Сердце сингулярности

       — Успокойся, это всего лишь обычный детектор лжи, — Минхо растянулся на удобном лазурном диване с гелиевой плотной обивкой, наблюдая за метаниями Джисона, что пришёл к нему домой. — Всего лишь?! Ты даже представить себе не можешь, какова его точность! — Он сердито пнул белое кресло с лежащими на нём чёрными подушками. — Расслабься и веди себя непринуждённо. Главное – верь в то, что говоришь, и не волнуйся. Ты гораздо умнее этой машины, и это факт. Скажу тебе одно: я не пройду детектор. — Что ты имеешь в виду? Что же нам тогда делать?! — Хан провёл рукой по волосам, Минхо заметил гримасу страха на чужом лице, взял его за руку и усадил рядом с собой. — Ты будешь проходить его за меня, — тот округлил глаза. — Я заберу у Феликса маскировочное устройство, а ты будешь под видом меня отвечать на вопросы. Джисон, твой разум работает на сто процентов, и аппарат просто не сможет охватить все твои клетки, потому что он не был создан для тебя. Это будет проще, чем ты думаешь. — Не знаю, — Хан повернулся к нему, уткнулся лбом в его плечо, потираясь о приятную синюю ткань. — Может, мне стоит стереть свою память? — Может, тебе стоит просто стать уверенным в себе? — он положил ладонь ему на голову, зарываясь пальцами в яркие волосы. — Ты гений, и тебе завидуют миллионы. В глубине души каждый жаждет обладать таким интеллектом, чтобы использовать его в своих интересах. Только подумай, если бы ты захотел, ты мог бы править миром. Найти сообщников и поработить Землю. Джисон начал тихонько хихикать, а потом рассмеялся вслух. Все эти слова звучали не реальнее, чем сказка. Но если задуматься, то этого действительно можно добиться. Не зря его начальство так боялось, что он сбежит или его похитят, вживив в него датчик. Например, он мог выиграть крупную сумму денег в казино, а затем выкупить чужой бизнес и управлять компанией. Примерно через год он мог бы стать самым богатым человеком на планете. Интересно, почему он не подумал об этом раньше? Хан поднял голову, встретившись с пронзительным взглядом, и потёр пальцем веко. — Похоже, ты насмотрелся фильмов про супергероев. Или же общение с Феликсом наложило свой отпечаток. — Ты не ценишь себя, вот и всё. Начни сначала любить и верить в себя, детка. Юноша был ошеломлён таким обращением, но Минхо только вздохнул, не понимая, как можно не ценить себя и бояться всего, имея такие возможности. — Я вообще-то старше тебя, — фыркнул он, складывая руки на груди. — Не думаю. Мне триста десять. На лице Джисона появилось выражение полного непонимания. Ли сказал это так непринуждённо и легко, что усомниться в правдивости его слов было практически невозможно. Он, наверное, никогда в жизни не смог бы так уверенно выдавать бред. Поистине выдающийся талант. — Ты лжёшь, не так ли? — Забавно, что у тебя есть сомнения, — он ткнул пальцем в его мягкую щёку. — Научи и меня так, — Хан подался вперёд, едва не столкнувшись с ним лбами. — Я тоже хочу врать так же идеально, иначе не пройду тест. Минхо посмотрел в его горящие глаза, в которых светилась некая наивность. Ему не составило бы труда подтолкнуть молодого человека на другую дорогу. Единственная мысль, которая не давала ему покоя и крутилась в голове, заключалась в том, что Хан так и не принял предложение о совместной работе. Парень этого точно не забыл, но и не напоминает. Ли не хочет навязываться, но и оставить всё как есть тоже не может. Потому что для его проекта требуется ум юноши. Всё оказалось гораздо сложнее, и за такой короткий срок, как пара месяцев, можно и не успеть сделать то, что задумал. — Я научу тебя, без проблем, — он придвинулся ближе, обхватив ладонями его щёки. — Ты уже принял решение по поводу проекта? У меня больше нет времени ждать твоего ответа. Скажи его сейчас. Джисон сглотнул, но юноша не позволил ему отвести взгляд. Хан действительно думал об этом, и чем дальше, тем больше многие факты не укладывались у него в голове. Даже если они придумают лекарство от револьво, это всё равно никого не спасёт. В конце концов, им не на ком будет испытать готовую версию. Вся разработка будет похожа на проекты Джихуна по изучению экзопланет с такой же нулевой пользой. Но Ли одержим этой идеей. Возможно, она нужна ему просто для душевного спокойствия и выполнения долга перед матерью. — Что случилось с твоей мамой? — Она покончила с собой, — разжал руки, опустив их себе на колени. — А отца я не знал. — Прости, мне очень жаль, — он наклонился к нему, обнимая за талию. — Это было очень давно. Теперь всё это уже в прошлом, — он начал поглаживать его по позвоночнику, чувствуя тепло через цветастую рубашку. — Джисон, озвучь мне своё решение, пожалуйста. Хан понимал, что толку от этой работы не будет, но отказаться не мог. Кроме того, было интересно заняться чем-то новым и неизведанным ранее. Тем более, что это было очень важно для молодого человека, а так они смогут проводить больше времени вместе, и он сможет лучше узнать его. Минхо не дышал, впервые за долгое время ощутив столь крепкие объятия. — Да, я согласен, — он поднял голову, оказавшись на близком расстоянии от чужого лица. — Спасибо, я счастлив, — он улыбнулся. Джисон отстранился и о чём-то глубоко задумался. Он поднялся на ноги и поднял Минхо, который