L’ora della Pizza

Серое небо тяжелым одеялом повисло над городом. Сяо Чжань лениво наблюдает за тем, как ветер покачивает верхушки деревьев. Здесь, на девятом этаже, в просторной квартире, не заставленной обилием мебели и декоративными растениями, придающим жилище уют, непривычно комфортно. Жаль, непогода за окном не является весомой причиной не выходить на работу. Если бы только можно было в мгновение ока добраться до главного офиса: без спешки, без толкучки в метро. Мужчина не первый день размышляет над приобретением автомобиля. За годы, проведенные в офисе туристической компании, он собрал некоторые сбережения. Не сказать, что зарплата страхового агента выше среднего, нет, просто ему банально некуда тратить честно заработанные. Нет ни жены, ни детей, родители хорошо себя чувствуют на пенсии, тогда как редкие встречи с парой тройкой друзей не требуют особых затрат. Звук замочной скважины сопровождается громом, пробравшимся в приоткрытое окно лестничной клетки. Чжань непроизвольно морщится от вспышки молнии и прячет ключи в кожаный портфель. Уже в лифте смотрит на себя в зеркало, поправляет пиджак, неровно лежащий галстук на груди и, все-таки пожалев о выборе синего цвета рубашки, рукой приглаживает выбившуюся прядь темных волос. Характерный писк неприятно отдается в висках. Двери лифта открываются на пятом этаже и внутрь заходят пожилой мужчина и женщина средних лет. Сяо Чжань отступает к стенке назад, невольно задерживая дыхание. Резкий запах одеколона, которым ежедневно поливался сосед, вмиг распространяется в небольшом помещении. Сколько не пытается, всегда встречается с ним по утрам. Словно этот невысокий мужчина с заметными морщинами в уголках глаз и раздражающе-дружелюбным выражением лица, заведомо знает, когда выходить. Конечно, это только в его голове. Дурацкое совпадение, очередной фактор, влияющий на общий эмоциональный фон по утрам. Раздражение. Сяо Чжань прячет свободную руку в карман черных брюк и шумно вздыхает, что не укрывается от внимания женщины. К слову, видит ее впервые. Видимо, она тот самый новый жилец, о котором пару дней назад распинался дядюшка Ян — чрезмерно общительный консьерж. На вид дружелюбна и вполне симпатична, а легкий цветочный аромат, едва пробивающий сквозь густой шлейф соседа, действительно нравится Чжаню. И все же… Чувствуя на себе ее изучающий взгляд, он искренне рад избежать возможных приветствий. Новые знакомства ему ни к чему. Чжаню совершенно плевать, с кем делить площадь многоэтажного дома. В конце концов, почему это вообще должно кого-то волновать? Например, его, трудоголика тридцати семи лет, в принципе мало, что волновало. Если только это не внезапный выходной или прибавка к зарплате. На остальное сил попросту нет, да и желания тоже. В конце рабочего дня для счастья вполне достаточным приходятся на скорую руку ужин и баночка пива за просмотром серии какого-то американского сериала про ФБР. Быть честным, привык. И не то чтобы его не устраивает подобная жизнь.

