Марионетка

Стив чувствовал себя одновременно крутым шпионом и конче… просто дураком. Шпионом – просто потому, что он наконец-то научился у Наташи ходить бесшумно, а дураком – потому, что делал это для того, чтобы шпионить за лучшим другом. Причем делал это в башне Старка, где Джарвис мог бы рассказать ему обо всех перемещениях и без вот этого шпионства. Но вот беда: Джарвис как самый ответственный ИскИн отказался выдавать ночные перемещения Баки «Белоснежки» Барнса без разрешения босса. Босс в лице Старка, узнав о проблеме Стива, два часа изводил его шутками о неверной жене. И неважно, что они лучшие друзья! Тони же был на грани того, чтобы вылететь из этого скромного по своей величине списка, но вовремя посоветовал проследить самому. Наверно, Стив согласился только из желания сделать всё назло Тони. Хотя что-то подсказывало, что наутро Старк вдоволь повеселится, пересматривая подборку лучших моментов от Джарвиса. Вот поэтому Стив особенно аккуратно крался мимо комнаты Наташи, опасаясь разбудить шпионку и получить в спину ещё с десяток советов. Это не считая трех десятков шуточек на русском, которые он и вовсе не поймет. Беннера тоже было опасно будить. Новый внеплановый ремонт Старк может не простить. Тор выглянул из своей комнаты вообще не вовремя, но, посмотрев сперва на Стива, он поднял взгляд к потолку, видимо, в поисках сигнала из космоса, пришел к каким-то своим божественным выводам и поспешил скрыться в недрах комнаты, чтобы вернуться с флягой. На флягу Стив смотрел с затаенным ужасом и надеждой. На авантюру, на которую подбил его Тони, на трезвую голову идти не стоило. Они молча сделали по глотку и разошлись. Тор обратно в комнату – видимо, дожидаться, пока Стив наиграется в шпионов; Роджерс поспешил к заветной двери, опасаясь наткнуться в ночи на кого-нибудь ещё. Когда дверь бесшумно отворилась, Стив мысленно восхвалил гений Старка. Вслух восхвалять Тони было опасно по причине и так безмерного эго. Впрочем, восхвалениям Стив не предавался долго, тут же сосредоточив внимание на довольно просторной кровати. Не то чтобы у Стива она была меньше и он завидовал – нет. У него была такая же, вот только его волновал человек, который сейчас метался по этой самой кровати в бреду. Баки было не узнать. Особенно после спасения из плена Гидры. Причем Стив не мог бы с точностью сказать – из первого или второго плена. Уже тогда, во время войны, Баки как-то неуловимо изменился, хотя Стив и отмахивался от этого, понимая, что на войне никому не легко, но тайно лелеял надежду, что, вернувшись в мирную жизнь, его друг станет прежним. Но не сложилось. Ни тогда, ни сейчас. Стив помнил, сколько усилий приложил к тому, чтобы его лучший друг прошёл реабилитацию и получил все положенные бумажки и документы на руки. Он надеялся, что в мирное время Баки выберет себе подходящую профессию и будет держаться подальше от войны. Он даже пытался осторожно вызнать, чем бы желал занять себя в будущем его друг. Не то чтобы он мог ему ответить четко: прошлое Зимнего Солдата всё ещё стояло за его плечами, и Стив его не торопил, справедливо рассудив, что время есть. Пока не случился… – Бро-ок, – стон, раздавшийся с кровати, вывел Стива из задумчивости и в тоже время подтвердил его нерадужные мысли. Действительно, стоило встретить Рамлоу в коридорах ЩИТа, как все пошло под откос. Вообще, присутствие командира Страйк вне стен тюремной камеры первое время Роджерса невероятно напрягало. И неважно, что тот был тройным агентом – это подтвердила Мария Хилл, которая курировала операцию по его внедрению. У Стива порой бывали фантомные боли в тех местах, куда немилосердно бил шокером Рамлоу. И неважно, что он суперсолдат и у него