Любовь, такая сука!

      Лунный свет неровными лучами падал на раскрытый учебник по физике, заставляя тонкие страницы светиться загадочным светом. Анжелика потёрла глаза и перевела взгляд с формул на подругу, та мирно посапывала, свернувшись калачиком на её кровати. Одеяло сбилось и валялось где-то у ног, позволяя прохладному ветру гулять по обнаженным ногам девушки, заставляя её вздрагивать от каждого дуновения. Анжелика вздохнула, встала и подойдя к кровати накинула одеяло на тело подруги, перед этим его хорошенько встряхнув, а затем села у её ног.       Часы тикали. Часовая стрелка приближалась к трём часам утра, а Юнг улыбалась. Несмотря на насыщенный день, спать совершенно не хотелось. Вечерняя усталость растворилась после чашки кофе и простой болтовни с Александрой. Разговор был не о чём. Всякие мелочи, начиная от контрольной несколько дней назад и новым постом у Тома Холланда. Как-то, между, прочим разговор перетёк в прошлое, в воспоминания о прошедших классах, и Анжелика смеясь сказала, что девять лет назад, искренне надеялась, что судьба будет благосклонна и не свяжет её с Александрой.        Они говорили о самом первом году обучении, о первой встрече на пороге школы и о далёком, оказавшимся давно забытом дне.

***

      Девчушка с длинными, тёмно-русыми волосами, собранные в забавные хвостики, весело шагала по заваленной осенними листьями тропинки. За спиной болтался ранец, не на много меньше её самой. Проходящие мимо люди, удивлённо смотрели на ребёнка, идущего без сопровождающего, а кто то приветливо улыбался, желая хорошего дня.       Белое здание, сверкало в утренних лучах солнца. Главные ворота были распахнуты. Девочка вприпрыжку пронеслась мимо них и влетела в коридор школы. Вахтёрша улыбнулась, открывая шлагбаум, а затем озабоченно охнула, смотря как забежавшая ученица столкнувшись с парнем завалилась на спину. — Ой, — она приняла сидячие положение. Белые бантики сбились, а на карих глазах блеснули слёзы. — Ты в порядке? — Хмурясь от боли и держась рукой за живот, светловолосый парниша помог подняться, заглянув в глаза. — Да, простите. — Школьница всхлипнула и старшеклассник не знающий, что делать в таких случаях, опустился на колено так, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Ты чего? Сильно ударилась? — Девочка отрицательно покачала головой, сморгнув непрошеные слезинки. — Давай помогу. — Он взял, довольно тяжёлый ранец с милым медведем и маленькими шажками, чтобы крохотная спутница не отставала от него, направился по коридору к дальней лестнице. — Какой кабинет? — Не знаю, я тут только первый день. — Парень удивлённо хмыкнул и повернул голову. — Учебный год начался ещё месяц назад, ты не ходила раньше в школу? — Ходила, просто сюда недавно переехала. — Интересно. А какой класс у тебя знаешь? — Да, — девчушка активно закивала головой и хвостики смешно качнулись. — Первый А. — Мальчик вздохнул, смотря на лестницу, а затем стал подниматься, внимательно глядя на школьницу, чтобы она не дай бог, не грохнулась с крутой лестницы.       Дорога до нужного кабинета проходила в полном молчании, прерываемым лишь стуками детских туфелек и чуть сбившемся дыханием. Все первые классы находились на третьем этаже и были украшены красивыми цветами, птицами и цифрами. На каждой двери стояла буква, принадлежавшая классу, что бы первоклашки, ещё не совсем ориентирующиеся на этаже, не потерялись и зашли в нужный кабинет. Парень остановился, посмотрел на девочку и улыбнулся. — Вот мы и пришли. — Он указал на дверь, с огромной буквой «А». — Постарайся далеко не уходить от этого кабинета, у нас школа большая. — Девочка кивнула. — Спасибо за помощь. — Пожалуйста. Как тебя хоть зовут, чудо юдо? — Снимая рюкзак с онемевшего плеча, спросил юноша. — Анжелика Юнг, а вас? — Доппо Куникида. — Анжелика протянула маленькую руку для пожатия и Доппо вновь улыбнувшись, бережно сжал крохотную ладошку, закрепляя знакомство, затем потянулся к неровным бантиком на голове ученицы, но замер, так и не дотянув руку до хвостиков. — Позволишь мне? — Он глазами указал на сбившиеся банты и после неуверенного кивка, они вернулись в свой первоначальный вид. Анжелика улыбнулась. — Спасибо. — Не за, что. Ну я пойду, хорошего тебе дня. — И вам тоже.       