Учитель с секретом

      Юнги прокручивал в голове весь вечер, хоть он и выпил очень много, но все события, происходящие в комнате не давали покоя. Видел, что Чимин так же получал удовольствие от процесса, да и вообще был очень мягким в руках студента, словно плавленый сыр. Выгибался, куда направляли и наклоняли, целовал чувственно, нежно, но через мгновение страстно, это заводило с пол оборота. Образы скакали перед глазами бедного парня, который только и мог хвататься за волосы.       Резко поднял голову и посмотрелся в зеркало, окинув свои волосы придирчивым взглядом. Улыбнувшись своему отражению, он выскочил из ванной, схватил ключи от квартиры и закрыв дверь побежал вниз, перепрыгивая по три ступеньки за раз, а с лица не сходила широкая улыбка. Именно таким счастливым и растрепанным, парень залетел в парикмахерскую. — Здравствуйте, я бы хотел осветлиться и немного подстричься, — выпалил он с порога девушке, подоспевшей к нему. — Конечно, проходите за третий столик, — указала та ему направление. — Я сейчас позову мастера.       Расположившись в кресле, Юнги представлял удивленное выражение лица учителя, когда вместо ярко рыжей головы встретит светлую. Посетители стали оглядываться на мальчишку, который прикрыв глаза глупо хихикал, изредка облизывая нижнюю губу. Казалось, что перед вами маленький котенок, который только научился лакать молоко из мисочки, но из-за неопытности запачкал моську и теперь слизывает остатки до куда достает язычок. — Я конечно рад, что у моего клиента такое игривое настроение, но я должен вас прервать и приступить к работе, — на Юнги смотрел улыбчивый парень с темно-красными волосами. Его улыбка буквально ослепляла. — Пожалуйста озвучьте мне свое пожелание относительно волос. — Да, я хотел бы осветлиться и подстричься немного, — объяснил студент, смотря в глаза своему парикмахеру, который очень внимательно его слушал. — В будущем я хотел бы поменять цвет волос на пепельный, но на рыжий этот цвет плохо ляжет. — Согласен, — кивнул работник. — Что ж, я приступаю к работе, но сперва думаю осветлить, а потом уже буду состригать лишнюю длину, так и вы сможете меня остановить тогда, когда посчитаете нужным. — Отлично, приступайте, — и Юнги отдался в руки мастера.       Тот действовал очень аккуратно и за волосы не тягал. Было приятно находиться в руках такого мастера, поэтому Юнги даже прикрыл глаза, наслаждаясь процессом. Пальцы парикмахера профессионально прокрашивали прядь за прядью и уже через час парень смотрел на свои светлые волосы. — Мне нравится, — улыбнулся студент. — А теперь примерно на 2-3 см подстричь, эм, простите, как к вам обращаться? — Я Чон Хосок, — снова солнечная улыбка от мастера. — Сделаю все в лучшем виде. — Спасибо, Хосок, — ответил тот улыбкой на улыбку. — Я кстати Мин Юнги. — Очень приятно познакомиться, мы ведь одного возраста наверное, — между делом произнес парень, подстригая кончики волос. — Я еще студент, но подрабатываю в этом салоне. Нет, наверное правильнее сказать — прохожу практику. Учусь на последнем курсе, а этот салон мой экзамен. — Вот как, — протянул Юнги. — Ну лично мне ты очень нравишься. Ну в плане своей работы, делаешь все очень аккуратно и профессионально. Раньше мне рвали волосы или оставляли проплешины, поэтому я стал сам себя красить, но вот длина, пришлось опустить волосы. А возраст, ну я на втором курсе юридического. — Оу, серьезная профессия, — присвистнул парень, просушивая волосы феном и делая укладку. — А мне вот всегда нравилось возиться с волосами и друг посоветовал выучиться на парикмахера. Да это больше хобби, чем профессия, но мне очень нравится, лучше буду делать то, от чего мне хорошо, а не из-под палки - ненавистное.       Юнги сперва ухмыльнулся, а потом его улыбка медленно угасла. «Делать ненавистное из-под палки» — означает выполнять что-либо не нравившееся, когда тебя заставляют. Парень задумался, а не целовал ли его Чимин, потому что был вынужден? Ведь именно так это и выглядит. Его секрет был раскрыт одним из его студентов университета, где он был учителем тихоней. А затем этот студент выдвинул плату за молчание — поцелуй. Но это не могло быть принуждением, ведь учитель сам таял от прикосновений подростка, и сам отвечал на дальнейшие поцелуи, а тот крышесносный минет… Чимин сам его делал, Юнги даже не просил. Нужно с этим срочно разобраться и выяснить все. — Юнги? — Хосок казалось уже не первый раз звал парня, уже прыгая перед его лицом. — Да? Что? Прости, я задумался, — успокоил он парня. — Ты закончил?       