всё заживало как на собаке. Да и боль отдавала куда-то… Может, он был просто обижен на то, что ему никто ничего до последнего не рассказывал? От подобной идеи Стив отмахивался иначе… – Брок, – снова застонал Баки, причудливым образом изгибаясь на кровати так, что в лунном свете Стив сумел выхватить покрытое бисеринками пота и искаженное в странной болезненной гримасе лицо. Может быть, он сам себе всё надумал, но смотреть за страданиями друга было невыносимо. Что же этот изверг творил с ним в Гидре? Стив почему-то был уверен, что там не обошлось без какой-то магии. Ведь как ещё объяснить то, что, когда Баки уже был готов к мирной жизни, он только и мог, что слушать Рамлоу, виновато потупив взгляд. – Ты мне смотри, Принцесса, – сразу после приветствия тогда перешел к делу Брок. – Место снайпера всё ещё за тобой. Так что ждем только тебя, и можно будет снова спокойно летать на миссии. А то из Лаки такой спец, что он скорее однажды себе что-то отстрелит или кому-то из отряда. Так ты меня понял? – Командир… – Кивни, если да? – Баки машинально кивнул, прежде чем Стив успел что-то возразить и сказать, что его друг больше не собирается воевать. Стив тогда винил себя за мягкотелость, что не смог влезть и объяснить Рамлоу, что он не прав. Всё же психолог давил на то, как Барнсу важно самому делать выбор и совершать свои ошибки, на которых он бы смог заново научиться взаимодействовать с людьми, но это же ни в какие ворота! Брок буквально управлял всей жизнью Барнса. Ну, ладно, может, не совсем всей, но у Стива начинал всякий раз дергаться глаз, когда во время операций Брок раздавал ему команды. Ладно, Брок вообще всем их раздавал, предпочитая контролировать каждый шаг своих бойцов, вместо того чтобы строчить долгие объяснительные, почему его боец полез пальцами именно в ту розетку. Только вот при обращении к Баки Стив почему-то не мог быть равнодушным. Каждое «Барнс» в эфире связи действовало на Стива как красная тряпка на быка. «Барнс» и сотня-другая эпитетов, которыми совершенно безнаказанно любил пользоваться в его отношении Рамлоу. Причем и Баки был больше похож не на его довоенного друга, а на Зимнего Солдата: безэмоционального и готового любой ценой выполнить приказ. И теперь он изо дня в день был вынужден наблюдать за тем, как мучился его друг, неспособный отказать в чем бы то ни было Рамлоу. Стив даже было начал следить за бывшим гидровцем. Вот только чем больше он следил, пытаясь выяснить его слабые места или найти компромат, тем чаще Мария вызывала его для воспитательных бесед. Причем не сказать, что сами поиски были успешными. Он узнал только про слухи о любовных похождениях командира, которые больше отдавали порнографическими фантазиями сотрудниц. Романова, однажды послушав его излияния, поблагодарила за кофе и посоветовала не искать черную кошку в черной комнате, если её там нет. Стив её тогда не понял. Хотя, может, она обиделась, что это были слухи не про неё? Баки тем временим завозился на кровати, и Стив поспешил покинуть комнату и спрятаться за углом. Стоя в неосвещенном коридоре, он только и мог, что мысленно проклинать Рамлоу, который не давал покоя его лучшему другу даже во сне. Невольно Стив сжал жетоны под своей майкой. Раньше на том месте висел крестик и Стив каждый раз молился всевышнему за Баки. Крестик давно пропал с его шеи, но вот привычка всё ещё осталась. Хотя Старк и критиковал эту его привычку и мог долго рассуждать на тему того, что Бога нет и всё это из-за недостаточного образования у людей, вот только Тони был в корне не прав. Стив был довольно образованным и начитанным для своего поколения. Хотя что ещё ему оставалось делать, как не листать разные книжки, пока