В кабинете было шумно. Анжелика посмотрела вслед удаляющейся светлой макушки, а затем неуверенно сделала шаг на порог. Учительница сразу же заметила мнущуюся у двери ученицу и с ласковой улыбкой пригласила её пройти в глубь кабинета.       Не стоит говорить, что при появлении нового лица, в классе повисла тишина, но стало намного тише чем было несколько минут назад. Удивлённые взоры учеников были направленные на новую ученицу. Она разгладила чёрную, до колен юбку и приветственно улыбнулась одноклассникам. — Минуточку внимания. — Лидия Ивановна, классная руководительница, которая несколько дней назад разговаривала с родителями Анжелики, встала из-за стола и вместе ученицей подошла к доске. — Как вы помните, я вам рассказывала о новой девочке, которая будет учиться с вами. Она приехала из другой страны, так что помогите ей влиться в наш дружный коллектив. Представься пожалуйста. — Меня зовут Анжелика Юнг. Мне семь лет и я приехала из Германии. — Сведенные светлые брови девушки, приняли свой обычный вид, после просьбы представиться. — Очень хорошо. — Учительница улыбнулась. — Садись за последнюю парту на третьем ряду, возле девочки в голубой блузке.       Противный звонок врезался в уши с ужасной силой. Ученики мгновенно вскочили со своих мест, приветствуя учителя, а затем с грохотом уселись обратно на стулья. Анжелика с интересом разглядывала кабинет, смотря куда угодно но не в сторону пожирающей её своим взглядом соседки. Прежде чем сесть на место возле окна, она как и все адекватные люди поздоровалась и спросила имя у одноклассницы, но та смерила её высокомерным взглядом, так и не ответив, отвернулась в другую сторону. Девушка про себя отметила, что связываться с этой ученицей точно не стоит. — Слушай, — Анжелика повернула в сторону одноклассницы. — Почему ты только сейчас в школу пришла? — Я недавно приехала, поэтому и в школу так поздно пошла. — То есть, до этого ты не училась? Получается ты тупая, у нас с тобой дружить не получится. — Анжелика фыркнула на это заявление. — Училась, в Германии. Между прочим я в школу с шести лет хожу, мама просто сказала, что русский язык трудный и лучше его учить с первого класса. Так что я умнее тебя. — Соседка удивлённо приподняла бровь, оглядела с ног до головы заинтересованным взглядом и улыбнулась. — Поторопилась я с выводами. Меня зовут Александра. Я тут с самого начала учусь, так что с радостью помогу с вхождением в новый коллектив. — Девушка с кудрявыми, собранными в высокий хвост волосами, протянула руку. — Я подумаю над твоим предложением. — Анжелика пожала в ответ руку, напоминая себе, что решила не связываться с этой ученицей.

***

      Лика усмехнулась, Александра в свои шесть была довольно высокомерна, в прочем это качество с годами никуда не делось, просто девушка научилась не обращать на это внимание. В тот первый день произошло много чего интересно и пожалуй одно из таких событий стало повторное столкновение с светловолосым мальчиком, помогшим донести тяжёлый рюкзак до двери нужного кабинета. Кто бы мог подумать, что спустя несколько лет он станет директором и хорошим другом? Мда, судьба довольно странная штука, интересно, что он подумал в тот момент.

