Principles of lust

      Дамблдор изучал навыки ухода за ребенком и читал книги, как быть хорошим отцом. Все же нужно иметь в запасе такие важные вещи, чтобы воспитать ребенка. Он постарается быть отцом лучше, чем Аберфорт. В книгах пишется, как успокоить ребенка и причины почему ребенок плачет, но этот ребенок не плакал. Малыш Томми, как называл его Дамблдор, совсем не плакал. Мальчик лишь любопытно рассматривал своего новоиспеченного отца и жевал конец резиновой утки, что дал ему Дамблдор. Ребенку уже несколько месяцев, а он ни разу не плакал, он не был таким, как пишут в книге. Том был серьезным и спокойным малышом, с интересом рассматривал окружающую его среду и часто спал. Он спал и ел, иногда изучал игрушки, что ему давал Дамблдор. На счастье, Альбуса он не познал с Томом бессонных ночей, как другие молодые люди с детьми. Том был действительно спокойным ребенком. Не проблемным и не болезненным. Когда Дамблдор занимался младенцем Томом, то заострил особое внимание на гениталиях ребенка, конечно, пенис мальчика не смутил Дамблдлора, совсем нет, но у ребенка было помимо пениса словно влагалище. С таким Альбус впервые сталкивается, еще не было в его окружении парней, которые имели хоть что-то подобное. Помимо книг об уходе за ребенком волшебник решил поинтересоваться анатомией такого характера, но вышел лишь на особенность змееустов. У змееустов данная черта была характерна, ибо волшебники еще до самого Салазара Слизерина проводили эксперименты с изменением тела, чтобы спариваться со змеей. Древние люди явно были заинтересованы быть не похожими на остальных людей — подвел итог Дамблдор, и закрыл книгу про легенду о развитии змееустов. Прошло десять лет. Конечно, Том и не изменился, как в младенчестве был тихим и спокойным, так и в детстве он был таким же. Иногда Дамблдору казалось, что мальчику равнодушен этот мир. — Папа, а если я попаду не на один из факультетов в Хогвартсе? — озвучил свой страх малыш Том. — Не говори глупостей, каждого волшебника оценивают по его особенностям и талантам, распределяющая шляпа узнает какая из черт характерна в тебе и определит на нужный факультет, — произнес Дамблдор, убирая книгу по трансфигурации. Все же он должен подготовить материал для своих учеников, и самая основная часть из урока уметь заинтересовать студента, он не даст скучать на своем уроке, к тому же в этом году поедет его сын, и он, наконец-то, увидит, чем занимается его отец. Да, все же Том в последнее время редко видит своего отца, ибо Альбус с головой уходит в работу, а с ребенком иногда остается Аберфорт. Том не любит Аберфорта по причине того, что тот смеет оскорблять его отца, и от дяди всегда пахнет козами, отчего Тому противно вдыхать этот запах. Тому недавно исполнилось одиннадцать. И в этом году он поедет в Хогвартс. Альбус заранее все купил своему мальчику, но остался нюанс, ему нужна лишь палочка. После завтрака Дамблдор отправился с сыном в Косой Переулок, где была лавка Оливандера. Том решительно вошел в магазинчик и искал глазами продавца, чтобы быстрее приобрести палочку, на что Дамблдор осторожно упрекнул Тома, чтобы мальчик не торопился, это дело важное. — Ты должен быть осторожным. Неправильный выбор волшебной палочки приведет тебя к сокрушительным проблемам и бедам. Ты должен почувствовать, что ты и палочка едины, — дал совет Дамблдор, кладя руки на плечи сына. Том кивнул и попытался отыскать ту самую палочку, конечно, десять других палочек умудрились привести магазинчик Оливандера в хаос, но мальчик с настойчивым упорством требовал нести ему палочки, с каждым разом Том злился, ибо ни одна не чувствовалась «своей». Дамблдора пугала такая реакция сына, он увидел в Томе припадок одержимости. Оливандер медленно и напугано подошел к мальчику, вручая тому очередную палочку в который раз. — Если эта палочка окажется не та, я ее сломаю, — в злости пообещал Том. — Том! — недовольно воскликнул Дамблдор. Не нравилось ему поведение сына. Обычный ребенок, который не испытывал ранее эмоции резко опрокинул все чувства и