Поместье рода Блэк

***

      Эллиот ввалился в свою комнату и плюхнулся на кровать. Через час ему необходимо быть на отработке у Амбридж. На живот парня тут же залезла Аврора, вернувшаяся с прогулки по школе. Блэк гладил кошку и размышлял.       Новый преподаватель ставит новые порядки. Стоит ли ей всё это позволять? Но ведь Дамблдор благоразумно молчит? Это значит, что жабе всё дозволено лишь потому что она крупная шишка из Министерства? А ведь по ней так и не скажешь, что она серьёзный преподаватель. На профессора дети должны хотеть равняться, а с чего тут брать пример? С нарочито ласковой речи и детского голоска? А может с вечно розовой одёжки и жабьего рыла? Какое же наказание она назначит… Заставит перекраситься в розовый цвет?

***

      Эллиот шёл по коридору в направлении кабинета ЗоТИ. Около двери он заметил ссутулившегося Поттера. Блэк подошёл к Избранному и положил руку ему на плечо. Гарри поднял взгляд. — Эй, дружище… Тоже к жабе пришёл? — весело начал парень.       Избранный усмехнулся, затем кивнул, отвечая на вопрос. — Ну пошли тогда, что-ли… — проговорил семикурсник задумчиво, толкая дверь.       Когда ученики вошли в каморку Амбридж, то их чуть не стошнило. Вся комната была в розовых тонах, а на стенах висели портреты мяукающих котят. Каково же было их удивление, когда профессор сказала им написать несколько строк её пером. Так как оно было лишь в одном экземпляре, писать были вынуждены по очереди. Эллиот насторожился. Что-то здесь было нечисто. Перо было тёмным, с красным оттенком.       Парень догадывался, что это было, но хотел убедиться в этом лично. Его любопытство, впрочем как и обычно, пересилило рассудок. После вопроса жабы о том, кто будет первым, в кабинете повисла тишина. Оба студента размышляли. Ну Эллиот и вызвался первым.       Семикурсник взял перо в руки и поднёс к бумаге. — Хмм… Чернила мне не понадобятся, так? — настороженно спросил он. — Именно. — послышался притворно ласковый ответ женщины.       Блэк кивнул самому себе, ведь преподаватель отвернулась и ждала реакции. Рейвенкловец принялся аккуратно выписывать на бумаге буквы, которые сказала Амбридж. Текст оказался красного цвета. Эллиот почувствовал во рту привычный металлический вкус. Вкус крови. — Я не должен пререкаться. — показалось на бумаге.       Парень почувствовал внезапную боль и поморщился. Гарри удивлённо уставился на покрасневшую кисть руки друга, на которой виднелась вырезанная надпись. — Сколько раз я должен написать? — сдавленно спросил Эллиот. — Вы поймёте. — проговорила Долорес.       Блэк продолжил писать, терпя боль. Он не собирался следовать этому наставлению. Спустя несколько минут профессору надоело ждать и она повернулась. Увидев побледневшее лицо ученика и дрожащие конечности, учитель остановила его. — Очередь мистера Поттера. — сказала она.       Гарри послушно взял перо в руку. — Он не должен. — тут же возразил Эл. — Он не лжёт! — Лжёт. — Нет. — усмехнулся семикурсник. — И да, у меня дела. Как и у мистера Поттера. Мы пообещали помочь профессору Флитвику. — продолжил Эллиот.       Амбридж нахмурилась. — Я же написала ему… — пробормотала Долорес. — Он же не думал, что наказание так затянется. — ухмыльнулся парень. — А теперь прошу нас простить, долг зовёт! — провозгласил Эл, поднимаясь. — Я спрошу у него. — тут же сказала как отрезала женщина. — Да, да. Обязательно спросите. — быстро ответил семикурсник, хватая потерянного друга и его сумку, выволакивая из кабинета.       Выйдя из комнаты, Блэк тут же спохватился и направился в кабинет декана Рейвенкло. Поттер опомнился и пошёл за ним, стараясь подстроиться под его быстрый шаг. — Ты ей соврал, да? — спросил Избранный. — Ещё погромче скажи… — усмехнулся Эл. — Да, соврал. — Но зачем? — удивлённо спросил пятикурсник. — Почему не тогда, когда сам писал? — Только когда тебе перо передал — задумался о возможных последствиях времяпрепровождения с таким орудием. Да и время потянуть нужно было, чтобы отмазка сработала.       Мальчик-Который-Выжил удовлетворённо кивнул. — Спасибо… Благодаря тебе мне не придётся заживлять рану. — улыбнулся гриффиндорец. Только тогда Эл остановился и вновь положил руку на плечо друга. — Будешь должен. — усмехнулся Блэк. — Иди, поделись с друзьями. Пускай тоже удивятся… — продолжил сын Регулуса слегка потерянно.       Гарри кивнул и поменял направление. Эллиот же продолжил свой путь. Дойдя до нужной двери, Блэк постучал три раза. Дверь открылась и в коридор выглянул уставший преподаватель Заклинаний. — Извините за беспокойство, профессор Флитвик. Я бы хотел пожаловаться вам на нового преподавателя. — начал Эллиот виновато. — Что такое? — обеспокоенно спросил мужчина.       Эл приподнял окровавленный рукав мантии и показал кисть руки. Филиус удивлённо уставился на рану. — Я не должен пререкаться… — озадаченно прочитал вслух декан. — Это не всё… — смутился Эл. — Я соврал профессору Амбридж, что вы попросили меня и Гарри Поттера помочь, чтобы уйти оттуда…       Парень ожидал того, что преподаватель разочаруется в нём, но всё вышло не так. — Пять баллов Рейвенкло за сообразительность. — сказал мужчина, а семикурсник воссиял. — Я могу чем-то вам помочь? — спросил сын Регулуса. — Хмм… На самом деле, да. — сказал Филиус. — Но после посещения вами Больничного крыла, мистер Блэк. Парень улыбнулся. — Эллиот. — попросил семикурсник, чувствуя глубокое уважение к учителю. — Хорошо. — ответил Флитвик, улыбаясь в ответ.