Посмотрел в зеркало и даже удивленно охнул, на него смотрел милый паренек с светлыми волосами и такой же светлой кожей, больше похожей на фарфор. В итоге если не двигаться, то его можно перепутать с фарфоровой куклой мужского пола, однако эта кукла очень остра на язычок и может ранить. — Надеюсь все устраивает? — Спросил Хосок искоса следя за эмоциями своего подопечного, который по-детски дергает некоторые пряди и крутит головой в разные стороны, рассматривая себя со всем сторон и строя рожицы. — Слушай, ты очень интересный, мне бы хотелось еще с тобой поболтать как-нибудь, не в рабочей обстановке, если ты конечно не против? — Хм, друг? Ты предлагаешь мне дружить? — Повернулся Юнги к нему лицом, доставая бумажник, чтоб рассчитаться. Хосок повел парня за стойку, там была касса. — Знаешь, а идея встретиться и поболтать, неплохая. Я оставлю свой номер телефона, позвонишь мне, когда будет свободное время. — Я хочу с тобой подружиться, только одного разговора маловато, поэтому буду рад новой встрече, — улыбнулся юный парикмахер. — Я думаю буду свободен в середине недели, я наберу. — Ну тогда до встречи, — подмигнул Юнги и вышел из салона и направился к ближайшему кафе перекусить.

***

      Переступив порог своей квартиры, Чимин скинул обувь и прошел на кухню, поставил чайник и уставился в окно. На улице только занялся рассвет, значит оставленный паренек еще сладко спит. Чимин не понимал себя, его тянуло к этому подростку магнитом, тот поцелуй и все остальное — неправильно, но ему очень понравилось и хотелось повторить. А что самое удивительное, так это его желания. Рядом был целый клуб полуголых девиц, готовых раздвинуть ноги перед красивым парнем прямо чуть ли не на барной стойке, но Чимина воротило от всего этого беспредела. Да даже приличные вип-курицы не возбуждали интерес и член в штанах даже не дернулся.       Но стоило выхватить из толпы рыжую макушку, как сердце вдруг решило проломить грудную клетку и прогуляться, желательно до обладателя этой самой макушки. Один взгляд и Чимин пропал, ему захотелось оказаться рядом, хотелось завести бессмысленный разговор, поэтому оставив друзей полетел вниз. Он чувствовал волнение исходящее от Юнги и сам волновался не меньше студента.       Чимин вполне себе взрослый парень, постоянно находится среди толпы фанатов, казалось должен привыкнуть к такому, тем более не раз было, что его успевали схватить за футболку и тогда приходилось приложить силу, чтоб уйти со сцены в одежде. А тут сердце так громко случало, что отдавалось в ушах, ком в горле вставал, ладони потели. Знаменитый айдол становился влюбленным подростком рядом со своим студентом. — Стоп, влюбленный? — Остановился Чимин с чайником в руках. — Не может быть, я не мог запасть на своего студента, плейбоя, выпендрежника да и вообще самовлюбленного придурка…       Но тут перед глазами учителя пронеслись флешбеки их поцелуя и минета. Как Юнги стонал, пока Чимин овладевал новым искусством. Эти стоны так били по Паку, что тот кончил в штаны от процесса. Это не могло случиться просто так, однако Чимин понимал, что нужно это прекращать, как можно быстрее. Он переступил черту, студент — учитель, еще ладно, но парень — парень, уже перебор.       Ослабив хватку, чайник накренился и кипяток вылился на правую руку учителя. Вскрикнув парень выронил чайник и отскочив побежал к крану и включил холодную воду, однако было поздно, поэтому пошипев, Пак поплелся в ванную вытаскивать аптечку, там были разные мази и бинты. Кое как обработав ошпаренную руку, Чимин завалился на кровать в спальне и взвыл в подушку, колотя ногами ни в чем не повинное одеяло. Спустя десять минут истерики, он затих и прикрыл глаза, даже не заметил, как провалился в сон.       Проснулся только вечером и понимал, что голова болит, ночью вряд ли уснет, а значит режим сбит и придется мучиться всю ночь и следующий день, чтоб не уснуть, а уже вечером провалиться в спасительную темноту без мыслей. Ведь там один только МИН ЮНГИ. В итоге выходные молодого учителя прошли в квартире, выходить не было желания. Но даже так, Чимин часто замечал, как зависал казалось на пару минут, а на деле проходило несколько часов. О чем были мысли, конечно же о Юнги. Удивительно? Нисколько, наоборот очевидно и было бы странным если он начал бы думать, например, о жареной курочке.

