. — Что это? — Это тебе. Ты сегодня не пил её. Быстро скрыв удивление, он взял банку в руки и поставил на ступеньку к ногам. В голове что-то не сходилось. — Почему кола? — M? — Ну в смысле, почему не миринда, или холодный чай? Почему ты взял колу? — Потому что она тебе нравится? Такой простой ответ, но Ген улыбнулся. Сенку не было видно, но Асагири искренне улыбается. — Не помню, чтобы таскал бутылки в твою лабораторию. Как узнал? — Секрет фирмы. Может, он и не говорил много теплых слов, или не акцентировал внимание на мелочах, но он правда любил, и делал это по своему. На своём языке.