***

      Куникида резко втянул воздух ноздрями и подавив в себе грязные ругательства, дурная привычка перешедшая от Фёдора, взглянул на маленькую девочку, упавшую от столкновения с его животом. Она громко ойкнула, зажмурила свои глаза, но Доппо успел уловить на них влагу и сдавленно пробормотала извинения. — Нечего страшного. — Сказал он, хотя живот скручивало толстым жгутом боли и наклонился, протягивая руку. — Ты в порядке? — Школьница, что-то промямлила, всхлипнув и Куникида с трудом делая полноценный вздох, опустился на уровень глаз ученицы и невольно застыл, утопая в золотистой радужке. Внезапно вспомнился другой человек и он улыбнулся, а затем спохватившись предложил свою помощь.       До нужного кабинета шли молча и Доппо был за это благодарен своей маленькой спутнице. Засыпь она его вопросами, он вероятнее всего взорвался и в последующие часы своего пребывания в школе был раздражён, но девочка молчала, давая возможность покопаться в своей голове. Этаж младшеклассников встретил привычным шумом и беготнёй, но Доппо всё равно поморщился. Остановившись у нужной двери и вручив тяжёлый ранец первокласснице, он вдруг понял, что так и не спросил её имя, это стоило исправить. Не то, чтобы ему действительно это было нужно, просто что-то внутри не давало так просто развернуться и уйти, не узнав имени обладательницы красивых глаз. — Как тебя хоть зовут, чудо-юдо? — Это обращение почему-то показалось правильным, возможно потому, что Куникида невольно сравнил её с другим человеком, но девочку к счастью это ни сколько не смутило. Она дружелюбно улыбнулась, протянула свою ручку и назвалась. — Анжелика Юнг, а вас? — Доппо Куникида, — ни секунды не раздумывая, он заключил хрупкую ладошку в свою руку и не сильно сжал. Хаос на голове из-за сбившихся бантов, невольно привлекал внимание. Куникида долго боролся со своим внутренним перфекционистом, но в итоге сдался и протянул руку, чтобы поправить детскую причёску, но вовремя остановился. — Позволишь? — Анжелика не поняла, про, что спрашивает юноша, поэтому пришлось глазами указать на её хвостики. Она подозрительно нахмурилась, видимо задумавшись, а затем неуверенно кивнула. Куникида быстро поправил бантики и отступил на несколько шагов, с облегчением смотря на девочку. — Ну, я пойду, хорошего дня. — И вам тоже.       Пожелание хорошего дня было как раз таки и очень нужным. Куникида медленным шагом направлялся в сторону директорского кабинета. Директоров он не любил и старался от их кабинетов держаться на приличном расстоянии, но сегодня был немного особенный день. Директором являлся его отец, что казалось бы не должно было так пугать, но Доппо не мог с точностью сказать, что предпочёл бы оказаться на ковре у директора его школы. Проходящие мимо учителя вопросительно-недовольным взглядом смотрели на парня, одетого совсем не по школьному уставу, это конечно же никак не помогало усмирить бушующую внутри тревогу.       Он остановился у обычной, светло-коричневой двери. Она не отличалась ничем от стоящих рядом точно таких же входов в простые классы, только за место порядкового номера, возле двери висела табличка: «директор». Доппо глубоко вздохнул, прочитал ненавистное ему слово, совладал с дрожью в руках и постучал, а затем на трясущихся ногах зашёл.       