совершенно не ожидал подобного действия. Хан взял его за руку и потащил на кухню. В комнате было идеально чисто. Из открытого окна с горчичными занавесками пахло свежестью. Чёрный металлический стол был начищен до блеска, а сенсорная плита сверкала в лучах солнца. Белая посуда была аккуратно сложена в навесной стеклянный шкаф. Ножи на магнитной подставке были новые, без зазубрин, как будто ими никогда не пользовались. Хан подошёл к высокому холодильнику, замечая, как юноша напрягся и попытался помешать ему открыть дверцу. Но Джисон оказался более проворным и открыл её, вздрогнув от увиденного. Все полки были абсолютно пусты, а сам холодильник был выключен. Словно в замедленной съёмке, он повернул голову в сторону Ли. — Что это? Минхо, что происходит? — Он закрыл дверцу и подошёл к нему. Тот упёрся задницей в поверхность стола. — Я просто заказываю еду на вынос, — хмыкнул. — Не умею готовить, вот и всё. — Ты чем-то болен? — ему показалось очень странным, что у того дома нет продуктов. — Что с тобой, расскажи мне? — Ничего страшного нет. Ты преувеличиваешь, — похлопал его по плечу. — Может, ты боишься сходить к врачу, тогда давай я тебя вылечу, — он подцепил пальцами его подбородок, приподнимая его голову. — Скажи ещё, что ты и меня осмотришь, — Минхо закатил глаза и хотел отодвинуться, но Хан вдавил его в стол и дёрнул за футболку, вытаскивая её из брюк. — Эй, прекрати! — Ложись на стол, я тебя прощупаю, — он взял его за плечо и ногу, пытаясь приподнять и уложить на ровную поверхность. — У меня восемь медицинских дипломов. — Хан Джисон! — громко выкрикнул. — Не трогай меня, я же сказал тебе, что я в порядке, — он рывком вырвался из его хватки. — Я же не умираю! Не ищи проблем там, где их нет. — Я хочу, чтобы ты знал, что я беспокоюсь, — он опустил голову. — У тебя ведь ничего не болит? — Нет, зачем мне лгать о чём-то подобном? Джисон не был дураком. Он знал, что юноша что-то скрывает. Но тот действительно выглядел здоровым, с хорошим оттенком кожи и блестящими волосами. На его лице не было ни малейшего следа болезни или измученности. Большие глаза без тени усталости, ни синяков под ними, ни потрескавшихся губ. Весь его облик пронизан энергией и бодростью. Возможно, Хан накручивает себя и видит то, чего нет. Тем не менее, удивительно, что у него нет дома никакой еды. Джисон, напротив, любит сытно поесть, поскольку его мозг сжигает калории, как целая футбольная команда. Большая часть его зарплаты уходит на продукты питания. Так что эта ситуация для него в новинку. Кроме того, Ли слишком загадочен и, вероятно, имеет свои секреты, которые он не готов никому рассказать.              

***********

              Хёнджин, сидя в своей комнате в квартире Джисона, высвечивал в воздухе те самые таблицы, которые передал ему Феликс. Разработка сигнального устройства займёт много времени, поскольку будет проблематично запрограммировать механизмы кодами, которых не существует на Земле. Само устройство будет представлять собой железный прямоугольник длиной полметра с экраном посередине. Для его запуска потребуется много энергии – несколько тысяч вольт, и научный центр никак не сможет получить такую мощность. Но думать об этом было рано. Сначала нужно было разработать конструкцию, а до этого тщательно изучить земные сигналы. Близился вечер, а Хван за весь день ни на минуту не отходил от своего ноутбука. По комнате плавали схемы, которые при необходимости могли вернуться к монитору. Поцелуй с Феликсом, который так взволновал его, причём без всякой причины, не выходил у него из головы. Возможно, будь Ли обычным человеком, он бы подумал, что у подобного поступка есть двойное дно, и что молодой человек решил таким образом проявить симпатию. А Хёнджин, возможно, даже согласился бы попробовать. Ему было очень интересно разговаривать с принцем, да и просто приятно было смотреть на него и находиться рядом. А его умение не смущаться? Но он, скорее всего, не может этого делать физически. Вот бы и ему такой навык, а то юноше надоело каждый раз одному сгорать от неловкости от чужого прикосновения или вопроса. Он знает, что всё это лишь в его голове. Феликс вряд ли может испытывать тот же коктейль эмоций и даже не рассматривает кого-то в таком ключе. Хван не сразу заметил стук в дверь и, свернув все свои дела, крикнул, чтобы входили. Чонин тут же подошёл к кровати и уселся поверх оранжевого покрывала. — Чем занят? Сделал домашнее задание, которое задал Хани? У меня от него мозги заплыли, — Ян посмотрел на его стол, заваленный пластинами для чертежей, и на экран планшета на подставке. — Сделал, но я тоже ничего не понял. Так что завтра получим нагоняй, — он развернулся к нему на вращающемся стуле. Джисон не любил, когда мальчики спрашивали его, как сделать домашнее задание, находясь за пределами Научного центра. Он всегда чётко разделял работу и дом, потому что если бы он этого не делал, то парень сошёл бы с ума. Йени о чём-то задумался, а потом выдал: — Ты можешь дать мне контакты Ёнбока? — он прикусил большой палец, глядя на него. — Зачем?! — на его лице появилось выражение непонимания. — Хочу с ним пообщаться, — пожал плечами. — Он мне понравился, такой милый. — Ты видел его только один раз. — И что? Поэтому я попрошу