Лечебница

Я проснулся но не открывал глаза от страха. В голове было жуткое эхо голосов, окружающее меня и в котором я не мог распознать ни единого слова, что вызывало во мне еще больше жути. Немного погодя, шумы успокоились, но стало слишком тихо, сердце бешено заколотилось и я открыл глаза, резко сменив положение лежа на положение сидя. Моим глазам открылась незнакомая мне комната, каждый предмет интерьера был белого цвета, окна казались муляжом, из которых бил искусственный свет, а на потолке была единственная лампочка, свисающая с потолка на проводе. К слову об интерьере, его здесь было не очень-то и много: кровать на которой я лежал, стол с какой-то брошюркой и рядом тетрадь с ручкой, на стенах были несколько картин с изображением природы. Отойдя от шока, вызванным полной тишиной я встал с кровати и начал активнее изучать интерьер. Обойдя свою комнату и не найдя ничего подозрительного ни в картинах, ни в окнах я снова сел на кровать и открыл брошюру, лежащую на столе. «Добро пожаловать в лечебницу для особо душевно больных, здесь вам окажут медицинскую помощь по абсолютно новой методике, использующей инновационные технологии в квантовой физике! Наш курс лечения включает в себя исключительную заботу и внимание к нашим пациентам, позволяющий вам забыть о любых душевных травмах, тревожащих вашу душу. Перечень болезней, которые наша методика позволяет если не вылечить, то хотя бы облегчить вам жизнь: посттравматический синдром, депрессия, биполярное расстройство, шизофрения. Правила нашей лечебницы: не выходите из палаты, если вас не вызывает врач или медсестры; Соблюдайте распорядок дня во избежание несчастных случаев; Доверяйте врачам и медсестрам. В случае нарушения этих правил…» Далее брошюра обрывается и текст становится невнятным. Я тщательно пытался вспомнить как я попал в психбольницу, но в голову не приходило ничего, возможно у меня амнезия, но её нет в перечне заболеваний, или я здесь из-за того, что её вызвало, или курс лечения подразумевает стирание памяти. Над этими вопросами я гадал ровно до того момента, как начался гул, пульсирующий гул, похожий на шаги чего-то огромного. Когда нарастающий гул замолк, дверь в мою палату открылась и оглушающий громкий голос позвал меня к себе: -Здравствуй, ты ведь новенький? пройдем в ординаторскую Голос принадлежал девушке, как я понял, медсестре. Я осторожно вышел из палаты и передо мной возник силуэт огромных размеров, закрывающий для меня как минимум половину всего моего обзора. Это была миловидная девушка, на вид лет 20-ти с длинными каштановыми волосами, гладкой бледной кожей, карими глазами и довольно объемными формами, одетой в медицинский халат. Она не выглядела толстой или хотя бы пухлой, такую иллюзию вызывала огромная грудь, сопоставимая с объемом головы девушки. Милая девушка представилась Алёной и подставила руку ко входу в палату, которая как оказалась, была просто выбитой в стене комнатой, находящаяся на уровне живота медсестер, еще немного присмотревшись, оказалось что все стены в длинном коридоре, были палатами, где самые верхние были на уровне лба девушки, пришедшей забрать меня. -У тебя возможна лёгкая амнезия после процедуры, но не переживай, со временем ты вспомнишь свою прошлую жизнь! — ласково успокаивала меня медсестра На мои вопросы: «Что? Где? Когда?» она не отвечала, а лишь с улыбкой смотрела на меня. Мы добрались до ординаторской, которая представляла собой пустующую комнату с белым, как и все окружение диваном и столом. Девушка осторожно положила меня на стол, находящийся по высоте на уровне своих коленей и села на диван, держа большим и указательным пальцами за бока. -Ещё раз представлюсь, меня зовут Алёна, я твой лечащий врач и мед сестра, каждое утро мы будем беседовать с тобой, так же у тебя будет кнопка для вызова, если что я сразу прибегу к тебе. Ты, наверное, еще в шоке, поэтому я объясню все сразу, не тая ничего. В этой больнице мы уменьшаем пациентов и заботимся о них, помогая заглушить душевные травмы, а у тебя, судя по истории, пост-травматический синдром, что-то напугало тебя и вывело твою психику из строя, мы выясним что это и поможем забыть. Насчет посещения родственниками, раз в неделю и только по твоему желанию, ведь очень многим стыдно, когда их родственники видят их в таком… обличии… Девушка продолжала свою тираду, не оставляя мне и малейшего шанса на вопрос, их у меня буквально не было, кроме одного, который я решился задать после того, как она закончит свою речь -У меня всего один вопрос, что вы будете со мной делать? Ведь не зря меня ну… уменьшили -Ну, сейчас, ничего, мы просто с вами поговорим, разве что разговор закончится дружескими объятиями. -Я ничего не могу вспомнить, хотя проскальзывают видения, где я слышу только звуки выстрелов. -Это хороший знак, вы начинаете все вспоминать Наш с Алёной диалог помогает мне вспомнить события, которые произошли приблизительно год назад, меня с моими товарищами по службе отправили в горячую точку, где нас окружили террористы и я остался единственным выжившим, а опоздавшее подкрепление не дало мне пожертвовать собой, ради того чтобы не сдаваться в плен. Все эти воспоминания хлынули волной, и от этой волны я неожиданно для себя пустился в плач. Заметившая это девушка поспешила взять меня в свои могучие пальцы и приложить моё хрупкое тельце к груди, а именно в область сердца, где я слышал успокаивающий ритм. -Не бойся, это уже прошло, и ты здесь, со мной, все хорошо Алёна продолжала проговаривать стандартные слова для успокоения, и они на удивление работали, помогая мне уснуть на мягкой груди, покрытой медицинским халатом. Проснулся я уже на ладони девушки, которая не прекращала смотреть на меня с нежной улыбкой. Так проходил каждый мой день и со временем, я начал забывать те страшные события, отпустил товарищей, почувствовал настоящий покой. Единственное о чем меня не предупреждали, это о том, что уменьшение необратимо, и после завершения курса, мне нужно будет выбирать, у кого оставаться в попечении… Обзвонив почти всех своих родственников, ко мне согласилась приехать мама, и уже замужняя сестра, которые пытались мне помочь и до того, как я сюда попал. Встретившись с ними, они только умилялись мне, и после небольшого разговора, я отправился домой в маминой сумке, надеясь на долгую и счастливую жизнь.