Не заключайте сделки с демонами

Дамиано, Томас и Итан с удивлением уставились на стоящего в дверях парня. Конечно же, его знала только Вик, ну и Давид, который пересекался с ним в аду не при самых лучших обстоятельствах. По его мнению Леонардо и для жителя ада был редкостной сволочью. Виктория постаралась быстрее придумать, как бы представить демона, не выдавая его настоящую сущность. — Это мой друг, Леонардо, он согласился быть у нас менеджером, — протараторила Де Анджелис, надеясь, что тот не будет против поддержки этой лжи, а группа купится. Она сейчас так была сосредоточена на этом, что не замечала странное поведение Дамиано, который тоже от этой встречи был не в восторге. — Рад знакомству, — проговорил Итан, прерывая неловкое молчание, и подошёл к демону, пожимая ему руку. Лео поморщился, ему крайне неприятно было ощущать прикосновения религиозного Торкио. — Я тоже, — Леонардо все своё внимание уделял Дамиано, смотрел на него со смесью удивления и злорадства, было понятно, что он не ожидал его здесь увидеть, но вот, что тот задумал, Давид не знал, и это его напрягало. Хотя он мог защититься, но вот если бы Лео взялся за интересовавших его людей, это бы стало началом конца. Томас проигнорировал нового знакомого, ему было вообще все равно. После недлинного неловкого разговора, все разошлись, только Леонардо остался, вновь приставая к Виктории. У девушки были планы, но демон не собирался её так просто отпускать, у него имелось какое-то новое задание, а также повод подомогаться Вик. — Хватит, пожалуйста, не надо сейчас, — Де Анджелис ужасно тошнило от всего происходящего, единственное, что хотелось, это уйти и выкинуть из головы эту сделку и идиотские требования. Томас, вернувшийся за забытыми медиаторами, внимательно смотрел на это. Он понимал, что Виктория не хочет, чтобы этот парень к ней приставал. Раджи собирался просто свалить, но другая его добрая часть порывалась помочь. Как бы он не относился к девушке, на его глазах пытались изнасиловать человека, и это было ужасно. Как он мог такое допустить? Но Томас стоял и не двигался. Вик спас телефонный звонок на этот раз Дамиано, который спрашивал о репетициях и репертуаре. Леонардо на время ушёл, но потом все же появился снова и объявил задание. Виктория поняла, что это невозможно. Она должна была убить Джорджию Солери, прошлую заказчицу Лео, которая не сдержала обещание. — Но мы не говорили об убийстве?! — возмутилась девушка, на что получила долгое молчание в ответ. На её вопросы отвечать не хотели, — Можно, я сделаю что-нибудь другое, пожалуйста: ограблю её дом, выкраду ребёнка, устрою какой-то инцидент, чтобы она лишилась работы, но забирать жизнь я ещё не готова, — взмолилась Виктория. — У тебя есть месяц на подготовку, — заявил Лео, — А потом решим, чья душа будет жить дольше: её или твоя. Вик не представляла, как всё это сделает, но умирать или лишаться души ей тоже не хотелось. Весь ужас заключался в том, что она по-любому бы умертвила душу, Виктория просто не могла никого убить, она была не злодеем в этой истории.

***

Итан старался прогнать из головы это наваждение. Он понимал, что с Давидом что-то не так, особенно с Давидом в его снах, но, может быть, что-то не так было с ним самим? Может быть, ему слишком понравился Дамиано и он старался это отрицать, видя в нем злодея? — Скучаешь? — позади раздался чужой такой до боли знакомый голос. Итан дёрнулся и резко обернулся, никого не замечая. Почудилось, ему просто почудилось. Он сошёл с ума. — Ты такой красивый, невинный… — Торкио почувствовал холодок на своём плече, будто его невесомо коснулась чья-то рука. Это точно уже попахивало клиникой. Холод пополз вниз по телу к штанам, и Итан отскочил, крестясь. — Что за чертовщина? — спросил он у пустоты. — Практически угадал, — в голосе слышалась ухмылка. — Я сплю, — начал заверять себя Торкио. — Ущипни себя, — пропели ему на ухо, — За сосок, — добавили более томным голосом. Итан понимал, что после такого будет смотреть на Давида по-другому, не сможет спокойно с ним работать. Вот за что ему это всё?! Итан ущипнул себя за руку и чертыхнулся. Было больно, было правда больно. — Покажись, — приказал Торкио тому, кто наглым образом пробрался в его квартиру, но Давид считал, что для этого сейчас ещё слишком рано. — Ты меня всё равно прогонишь, — сказал напоследок Дамиано и убрался самостоятельно. Изгнание было не особо приятным, его всего будто выворачивало и далеко-далеко откидывало, но это было ничто по сравнению с удовольствием, которое он получал от совращения этого человека. Для Дамиано это становилось уже не просто игрой, он желал проверить свои силы, способности, стойкость Итана. Так хотелось заполучить этого парня себе, точнее чтобы тот был с ним по своей воли. Давид не понимал только, почему он надеялся на по-человечески нормальные отношения, равноправные, чтобы Торкио не был его слабее и чтобы он из-за своей сущности не считался чистым злом. Наверное, он просто слишком устал от одноразовых связей, страсти и пустоты в глазах своих партнёров. Итан был не таким, Дамиано чувствовал это. Торкио был создан для одних-единственных отношений, длиною в жизнь. Он бы так сильно любил своего партнёра, только вот Давид навряд ли бы смог стать этим счастливцем, скорее счастливицей. Что там церковь говорила об однополых отношениях? Что это смертный грех и мерзость? Конечно, Итан, живущий по заповедям, так осквернять себя не будет. Но Дамиано был демоном, он всегда добивался чего хотел в первую очередь ради собственного удовольствия.