В кабинете по мимо самого Фукучи, которому любящий сын в знак приветствия кивнул, стоял довольно молодой парень, возможно даже не сильно старше его самого, но по тому как с ним говорил директор, Куникида понял, что он является учителем. Парень на очередной вопрос Фукичи активно закивал, показал документы из папки, а затем после явного одобрения старшего, попрощался и покинул кабинет. Доппо невольно проводил его заинтересованным взглядом. — Практикант, — На вопросительный взгляд сына, ответил Куникида-старший. — Причём довольно сообразительный, хотя и учится заочно в колледже. Думаю после окончания его обучения взять на полную ставку. — Доппо кивнул, показывая, что понял и нерешительно присел на стул перед столом. — Осмотрелся? Понравилась школа? — Довольно уютная. — Сегодняшний приход в школу отца не был первым, но о впечатлении, спросить его почему то захотели именно сегодня. — Зачем спрашиваешь? — Я не могу поинтересоваться мнением сына? Впрочем это не так важно, позвал я тебя по другой причине. — Доппо невольно вытянулся по струнке, припомнив разом все свои грехи и мысленно перекрестился, хотя верующим и не был. — У нас в школе учится мальчик, Евгений Воронцов. Слышал эту фамилию? — Куникида кивнул и Фукучи продолжил. — Его отец хороший мой друг, по этому отказать его просьбе я не в состоянии. Начнём с того, что Евгений мальчик по меркам обычных детей довольно странный, а ты сам понимаешь как к таким относятся. — Доппо вновь кивнул, окончательно расслабившись. — Вот и Воронцов старший это понимает, потому и попросил узнать не обижают ли мальчика сверстники. Такие просьбы, как известно никогда не берутся с воздуха. Учителя я его конечно же спрашивал, но тот лишь плечами пожимает, поэтому тебе стоит приглядеть за ним на перемене, заметишь, что то странное, сообщи. — Фукучи положил на стол фотографию мальчика с вьющимися, темными волосами и голубыми глазами. — Запомни его, он в «Б» классе и помни, чуть, что и сразу докладывай.       Несколько раз повторять задание не пришлось. Куникида в какой-то мере обрадованный, тем, что о его провинностях речи не пошло, лишних вопросов задавать не стал и довольно охотно покинул стены не любимого кабинета. Присев на лавочку, возле окна, он блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной. Младшие классы действительно удивительные личности, на перемене лучше не приходить на третий этаж, если есть желание сохранить ушные перепонки в целости, шум, гам, летающие стулья — это всё можно обнаружить на паузе, но во время урока на коридоры опускается такая тишина, что невольно начинаешь задумываться, а есть ли тут кто-нибудь вообще. Наслаждаться покоем правда оставалось недолго, через несколько минут пронзительный звонок, оповестил о пятнадцатиминутном перерыве, и коридор тут же оживился.       Послышались детские голоса, топот маленьких ножек, и как только нижние этажи выдерживают эту вакханалию, открываются двери и коридор заполняют низкие человечки. Доппо переводит взгляд на дверь с буквой «Б» и старается выцепить из толпы однотипных детей, нужного ему мальчика, но не обнаружив его утыкается в книгу, стараясь не обращать внимание на любопытные взгляды. Глупость какая-то, в открытую пялятся, будто старшеклассников никогда не видели. Подумаешь, сидит тут один, книжку читает, ничего подозрительного, зачем же так восхищённо переговариваться?       Подозрительные визги доносящиеся из кабинета напротив, практически сразу привлекают внимание Куникиды, он нехотя отрывает взгляд от читаемой книги и заглядывает в дверной проём. Открывшаяся его взору картина отталкивает. На полу, среди разбросанного мусора сидит мальчик. Его окружили сверстники и судя по жалобным всхлипам, не для того, чтобы водить хоровод. Юноша заходит в кабинет, прокашливается, чтобы привлечь внимание.       Хулиганы, пинавшие до этого мальчонку резко останавливаются, съёживаются под взглядом травянистых глаз и разбегаются в разные стороны, оставляя голубоглазого одноклассника корчится от боли, зеваки стоящие в кругу, тоже убегают, стоит Доппо приблизится. — Всё хорошо? — Довольно глупый вопрос, учитывая, что он всё видел. Куникида садится на корточки, помогает подняться на ноги, а затем берёт за руку и уводит мальчика из кабинета. Тот не сопротивляется, лишь с подозрением косится на старшеклассника и покорно шагает в неизвестную ему сторону. — За что они так? — Не знаю, — Женя пожимает плечами. — Наверное