эмоции на магазинчике Оливандера. Том взял светлую палочку с крючком на рукояти и провел по ней пальцами, оценивая красоту палочки. Мальчик ощутил волну, что прошлась по телу при соприкосновении с этой палочкой. Том взмахнул палочкой и все поднялось в воздух, заставляя все раскиданные вещи и разбитые вазы собираться по местам. Оливандер выдохнул, ибо эта палочка оказалась правильной и ничего больше не разрушится, и палочка не будет сломана. — Палочка из тиса с пером феникса, тринадцать дюймов, весьма необычное сочетание для необычного обладателя, не правда ли? Профессор Дамблдор от вашего сына мы будем ждать величайших дел, но я надеюсь не плохих, — с улыбкой сказал Оливандер. — Оу, я надеюсь на это, Годрик, — кивнул Альбус, смотря на гордость в лице сына. Честно сказать, он впервые видел такого сына. — Я буду великим, как мой отец, даже не сомневайтесь, — воскликнул настолько уверенно юный Дамблдор, на что Альбус забеспокоился. Они вышли из магазина, где оба шли по улице в полном молчании, каждый думал о своем. Но Дамблдор не выдержал и решил спросить. — Том, что ты устроил в магазине? Что это за агрессия была там? — остановившись спросил Альбус мальчика. — ты же всегда такой спокойный мальчик. Что на тебя нашло? — Я очень разозлился, — по слогам будто сказал Том, начав ворошить мысли в голове, чтобы придумать, как оправдаться. — я боялся, что ни одна не подойдет… — Том виновато опустил голову, показывая, что он виноват перед отцом. Дамблдор глядя на Тома не смог не простить сына за поведение и нежно улыбнулся, погладив сына по голове. — Глупенький, так не бывает, — обнадежил сына Дамбдлор. Мальчик поднял голову и улыбнулся отцу. Альбус посмотрел на карманные часы и присвистнул. — ну что, мой мальчик. К школе готов? Через полчаса уже прибудет поезд. — Так давай поторопимся, — воодушевленно воскликнул Том и прижал к себе желанную палочку. По приезду в Хогвартс мальчика распределила распределяющая шляпа на Слизерин. Дамблдор не был удивлен такому повороту событий, ибо хорошо знаком с биологической семьей Тома и его родословной. Наследник Слизерина обязательно попадет на факультет своего предка. Но на удивление предки Тома не учились в Хогвартсе по какой-то причине, а в личном деле все время была указана какая-то болезнь, чтобы Гонты не ходили в школу. И, получается, Том первый из их семьи идет в Хогвартс и попадает на факультет своего предка. Интересно, догадывался ли Том о том, что Альбус ему не родной ребенок? С первых дней в Хогвартсе Том казался отрешенным и отстраненным от общества, мальчик чисто из принципа не хотел общаться с кругом своего факультета. Том общался высокомерно и грубо с ровесниками, что очень беспокоило профессора по трансфигурации, все же не так он воспитывал Тома, не так. Он вызвал сына к себе после уроков, чтобы поговорить с ним на эту тему. Том постучал в кабинет отца и осторожно вошел в кабинет с улыбкой, предполагая, что отец хочет похвалить его за хорошо выполненную работу на самостоятельной работе по обращению из попугая в хрустальный фужер. Но Альбус строго посмотрел на ребенка, и улыбка с лица Тома сползла. — Том, присаживайся. Я хочу очень серьезно с тобой поговорить, — строго сказал Дамблдор. Разговор предвещал быть не из легких. Том сел на стул возле стола отца и внимательно наблюдал за родителем, следил за движениями, за мимикой, словно изучал. — я хотел с тобой поговорить о твоем общении с окружающими. Ты груб и ведешь себя очень высокомерно. Это потому что я твой отец и преподаю в этой школе, ведь так? — Папенька, но они все не интересные, — придумал оправдание юный Дамблдор. Том устало облокотился об спинку стула. — Найди общий язык, попробуй пообщаться, как мы с тобой говорим. Спроси, чем они интересуются, — дал совет Дамблдор. — Как с ними можно общаться, как с тобой? Они и долю величия не приобрели, они не изучали все азы магии, они не сражались с темными волшебниками. Они просто большой ноль в области общения. Не интересно. Пустышки, — хмыкнул мальчик, закатив глаза. — А тебе нужно общаться