***

      Неделя началась далеко не радужно. У Чимина болел ожог на руке, голова гудела, как будто он не спал месяц, при этом бухая хуже заядлого алкаша. К сегодняшним занятиям он не подготовился от слова совсем, Чонгук поглядывал сочувственно, но не хотел лезть не в свое дело. У Чимина была последняя пара с второкурсниками с юридического, там должен быть Юнги. Руки тряслись от предстоящей встречи, как смотреть ему в глаза Пак не знал, на столе навел порядок, потом снова раскидал все бумажки, но через секунду снова принялся разгребать погром.       Звонок прозвенел неожиданно, заставив Чимина вздрогнуть. Аудитория стремительно начала заполняться. Чимин сквозь очки наблюдал за сей пополнением и старался выхватить рыжую макушку. Такой яркий цвет нереально пропустить, но вот поток прекратился, а рыжика так и не обнаружилось. Учитель в панике поднял взгляд и снова поверхностно прошелся взглядом по макушкам студентов и понял, что Юнги сегодня отсутствует. — Учитель Пак, вам плохо? — Вдруг донесся очень знакомый голос. Чимин почувствовал, как мурашки пробежали по позвоночнику. — Выглядите утомленным.       Чимин посмотрел на говорящего и тихонько ахнул. На него смотрел парень с осветленными волосами и ухмылкой на лице. Мин-мать-его-Юнги, только вот изменившийся. Больше нет того бунтарского цвета волос, нет вульгарных колец на пальцах, да и серьги в ушах, были лишь маленькие серебряные колечки. Волосы короче на несколько сантиметров и теперь открывали его кругленькое личико. Не изменилась разве, что ухмылка. Он всегда приподнимал только один уголок губ, из-за чего это слегка напоминало оскал, тем более в тандеме с взглядом исподлобья, так вообще страшно становится. — Нет-нет, все в порядке, — прохрипел Чимин, пристально рассматривая студента. — Учитель, вы сейчас взглядом разденете нашего Юнги, — хихикнула девчушка, сидящая рядом с парнем и потянула того за рукав вниз, чтоб он наконец приземлился на стул и она могла снова наклониться к нему очень близко и продолжить флиртовать. — А вы я смотрю слишком высокого о себе мнения, студентка, — проговорил Чимин громче, чем рассчитывал. — Ваше поведение на парах оставляет желать лучшего. Вместо того, чтобы строить глазки, лучше бы занялись учебой. А то грудь выпячивать научилась, а в голове пустота. — Как грубо, я между прочим хорошо учусь, — надула она свои красные губки и прищурилась, смотря на учителя. — Я не виновата, что вы плохо преподаете, что мне не интересно слушать.       По аудитории прошлись шепотки, отличники прикрыли рот ладошкой, потому что Чимин идеально преподносил материал, даже двоечник бы все понял. Остальные подозрительно косились на наглую девицу, которая так развязно разговаривала с учителем, за такое наказывают, но похоже девчонка хлебнула храбрости и наглости, теперь выплевывает. — Раз вы так хорошо учитесь, не продемонстрируете нам ваши навыки, — растянул Чимин губы в хищном оскале. — Я задавал домашнее задание вам на выходные. Выйдите к доске, расскажите ответ на ваш билет.       Девушка передернула плечами, улыбка сползла с лица, она отодвинулась от Юнги, который с интересом наблюдал за сей сценой, демонстративно сморщила носик и фыркнула. — Спасибо за предложение, учитель Пак, но я вынуждена вам отказать, — прошипела девушка. — Не хочу стоять рядом с вами, противно.       