я им не нравлюсь. — Мне кажется, это очевидно. — Мне тоже. — Он опускает голову, ускоряет шаг, чтобы не отставать от Доппо и замолкает, погружаясь в свои мысли. — Даже не спросишь куда мы идём? — А зачем? По моему и так всё очевидно. Либо к медсестре, либо к директору, но вероятнее всего второй вариант. — Куникида удивлённо приподнимает бровь. Отец не приукрасил, сказав, что мальчонка умён не по годам. Рационально мыслить у многих не получается и в тринадцать лет, не говоря уже о семи. Другие бы на его месте в истерику впали и звали бы кого нибудь из учителей, а этот идёт себе спокойно, будто не его пинали несколько минут назад.       Они останавливаются у двери ведущей в кабинет директора и Куникиду пробирает неприятный холодок. Второй раз за день оказываться у отца, — довольно странное явление. Он глубоко вздыхает громко стучит и входит, ведя мальчика за собой. Директор увидев кто стоит на пороге, не выглядит удивлённым. Он ничего не спрашивает, подзывает мальчика к себе, а сыну махает рукой, мол, иди. Доппо кивает и покидает кабинет.       Бессмысленно слоняться по школе желания нет, поэтому он вновь поднимается на третий этаж и утыкается в книгу. Среди начальных классов ему спокойно. Учителей здесь мало, а те, что есть сидят в своих классах, им нет никакого дела до старшеклассника одетого не по форме. Первоклашки не достают вопросами, только смотрят изучающе, это кончено раздражает, но потерпеть можно, всяко лучше чем находиться среди сверстников. Куникида так зачитывается, что не сразу замечает, что перемена уже началась, а перед ним стоит парень, которого он видел в кабинете отца. — Простите, я не расслышал, что вы сказали. — он захлопывает книжку и смотрит на парня, тот нервно улыбается. — Могу присесть? — Конечно. — Доппо двигается, в сторону создавая место на скамейке. Парень благодарно кивает и садится. Неловкое молчание окутывает их двоих. — Какими судьбами на этаже младших классов? — Спрашивает Куникида первое, что пришло в голову, лишь бы избавиться от чувства неловкости. — Вы если я не ошибаюсь, учитель для старших классов. — Не ошибаетесь. Меня попросили встать на замену, там у Лилии Ивановны, какие-то дела появились. — Он махает рукой в сторону двери с огромной, красной «А». — Вас Доппо зовут, верно? — Куникида кивает. — А вас? — Виктор.       Дальше они сидят молча. Виктор просматривает материалы для урока, а Куникида смотрит в книгу, не осознанно читая одну и ту же строчку. В голове осознание странности этого парня, какое-то странное ощущение, то ли опасности, то ли недоверия, он перечитает не зацикливаться на этом, только мысли сами возвращаются к стажеру. Звонок дарит свободу, Виктор встаёт и прощается, а Доппо облегченно выдыхает.       Минут тридцать он загипнотизировано смотрит на коричневую дверь, а затем когда она раскрывается, он закрывает книгу и встаёт. Кабинет покидают одинаковые по росту первоклассники. Доппо напряжённо смотрит, выискивая знакомые бантики из толпы одинаковых голов, а затем окликивает девочку. — Иди сюда. — Он машет рукой. Дети непонимающе оглядываются между собой, смотря на девочку идущую к старшекласснику. — Привет, — здоровается Анжелика и улыбается, парень подхватывает её улыбку. — Пройдёмся? — Он вновь забирает рюкзак у ученицы и они идут по длинному коридору, который на удивление пуст. — Как уроки? — Хорошо, довольно интересно. А у вас? — Я не в этой учусь. — Просто говорит Куникида и девочка кивает. Они идут медленно и снова молча. Куникида не знает о чём говорить, а девочка не задаёт вопросы. Такое молчание обычно называют неловким, но никто из них ничего похожего не испытывает, тишина приятная, успокаивающая. Доппо доходит с Анжеликой до шлагбаума и нерешительно останавливается. В одной руке рюкзак, а другая в кармане, держит скомканную фотографию. — Анжелика, — Нерешительно произносит