***

      Блэк был в бешенстве. В его голове всплывало злополучное объявление: «МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ. ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА».       Министерство лезет в дела Хогвартса. Да как они вообще посмели? Мало того, что настраивают всю Магическую Британию против Гарри, насылают на него дементоров и пытаются подставить на слушании, так ещё и мешают обучению детей! — Ну Эл, она же ещё ничего не сделала… — пытался успокоить друга Корнер. — Майк, она планирует всё испортить! Гарри мне по секрету сказал, что ему птичка напела о том, что она будет увольнять неугодных Министерству преподавателей. Пятикурсник открыл рот, но тут же закрыл. Блэк принялся контролировать дыхание, дабы побыстрее успокоиться, он привлекал слишком много внимания своими эмоциональными речами. — Сегодня она будет присутствовать на Заклинаниях. — более спокойно продолжил Эллиот. — Ты же не думаешь, что она захочет уволить Флитвика? — настороженно спросил Корнер, подстраиваясь под шаг Блэка. — Его — навряд ли. Зато такого преподавателя, как Снейп — очень даже. Может, ещё и Трелони загребёт. — Так это же хорошо! — воскликнул Майкл. — Ты думаешь, Снейп даст ей себя уволить? — усмехнулся Эл. — Эй! Куда так торопитесь? — спросил запыхавшийся Бут, только что догнавший друзей.       Блэк неопределённо пожал плечами.

***

      Сын Регулуса сидел на очередном уроке с Уильямом Кроуфордом. Он познакомился с этим новым сокурсником ещё на Святочном балу в прошлом году. «Блэк разговаривал с Крамом, когда в него врезался парень, спешивший к своей даме. — Ой, извините пожалуйста… — виновато улыбнулся он. — Да ничего, всё нормально. Я Эллиот. — доброжелательно протянул ладонь Эрстеровец, оглядывая нового знакомого. Ученик Хогвартса имел короткие пепельные волосы, ростом несколько ниже Эла. Глаза у него были зелёные. — Уильям. Приятно познакомиться. — радостно ответил Кроуфорд, отвечая на рукопожатие. — Взаимно. — Ладно, я спешу, до свидания! Может, ещё пересечёмся как-нибудь. — сказал рейвенкловец, уходя. — Может быть… »       Эллиот открыл глаза и заметил на себе взгляд друга. — Знаешь, ты слишком много перечишь Амбридж… — задумчиво протянул Уильям. — Ничего не могу с собой поделать. — пожал плечами парень. — До добра это не доведёт. — твёрдо прокомментировал сокурсник — Да, я знаю. — холодно ответил Блэк. Кроуфорд лишь кивнул. Это был не первый раз, когда он пытался отговорить Эла от совершения необдуманных поступков, но каждый раз не выходило. Любой диалог об этом заканчивался одинаково из-за упёртости бывшего ученика Дурмстранга.