его номер или код, чтобы мы могли встретиться снова. Хёнджин начал судорожно придумывать предлог, чтобы отвязаться от юноши с такими вопросами. — Ёнбок не любит новые знакомства. К тому же он иностранец и не понимает много слов, — вздохнул. — Ну так я у него и спрошу, не хочет ли он познакомиться со мной поближе. Я хочу пригласить его на культурную выставку послезавтра. А если он не пойдёт, тогда придётся заплатить штраф. Хван цокнул языком, но его друг стоял на своём, как непоколебимая стена. В его словах был смысл. Он действительно не мог решить за Феликса. Молодой человек взял телефон и написал Ли сообщение, объяснив, что ему вот-вот позвонят. Тот ответил, сразу понимая, что происходит. Он сразу же упомянул, что Минхо и Джисон не пойдут, так как у них есть работа. Они решили ничего не говорить принцу о детекторе лжи. У него и так хватает проблем. Хёнджин провёл пальцем по экрану, и заветный номер повис в воздухе, а через мгновение проник в телефон, который Чонин держал в руках. — Благодарю, я сообщу тебе, что он ответит позже, — заулыбался. Юноша вышел из комнаты. Его чрезмерная общительность сейчас так раздражала. Хван запустил пальцы в волосы, положив локти на стол. Если они не добьются успеха с этим сигналом, Феликсу, как бы прискорбно это ни звучало, придётся остаться здесь и скрываться за маской до конца своих дней. Этот факт может убить его, ведь больше всего он боится застрять на чужой планете и перестать быть самим собой. Тогда принц так или иначе вступит в контакт с людьми, будет жить с ними рука об руку. Пока же он «человек», и ему тоже нужно посещать культурные мероприятия. Хёнджин с досадой кусает себя за щёку. Но что будет, когда Ли улетит отсюда? Они больше никогда не увидятся и не смогут поддерживать связь. Ему становилось грустно от одной мысли об этом, но он с самого начала знал, чем закончатся их отношения. Даже сейчас парень сидел и работал над сигнальной техникой, своими руками приближая тот роковой последний день. Честно говоря, именно с Феликсом он чувствовал себя увереннее, ведь от него зависела чужая судьба, а значит, нельзя было давать слабину. Ответственность делает его уверенным в себе, ведь он должен хорошо заботиться о Ли, чтобы тот чувствовал себя хоть немного лучше. Он не мог поверить, что с момента их встречи прошло полтора месяца. Культурное мероприятие должно было состояться две недели назад, но его отложили из-за бесконечных поисков улик о пропавшем пришельце. Если бы не запрещённые механизмы Минхо и ум Джисона, его бы уже давно нашли. Минут через десять в комнату влетел весёлый Чонин, чуть ли не паря над тёмным полом. — Он согласился, представляешь, — хлопнул в ладоши. — Но он только сказал, что мы должны взять и тебя. Я рассказал ему, что мы живем вместе. Юноша светился от счастья? Хёнджин совершенно не понимал этого рвения, ведь он никогда раньше не видел, чтобы его друг так себя вёл. Но Ян впервые был так счастлив после смерти матери, и это не могло не вызвать ответной улыбки. А что будет, когда Феликс исчезнет из их жизни, как это потом объяснить Чонину? Скорее всего, правильнее будет сказать, что он умер. Ведь никто и никогда его больше не увидит. Он действительно будет мёртв для них и будет жить только в их воспоминаниях. — Потом мы вместе поедем к нему домой и заберем его, потому что он плохо ориентируется в городе. А сейчас я собираюсь закончить домашнее задание, и советую тебе не отставать, иначе высший балл снова получу я. — Ладно, — он вздохнул. Ян подошёл к нему и крепко обнял, сжав его в железной хватке.              

************

              Феликсу было скучно, и он не знал, куда себя деть в этом доме. Здесь было спокойно и уютно, но если представить, что ему придётся жить в таком одиночестве не один год, его сила воли в конце концов просто испарится. С каждым днём становится всё труднее поддерживать в себе надежду, но пока что он справляется с этим, молясь на ум Хёнджина. Получение приглашения от Чонина было довольно неожиданным, но молодой человек убедил его согласиться пойти на выставку, так как за её пропуск придётся заплатить крупный штраф. Он также предложил сходить куда-нибудь после. Очень любопытно, что могло его заинтересовать. Они виделись всего один раз и толком не разговаривали. Казалось, что люди могут подсознательно выбирать, с кем общаться. У Ли не было большого выбора в одежде, поэтому он надел самый простой вариант – белую футболку и светлые джинсы, а на голову надел красную панаму. Такой головной убор отчасти напоминал его корону. Это был парящий алый круг с гравировкой поверх, сделанный из того же материала, что и меч. В дверь позвонили, и он отправился открывать. На пороге стояли двое парней. И почему-то Хёнджин показался ему мрачноватым. — Привет, отлично выглядишь, — Чонин протянул руку, и принц вспомнил, что нужно пожать её в ответ. — Спасибо, — он переступил порог и запер на ключ дверь. — Мы долго будем гулять? — Сколько угодно, — слегка улыбнулся Хван, надвигая на глаза свою белую кепку. — До тех пор, пока мы тебе не надоедим. Феликс кивнул, и они зашагали к остановке рейсового автобуса. Никто особо не разговаривал, словно каждый набирался сил. Ян то и дело поглядывал на Ли, и это не могло ускользнуть от его