Выбери меня среди прочих людей.

Повествование ведется от лица Адриана. Скандал разразился на все поместье семьи Де Виллеров, старший глава рода был в ярости и разочаровании, такого позора и безответственности он не ожидал от внука, подаренного дочерью. И даже она, его собственная мать, смотрела на Людвига и не узнавала его, в ее лице читалось крайнее недовольство и удовлетворение от ярости отца, она тайно надеялась что ее сын возьмётся за разум и продолжит бороться за титул. Но тот в свою очередь лишь опускал голову, без сожалений, со спокойствием на лице, словно для него эта была лишь формальность. Все напоминало суд, где провинившийся давал показания, выслушивал обвинения и в конце ожидал своего наказания. Людвига не трогало ничего, того что тетя была им недовольна, что столько глаз пристально наблюдали за ним, словно он совершил преступление, это создало бы психологическое давление, которое он в свою очередь, не выдержал бы в прошлом, сорвался. Ползал бы на коленях, прося прощения, за огорчение своей драгоценной матери. Но тут встречаясь с ней взглядом, он и бровью не повел, выводя ее из себя. Более того он признал что не сожалеет, не станет препятствовать передаче титула, собираясь жениться и уехать. Такое заявление повергло всех в удивление, он смог прямо и открыто заявить о своих планах, не страшась осуждения, гнева и гнёта. В тот момент мы переглянулись с отцом, его лицо отразилось в довольной усмешке, цель была достигнута. Он с ухмылкой наблюдал за всем происходящим, в особенности за своей старшей сестрой. Ко мне же пришла легкая мигрень, вспоминая сколько дел нужно будет решить с передачей титула и привести в порядок свою личную жизнь. Вопрос с семейкой Блэквуд должен быть решен в срок, Клод не должен думать что я играю на два фронта. Иначе все разрушится так же внезапно, как и началось. Я лишь через мгновение заторможенно заметил что, в конце концов, Корделия не выдержала, выбежала к сыну и попыталась со всей дури ударить его. Он смиренно был готов принять удар, если бы не старший сын дедушки. — Прекращай, Корделия. Он выбрал свой путь и тебе следует с ним смириться. — спокойно прервал Роан свою младшую сестру, схватив ее за руку, не сильно сжимая запястье. На что он получил яростное сопротивление в ответ. — Какое тебе дело? Это мой сын, тебя это не касается! Не смей вмешиваться! — психовано прокричала женщина, пытаясь выдернуть запястье, она потеряла весь свой самоконтроль. Лицо исказилось безумием и яростью, уродая ее. — Он больше не ребёнок, ты не можешь принимать решения за него. К тому же, отец ясно дал понять что не станет отдавать ему титул. — твердо проговорил дядя, сжимая сильнее руку младшей сестры, заставляя ее еще больше взбеситься. Я метнул взгляд в дедушку, который молча наблюдал за этим зрелищем. Его темные как ночь глаза, холодно и безразлично наблюдали за поведением собственных детей, анализируя их. Его старческая проницательность давала видеть то, чего возможно я не видел, в силу своей юности и незнания. Он делал свои выводы, не вмешиваясь до поры до времени. — Ведешь себя хуже дворняжки, успокойся, ты уже проиграла. Я ведь говорил, мой сын займёт мое место. — ехидно, с видом победителя проговорил вмешавшийся отец, наконец выходя из тени, переставая быть наблюдателем. Он неотрывно наблюдал за меняющимся лицом сестры, многие эмоции отражались на нем, заставляя чувствовать напряженность всей ситуации. — Заткнись! Людвиг все еще может унаследовать титул! Мы можем... — хотела было закончить она, но не успела. Ее прервал дедушка, то ли уставший от ее истерик, то ли не хотел развязывать еще больший скандал с участием моего отца, который явно хотел вывести еще больше из себя тетю. — Замолчите. Вы позорите семью Де Виллеров, своим недостойным поведением. И не смейте больше пререкаться с моими решениями. — взгляд многозначительно упал на среднюю дочь, которая подждала губы, ее трясло, не было понятно от чего именно, гнева или ощутимого позора. В любом случае это заставило меня испытать почти садисткое удовольствие, смешанное с облегчением от проделанной работы. Она должна знать свое место. Решение старшего в семье, мог оспаривать только мой отец, но крайне редко. Чаще всего они сходились во мнении, пока дело не касалось семьи. Тут уже были задействованы и семейные роли, а не только политические дела. — Адриан, ты заслужил занять место главы семьи. В скором времени в честь этого состоится банкет, где твой отец объявит об этом официально, мои поздравления. — формально, но с ноткой гордости и расположенности проговорил дедушка, меняясь в лице, смотря прямо на меня. Все это время я стоял поодаль, ничего не говоря, лишь наблюдая за всем, но в этот раз внимание стало приковано ко мне. — Благодарю, это честь для меня. — с привычной улыбкой ответил я, касаясь груди. Дедушка же услышав все за сегодня, ушел, оставляя за собой детские разборки, которые его утомили. Но это решение повлекло следующие споры и новый накал страстей, который может не утихнуть, пока кто-нибудь не начнет драку. Собственно говоря, на это было бы интересно посмотреть. — Если бы вы не вмешались, все можно было исправить! Ублюдки! — истерично заявила Корделия, явно не осознавая всю гибель своего положения. Ее грудь вздымалась от злости, брови были нахмурены, глаза бешено расширились, выдавая в ней душевнобольную. — Эй, поаккуратнее со словами сестричка. Отца тут нет, к твоему сведению. — хищно проговорил мой отец, не скрывая угрозы, которую он нес за тем что сказал. Но это не остановило тетю, она вскинула голову, остервенело смотря прям на младшего брата, прожигая его ненавистным взглядом. — Вы что издеваетесь? Отец сказал вам прекращать и не устраивайте цирк перед собственными детьми! — громче обычного вмешался дядя Роан, возмущенный поведением своих младших, он перекидывал взгляд с отца на тетю. Они поумерили пыл, но никто не отступал, продолжая с вызовом смотреть друг на друга. — Мама, хватит. Даже если бы дедушка простил меня, я все равно не стал бы дальше что-либо предпринимать. — с уставшим, но спокойным и в некоторой степени твердым голосом проговорил Людвиг, он выглядел измотанным, словно еле как держался на ногах. А ведь совсем недавно ему эта истеричка явно устроила взбучку, даже жаль его. Однако что я слышу, он не стал бы... Вот эта да, удивительный поворот событий. Я думал у всей этой семейной ветви, жадность до мозга костей играет важную роль, но нет, она не настолько прогнила. — Что ты черт побери несешь?! Ты себя слышишь? Думаешь, я дам тебе так просто все бросить и уйти в закат с той шлюхой? — взгляд отца мгновенно стал хищным, для него, человека, который превыше всего ценит свою жену и сына, это сродни оскорблению его ценностям. Дядя Роан тяжело молчал, но осуждение лилось от каждого из ее братьев, даже если не вслух. Этого следовало ожидать от Корделии, неуважение ко всем, кроме самой себя. Она даже не в состоянии принять решение родного сына, что ещё можно от нее ждать? — Не называй ее так, если ты настроена настолько негативно, то можешь не продолжать. — резко проговорил Людвиг, ошпарив мать разочарованным и гневным взглядом, он ушел, не оборачиваясь, оставляя ее в ужаснейшем негодовании. Она ошарашенно смотрела в след еще пару секунд, пока не очнулась от своего транса и чуть ли не бежала за ним. Так и закончился семейный сбор.

