Поддаться сжиганию пламени.

1. Сгореть до тла. Вдох...капля холодного и серого дождя упала на крышу здания и разбилась на несколько таких капель, что в несколько раз меньше ее самой...выдох. Сразу же за ней решили упасть ещё пару осенних слез, жертвуя собой и раздавливая себя на поверхности. Темп ускорялся и начался такой ливень, словно водопад решил напасть на город, обмывая дома, портя всем настроение и заставляя всех утонуть в объятиях грусти. Шум воссоединился вместе с тишиной, и началась своя гармония спокойствия. Капли с силой стучали по окнам, словно бы они страдали от того, что падали на поверхность. Облака закрыли небо, и стало темно. Давление упало и давило на тело, что хотелось сложиться в несколько раз, как игрушечный трансформер. Из-за этого резко устали глаза и сон просто душил, заставляя лечь и прекратить думать, двигаться и почти что дышать. Этот вечер начался тяжело и спонтанно. Тот самый человек, что прославился богатством и тонкому умению в плане винной индустрии, чувствовал себя совсем не важно. Его глаза бегали по комнате, изучая пустоту и скромность помещения. Но делал алоглазый это совсем не долго. Веки захлопнулись, как ворота входа, и видимость стала недоступной. Тело становилось тяжёлым, словно бы губка, которая впитывала в себя всю грусть и усталость холодной воды. Кровать будто проваливалась сквозь землю, и боль в голове стала ещё больше и неприятнее. Единственная мысль, что казалась бесценной – я хочу спать. Сон не стал долго думать и раскрылся для Рагнвиндра ярким и долгожданным цветком. Юноша уснул тихо и незаметно в своей прохладной постели. Дождь за окнами ничуть не мешал парню получать наслаждение от сладкого сна. Он даже наоборот, казался колыбелью или даже, может быть, лекарством против головной и мышечной боли. Дилюк проспал в постели довольно долго. Он потерял много времени, но зато он стал чувствовать себя более менее лучше, чем вчера вечером. Шум дождя притих ещё ночью, но казалось, что что-то всё ещё осталось. Какая-то незначительная деталь, ходившая вдоль и поперек города.То, что напоминало о своем существовании и затихло у стен зданий. От этого юноше стало немного не по себе, от чего он несильно вздрогнул и взглянул в сторону. Но ничего удивительного парень там не обнаружил. Рагнвиндр присел, наклонив голову и прикрыв глаза. Его вдох был таким глубоким и холодным, что казалось, вот вот замёрзнет и больше не сможет двигаться. Но за тем пошел выдох. Он был таким теплым и согревал душу аловласого. Пальцы ног коснулись холодного пола и Дилюк встал на ноги. Он поправил свою ночную рубашку своими руками и поднял свою голову. Новый день – новые обиды или хорошие новости. Это уже как пойдет. Юноша медленно покружив вокруг своей оси, направился к выходу из комнаты. Шаги казались лёгкими, словно парень ходил не по тяжёлому полу, а по мягким лепесткам нежных цветов. На душе становилось так спокойно, что хотелось подскочить и... взлететь? Да, именно взлететь и присесть на какое-нибудь мягкое облако, которое к концу дня будет розоветь и плакать, то ли от счастья, то ли от горя. Выходя из комнаты, Дилюк быстренько дошел до ванной комнаты и закрылся от всех при помощи двери. Любимое место для раздумий и одиночества. Здесь можно не только искупаться, но и очистить себя от всего того, что мешало жить полноценно. Уж такого у Рагнвиндра было полно. Начиная ещё с того, когда он полностью отказался вступать в ряды рыцарей, несмотря на то, что он этого хотел добиться именно ради своего любимого отца. А потом и отец внезапно поддался какой-то неведомой силы, в случае чего он должен был умереть. Для юноши это был последний удар, который был направлен прямо в мишень. Но и это, как оказалось, не предел. Тот, кого Дилюк воспринимал все свое детство, как брат, оказался полным лгуном и трусом. Это уже добило тело окончательно... Ванная была уже готова к принятию. Аккуратно снимая с себя ночную рубашку и нижнее белье, юноша опуская свои ноги на дно ванной, а после уже и сам оказался под водой. Вода тихо прижималась к коже аловласого. Тишина внезапно закрыли слух. По комнате бродили покой и расслабление. Вот только сам Дилюк расслабляться не хотел. Его голову окутали разные мысли, и мысли те были о далёком прошлом. Именно... Тогда юноша был намного младше. Его алые волосы достигли длины только по плечи, а глаза горели желанием стать непобедимым. Именно в тот день отец Дилюка куда-то надолго пропал, от чего он начинал сильно переживать. Аделина лишь успокаивала того, мол, все хорошо, он вернётся целым и невредимым. Капля надежды появилась у Рагнвиндра младшего и тому пришлось лишь вдохнуть, прижимая свои ладони к окну. Опечатки рук оставались на плотном стекле. Но уже чон временем стало видно что-то надвигающейся прямо к дому. Дилюк внимательно присмотрелся и с улыбкой вскрикнул "отец пришел!". – Здравствуй, сынок. Прости, что задержался. Были кое-какие дела. – тихо пробубнил Крепус и сжимал что-то в руках. Мальчик с красными волосами медленно подошёл к своему родителю и с интересом разглядывал то, что находилось в руках у папы. – Аделина, принеси полотенце, пожалуйста. И приготовь горячую ванну. – приказал он девушке и блондинка, немного сжав кулачки, отправилась выполнять свой приказ. Крепус начал разворачивать свое пальто, что было у него в руках и показалось чьё-то тельце. Это был мальчик, он был ровесником Дилюка. Но он был таким...другим? Темная кожа, напоминавшая кофе, темно синие волосы, что схожи с лазурным небом и...повязка на правом глазу. Этот ребенок спал на руках тогдашнего владельца винокурни и был весь мокрый от прохладного дождя. Рагнвиндр младший с любопытством смотрел на чужеземца. Он тихонько взялся за его ручонку и вздрогнул от того, насколько она была холодной. Аловласый испугался немного. Его глаза стали такими большими, словно сейчас выпадут из родных глазниц. Но после, мальчишка лишь сжал кисть руки темнокожего, пытаясь его отогреть. – Отец, он такой холодный... Зачем ты его привел? – Дилюк не понимал ничего. Что это за мальчик, почему его привели в чужой дом... Столько вопросов.. На эти вопросы ответы Рагнвиндр получил спустя пару лет, когда оказалось, что Кэйа находится здесь, как разведчик, шпион? Бред какой-то. Он – последняя надежда. Надежда на что? Почему столько много вопросов? Почему на них нет ответов? Аловласый выдохнул и обмыв своё тело, вылез из воды. Дотянувшись до полотенца, он начал насухо вытирать кожу. Мягко... словно объятия. И нежно, как ветер в ясную погоду. Такое странное чувство. Редко его парень встречал, но все же это удавалось.