Равные

— Мы же договаривались, что пойдем туда вместе, — Александр скрестил руки на груди, рассматривая блестящий пиджак на своем парне. — Планы поменялись, сладкий, — беззаботно ответил Магнус, — Решено собрать только совет нижнемирцев. Это ненадолго, так что можешь выбрать фильм на вечер и заказать ужин. — Я думал, это важно для нас обоих. Люк поддерживает меня, значит голоса разделились бы два на два. Но, видимо, ты проголосовал против, — Магнус пожал плечами, чувствуя себя неуютно. Ему хотелось побыстрее шагнуть в портал, но злой взгляд охотника пригвоздил к месту, — В моей жизни нет места человеку, который не уважает мои желания. Ты можешь спорить со мной, но не игнорировать решения и строить козни у меня за спиной. Я хочу отношения к себе как к равному, какая бы разница в возрасте у нас с тобой не была. Иначе отношения не построить. — Я представитель своей рассы в совете нижнемирцев и не могу ради твоих очаровательных глазок отказаться от выгодного решения для магов, — решительно ответил Магнус, магией меняя цвет своего маникюра с розового на черный. — Это решение приведет к тому, что нефилимы окажуться практически изолированы от остальных народов. Ты думал об этом? О том, как твое решение повляет на меня и планы добится равного отношения для всех расс? Магнус рассмеялся, горько и пронзительно. — Равного отношения? Вспомни как сумеречные охотники относятся к таким как я. Да, есть приятные исключения, однако это не станет новой реальностью. «Во всяком случае, до тех пор, пока вы сами не станете изгоями» осталось невысказанным, однако повисло между двумя мужчинами. Александр в шоке смотрел на своего парня, не веря, что тот может так думать. Только не его Магнус, больше других проявляющий терпение и понимание. Лайтвуд явно почувствовал влияние Королевы над ним и оттого разозлился больше, чем требовалось для адекватного разговора. — Как думаешь, почему же сумеречные охотники так относятся к нижнемирцам? Может потому, что мы работаем без зарплаты и выходных, защищая общий мир от демонов, но когда просим помощи — оплачиваем гигантские счета, которые часто оказываются неподьемными? Недавно в соседнем институте умер ребенок. Мальчика зацепило на первой в жизни охоте, а маг так долго торговался, что пациент умер в мучениях. Вспомни собственное прошлое, Магнус. В год моего рождения ты отказался помогать мне, называя «несомненно мерзким отпрыском». Судил по родителям. Может нам тоже стоит так относиться к новообращенным вампирам? Все они появились в результате нарушения договора, значит априори виновны. — Александр… — Это совсем другое да? Но, напомни, был ли случай, когда вы помогали нам в трудные времена? Или соблюдали нейтралитет, вместо того чтобы использовать нас как щит и плевать в кофе? Я отлично помню, как мы пошли на свидание и мне в тарелку высыпали всю перечницу. Только потому, что моя внешность и природа отличается от вас. Забавно, что поступил так маг. Разве не тем, кто родился с меткой, легче понять что испытываешь в такой ситуации? Перед глазами Магнуса промелькнули когда-то давно выброшенные членами конклава тарелки, с которых они ели во время совета. Случайное наблюдение, которое он так и не успел озвучить. Александр развил мысль дальше: — Нефелимы имеют города, где могут укрыться от демонов. Мы вовсе не обязаны рисковать своими жизнями ради вас. Однако, делаем это снова и снова, давно не расчитывая на благодарность. Представь на секунду, что все мы переехали в Аликанте и закрыли границы. Как долго простоит Нью-Йорк, учитывая, что я один убиваю по сотне демонов в сутки? — Не делай из нефелимов невинных овечек. Я отлично помню как твои предки истребляли целые кланы и стаи ради идеи «чистой крови». — Давай перережем всех немцев? Если дети отвечают за ошибки родителей, то целая страна фашистов не должна сущестовать в принципе. Магнус подавился воздухом, глядя в горящие упрямством голубые глаза, и махнул рукой от переизбытка эмоций. Крохотные искорки сорвались с пальцев, сверкая в лучах солнца. — Знаешь, а ведь меня тоже учили убивать нижнемирцев. Родители не могли оставить прежних привычек и создали целую комнату, где знакомили старшего отпрыска с работой пыточных орудий. Лампы, цветовая температура