друга, который только больше хмурился. Им потребовалось около двадцати минут, чтобы добраться до центральной площади. Здесь было очень оживлённо. Люди ходили между закрытыми стеклом экспонатами: старинной посудой, оружием, украшениями. Охранники носили специальные очки, которые позволяли им видеть запрещённые предметы у прохожих: молотки и тому подобное, так как было много желающих обокрасть лавки и нажиться на антиквариате. Девушки и юноши в национальной одежде раздавали открытки с необычными фотографиями, чтобы погрузиться в атмосферу. Мероприятие длилось два дня, но в основном наплыв был больше в первый. Ли старался идти рядом с Хваном, чтобы не потеряться, даже если у него был цифровой браслет для связи. Все должны сделать фотографии для отчета, а затем прикрепить их к системе идентификации. — Ёнбок, давай я сфотографирую тебя напротив тех манекенов в традиционной одежде? — Чонин достал из кармана телефон. — Хорошо. Ли выполнил просьбу и встал на указанное место. Хёнджин молча наблюдал за ними. Он тоже хотел это предложить. — Немного улыбнись. А то как будто позируешь для документов. Феликс выдохнул и приподнял уголки губ. Это было очень странно. Он никогда не фотографировался для удовольствия и не считал это забавным занятием. На Фомальгауте тоже так не делают. — Вот, сфотографируй нас вместе, — Ян протянул телефон Хвану. Тот наблюдал через камеру, как Чонин обнял принца за плечи и криво улыбнулся. На следующем снимке рука юноши уже переместилась на чужую спину, а на последнем легла на его талию. Это заставило Хёнджина сильнее сжать устройство, намеренно размыв последний снимок. Он сфотографировал и себя на фоне толпы и вывески. — Держи, — он протянул устройство, выключая, чтобы его друг не проверил качество фотографии. — Я предлагаю пройтись по магазинам и купить какую-нибудь одежду, — Ян поднял указательный палец, коснувшись розовой рубашки с принтом, как будто она была грязной. — У меня нет денег, — Ли пожал плечами. Это был первый раз, когда ему пришлось произнести эту фразу открыто. Отчего его самооценка рухнула в самые недра планеты, сгорая в раскалённой магме. Он привык к роскоши, дорогим вещам и отборной еде. Не то, чтобы раньше ему приходилось перегибать палку или требовать большего, вовсе нет. Но другая жизнь была ему неведома. — За мой счет. Мы купим что-нибудь для всех нас. — Откуда у тебя деньги? — Хван посмотрел на свои джинсы, размышляя, не нужны ли ему новые. — Отец дал мне их, хотя я не просил. Кроме того, на подработке, где я ремонтирую сайты, мне повысили зарплату. — Вау, мы не так хорошо знаем друг друга, так что, может, не стоит тратиться? — Ли был смущён таким вниманием. — Не волнуйся, Ёнбоки, всё в порядке. Хёнджин, в отличие от своего друга, не был большим любителем шопинга, но часто ходил с ним за компанию. Они пробрались сквозь толпу к выходу и пошли по улице прямо к пятидесятиэтажному торговому центру. Здание было круглой формы с рекламой различных брендов на окнах. Пройдя через огромные двери, мальчики оказались внутри. На первом этаже находился высокий фонтан. Вода из него бурлила над бассейном, кружась как заколдованная. Она трансформировалась в животных и людей. Сейчас здесь было изображение двух танцующих девушек. На потолке висели прозрачные сферы с роботами, играющими мелодии на музыкальных инструментах. Яркие голограммные вывески манили зайти в их бутики. Если кто-то подходил к ним, проекции трансформировались в людей и вели потенциальных покупателей на этаж, где находилась их торговая точка. Но Чонину это не нужно. Он и с закрытыми глазами знает, где находится его любимый магазин. Они вошли в прозрачный лифт, который за десять секунд доставил их на тридцатый этаж. Из него открывался вид на пятый этаж – огромное кафе с белыми столиками, окруженными цветами. Прямо за ними загорелась заветная вывеска. У Яна даже была карточка постоянного покупателя. Внутри было множество стеллажей и роботизированных манекенов всевозможных форм. Одежда на их белой металлической поверхности выглядела нелепо, но, по крайней мере, люди сразу знали, стоит ли её примерять. Феликс огляделся. Здесь было очень красиво. Место напоминало королевскую гардеробную. — Ёнбоки, что тебе нравится? Что ты обычно носишь? — Ян взял чёрную футболку со шлейками по бокам и приложил её к груди. — Не знаю, я в этом не очень разбираюсь, — принц понятия не имел, что предпочитают люди. — Хочешь быть дерзким или милым? Феликс посмотрел на Хёнджина, ища на его лице совета. Он решил, что ему будет удобнее первый вариант, показав пальцем единицу. — Дерзким. Ян усмехнулся и потянул его через зал. Хёнджин сел на диван возле прозрачных примерочных, стены которых становились чёрными, когда в них кто-то входил. Он чувствовал себя потерянным. Всё внимание принца теперь было сосредоточено на мальчике, и он совсем забыл о нём. Ли вряд ли будет с ним откровенничать, это было понятно. Но всё же какое-то чувство тревоги и чего-то ещё грызло самый центр его души. Может быть, новая нормальная одежда обрадует принца, в конце концов, он привык к богатству, которое невозможно представить. С какой стороны ни посмотри, они слишком разные, буквально с других планет. Феликс – правитель космоса, а Хёнджин – обычный молодой