***

Узкая улица между высотками города шумит машинами и вечно-спешащими куда-то людьми. Чжань гармонично вливается в привычную картину суматошного утра рабочей недели. Поезд вот-вот должен прибыть на станцию метро, побуждая обеспокоенно проверять стрелки часов на руке: не стоило засиживаться с чашкой кофе подле окна, бесцельно всматриваясь в обычно привычное. Сяо Чжань крепче сжимает ручку портфеля, ускоряет свой шаг. Впереди уже виднеется нужный поворот, и облегченный вздох рвется наружу. Остается всего ничего, как внезапно резкая боль отдается в правом плече, и почти у самого уха слышится обеспокоенное «берегитесь». Перед глазами картинка сменяется, а собственное тело оказывается распластанным на сыром асфальте. Мужчина промаргивается, глядя на все такое же серое небо над ним. Кажется, сейчас оно стало на пару тонов темнее. — Эй, Вы в порядке? — раздается сдавленный смешок сбоку. Чжань чувствует первую каплю дождя на щеке, морщась, поворачивает голову на звук. Рядом, буквально в паре сантиметрах от него, лежит темноволосый парень, разглядывающий его с улыбкой от уха до уха. Ему в самом деле смешно? Вторая капля падает уже на переносицу и, резко махнув ее ладонью, мужчина недовольно выплевывает: — Какого черта творишь? Почему-то только сейчас, кое-как поднимаясь на ноги и попутно отряхивая костюм, тупая боль расползается по всему телу. Сяо Чжань бросает укоризненный взгляд на возившегося парня у своих ног. Судя по наряду и квадратной белой коробке с красной надписью «pepperoni», обычный доставщик пиццы. Кстати о ней. Куски этой самой пепперони удачно приземлились на его кожаный портфель. Чжань стискивает челюсть от злости и уже дважды за утро тяжело выдыхает. В это же время раздается шум прибывшего на станцию поезда. Необходимый спуск в метро всего-то в двухстах метрах от него, оставалось только завернуть за угол. В голове тотчас вырисовывается образ ворчащего начальника, брызжущего на него слюной, да выговором за опоздание. Везение? Отлично. Нет, просто замечательно. — Ты, — сдавленно проговаривает Чжань, провожая взглядом последний вагон и дергая жевалками. — Не видишь куда несешься? Слепой, что ли?! — повышает голос мужчина, наблюдая сквозь морось дождя за несуетливыми сборами доставщика. — Как мне теперь добираться до работы?! Чжань бросает раздраженный взгляд на парня, преспокойно отряхивающего штанину, и чувствует собственный пульс в висках. Наблюдает за тем, как тот, не брезгуя, поднимает испачканный портфель и рукой убирает жирные куски теста. Искренне недоумевает. — Держите, — с мягкой улыбкой протягивает Чжаню пострадавшую вещь. — Мне нужно сходить за салфетками, — кивает на пиццерию справа от него. Когда дверь захлопывается, мужчина в неверии прикрывает веки. Надо же было так вляпаться. Дождь постепенно усиливается, остужая пыл холодными каплями. Чжань сдувается, как надувной шар, выпуская остатки затмившей злости. Перед глазами предательски всплывает лицо парня: приветливая улыбка на грубый тон заставляет проснуться позабытую совесть. И полностью теряется в ощущениях. Потому что… Какие, дьявол, салфетки? Сяо Чжань нехотя сдвигается с места и становится под навес. Так или иначе, он все еще опаздывает в офис, необходимо вызвать такси. Было бы проще, живи он ближе к работе, но центр города и так забит под завязку, чтобы что-то менять. Рядом раздается звон колокольчиков, привлекая внимание. Из дверей пиццерии вылетает тот самый доставщик, о котором он успел благополучно забыть — все пытался разобраться с замороченным приложением службы такси. Он забирает из рук удивленного мужчины портфель и тщательно его вытирает: сначала влажными салфетками, после чего повторно проходится по некогда испачканной поверхности сухими. Чжань внимательно следит за его махинациями и невольно задерживает взгляд на кончиках карамельных волос. Очевидно, они на вид мягкие и, вероятно, из-за погоды пушистые мешают обзору своего владельца. Парень то и дело сдувает со лба непослушные пряди волос. Засмотревшись, он не сразу замечает пару черных глаз, лукаво смотрящих на него из-под челки. — Ну вот, как новенький, — подмигивает, возвращая портфель. Сяо Чжань слабо кивает и вперивается в коричневую кожу в руках. Конечно, от запаха специй до конца не избавиться, зато не блестит от жира. — Теперь на работу? Доставщик хлопает по карманам желтых брюк, старательно что-то выискивая. — Издеваешься? — Чжань недоумевающе смотрит перед собой. — Мой поезд уехал еще пять минут назад. — У меня есть машина, — доставщик указывает на служебный автомобиль с яркой надписью «Время для