***

Неделю спустя. Все это время поместье готовилось к пышному банкету, куда были приглашены практически все дворяны, в том числе приглашения были отправлены и в императорскую семью. Многие уже понимали к чему все это, но исход оставался для некоторых непредсказуем, а кто-то уже понимал отчётливо, кто станет следующим главой и представителем Рода Де Виллеров. Возможно, именно поэтому и наследный принц решил не упустить возможность прийти лично, шокируя многих присутствующих. Мне же оставалось лишь гадать, почему Анастасиус за все это время слишком часто стал появляться? Два раза уже не случайность, да и в таких обстоятельствах. Возможно он что-то знал, о чем то догадывался или же хотел использовать меня, завербовать под свою фракцию. Тем не менее, он наследный принц, нужна ли ему такая формальность? Не сказал бы, что сегодня не важный день, но Анастасиус в силу своего статуса мог позволить себе не идти, однако я не могу утверждать случалось это часто или нет. На самом деле я и не интересовался им особо, а следовало бы. Проходя мимо гостей, я успевал лавировать между их различными разговорами и формальностями, одаривая каждого улыбкой. Многих я знал поименно, имея представление о их семьях, о полезности и какими ресурсами они владеют. Благо, практически со всеми были прекрасные взаимоотношения, проблем быть не должно.

Продолжение следует...