которых составляла 5 тысяч кельвинов, что эквивалентно свету полуденного солнца. Ощейники, мешающие оборотню вернуться в человеческий вид и наручники, блокирующие использование магии. Я прекрасно знаю, где именно в оранжерее растет волчий аконит и где достать вино из сентарина, смертельное для фейри. Да и адамас ношу с собой в виде ангельского клинка, — спокойным голосом перечислил охотник, заставив Магнуса почувствовать себя неуютно. Заметив его реакцию, юноша невесело усмехнулся, — Боишься? Но, разве я хоть раз сделал тебе больно? Мы — лучшее доказательство, что идеи Круга уходят в прошлое. Новое поколение живет совсем по другим принципам и не сделало вам ничего дурного. Причем вовсе не из слабости. А ты можешь сказать о себе то же самое? Что не оставил меня страдать в детстве? Или что не Закон мешает тебе «разобраться» с некоторыми охотниками? — Оставил тебя страдать? Александр лишь горько скривил губы, не способный сам вспомнить, но знающий обо всем из дневника Ходжа. — У меня не было вины перед тобой. Но, ты предпочел дать мне умереть в агонии, только потому, что я теоретически мог вырости и озлобиться на всех магов. Странно что, после подобной истории, такого действительно не произошло. Магнус зажмурился, отгоняя воспоминание. Мариза со свертком в руках и бокал виски в своей руке. Он абсолютно не помнил сути их разговора, списав на очередные требования обновить защиту в Институте за мизерную плату. — Александр… — Я делаю все, что в моих силах, чтобы добится признания межрассовых браков и отношений, вывести сотрудничество на новый уровень. Если ты не веришь в эти идеи, то почему до сих пор со мной? А если говоришь сейчас чужими словами то, прошу тебя, прекращай. Магнус встряхнул головой, будто скидывая с волос паутину. — Уже ничего нельзя изменить, сладкий. Мне пора. * * * Увлеченный разговором о грядущих политеческих коллаборациях, маг легко отмахнулся от ощущения звенящей пустоты в теле. Оно преследовало его до самого конца собрания, напоминая назойливую муху, кружащую вокруг головы, и чародей ощущал себя вымотанным, будто пробежал марофон. Вернувшись через портал в свой лофт, он уже расчитывал упасть в любящие обьятия, когда с удивлением заметил, что в прихожей пустует наколдованная им подставка для лука. — Вот почему, когда его любимый маг хочет внимания, Александр ушел в рейд? — театрально пожаловался коту чернокнижник. Председатель Мяо пнул лапой миску, требовательно мяукая, — Разве он не покормил тебя? Что же стряслось в Институте? Стоило произнести последнее слово вслух и Магнус, наконец, понял. Чувство, которое грызло его в течениие собрания — это рухнувшая защита над оплотом безопасности нефилимов. Не тратя ни одной лишней секунды, Магнус шагнул в портал под оглушительное мяуканье. Мрачная церковь всегда давила на чародея, принуждая чувствовать себя незначительной букашкой. Одним из тех, кого быстрыми штрихами изобразили в углах икон — коленопреклонными и благодарными небу, за нисполанную им защиту. Магнус фыркнул себе под нос, не желая даже задерживать взгляд на подобных полотнах. Тем более, что Институт в кое-то веки не выглядел так будто готовится к похоронам. Из колонок звучала громкая музыка, а за рабочим компьютером, привычно отвлеживающим демоническую активность в городе, сидел незнакомый парень с длинными волосами. Он кивал в такт музыке, бегая пальцами по кнопкам с видом великого пианиста, извлекающего из инструмента величественную симфонию. — Чем могу помочь? — вежливо уточнил у Магнуса тихий голос. Чародей развернулся в пространстве, пытаясь найти его обладателя, и далеко не сразу заметил его — рыжый мальчик стоял позади мага, подозрительно осматривая его. На вид юноше можно было дать четырнадцать лет, хотя вполне возможно, что впечатление портил рюкзак в виде большой плюшевой лягушки. — Я ищу Александра… Лайтвуда. — На всякий случай, Магнус решил добавить фамилию, но эта заминка не прошла незамеченной для парня. — Рабочие часы Главы уже подошли к концу. Ответственный за прием нижнемирцев сегодня — Джейс Вейланд, — четко ответил юноша, огибая мага и явно становясь у него на пути. — Александр нужен мне по личному вопросу. Я его муж, — Магнус победоносно улыбнулся, но юноша перед ним