пиццы», припаркованный напротив заведения. — То есть, конечно, она принадлежит не мне. Но подвезти, подвезу, — он подходит к авто, останавливаясь со стороны водителя, и приглашающе хлопает по успевшему намокнуть капоту. — Садитесь, эта детка по дорогам не ездит, летает. Чжань переводит скептический взгляд с парня на машину. Что ж, следующий поезд минимум через сорок минут, а пять автобусных пересадок — долго и выматывающе. В лучшем случае к обеду будет в офисе, в худшем — затопчут в пути. С последним Чжань, естественно, преувеличивает и все еще можно вызвать такси. Но поступившее предложение не самый худший вариант и, понимая, что больше времени на размышления нет, садится в машину. — Совсем забыл, — повернув ключ зажигания, парень поворачивается к Чжаню. — Меня зовут Ван Ибо, можно просто Ибо, — тепло ему улыбается. — Не забудьте пристегнуться. Мужчина не забывает и пристегивается для своей же безопасности. Ван Ибо плавно покидает место стоянки, вливаясь в поток машин. Несмотря на то, что автомобиль рабочий, внутри салона чисто и приятно пахнет. Ненавязчивый запах хвои окутывает и расслабляет, а мерный стук длинных указательных пальцев на руле отчего-то не кажется раздражительным, наоборот, в такт негромкой музыке на фоне. Спустя некоторое время напряжение отступает. Дождь тихо бьет в окна, размазывая картинки реальности, оставляя только пятна красного и желтого. Совсем как форма доставщика пиццы. Чжаня это забавляет — столь яркий контраст на фоне пасмурной погоды. — Ну так что? — подает голос Ибо, ожидая зеленый цвет светофора. Погруженный в собственные мысли не сразу замечает вопрос. Давно ли он был задан и не будет странным отвечать сейчас? — Что? — решает переспросить Чжань. — Я ведь представился, — ведет плечами Ибо, после чего нажимает на газ, и машина двигается с места. — А ваше имя так и не услышал. Чжань на секунду задумывается, стоит ли ему представляться. Это ведь совершенно случайная встреча, таких за день миллион, как и вариаций того, каким образом это может произойти. Они не исключение. Но из уважения, скорее, в благодарность за помощь, он все же произносит едва уловимо: — Сяо Чжань. — Сяо Чжань, — Ибо тотчас подхватывает, будто весь, от и до, был настроен услышать его имя. — Мне нравится. Мужчина никак это не комментирует, лишь украдкой поглядывает на профиль водителя, сквозящего абсолютным спокойствием. У него привлекательные черты лица, чистая и ровная кожа, небольшой аккуратный нос и губы нежно розового оттенка. Отчего-то этот странный Ван Ибо улыбается. Постоянно улыбается. Пусть встреча их началась вовсе не из приятного, а наверняка болезненное падение не должно было сопровождаться беззаботным смешком. Сяо Чжань до сих пор слышит бархатный грудной голос у самого уха. Неожиданно, но Чжаню комфортно. Вне дома. В чужой машине с чужим человеком, которого знает всего-ничего. Может, дело в погоде, а, может, в печке и разморившем тепле. Звук грома привлекает внимание, и небо на пару секунд раскалывается пополам из-за вспышки белой молнии. На плечо приземляется теплая рука, и мужчина поднимает сонные глаза на Ибо. — Мы на месте, — вновь встречает притягательной улыбкой. — Я думал, вы уснули, — объясняет незамысловатое прикосновение. — Ничего, я и правда был на грани сна. Погода способствует, — Чжань слабо улыбается в ответ, подтягивая к себе портфель на колени. — Спасибо за помощь. — Бросьте, моя вина, что вы опоздали на поезд, — разводит руками Ибо. — Рад был исправиться. — Действительно, — тихий смешок срывается с губ Чжаня. Этот, на первый взгляд, странный парень не кажется плохим человеком. — Думаю, мне пора. — Хорошего дня, — прилетает вслед от Ибо, и дверь автомобиля закрывается. Сяо Чжань быстро преодолевает расстояние от временной стоянки машин до входа в компанию, прикрывая голову портфелем от дождя. Одергивает рукой пиджак и заходит в холл на первом этаже. Внутри непривычно пусто: никого, кроме женщины за стойкой администратора и уборщицы, нет. Прибыл даже раньше обычного. Странное чувство посещает грудь Чжаня, когда он, ведомый необъяснимым желанием, оборачивается на стеклянные двери выхода. И правда, белый автомобиль с ярко-красной надписью на дверцах по-прежнему занимает карман. А название пиццерии по-прежнему светит прожекторной лампой в ничем не примечательный дождливый день. Сяо Чжаню прокрутить бы в голове утреннее — раздражительно. Однако. Почему он все еще здесь? Мужчина делает шаг в его сторону, присматривается. — L’ora della Pizza, — пытается прочесть про себя, а после серьезно задумывается: — Может, как-нибудь заказать у них пиццу?