Вся аудитория ахнула, Юнги округлил глаза и метнул взгляд в дерзкую девушку. Даже двоечники вжали головы в плечи, потому что это уже все. Студентка перешла черту. — Что ж, печально, тогда поднимите свою наглую жопу со ступа и пройдите в кабинет директора, — взгляд учителя метал молнии. — Или может вам помочь? Не откажусь, а все остальные откройте эпоху Чосона и прочтите первый параграф, можно даже сделать план. Вернусь, проверю.       Легкой походкой подошел к наглой девушке, взял ее за локоть и под ругательства вывел из аудитории. — Вот это да-а-а, — протянул Бомгю. — Она совсем оборзела, чую сейчас ей язычок то мылом натрут. — Юна сегодня отжигает, наверное присутствие Юнги ее поддерживало, — хихикнул Югём. — Наверняка надеялась на его защиту, а тут такой облом. — Ага, дурочка, прыгнула выше головы и теперь расплачивается, — хмыкнула Лалиса. — Но ладно она, вы видели, как изменился учитель Пак? Горящий взгляд, даже очки не смогли скрыть, а голос, кто знал, что он такой классный? — Он всегда тихо говорил, а тут прям чисто и достаточно громко, — протянул Джухёк. — У меня даже мурашки пробежали и волосы на руках дыбом поднялись.       Все тихонько захихикали в его демонстрации, а Юнги смотрел на дверь, где несколько минут назад скрылся Чимин и Юна. Разговоры про Пака ему не понравились, ни кто не должен видеть очарование и красоту Чимина, никто, кроме него. — Хватит нести чушь, — фыркнул Юнги. — Стоило ему стать серьезней и вы сразу переменили о нем мнение. Он как был ботаном, так и остался, просто похоже сегодня так же, как и Юна хлебнул храбрости.       Студенты переглянулись и наконец-то решили заняться заданием, все-таки этот ботан может без усилий «поставить раком», никому не хотелось это ощутить на себе.

Кабинет директора

— Чимин, то есть учитель Пак, что вас привело? — сказал директор, а после заметил студентку, которая упиралась и пиналась. — Интересно, что это за поведение, юная леди?       Директор нахмурил брови и смотрел на студентку, которая кидала злые взгляды в учителя, а потом перевела взгляд на директора и сделала самое жалостливое лицо, на которое была способна. — Директор Ким, учитель оскорблял меня, — сложила она ручки на груди. — А потом еще грубо притащил к вам, я ничего не сделала.       Чимин закатил глаза и цыкнул, прошел по кабинету, как по своему, выкатил стул из-за второго стола и плюхнулся на него. Снял очки, ослабил галстук и расстегнул одну пуговицу, а затем пятерней зарылся в волосы и растрепал их, раскидывая по сторонам от лица. Девушка притихла и наблюдала за действиями учителя, а когда он закончил и посмотрел на нее, она ахнула и прикрыла рот ладошкой. Перед ней сидел парень ее мокрых снов — Минни собственной персоной. — Джин, эта юная…особа, — проговорил Чимин, растягивая слова, — сегодня решила, что очень важная птица и может грубить учителю. Сперва решила пристыдить меня тем, что я долго смотрел на студента, который еще в пятницу был хулиганом, а сегодня выглядел, как прилежный студент. Меня это удивило, поэтому я задержал на нем взгляд. — Ты про Юнги что ли? — Спросил Ким, так как мельком видел эти метаморфозы. Чимин ему кивнул и продолжил, смотря на бледную девушку. — Затем обвинила меня в том, что я видите ли скучно и плохо преподаю, — театрально ахнул Чимин. — Не смотря на то, что меня даже двоечники понимают и слушают.       