человек, который даже не закончил учебу. Если бы не обстоятельства, Ли даже не взглянул бы на него. Не за что зацепиться. Ему определенно не стоило привязываться к нему. Но думать об этом было уже поздно. Минут через пятнадцать ребята подошли к примерочной, и Феликс вошёл внутрь с цветастой охапкой. Чонин сел рядом с ним, нелепо улыбаясь. — Ёнбок такой милашка. Он согласился на всё, что я ему предложил, — парень поставил локти на колени и положил подбородок на ладони. — Да, он милый. Хотя ничего подобного. Сейчас он просто ведёт себя скромно и тихо. Но вспоминая тот день, когда он чуть не задушил его в лаборатории, а потом царапнул мечом по щеке, тут становится не до смеха. Конечно, как и у всех людей, у него есть и другая сторона. И, скорее всего, та, от которой мурашки бегут по всему телу, является для него более привычной. Интересно, какой он дома? Властный и строгий или улыбчивый и дружелюбный? К сожалению, он никогда этого не узнает. К ним вышел Феликс в чёрных кедах. Да, это ему определённо шло. Чонин присвистнул. Красно-чёрный жилет с треугольным вырезом до середины груди, демонстрирующий ключицы, и чёрные брюки с ремешками, соединяющими две части разрезанной по кругу калоши, действительно ему шли. Ли пятернёй зачесал назад волосы, становясь рядом с Хёнджином. — Тебе очень идёт, — юноша поднял большой палец вверх, а затем опустил взгляд в пол. — Я похож на принца, не так ли? — усмехнулся. — Да! — Чонин первый с этим согласился. Хван заметил одну деталь: хотя в этой одежде он чувствовал себя уверенно, ни одной вены не было видно. Затем они выбрали для него ещё пару нарядов, и очередь дошла до Хвана, которого Ян затолкал в примерочную, впихнув туда несколько вещей под его бурные протесты. После удачного шопинга с пакетами в руках ребята отправились в кафе на пятом этаже, чтобы перекусить и отправиться домой. — Чонин, спасибо тебе за этот день и за всё это, — Феликс поднял вверх пакеты. — Но ты мог бы оставить нас с Хёнджином наедине? Нам с ним нужно поговорить о Минхо. Оба посмотрели друг на друга. Они стояли на автобусной остановке недалеко от торгового центра и ждали свой транспорт. — Конечно, я тогда поеду домой, — он поднял голову, наблюдая, как белый автобус с закругленной передней частью бесшумно приземляется. — Это тебе спасибо, что согласился, — Ян сделал шаг вперёд и поцеловал его в щёку, а затем торопливо проскочил в открытые двери. Принц не понял, что означал этот жест, но, вероятно, что-то положительное. — Что это было? — он приложил ладонь к щеке, глядя на Хвана. — Ты ему нравишься, — и специально добавил: как друг. — Нравлюсь. В смысле, ему приятно со мной общаться? — Да, не более того, — Хёнджин увидел понимание в глазах собеседника, радуясь про себя. — Так что насчёт Минхо? — Ничего, я соврал, чтобы обсудить другую тему. Может, нам стоит пойти куда-нибудь, где нет людей? — Да, есть одно место, но оно за городом. Ребята дождались нужного номера автобуса. Это место оказалось дальним краем длинного южного парка, за которым начиналось наземное шоссе. Деревьев там росло немного, но их кроны были очень густыми и высокими, поэтому отбрасывали тень на невысокую траву. Из-за этого небо здесь казалось очень ярким, и люди приходили сюда в моменты звездопадов и других редких явлений. Здесь стояли широкие мягкие кресла на жёстком гелиевом основании, и роботы-уборщики мыли их после каждого посетителя. — Вот это кайф! — Принц лежал на спине, положив сумки рядом с собой на землю, смотрел на чистое небо, пища от восторга. — Знал, что ты это оценишь, Ваше Высочество, — он лёг рядом, прижимаясь к тёплому боку парня. — Так о чём ты хотел поговорить? — О своём космическом корабле. Надеюсь, его не ремонтируют? — Ремонтируют. Джисон — главный над этим проектом, а руководит им профессор Ким Сынмин. — Это очень плохо. Надеюсь, ничего не получится. Иначе корабль подаст сигнал, и за мной прибудут слуги моего дяди. — Ты боишься его? — он повернулся, уставившись на чужой профиль, ничуть не интересуясь небом. — Не то чтобы, но его идея забрать моё второе сердце и стать новым королём настораживает. Мой отец принял меры, но у него много сообщников. — Как это заберёт? Вырвет его у тебя? — Хван приподнялся на локте, нависая над ним сверху, частично закрывая ему обзор. — Да, — он наблюдал, как меняется выражение лица юноши. — Потому что там лежат знания наших предков. Поэтому ты можешь отдать своё сердце кому-то другому или сделать себе наследника и передать силу и знания таким образом. Именно так мой отец создал меня. Поэтому я не только его сын, но и обязательно стану королём. Дети, рождённые от союза мужчины и женщины, не могут обладать таким интеллектом. Они не будут достаточно выносливыми и умными. Изначально вся память хранится в центральном сердце, оно же второе сердце моего отца, и передаётся в мозг. Затем у вас вырастает второе сердце. И когда оно начинает биться, человек становится зрелым и самодостаточным. — И что же это за знания, раз они так ценны? — О рождении всех объектов Алькора и их эволюции. Об истории планет и народов. А чтобы не путаться и обходиться без помощников, был придуман проводник, — Феликс постучал себя по виску. — Представь, что ты можешь увидеть всё прошлое с самого детства. — А