только сильнее нахмурился. — Браки между нефилимами и нижнемирцами не были легализованы. Но, вы можете позвонить ему и назначить встречу, — Ледяным тоном отчеканил нефилим, в последний момент смягчившись из-за покашливания колеги. Слова юноши заставили Магнуса окончательно растерять благодушное настроение. Конечно, технически мальчик был прав. Однако, напоминание про неофициальность его статуса было явно лишним. Магнус развернулся к «пианисту», расчитывая на его благоразумие: — Защита Института пропала и я хочу проверить что именно здесь произошло. Сейчас. Нефилим улыбнулся и на секунду Магнус поверил, что нашел адекватную личность, не помешанную на бюрократии. А потом мужчина поправил длинные волосы и спокойно сказал: — Это я отключил её, прежде чем поставить руническую. Скоро закончу. Магнусу показалось, что мир сошел с ума. Защита, основанная на ангельских рунах, славилась своим несовершенством, особенно перед чарами колдунов, о чем Бейн не применул напомнить. И в ответ получил обезоруживающую улыбку незнакомца: — Приказ Главы Института. Ничего не могу поделать. В мыслях пронеслись ругательства, особенно когда рыжий охотник демонстративно открыл дверь для Магнуса. Прозрачный намек, который уже нельзя было игнорировать. Оказавшись на улице, маг с трудом отогнал непрошенную асоциацию про выброшенного котенка, и поспешно набрал номер мужа. — Да, Магнус? — спокойно спросил Александр, чей голос доносился слегка приглушенно, будто мужчина зажимал микрофон рукой. — Что происходит, сладкий? — Несмотря на привычное игривое обращение, Магнус даже не пытался скрыть раздражение в голосе. Ему хотелось рвать и метать, причем виновный был уже найден. — Не понимаю о чем ты. Магнус многое хотел сказать. Про пустой лофт, грубость сотрудника Института и некормленного Председателя Мяо. Но, професиональзм Верхновного Мага пересилил всё. — О том, что ты поменял защиту на Институте. Можешь себе представить как сложно её создать? Это далеко не та вещь, которую можно разбить ради красивого выражения своей обиды. — Рейн гений, Магнус. Его руническая защита выдержала нападение орды демонов, когда чаша смерти была у Круга. Тебе не о чем волноваться. Голос Главы не дрогнул, подозрительно напомнив тоном его сотрудника. Вежливый, холодный, с затаенной злостью и явным желанием избавится от собеседника. Магнус сглотнул, чувствуя себя неуверенно с таким Алеком. — Может пустишь меня? Твои цепные псы мешают пройти в Институт. — Они выполняют закон, Магнус. Как ты помнишь, на святую землю вы можете заходить только чтобы оставить прошение о помощи, либо для оказания услуг по найму. Магнус хотел сказать, что личное приглашение Главы является исключением, прописанным по закону, однако внезапно выпалил совсем другое: — Раньше тебя это не волновало, — Чародей сам поморщился от того, как жалко прозвучал его ответ. — Я Глава Института и не могу нарушать закон даже ради твоих прекрасных глаз, — холодно ответил Александр и бросил трубку. Магнус подавил желание ворваться в здание и, магией связав сотрудников, устроить мужу выволочку при всех. Он накажет его потом, когда нефилим приползет за ночной лаской. Причем накажет так, чтобы больше ни одной дурной мысли не пришло в голову. Магнус подошел к выходу, мысленно перебирая в голове варианты, но обернувшись чтобы закрыть ворота, замер. Возле входа теперь красовалось два обьявления: цены на убийство демонов, зависимо от породы и краткая выдержка из Кодекса, гласившая: «Нефилимы призваны хранить равновесие, защищая закон и порядок на вверенных им териториях. (…) В компетенцию сумеречного охотника входит арест представителей нижнего мира с задержанием до выяснения обстоятельств правонарушения, а так же применение установленных законом мер наказания. Сопротивление им рассматривается как отягощающее обстоятельство преступления». Цены на убийство демонов? Магнус представил себе как Институт присылает чек за свою работу в его клубе и будто наяву услышал слова Александра, сказанные сегодня утром: «Мы работаем без зарплаты и выходных, защищая общий мир от демонов, но когда просим помощи — оплачиваем гигантские счета». Кажется, его охотник решил добится справедливости. И Магнуса это, почему-то, совсем не радовало.