Джин улыбнулся, следя за цирком, устроенным Чимином для одного зрителя. — Знаешь, так обидно было, удар прямо в сердце, — схватился он за грудь с правой стороны, специально неправильно. — А потом отказалась выходить к доске, рассказать нам домашнее задание, аргументируя это тем, что ей видите ли противно стоять рядом со мной.       А вот тут улыбка слетела с лица директора и он повернулся лицом к студентке, которая под конец жалобы и вовсе опустила голову и начала перебирать пальчики и цепляться за край своей неприлично коротенькой юбочки. Чимин встал, налил из графина воды в стакан и поставил перед девушкой, она осушила его моментально и продолжила свое занятие. — Ну, вам есть, что сказать в свое оправдание? — Тихо начал директор. — На вас поступило три жалобы от учителя, вы мне предъявили только одно, и то я уверен на 99%, что вы солгали.       В ответ тишина. Юна боялась произнести слово, во первых стало стыдно, а во вторых она оскорбляла никого иного, как Минни, но с другой стороны она не знала. Зато есть пословица «не знание закона не освобождает от ответственности». — Я прошу прощения, — пропищала она, что Сокджину пришлось наклониться к ней, чтоб услышать, а Чимин со своим сверхслухом айдола замер на секунду, думая, что послышалось и приподнял бровь. — Я не знала, что вы это…ну… Вы. — А, ты имеешь в виду, что ты оскорбляла меня, потому что не знала, что я Минни? — Подошел Пак к стулу и снова плюхнулся в него и подъехал к студентке. — Значит будь я обычным учителем, ты бы даже не почесалась? — Чимин, полегче, все-таки она ребенок, — шикнул Джин. — Давайте спокойно все обсудим и найдем решение проблемы. Однако Юна, я не могу оставить это так и спустить с рук такое поведение. Твои родители получал от меня звонок с просьбой явиться в университет, завтра же. Ты придешь с родителями, я тебя отстраню от пар на две недели, это наказание, однако… — Джин, полегче, все-таки она ребенок, — прервал его Чимин и рассмеялся с его растерянного выражения лица, потому что его прервали его же словами. — Видел бы ты себя сейчас. — Вот ведь, дай договорить, может это и звучит жестоко, но зато справедливо, — хмыкнул Джин и снова обратил внимание на девушку, которая из-под челки наблюдала за взаимодействиями этих двоих. — Так вот, продолжаю, однако отстранение от пар не освобождает от выполнения заданий. Я приглашу учителя Пак и мы вместе завтра разрешим данный конфликт. Сегодня же обойдемся извинениями, а то и так мы тут долго сидим, а мне работать надо.       Чимин кивнул и повернулся к девушке, которая чуть ли не слезно просила прощения, но учителю хватило ее первого «простите, учитель Пак», остальные пятнадцать раз было скучно слушать, хотя видно была ее искренность, поэтому Чимин подошел к ней и погладил по голове, а затем стер слезы, катившиеся по щекам студентки. Улыбнулся ей и попросил впредь обращаться к учителям уважительно.       Попросив у Сокджина расческу и гель для волос, Чимин стал возвращать свой образ учителя. Волосы зализаны, гель придал им блестящий вид, будто сально-грязные, напялил очки, застегнул рубашку и поправил галстук и вот, перед студенткой и директором снова учитель — сноб. Джин хмыкнул и уткнулся обратно в свои документы, а Юна от шока приоткрыла рот, большими глазами смотря на Чимина, который за пять минут перевоплотился, а Пак повернулся к ней, подмигнул и приложил палец к губам и шикнул, мол никому не говори. Девушка оказалась очень понятливой, быстро закивала и смутилась.