твой дядя, получается, рождён не из второго сердца? — Хёнджин уже полностью навис над ним, заглядывая в его тёмные глаза, представляя себе его природный серый цвет. — Да, он первый сын прошлой королевы и генерала, — Ли захотелось дотронуться до его волос, что он и сделал. — Если он завладеет твоим сердцем, то сможет стать таким же наследником, как ты? — Он подставился под чужую ладонь, как кот. — Да. — А как из него создать новый организм? — Очень просто, — Феликс приподнялся на локте и сел, расстегивая пуговицы на жилете и проводя пальцем под ребром. — Берёшь что-нибудь острое и прорезаешь кожу, но ты должен этого хотеть, иначе будет больно. Затем ты осторожно вытаскиваешь его, и оболочка будет формировать тело в течение пары часов или около того. Сердце сократится, а ребёнок будет понимать всё, каждое слово. Но пройдёт год, прежде чем он сможет говорить. И ты не знаешь, какого он будет пола. — Страшно… в смысле необычно, — Хёнджин даже представить себе такого не мог. А для кого-то это норма. Это как сюжет какого-то фильма ужасов. — Это единственный способ продолжить королевский род. Иначе никто не сможет править нашими Галактиками. Вся система рухнет. Обычные дети не способны на это. Вантес начал восстание, чтобы повсюду воцарился хаос. Его целью было убить меня и положить конец нашей эре, уничтожить наследие наших предков. — Тогда я не могу представить, насколько ты ценен для своих подданных. И, как я понимаю, два сердца есть только у наследников? — Именно. У простых граждан Фомальгаута одно, но кровь тоже чёрная. Хёнджин задумался. На самом деле Феликс в большой опасности из-за этого космического корабля. Нельзя допустить, чтобы его отремонтировали. Но как на это повлиять? В конце концов, там команда из десятков лучших инженеров. Даже слово Джисона ничего не изменит. Запретить им это делать он не может, так как они находятся под властью правительства, а Хан – всего лишь их лидер, и его можно легко сместить с поста. Необходимо будет поговорить с ним о том, чтобы он сломал корабль так, чтобы его нельзя было починить. Анатомия инопланетян поистине поразительна. Чтобы сердце было подобно мозгу, так ещё и могло превращаться в полноценный организм. Ли отключил свою маскировку, так как вокруг не было людей, и его белые волосы развевались на лёгком ветерке. Юноша так и не застегнул жилет, и на его руке просвечивались вены. Феликс очень красив, особенно когда сидит вот так и смотрит прямо в глаза. Но он выглядел слишком опечаленным. — Чонин сказал мне, что ты не живёшь с отцом и находишься в ссоре. Не думаешь ли ты, что вам стоит помириться? — он положил ладонь ему на плечо, придвигаясь ближе и обнимая его со спины. Это был не совсем тот вопрос, которого он ожидал. — Я ему не нужен, поэтому я не хочу находиться с ним под одной крышей. Ему гораздо лучше без меня, — он посмотрел на стоящий рядом пустой шезлонг, который убирал робот. — Даже мама забыла обо мне из-за него. — Думаю, рано или поздно он осознает, что потерял. Ведь во всей Вселенной нет ничего важнее семьи и любви. Хван повернулся в его сторону с расширенными глазами. Получается, что Феликс знает, что такое любовь. Но, возможно, его представление о ней отличается от земного. — Твой отец своими руками разрушает собственное счастье, — Ли поднялся на ноги, снова надел маскировку и застегнулся, взяв пакеты. — Пойдём домой, а по дороге я расскажу тебе одну историю. Парни шли по дорожке из широких бетонных плит прямо к автобусной остановке, постепенно выходя из тени деревьев.

— За шестьдесят лет до моего рождения отец влюбился в девушку, которую звали Каталея. Она была дочерью его советника, так как он стал королём в раннем возрасте. Они были знакомы десять лет, и однажды отец понял, что любит её. Потому что любовь приходит слишком внезапно, как будто просыпаешься и чувствуешь, что жизнь круто изменилась, — Ли повернул голову и встретился с ним взглядом. — Девушка тоже полюбила его, и они прожили вместе ещё десять лет и были очень счастливы. А потом она забеременела и родила двойню – мальчика и девочку. Хотя для этого и существуют технологии, — принц задумчиво потёр подбородок.

— Однажды на планете Дуон был национальный праздник, и они пригласили короля. Но папа был занят и не смог поехать. Вместо него приглашение приняла Каталея. Всё было хорошо, они отлично повеселились, и уже на обратном пути космолёт, где летела девушка с детьми, вышел из строя. Отказала панель управления, хотя он был совсем новый и первоклассный, — Ли набрал побольше воздуха, пиная носком мелкий камушек. — Космический корабль вышел на орбиту планеты-океана и начал опускаться в её атмосферу. Там нет земли, и приземляться было некуда, поэтому все пассажиры разбились о воду, и их останки так и не были найдены в тёмных глубинах. Папа мало делился со мной о том, что он чувствовал, когда узнал об этом, но я мог представить себе всё это сам. Тогда он сделал там одинокий маленький остров, чтобы он мог летать туда и оставаться со своими мыслями и семьёй. Даже спустя столько лет он всё ещё часто остаётся один посреди бескрайнего океана, — Феликс остановился, сжимая ручку пакета, а напротив него Хёнджин. — Планету назвали Каталея, и по статусу она равна королевскому Фомальгауту.