парень, одновременно удивляясь тому, что смог запомнить имя. Девочка наклоняет голову и хвостики забавно дёргаются. — Могу я тебя кое о чём попросить? — Смотря о чём. — Она отвечает почти сразу, настороженно хмуря брови. — О не переживай, это маленькая услуга. — он присаживается на корточки, вытаскивает фотографию и показывает её девочке. — Этот мальчик учится у нас в школе, он из параллели… — Что такое параллели? — Куникида хмурится, чуть раздражённо тем, что его перебили, а потом вспоминает, что нужно фильтровать слова, говоря как можно проще. — Параллель это… — он задумался думая как объяснить слово простыми словами. — Что то противоположное или сравнение. Вот например ты учишься в «а» классе, а этот мальчик в параллели, то есть в «б». — Девочка кивнула. — Так вот, этого мальчика зовут Евгений и я хотел тебя попросить с ним познакомиться. — Зачем? — У него нет друзей, а ты тут первый день и я подумал, что ему было приятно с кем нибудь пообщаться, а тебе получить друга. — Анжелика задумалась, а затем широко улыбнулась и кивнула. — Хорошо, тогда у меня будет тут уже два друга. — Два? — Вы и Евгений, ну наверное ещё и Александра, но это не точно. — Доппо на миг замер, подумав почему его приписали к друзьям, а потом улыбнулся. — Ты только ему не говори, что это я тебя попросил.        Анжелика кивает, прощается и убегает, а Доппо идёт в кабинет отца и сидит там до конца рабочего дня, уже не чувствуя страха от этого помещения. В голове большие, карие глаза и сказанное не привычно тоненьким голосом: «друг».

***

      Доппо сидит на кровати. В комнате слабо горит ночник, не давая ночной тьме полностью овладеть комнатой. Он не боится тьмы, просто её наступление, означает, что мысли могут спокойно пожирать его изнутри, давя своими дурацкими сожалениями о несделанном. Одним из таких сожалений был прошлый год, точнее последний месяц. В ушах противной болью пульсировали вчерашние слова связанные Дазаем: «Ты же мать его директор, каким образом ты не заметил оборот наркотиков в своей школе?» И правда каким? Может он был на столько сильно разбит, что не смог заметить столь очевидных вещей? Или быть может, то, что привык к человеку с которым это всё это произошло, повлияло способность мыслить трезво, отгоняя самые плохие мысли.       Доппо бесшумно встаёт с кровати и выходит из комнаты. Дверь противно скрипит и он шикает, мысленно давая себе напоминалку смазать петли, а затем направляется в свой кабинет. Немного спертый воздух ударяет в нос, Куникида рукой нащупывает выключатель и включает свет. Он больно бьёт по глазам. Доппо зажмуривается, быстро моргает, а когда глаза более-менее привыкают к свету, идёт к окну и раскрывает его. Осенний ветер врывается в помещение выгоняя вместе с духотой, сонливость мужчины.       Куникида садиться за стол откидывается на высокую спинку мягкого кресла и усталым взглядом окидывает стопку бумаг. Раньше она была на много меньше, теперь же помимо школьных документов, тут лежат бумаги из организации. Он не представляет как будет разбираться со всем этим, слава богу это сейчас и не нужно. Из-под одной из стопок, выглядывает зеленый блокнот. Доппо осторожно приподнимает стопку и достаёт его.       Эта вещица на столько старая, что страницы могут сломаться от любого неосторожного движения. Здесь абсолютно вся его жизнь, по этому эта тетрадь на столько увесистая. На первых страницах довольно неровный почерк семилетнего мальчишки, только, что получившего подарок от отца, старые планы, расписанные поминутно, дурацкие идеалы, которые рухнули встретившись с реальным миром, каракули Дазая, утягивающего блокнот у Куникиды из-под носа, несколько рисунков от Федора. Довольно странно, раньше без этой тетрадки он не представлял своей жизни, а сейчас, это просто памятная вещь, которую просто жалко выбросить. Он переворачивает блокнот на одну из старых страниц. Там фотография, он только, только зашёл на пост директора. Стоит такой неуверенный, потерянный, не понимающий, что делать, но продолжающий неуверенно улыбаться. Рядом, сидя на столе изображена девочка, она широко улыбается, болтает ногами и смотрит своими невероятно большими глазами в камеру. Сколько лет этому снимку? Шесть-семь лет. Здесь Анжелика относительно счастливый ребёнок, по крайней мере глаза у неё горят. Это вроде четвёртый класс.        