Аудитория

      Учитель и Юна вернулись спустя пол часа. Если первый был доволен жизнью, то вторая была какой-то дерганной, ее щеки были красными как и уши, что говорило о смущении. Она плюхнулась на стул рядом с Юнги и вдруг достала тетрадь и начала что то в ней чирикать, парень заглянул и увидел, как Юна выполняет задание с билета. Сказать, что парень охуел, ничего не сказать. Девушка, которая буквально пол часа назад, терлась своей грудью о руку Мина и флиртовала, сейчас вообще его не замечала и делала домашку. Юнги бросил взгляд на Чимина и охуел еще сильнее, тот смотрел на девушку и незаметно улыбался.       У Юнги что-то взорвалось внутри, и лавой потекло по венам, потому что вдруг руки зачесались и хотелось избавиться от объекта, который заставляет улыбаться ЕГО Чимина. Он должен улыбаться, смотря на него, но тут появилась девушка и он ей улыбается, а она отводит взгляд и смущается. Хочется схватит ее за волосы и приложить лицом о парту, а Чимина схватить за шкирку, затащить за угол универа и трахнуть, оставив дохрена меток на его шее, чтоб каждая шавка знала, что этот учитель занят. Но на самом деле он сидит и прожигает учителя горящим взглядом и давит ревность. Пак же с легкой улыбкой вызвал несколько студентов спросив с них домашнее задание по билетам, те ответили весьма сносно и учитель остался доволен. Его легкая улыбка продержалась до конца пары. Со звонком студенты спокойно собрались, попрощались и ушли домой, это была их последняя пара на сегодня.       Чимин следил за Юнги с того момента, как он встал со своего места и стал собираться. На секунду их глаза встретились, но Мин демонстративно задрал подбородок и с высоко поднятой головой покинул аудиторию. Чимин слегка приоткрыл рот и его брови взлетели, потому что такой откровенный игнор обескураживал, Пак хотел уже было сорваться с места и догнать эту строптивую сучку и спросить что за выкрутасы, но его остановило покашливание. Повернув голову, он увидел Юну. Девушка переминалась с ноги на ногу, поднимала взгляд и опускала, краснела и бледнела и все это за секунду. — Эм, ты что-то хотела? — Спросил Чимин прерывая молчание. — Простите, учитель Пак, я бы хотела вас спросить, — она воровато осмотрелась, нет ли кого рядом и никто их не услышит. — Я хотела еще у директора Кима в кабинете спросить, когда узнала, кто вы, но все закрутилось…и…в общем…я запаниковала…и… — И что же ты хотела спросить? — Хихикнул Пак, слушая ее заикания. — А у вас правда есть татуировка за ухом? — И она с любопытством и оленьими глазами уставилась на Пака. А Чимин выпал, потому что он ожидал любого вопроса, но не такого. Наверное на лице Чимина был описан весь спектр непонимания и тогда девушка решила пояснить. — Знаете в интернете ходило много слухов об этом, так вот только никто не знает правда это или нет, так как была информация, что вы сделали ее недавно. — Аа, так вот в чем дело, — Пак наклонился в девушке, предварительно осмотрев помещение, нет ли посторонних глаз и ушей, отодвинул немного прилизанные волосы и открыл обзор на чернильные буквы прямо за ухом. В глазах девушки появился восторг. — Довольна? Нравится? — Вау, красиво, — заулыбалась она и захлопала в ладоши, как ребенок. — Спасибо большое, учитель, теперь я могу идти домой. До свидания. — Ага, только помни, никто не должен обо мне знать, — он приложил палец к губам и подмигнул девушке, она улыбнулась, ее щеки снова вспыхнули красным, она смущенно кивнула и скрылась за дверью аудитории.       Чимин расслабленно откинулся на спинку стула и его мысли снова понеслись к рыжему пареньку, точнее с сегодняшнего дня к светловолосому. Бежать за ним уже поздно, пока он тут удовлетворял любопытство девушки, он наверняка покинул стены университета. Чимин слегка хмыкнул, нахмурил брови, он вспомнил демонстрацию перед уходом и не сдержавшись Пак запихал карандаш в рот и начал его грызть, но немного не рассчитал силы и упорства. В итоге через минуту от карандаша остались одни щепочки. Учитель потратил несколько минут отплевываясь от его останков, потому что неприятно когда остатки грифеля скрипят на зубах. Пока Чимин разговаривал с Юной, Чонгук перехватил Юнги у выхода и отвел в сторонку.       