Хван впервые увидел его таким подавленным и разбитым. Ведь на самом деле там погибла и его семья тоже. У него могли быть старшие брат и сестра, и его отец был бы счастлив. Юноша выпустил пакеты из рук и через мгновение заключил его в крепкие объятия, прижимая к себе за голову. Феликс не сразу сориентировался, но потом тоже обнял его в ответ. Впервые за всё время, проведённое здесь, он почувствовал то же тепло, которое дарила ему родная планета.              

***********

              С самого утра Джисон не мог найти себе места. Проверка будет проходить в биологическом корпусе, и они начнут сначала с руководства, чтобы показать пример, а затем перейдут к нему. Хан не спал всю ночь, отчего мир вокруг немного поплыл. Хёнджин тоже не сомкнул глаз и твердил, что он со всем справится. Чтобы обмануть детектор, он должен подумать о трёх несвязанных вещах одновременно, а затем повторить это действие и для Минхо. Задача вроде несложная, но стоит только занервничать, и всему придёт конец. Успокоительное тоже не поможет, потому что тогда мозг будет заторможен. Он подошёл к зданию, где в просторном коридоре у кабинета уже образовалась толпа. Сейчас ему было бы нетрудно вести себя спокойно и непринуждённо, но когда он сядет в кресло и к его голове пристегнут датчик, от одной только мысли об этом его кожа покроется липким слоем. — Расслабься. Всё будет хорошо. Джисон вздрогнул от шёпота сзади, прозвучавшего прямо возле его уха, и обернулся. Минхо, одетый в тёмно-синий пиджак и чёрные брюки, мило улыбался ему. — Мне страшно. Что мне делать? Как мне очистить свой разум? — он подошёл ближе и положил голову ему на плечо. — Именно твой страх и неуверенность могут погубить нас, — он похлопал его по спине. — У тебя есть какой-нибудь талисман на удачу? — Тебе пять лет? — но, глядя в полные надежды глаза, он задумался. — Пойдём со мной. Минхо взял его за руку и протиснулся сквозь толпу. Несколько человек бросили на них косые взгляды. Он завёл юношу в туалет в конце коридора и затолкал его в кабинку, закрыв за собой дверь. Ли достал из кармана устройство, позволявшее менять внешность, которое он позаимствовал у ничего не подозревающего принца предыдущей ночью. Он прикрепил его к виску и мгновенно превратился в Джисона, копируя его эмоции на лице. — Ну, как я выгляжу? — произнёс он, слегка заикаясь, глядя на него загнанным взглядом. — Отстой, — он ткнул его в щёку, чтобы тот не выглядел таким напуганным, — неужели я так жалко выгляжу для окружающих? — Именно, поэтому все на тебе и ездят. Но я знаю, что ты способен стать таким. И я знаю, что ты этого тоже хочешь. Минхо поднимает и взъерошивает свои синие волосы, затем расчёсывает их. Он расстегивает пару пуговиц на рубашке и вскидывает голову. Он смотрит вызывающе, прищурив глаза, как хищник на свою добычу. Джисон смотрит на своего двойника и не может вспомнить, когда у него было такое выражение лица. Наверное, никогда. Он вынужден признать, что выглядит весьма эффектно, как будто все обязаны преклоняться перед ним. — Повторяй, — усмехается Ли и тычет его в грудь. — Я – Хан Джисон, и я поставлю на колени любого, кто не желает мне подчиняться. Я выполняю чьи-либо требования только потому, что это выгодно мне. Настанет день, когда каждый ответит за то зло, что причинил мне, ползая у моих ног. Минхо сказал это очень уверенно, что заставило того широко открыть рот. Джисон никогда не примерял на себя такой образ, но безумно хотел. Видимо, этот час настал. Время маскировки прошло, и Ли снова стал самим собой. — А ты неплохо справился, — Хан шагнул вперёд, прижимая юношу к стене, выставив руку возле его головы. — Но до моего уровня тебе всё же далековато. Минхо почувствовал внутреннюю дрожь, когда парень тут же начал подыгрывать ему, вживаясь в нужную роль. Хану захотелось выкинуть ещё что-нибудь безумное, потому что это было кайфово – позволить себе абсолютно всё и стереть границы, которые установил его разум. Джисон скользнул рукой по чужой, перехватил механизм, двумя пальцами подняв его на уровень глаз. — Это на удачу. Он надавил большим пальцем на его нижнюю губу и в мгновение ока сократил расстояние между их лицами, импульсивно поцеловав, прежде чем быстро отстраниться. Хан усмехнулся, глядя на растерянное лицо, и вышел из кабинки. Минхо сполз спиной по белой стене и присел, не понимая, что это было. Он обязательно поговорит с ним и скажет, чтобы тот больше не делал ничего подобного. Не нужно думать о нём в таком ключе. Минхо может умереть через пару месяцев, а у Джисона ещё вся жизнь впереди. Поэтому Ли запретил себе становиться важным для кого-либо. Он должен быть для других не более чем обычным знакомым. Джисон шагал по коридору, гоняя мысли в голове. Детектор уже отошёл на второй план. На самом деле, именно этого он и хотел, но не таким способом. Юноша и сам не знал, что на него нашло. Позже ему придётся извиниться за бестактность. Но Ли не оттолкнул его. Вероятно, он воспринимал это не более чем игру. Под кабинетом собралась большая толпа, и людей запускали одного за другим. Руководящий состав, включая Джихуна, уже прошёл проверку. Скоро настанет