Невинные Монстры

Купание. На удивление эффективный метод собраться с мыслями. Именно то, что мне нужно после того, что произошло сегодня. Как только я опускаюсь в горячую воду, я решаю исследовать своё тело. Шрамы исчезли без следа. Ни единого напоминания о беспокойных ночах, проведенных с столь смертоносными инструментами. Абсолютно ничего, что могло бы запятнать мертвенно-бледную кожу на моих руках. К сожалению, это ничего не значит когда я даже не могу выйти на улицу. Как бы хорошо я ни попыталась замаскироваться, мой новый рост никак не может остаться незамеченным. Мой голос в любом случае выдал бы и мою нечеловеческую сущность. Я не могу сказать, что именно в нём отличается, но я просто не могу распознать в нем что-то принадлежащее человеку. Я поднимаю хвост над водой. Это действие удивительно естественно для меня. Оно ничем не отличается от сгибания позвоночника. Я не вижу, откуда она начинает расти, но чешуя здесь тёмно-фиолетовая, а не белая. Он довольно ничем не примечателен, если не считать лезвия на его кончике, которое по сравнению с ним велико. Я поднимаю ногу и шевелю пальцами. Они полностью отличаются от человеческих. Три длинных когтистых пальца спереди и один на пятке. Не похоже, что они способны хватать предметы как это делают птицы, но, по крайней мере, мне не приходится ходить на цыпочках. Переведя взгляд вверх по ноге, я не вижу никаких других изменений кроме чешуи, покрывающей мою кожу. Я не вижу смысла осматривать другую ногу, поэтому я опускаю её обратно в воду. Я кладу руку на ребра. Мне не составляет труда провести пальцем вдоль них, чего раньше я не сделать могла. Такое ощущение, что здесь нет ничего кроме чешуйчатой ​​кожи и костей. Если бы не…э-э…всё остальное, я бы выглядела ужасно истощённой. Когда я провожу рукой ближе к спине, я чувствую сильные мышцы своих крыльев. Как и мой хвост, они покрыты тёмно-фиолетовыми чешуёй, но их перепонки намного светлее. Я до сих пор не пробовала летать и именно это я планирую исправить сегодня вечером. Я стараюсь ими много не двигать, чтобы не оставить царапин на ванне и не повредить что-либо еще. Лезвия на их пальцах такие же острые, как и мои когти, и, судя по следам, оставленным на моей парте, лучше держать всё это под строгим контролем. Я тянусь к своим рогам и крепко хватаю их. Они слегка изогнуты назад, а их концы на удивление тупые. Я ожидала, что они будут намного острее, но рада, что ошибалась. Представляю, как это было бы хлопотно. Даже на то, чтобы надеть футболку потребовалось бы больше усилий, чем нужно мне. Я сую палец в рот с небольшими затруднениями. Похоже, мои клыки стали намного длиннее в то время как остальные зубы стали намного острее и по форме менее разнообразны. Я не уверена смогу ли я что-нибудь жевать с ними, но мне нет нужды смотреть в зеркало чтобы понять, что моя улыбка будет выглядеть весьма недружелюбна из-за них. Наконец, я решаю узнать максимальную длину своего языка. Я медленно высовываю его изо рта и пытаюсь коснуться им своего лба. Мне это удается и мне…отвратительно. Какой в ​​этом смысл? Он не липкий и я сомневаюсь, что он используется для чистки. Покончив с этим делом, я сосредоточиваю своё внимание на другом. Результат меня не радует. Голод не утихает. Даже после…того случая, насыщения я не чувствую. Моё сердце не бьется. Оно перестало работать ещё с полудня. Мои лёгкие бессмысленно наполняются воздухом ведь мне больше не нужно дышать. Я понятия не имею, что всё это значит, но почему-то я не чувствую необходимости паниковать. Наоборот, мне довольно интересно. … Думаю, пора приступить. Дав воде стечь, я вылезаю из ванны. --------------------------------------------------------------------------------------- Луна ярко сияет в ночном небе, освещая мою бледную кожу. Стоя на крыше, я делаю глубокий вдох. Слишком поздно, чтобы на улице бродили люди, что дает мне возможность взлететь без риска быть замеченной. С этой целью я расправляю крылья. На это возможно потребуется несколько попыток, но я уверена в себе. Эта задача не кажется слишком сложной. У меня более чем достаточно времени, чтобы её выполнить. Я собираюсь с духом и прыгаю с крыши. Как только я начинаю падать, я машу крыльями. Я взмахиваю крыльями всякий раз, когда начинаю терять высоту. Несмотря на то, что делаю это впервые, мне кажется, что я делала это уже бесчисленное количество раз. Каждый взмах крыльев выходит совершеннее, чем предыдущий, и с каждым взмахом я теряю меньше сил и издаю меньше звука пока он и вовсе не исчезает. Ощущение от полета завораживает! Я никогда прежде не чувствовала себя так хорошо! Я не могу сдержаться от радостного смеха. Тысячи мечтают о полете без посторонней помощи в то время как я получила этот шанс по неизвестным мне причинам. Это то, чего мне не хватало всю мою