Юнги был немного в замешательстве, он так красиво уходил из аудитории и надеялся, что Чимин побежит за ним, но его обломали, потому что какой-то шкет схватил его за шкирку и затащил за угол. Логично, что Юнги не увидел пошел ли Чимин за ним или нет, ведь перед ним была малость другая проблема.       Чонгук выглядел, как модель, в выходной. Синий свитер был слегка большеват, но идеально смотрелся на парне, черные джинсы, обтягивающие ноги, подчеркивали мощные бедра юноши, с правого плеча свисала сумка. Прям бери и фотографируй. Юнги встряхнул головой и уставился на Чонгука. Ведь они до этого никогда не пересекались, не общались да и вообще виделись только два раза. Первый, когда Чонгук прибежал на пару к Чимину, и второй в клубе. И тут здрасти, вам привет от Насти. — Привет, — наконец-то начал Чонгук. — Тебя сложно поймать, я тебя ждал перед парой, но не дождался, повезло, что сейчас выловил. Тем более твой цвет волос, еле узнал. — Эм, да, привет, Чонгук кажется? — Ответил Юнги и получив кивок в подтверждение продолжил. — Ну просто изменил цвет волос, ничего серьезного, так ты чего меня искал? Что-то хотел? — Типо того, — протянул он. — Видишь ли, вы с хёном немного повздорили и он не смог тебе передать это. — Юнги увидел какую то цветную бумажку, которую Чонгук протягивал ему.       Это был билет на концерт некоего Минни, через две недели, первый ряд. Прямо рядом со сценой, можно этого айдола детально разглядеть да еще и пересечься взглядами. — Зачем мне это? — Вскинул Юнги брови. — Я не фанат таких походов, да и не слушаю я его песни. Знать не знаю, кто это.       Чонгук посмотрел на него, как на дебила, спустя минуту такого взгляда, Мин сдался и сдулся, словно гелиевый шарик. — Ладно, я знаю, кто это, но почему он сам мне его не передал? — Прищурился он. — Если бы он меня попросил прийти, то был бы шанс моего там появления. А так, через второго человека… — Послушай, бесишь, ведешь себя, как мерзопакостная сучка, — разозлился мелкий и прижал Юнги к стене своим телом, хоть Чон и младше Юнги, но зато сильнее, его было не сдвинуть. — Хён не отдал тебе его сам, потому что вы поругались, хотя я на его стороне, он о тебе в первую очередь беспокоился. И судя по твоему виду ты решил не отпускать его просто так. — Отпусти меня, — вырывался парень. — Я как-то не привык обжиматься с парнями. — Серьезно? — Лицо Чонгука озарила кроличья улыбка, и он решил поиграть с ним.       Нежно и еле дотрагиваясь провел по его бедру и забрался рукой под рубашку, обвел пальцами сосок, замечая и чувствуя, как Юнги стал яростнее вырываться. Второй рукой зарылся в мягкие волосы парня, спустился на шею и затем погладив скулу, Чонгук провел большим пальцем по нижней губе Мина, которую тот в ту же секунду облизал.       Все закончилось так же быстро, как и началось, Юнги тяжело дышал и смотрел на веселящегося Чонгука, который отойдя на шаг от старшего любовался своими трудами. Ему нравилось, красный Юнги, слегка возбужденный, тяжело дышащий. — Расслабься, я просто хотел тебе доказать, что тебе нравятся парни, — хмыкнул Чон. — Однако у тебя не встал, обидненько, наверное эта функция работает только рядом с хёном. — Что ты творишь, мать твою Чон Чонгук? — Зашипел на него второкурсник. — Это не смешно между прочим, чего ты добиваешься? — Этот билет просил тебе передать хён, боялся, что от него ты не примешь его, — ответил Чонгук и улыбнулся с удивленного выражения лица парня. — Я не знаю, что у вас произошло, но ему не удобно перед тобой, поэтому просто возьми билет. Сам решай приходить или нет.       Чонгук развернулся и сделал пару шагов от него, но остановился и повернулся снова к нему. — Знаешь, вообще-то ты меня не интересуешь, у меня есть любимый человек, и это парень, — улыбнулся Чонгук. — Не важно парень или девушка, главное чувства, хён тоже это понимает, однако просто боится, надеюсь ты сможешь вытащить его из скорлупы. И когда хён отдавал мне билет, последние его слова звучали так: «Я буду счастлив если он придет на концерт».       Отвернулся и зашагал дальше, оставляя за спиной Юнги, переваривающего полученную информацию. Насыщенные дни однако у него. С появлением Чимина его жизнь наполнилась красками. И Юнги не готов расстаться с этой палитрой, потому что влюбился в нее. А значит, он влюбился в Чимина, который олицетворяет эту красочную палитру.