и его очередь. Джисон волновался, но не так сильно. Сейчас его больше беспокоил этот спонтанный поцелуй. Рядом с ним стоял Чанбин, который искал кого-то взглядом. Он смотрел на Джисона, который держал руки в карманах тёмных брюк, на его уверенный взгляд и широкие плечи, понимая, что профессор обязательно пройдёт тест, и его изначально глупо было подозревать. В отличие от Минхо, который просто исчез из виду. Примерно через пять минут человек в чёрном костюме пригласил Джисона войти. Он выдохнул, но ни один мускул на его лице не дрогнул. В комнате стоял только белый стул, а над ним – установка с самим детектором. Хан сел, и два датчика, похожие на присоски, но мягкие, были поднесены к его макушке. Один из мужчин сел за стол и посмотрел на экран, который был подключен к аппарату, наблюдая за ровной линией на мониторе. Если кто-то лгал, на ней образовывались волны, и искусственный интеллект предупреждал об этом. Женщина в кабинете подошла к нему и встала сбоку, держа в руках планшет. — Профессор Хан, сейчас я задам вам очевидный вопрос, чтобы проверить исправность техники, — тот кивнул. — Вы мужчина? — Да. Сотрудник за компьютером кивнул в знак правдивости его слов. — Хорошо, теперь перейдём к основным вопросам, — она выдержала паузу. — Причастны ли вы к исчезновению пришельца? Джисон, желая обмануть сенсоры, чтобы они не успевали за его нейронами, начал думать сразу о трёх вещах: квантовой механике, сериале о вампирах и поцелуе с Минхо. Имеет ли он отношение к исчезновению? Конечно, нет. Хан просто знает, кто в этом замешан, и всё. Он ничего не видел своими глазами и знает об этом только со слов Хёнджина. — Нет. — Да, это правда. — Последний вопрос, и вы можете идти. Знаете ли вы кого-нибудь, кто способен пойти на это преступление и помочь пришельцу сбежать или похитить его? Джисон прикрыл глаза. Он не любил использовать свой мозг на полную катушку. Но сейчас ему придётся. А потом ещё раз. Он начал вспоминать новый проект Ким Сынмина и его ошибки в изобретении космического корабля для телепортации и путешествий в другие галактики. Следует небольшая заминка, но для его сознания целый час, который он проводит на грани понимания в поисках ответов. — Нет. Хан отодвигает от себя датчик и садится, чувствуя, что из носа вот-вот пойдёт кровь. Выйдя в коридор, он ищет глазами одного человека, почти сразу же натыкаясь на него. Минхо, достав из кармана носовой платок, прикладывает его к носу. — Пойдём умоемся, — Ли взял его за рукав коричневого пиджака и потащил в сторону уборной. Чанбин проследил за этой картиной и решил последовать за ним. Он встал сбоку от двери, за углом в соседний коридор, чтобы его не было видно. Парень чувствовал себя героем шпионского фильма. — Как ты? Уже лучше себя чувствуешь? — Минхо взглянул на часы, так как близилась его очередь. Хан смыл кровь, глубоко дыша, чтобы не потерять сознание от напряжения. В туалете всё ещё оставались люди, поэтому, дождавшись, пока они уйдут, он сам завёл его в кабинку. — Это адски тяжело. Но не волнуйся, я готов к ещё одному кругу. — Только помни, что маскировка продлится максимум две-три минуты. Потом тебе нужно будет незаметно исчезнуть среди толпы, — Минхо наклонился вперёд, чтобы поцеловать его в щёку и немного подбодрить. — На удачу. — Спасибо, — улыбнулся. — Тест длится всего минуту. Я успею. Джисон провёл влажными руками по волосам, зачёсывая их назад. И, дождавшись, когда наступит очередь парня, превратился в его двойника. Чанбин заметил Ли, выходящего из двери, и через пару секунд его позвали. Теперь ему нужно поговорить с Джисоном, чтобы тот лично убедился в его правоте. Ведь юноша не сможет пройти тест. Поэтому заходит в туалет и видит только одну закрытую кабинку. Но ждать некогда. — Профессор Хан, это Чанбин. Нам нужно поговорить. Я буду ждать вас в коридоре. — И о чём же вы хотите с ним поговорить? — Минхо толкнул дверцу и встал напротив. — Не обо мне, случайно? Со потерял дар речи. Он своими глазами видел, как тот заходил в комнату для тестирования! — Ты?! Что происходит? — он сжал руки в кулаки. — Вы двое в сговоре, я так и думал! Не знаю, в чём дело, но я сейчас же сообщу начальству, — Чанбин повернулся и уже собирался нажать на ручку, когда услышал его голос. — Вы уверены, что переступите порог этой комнаты? На вашем месте я бы засомневался. Сердце Со упало в ноги. Тон молодого человека, словно жидкий азот, растекался по венам, замораживая кровь и высушивая тело до костей. Он медленно повернулся, вжимаясь спиной в белую дверь, чтобы не закричать от ужаса. Чанбин никогда не видел у людей такого взгляда. Неизменно тёмные глаза Минхо теперь светились изнутри холодным жёлтым светом, словно в них были спрятаны лампочки. — Что ты такое? — Чанбин заикался, зажав рот ладонью. — Я – последнее, что увидишь ты и твоя семья, если не послушаешься меня, — Ли моргнул, привычно усмехнувшись. Он услышал чьи-то шаги в коридоре и бросил убийственный взгляд на парня. Чанбин посмотрел в его глаза, которые вернулись в нормальное состояние, и тот вернулся в кабинку. Его мучил один вопрос:       

А человек ли вообще был перед ним?