***

У Дамиано возникло одно важное дело — выяснить, какого хрена здесь оказался Леонардо. Он определенно был с кем-то связан. Скорее всего с Викторией, ведь она спокойнее всех отреагировала на его появление. Давид чувствовал, что Лео втянул девушку во что-то плохое, и он должен был… Помочь, точнее сделать так, чтобы группа, в которой он собирался петь, ни от кого не зависила. Дамиано хотел несколько лет насладиться такой жизнью, а потом громко погибнуть в каком-то несчастном случае. Он не желал выдавать своей сущности людям, а у тех появились бы вопросы, когда он за двадцать лет не постарел бы ни на день. У бессмертия были свои плюсы и минусы. А Давид так от него устал, что уже видел только последние. Возможно, на самом деле бессмертие было трагедией, но не для демона у которого, можно сказать, отсутствовала душа. Находясь в бестелесном обличие он решил проследить за ними, единственная проблема заключалась в том, что Леонардо бы заметил его. Сам Лео перемещался прямо с телом, Давид тоже так мог, но в человеческом обличие практически невозможно было попасть кому-то в голову, например, залезть в чужой сон, что Дамиано делал достаточно часто. Слежку он решил отложить на несколько дней, перед этим хотелось получше влиться в коллектив и узнать чужие секреты прямо так.

***

Томас чувствовал себя последней сволочью и мудаком. Он не мог себе простить такого игнорирования проблемы. Он должен был защитить Вик, помочь ей. Сейчас он первый раз в жизни, наверное, воспринимал её как девушку, которая привлекала мужчин, его в частности, и какого-то Леонардо, который вёл себя отвратительно. Но имел ли право Томас судить его? На этот вопрос парень не мог ответить, но он был обязан защитить Викторию, даже, возможно, вступить с ней в фиктивные отношения. Но Томас, увы, не был героем, он скорее на злодея походил и всегда всё портил, рушил то, к чему прикасался, может, ему и не стоило в это лезть, а подбить на отношения с Викторией Итана, тот был хорошим и смог бы обеспечить ей счастливое будущее. Это было неплохой идеей, но что-то внутри Раджи сопротивлялось. Томас был создан, чтобы притягивать проблемы, в этом он мог посоревноваться разве что с Викторией, и вот сейчас он шёл, чтобы разрешить отношения с компанией, которая оскорбляла Вик. Он даже не думал, что потом его могут коснуться последствия. — Она реально думает, что у неё получится? — злорадствовал кто-то, разглядывая фотографию Виктории, поющей на улице. — Хватит, — Томас приблизил снимок, там был запечатлён ещё и он, — Она делает много всего, чтобы добиться своей мечты, и я в неё верю и помогу ей, а вы все и можете только что смеяться за спиной над другими, потому что сами ничего не добьётесь. — Что ты сказал? — возмутился кто-то из ребят. Раджи уже понял, что влип, но надеялся отделаться парочкой синяков. Несколько парней из компании на него надвигались с кулаками. И Томас, постаравшись посильнее врезать одному из них и воспользовавшись секундным замешательством противника, побежал к дому. Это был далеко не конец. Он совершил гигантскую ошибку, унижая этих людей, и те, конечно же, хотели отомстить.