он был прикован к постели и болел? В книжках было много всего: как любимая Баки фантастика, так и магия, и мистика. Стив читал их все. И если прежде не верил, то теперь, столкнувшись с существованием богов и магии, после всех фокусов Локи, он был готов принять то, что его лучшего друга могли околдовать. Роджерс, взяв всё своё мужество в руки, даже попытался поговорить об этом с Баки, стараясь подтвердить свои слова цитатами из различных книг. Вот только Баки воспринял это как шутку, а потом ещё долго вспоминал и подкалывал его, подкидывая в комнату всякие журналы и брошюры от разных сект. Баки вышел из комнаты, уже полностью одетый, спустя несколько минут. Стиву издалека было плохо видно, но всё равно поза и движения скорее принадлежали Зимнему Солдату, чем Баки Барнсу из его прошлого. Стиву так и хотелось закричать: «Я так и знал!», – когда Джарвис оповестил Стива о том, что мистер Барнс вызвал такси до дома Рамлоу. Тут не могло быть совпадений. Этот… нечестный человек точно использует его друга. Он не смог бы вспомнить, когда успел сходить за ключами и курткой и как оказался возле дома Рамлоу, но, кажется, он успел вовремя: Баки уже расплатился за такси и стоял на пороге перед открытой дверью. Кажется, в неё Баки не вошел, а упал. Причем прямиком в объятия Рамлоу, который его, надо же, заботливо придержал и провел внутрь. Стив из тени наблюдал за сценой и сжимал укрепленный Старком руль, а то он бы не выдержал такого напора праведного суперсолдатского гнева. Хуже было то, что чем дольше Баки был в доме командира, тем больше росли страх и опасения за него. Терпение не было его лучшей стороной, и уже через несколько минут Стив бросил наблюдательный пост. Для новой позиции слежки он выбрал стоящее в паре футов от дома дерево и не прогадал, когда заметил в одном из окон фигуры. Хотя когда пригляделся, то на пару мгновений пожалел. На первый взгляд Баки в объятиях Рамлоу казался хрупкой изломанной куклой, вот только это было ровно до того момента, пока его друг сам не повалил Рамлоу на кровать, а потом ещё и оседлал. Стив чувствовал, как у него пересыхает во рту, а к определенной части тела приливает кровь, но оторвать взгляд просто не мог. Он впитывал каждое движение, каждый вздох и стон, которые пронизывали, казалось бы, идеальную тишину. Как художник он умел наблюдать и оценивать. И, черт побери, это был не просто секс, больше – это было похоже на слияние душ, где каждый знал, чего желает партнер и как ему это дать. Скрип ветки под собой Стив и вовсе пропустил, увлеченный зрелищем, но вот на встречу с прекрасным в виде звездного неба, раскинувшегося над ним, он не опоздал. – Ну что там, Барнс? – голос раздался откуда-то со второго этажа, но немного оглушенный Стив пока не мог внятно собрать в голове картинку происходящего. – Командир, а я тебе говорил, что он за нами следит! – радости в голосе Баки Стив пока тоже не мог внятно понять. Хотя не удержался от того, чтобы закрыть руками пылающее лицо. – Что это с ним? – Это? Я думаю, ему стыдно, – отозвался спустя минуту раздумий Баки. – Врешь. Нет там стыда. Он минут десять на нас пялился. – Отстаньте от меня, – только и смог пробурчать Стив в надежде, что всё это скоро закончится. – Нет, дружочек, теперь мы от тебя не отстанем, – с какой-то угрожающей ноткой протянул Баки. – Слишком долго ты держал меня во френдзоне. Командир и вовсе сдрочил на тебя обе руки. Или ты думал, почему у него такое крепкое рукопожатие? – Потому что он много занимается в зале, – со вздохом ответил Стив, осторожно убирая руки. – И что со мной будет? – С тобой всё будет вдвойне хорошо, – в один голос ответили колдун и кукла, но Стив теперь не был уверен, кто есть кто.