День когда Доппо зашёл в школу как директор, он помнит очень хорошо, а особенно те слова, что сказала ему тогда десятилетка. «Не важно каким вы будите директором, для меня вы всегда останетесь другом» Он в тот день пообещал, что у неё всегда будут гореть глаза и он как друг, сделает всё возможное для этого. Жаль не сдержал обещание.       Проблемы начались уже в следующим году. Одного взгляда на красный отпечаток в форме ладони на щеке девушки, хватило, чтобы заволноваться. Тот день на уроки Анжелика не ходила, просидела в кабинете директора, а затем ушла домой. Куникида был в замешательстве, но уже точно зная, что в органы опеки обращаться не будет. Там ребёнку будет очень тяжело, особенно девочке. Очень красивой девочке.       Юнг могла всегда найти спасение в кабинете директора до тех пор, пока какой-то гад не пустил слух, о любви директора к маленьким девочкам. Столько шума было. Проверки, полиция, допросы. К счастью выяснилось потом, что это всего лишь провокация была, но только на отношения с Анжеликой это повлияло и не самым лучшим образом. Директорский кабинет больше не был безопасным местом для неё, а Доппо не знал как это исправить. Время шло, он волновался, оценки девочки ухудшались из отличницы она превратилась в ударницу, а потом оценки граничили между двойкой и тройкой. Седьмой класс он помнит как страшный сон. Столько ненависти среди детей он видел впервые.       Девочку буквально забили до такого состояния, что она боялась приходить в школу по несколько дней. Куникида пытался решить эту проблему, но ничего не получалось. Найти ту самую главную точку из-за которой начались проблемы не получалось, тогда он принял самое ужасное решение, просто наблюдать. Кто знает, может если бы он не стал опускать руки, в дальнейшем всё можно было бы избежать. Конец этого года был настолько ужасным, что Доппо думал поседеет в свои-то двадцать один. Кто-то додумался облить школьницу хлоркой. Хлоркой! Мать его. Химические ожоги, больница, ужас просто.       В восьмом классе всё вроде бы успокоилось, за исключением, того, что шугаться Анжелика стала любой тени., при чём было это ближе к середине года. Единственное, что Куникида смог сделать — предоставить помощь профессионала. Это не очень помогло, но душа директора относительно была спокойной.       И тут тебе на, наркотики. Почему-то Доппо предположил, что эта была попытка суицида, но нет. Видимо он где-то сильно провинился раз жизнь его наказывает страданиями окружающих. С клятвой быть хорошим другом, он провалился и исправить это никак нельзя. Можно только предоставить работу Дазаю, может у него получится справиться лучше.       Куникида опускает голову на руки. В комнате становится довольно холодно, но холод, такая незначительная неприятность, что обращать на него внимание не имеет смысла. Блокнот с громким стуком закрывается, а в руки берутся личные дела всех работников в школе. Доппо один раз доверился профессионализму отца и вот, что из этого вышло. Он изучит все дела досконально, найдёт крысу и самолично накачает её наркотиками. Прошлого уже не исправить, он был плохим директором, да и другом, что скрывать тоже. Осталось будущее, которое всё ещё можно сделать светлым. Дазай разберётся с внутренними проблемами Анжелики, а он с внешними. Ведь слова: «Каким бы вы не были директором, вы всегда будете моим другом», никогда не забудутся.