***

      Эл решил начать дело, из-за которого он и перевёлся в эту школу. Выдохнув, Блэк решительно постучал в дверь кабинета своего декана. Преподаватель позвал ученика в кабинет и заинтересованно на него глядел из-под линз очков. — Здравствуйте, профессор Флитвик. Извините за беспокойство, я бы хотел вам задать несколько вопросов, ответы на которые мне очень важны… Это об отце… — выдохнул парень.       Филиус понимающе кивнул и задумался. В Хогвартсе многим было известно о пропаже бывшего слизеринца. — Задавай. — Каким он был?.. — печально спросил Эл. — Ну… Он был очень прилежным и способным учеником. Все заклинания у него выходили на ура. Можно сказать, Регулус был полной противоположностью его старшего брата. — начал профессор, вспоминая прошлое. Эллиот грустно усмехнулся. — В отличие от Сириуса… Он всегда выглядел грустным или задумчивым. Твой отец старательно выполнял все данные ему задания. Но… Он был просто помешан на идеях Тёмного Лорда… — запнулся мужчина. — Регулус был прекрасным ловцом. Несмотря на его мрачный вид, у него было много друзей и знакомых. Он горой стоял за свой факультет и очень гордился им. Да, парень был отличным магом… — закончил свой рассказ Филиус. — Да… — ностальгически протянул Эл. — Родители отца… — Блэк задумался, стоит ли делиться этим, но, поймав заинтересованный взгляд преподавателя, решился: — Они были просто помешаны на чистокровности. Учили этому обоих детей, но Сириус всегда не поддавался обучению, а отец — наоборот. Он поддерживал Вальбургу и Ориона, сильно их любил…       Эллиот и профессор задумались, каждый о своём. Но надо сказать, что мысли были об одном слизеринце с печальной судьбой.