с уже великими людьми? — изогнул бровь Альбус, смотря на сына. Том перевел взгляд на отца и улыбнулся. — С тобой интереснее общаться, чем с ними, папа, — мягко сообщил Том. — Попробуй, Том. Ради меня, — покачал головой Дамблдор. И ради отца Том готов на все. Прошло ровно пять лет. Том из хмурого гадкого утенка превращается в статного лебедя. С возрастом Том стал очень красивым. Утонченные черта лица, темно-синие глаза, слегка кудрявые волосы и чувство стиля в одежде. В отличие от отца Том не спешил выделяться и одеваться ярко и несуразно, он предпочитал элегантность и строгость, которые так подходили к его спокойному и серьезному характеру. Том так и продолжал сторониться людей, показывая свое равнодушие и холодный нрав. Некоторые студенты и подавно его боялись. Помимо хороших внешних качеств Том владел и хорошей успеваемостью в школе, был лучшим среди остальным, он был тем, кому давалось все очень легко. И, конечно, Дамблдор гордился, что у него такой сын, но были некоторые нюансы, которых Дамблдор не хотел признавать, например, острое желание сына показать ему, что он лучше всех, не давая другим студентам заинтересовать профессора. Все внимание Том направлял на себя. А когда Альбус все же обращал внимание на него, то Том краснел и нежно улыбался. И все же очень странная реакция. Том не был похож на остальных студентов. К тому же Том очень хорошо располагал внимание учителей и друзей Дамблдора, стараясь общаться чуть постарше себя. Альбус счел это тем, что Том мечтает приобрести величие и мудрость, чтобы отец смотрел на него, как на равного. После окончания СОВ все студенты могли выдохнуть и уже завтра студенты готовились отправиться домой. Альбус собирался лечь спать, чтобы завтра быть бодрым к отъезду, но в комнату постучались. Интересно, кто же мог это быть? Дамблдор открыл дверь и увидел на пороге сына. — Том? Почему ты не в кровати? — спросил Альбус, волнуясь услышать что-то серьезное. Том поджал губы, краснея при виде отца. — Ты же знаешь, что я страдаю фобией, так вот…я пришел к тебе спать, — неуверенно произносит Том, сминая пальцы в своих ладонях. Альбус помнил, что Том боится темноты, и походу, страх не уходил. — Иди ложись, — согласился Дамблдор, пропуская сына в свою комнату. Том кивнул и неуверенно прошел в комнату с пижамой в руках. — Ты что, прямо здесь будешь переодеваться? — спросил Альбус, смотря на сына. — Конечно, мы же мужчины, чего нам стесняться? — задал риторический вопрос Том и приступил к переодеванию. Как же хотел Альбус напомнить, чего им нужно было смущаться, но не стал. Том на зло как-то медленно раздевался, осторожно и с долгим ожиданием расстегивал пуговицы на рубашке, а после начал приступать к брюкам. Все это было долгим действием со стороны сына, а у Дамблдора при виде обнаженного торса сына немного появилось возбуждение. После расставания с Геллертом прошло максимум лет двадцать, а секса у Дамблдора так и не было. Он обещал Геллерту быть верным только ему, на что сейчас чуть не сходит с ума виде обнаженного тела своего сына. Дамблдор недолго думая повернулся к Тому спиной, на что удивил и даже разозлил Тома. Видел бы Альбус, как был нахмурен сын реакцией Тома. Юноша так хотел, чтобы отец сорвался и у них был хоть какой-нибудь интим, но мужчина стойкий оказался и на манипуляции не поддавался. — Я все! — резко воскликнул Том, на что Дамблдор повернулся и встречается с полуобнажённым Томом, который разделся, но пижаму так и не одел. — Том! Хватит меня разыгрывать! Я спать хочу, — Дамблдор ойкнул, когда увидел такого Тома и отвернулся от него. Том закатил глаза и начал надевать быстрым темпом пижаму, а после залезая на кровать и накрываясь одеялом. Альбус услышал, что сын готов ко сну, то повернулся к кровати и тоже лег, потушив свет. Тем временем слизеринец начал возиться на кровати, никак не найдя более комфортное место для того, чтобы уснуть и приблизился к отцу вплотную, прижавшись к нему и кладя ногу на пах. Альбус резко открывает глаза и немного неловко рассматривает довольного сына на нем.