жизнь, и у меня кружится голова от волнения! Я должна показать это другим! …а пока я этим занимаюсь, мне следует отправиться домой и взять с собой всё, что захочу. Я не могу ходить в этой рваной одежде и есть несколько книг, которые я хотела бы прочитать. Благодаря моему улучшенному зрению, я могу видеть свой дом отсюда и точно определить расстояние. Чтобы добраться до него потребуется не более пяти минут. С этими крыльями я могла бы путешествовать куда захочу и добраться до куда-либо быстрее, чем любой с- Я замечаю кого-то внизу. Она меня не видит и не слышит. Прежде чем я это осознаю, я пикирую к ней и приземляюсь в нескольких дюймах от нее. Она подпрыгивает от неожиданности. Ну посмотрите на нее. Какая слабая. Такая хрупкая. Я могла бы сломать её как палку и ничего ценного не пропало бы. «К-Кто ты?!» — она ​​спрашивает. Она не выглядит достаточно взрослой, чтобы гулять по ночам без сопровождения. «Детям следует сейчас спать», — говорю я, хватая ее за плечи. Она такая теплая… «Я-Я потеряла счет времени и…» — совершенно неуверенно отвечает она. Выражение её лица когда она видит мои крылья бесценно. Теперь, когда она знает о моей нечеловеческой сущности, её не перестает трясти. Как и должно быть. «Отговорки…Всё отговорки…Ты знаешь, что может случиться с тобой пока рядом совсем нет никого, кто мог бы тебе помочь, не так ли?» — спрашиваю я. Так поздно ночью небезопасно. «Я-Я-Я-» — испуганно заикается она. Я не могу винить её. Простой человек в моём присутствии должен- Нет, это неправильно! Я…Я не должна этого делать! Я снова взлетаю в небо, изо всех сил стараясь не обращать внимания на сладкий запах живого человека, полного- --------------------------------------------------------------------------------------- Когда я открываю дверь в дом Казуки, я вижу Нацуки, стоящую в дверном проёме. Она выглядит недовольной. «Итак…не хочешь мне что-то рассказать?» — спрашивает она, глядя на меня. «…Я…ээ… Я принесла свои вещи», — я отвечаю. Не похоже, чтобы она поверила моим словам. «Послушай, если это что-то связанное с твоим маленьким хобби, я никому не скажу», — говорит она и…она знает об этом, не так ли? «…Да, и я не горжусь этим», — я решаю сказать о том, что, по её мнению, произошло, чтобы избежать лишних вопросов. «Ну, рада это слышать. Я была бы намного счастливее, если бы ты вообще бросила это дерьмо, но это хоть что-то», — улыбаясь говорит она, обнажая клыки. «Итак, не могла бы ты помочь мне с этим?» — спрашиваю я, показывая ей всё, что принесла с собой. «Конечно», — соглашается она, хватая всё что я ей протягиваю. Когда я вхожу в его дом, я смотрю на часы. Всё это заняло у меня больше времени, чем я ожидала, но завтра дел у меня нет и я до сих пор не чувствую потребности во сне несмотря на то, что днём ​​чувствовала сонливость. От нечего делать я беру с собой книгу и запасную одежду. Мне нужно будет внести некоторые изменения если я хочу носить её. Моего хвостового лезвия должно хватить для выполнения этой задачи, но оно не будет таким точным, как инструменты, предназначенных для этих дел. Мне не нужно много времени, чтобы найти всё что мне нужно на внесение коррективов и процесс оканчивается успешно в кратчайшие сроки. Одежда всё ещё немного мала, но этого будет достаточно. Помня о моих предыдущих попытках найти лучшую сидячую позу, я не ищу стулья и сажусь на пол. Свернув вокруг себя хвост и сложив крылья, чтобы прикрыть тело, я открываю книгу. Я должна позаботиться о том, чтобы случайно не повредить её, но это небольшая цена за те миры, которые предлагают мне эти книги. Ничто не может их заменить. Я ничего не говорю, когда в комнату входит Нацуки, но удивляюсь, когда она садится рядом со мной. «Так…Что ты читаешь?» — она ​​спрашивает. С чего бы ей интересоваться моей литературой? «Ну, книга называется «Русский эксперимент со сном». Речь идет о учреждении, в котором пять человек не спят с помощью экспериментального газового стимулятора, но потом-» «Нет-нет-нет! Немедленно остановись!» — перебивает она. «Э…почему?» — я спрашиваю. «Ты снова выдаёшь весь сюжет и…Н-Ну, видишь ли…Мне как бы нечего делать и я еще не совсем хочу ложиться спать, так что я хотела, чтобы ты…ну знаешь…» — отвечает она. Я не уверена, что понимаю, что она имеет в виду. «И это…?» «…Эм…Видишь ли, я ничего толком не могу прочитать с этими штуками, так что…» — говорит она, размахивая руками перед моим лицом для выразительности. «Так что?» «…не могла бы ты прочитать мне что-нибудь?» Ах. Что-то новое. Что ж, не вижу причин отказывать ей. «…только никому об этом не говори», — добавляет Нацуки. «Ладно», — говорю я, расправляя одно из своих крыльев. Она понимает, что я пытаюсь сделать, и подбирается достаточно близко, чтобы я могла прикрыть её маленькое тело своим крылом. Голод гложет мое сознание.