***

      Блэк шёл по коридору с печальным выражением лица. Последние дни он только и думал об отце. Его мысли были прерваны до боли знакомым голосом. — Лио! Эллиот мгновенно обернулся, дабы девушка попала в его узкое поле зрения. Он задумывался над тем, чтобы начать носить солнцезащитные очки. Многие ученики, особенно слизеринцы, не гнушались указать ему, что один его глаз всегда стеклянный и глядит в пустоту, да и зрачок бледнее как-то. С очками хотя бы никто не будет видеть его ненормальность. — У нас есть идея. Сегодня вечером мы собираемся в «Кабаньей голове», хотим учиться магии втайне от Амбридж. — сходу затараторила Грейнджер возбуждённо. — Не волнуйся, я обязательно прийду. Что же вы без меня сделаете-то! — вымученно улыбнулся парень, от чего Гермиона нахмурилась. — Что-то случилось? — спросила она настороженно.       Нет, Блэк определённо не хотел ни с кем делиться своими мыслями. — Всё нормально, Миона. С чего вдруг ты предположила, что всё плохо… — проговорил рейвенкловец, защищаясь.       Грейнджер ещё сильнее нахмурилась, а Эл задумался. От чего же эта гриффиндорка так беспокоится о нём? В таких вещах, как психология, он не был профаном. Но почему то каждый раз не понимал мотивов Гермионы. Ну не может же быть, чтобы все поступки девушки были обусловлены её синдромом спасателя? Этим они похожи с Гарри. Поттер тоже вечно лезет всех спасать со своим милосердием, которому Блэк вечно удивлялся с его-то воспитанием из Дурмстранга. — Ладно… Я за тобой зайду. — лицо пятикурсницы теперь выражало сочувствие, будто она знает мысли парня, его воспоминания, всплывшие в голове моментально. «      Профессор спорта, как его называли студенты кратко, вышагивал по помосту. В зале стояла кромешная тишина, лишь его шаги были слышны в этом месте. Ученики нервно сглатывали, ожидая слов преподавателя. — Ладно… Хмм. — разорвал тишину холодный голос профессора Найджела.       Дети замерли, зная, что сейчас будет. Один из студентов подвёл, не сумев сдать суровый зачёт. В наказание сейчас изберут пару особо удачливых и накажут.       Да, странная логика, но крайне действенная. Обозлённые ученики после очередного наказания не давали другим предавать их своей слабостью жестоким путём. — Запрянов… И Блэк, выйти из строя. — ледяным тоном приказал профессор.       Эллиот просто не мог показать трусость, он сделал шаг вперёд, еле держась на своих негнущихся ногах. Второй избранный не спешил, он дрожал где-то в середине шеренги, не решаясь выйти. Мальчик реально боялся. И было чего, на самом деле. — Запрянов… Выйти. Из. Строя. — повторил мужчина, делая первые шаги к ослушавшемуся студенту.       Понимая, что их тоже могут наказать, соседи бедного Запрянова просто вытолкнули мальчика из строя, от чего он упал на колени прямо в ноги преподавателя, уткнувшись взглядом в пол. Найджел присел на корточки перед вторым избранным и цепко ухватил его подбородок, поднимая лицо бедного к своему. — Запрянов, ты ослушался меня… — бархатным тоном проговорил профессор, разглядывая лицо ученика. — Да ты же боишься… — ухмыльнулся мужчина.       По залу прошли смешки. Блэк так и стоял по стойке смирно, не смея даже двинуться.       Предприняв несколько попыток добиться ответа от шокированного четверокурсника, мужчина вновь разочаровался. — Круцио. — раздался сухой голос преподавателя.       Дети слушали мучения своего сокурсника. К воспитательному круциатусу просто невозможно привыкнуть, даже на четвёртом году обучения. Тем более детям.       Поглядев на ребёнка, мужчина брезгливо откинул его от себя, не желая более возиться с трусом. — Блэк… Ты ведь мальчик уже посерьёзнее, чем этот… — профессор кинул взгляд, переполненный отвращением, на сокурсника Эла. — Так точно, сэр. — тут же раздался твёрдый голос четверокурсника, от чего студенты облегчённо выдохнули.       В этот раз попался не трус, из-за которого весь класс могли наказать. Он получит наказание, а его сокурсники останутся целыми и невредимыми. Все знали, что Найджел ненавидел в своей жизни многие вещи, но самые главные две — трусость и молчание в ответ. — Как ты думаешь, вытерпишь ли ты круциатус? Или будешь извиваться на полу, как этот? — Не знаю, сэр. — Хочешь, проверим? — Как пожелаете, сэр. — продолжал отвечать Эллиот.       В классе Найджела было много правил, одним из которых являлось чёткое обращение к преподавателю. Только «сэр», никак иначе. Перечить нельзя, как и задавать вопросы. Лишь чёткая форма ответа с обращением. — Я пожелаю всё-таки проверить. — усмехнулся профессор.       Услышав такой кровожадный тон учителя, по позвоночнику мальчика пошла дрожь, но лицо оставалось невозмутимым. Тело напряглось в ожидании. — Круцио! — раздался голос мужчины, полный энтузиазма.       Интонация была совершенно другая, профессор хотел сломить именно этого ученика. Найджел по праву считал Блэка одним из самых смелых и стойких студентов, от чего желание наказывать его росло с каждым днём. Особенно после того, как мальчишка убил одного из самых влиятельных, могущественных преподавателей их института.       Красный луч попал прямиком в грудь четверокурсника. Эллиот содрогнулся. Ему показалось, что сила притяжения увеличилась, ноги стали дрожать, но пока он стоял. Было ощущение, будто тело студента старательно крутят в мясорубке. Так нужно. Блэк не отрывал взгляд от глаз Найджела, не смея ему перечить. Бессмысленно. На мгновение мальчику показалось, что зрение второго глаза вернулось к нему… Ан, нет. Это белые пятна стали перекрывать ему обзор от нехватки кислорода. Да, мальчик задержал дыхание, дабы сдержать рвущийся наружу крик, полный боли. Так тоже нужно. Мышцы Блэка не выдержали перенапряжения, ноги подкосились, и он упал на колени, вытянувшись по струнке. Кулаки сжались до побеления костяшек. По лбу четверокурсника струился пот, а во рту появился металлический привкус крови. Эллиот прикусил себе язык, сильно сжав зубы. Через мгновение челюсть тоже задрожала. Мышцы пульсировали в каждой клетке тела. Казалось, что организм мальчишки упрямо накачивают жгучей магмой и ломают кости.       Видя, что Блэк на грани, Найджел снял действие заклятия и довольно хмыкнул. Несмотря на желание сломить Эла, он был рад, что в его классе были такие стойкие ученики.       Тело четверокурсника стало петлять из стороны в сторону, он завалился вперёд и попытался подставить руки. Вышло даже удачно. Тело ломило от боли, хотелось лечь и больше не вставать, уснуть и больше не проснуться. Даже после действия заклинания, побочные эффекты мучили людей ещё долгое время.       Дав мальчику немного времени отдохнуть, мужчина приказал: — Встать, Блэк.       Услышав прямой приказ, Эл принялся пытаться встать на ноги. Ослушаться он просто не мог. Тело будто пронзало мириадами иголок при малейшем движении. Но Блэк слишком упрямый, терпел боль. Профессор терпеливо ждал. Лишь с пятой попытки мальчику удалось встать на ноги, пошатываясь.       Преподаватель довольно кивнул. — Упал, отжался. — ухмыльнулся Найджел.       Эл принялся прилежно выполнять приказ. Ведь так тоже нужно. Даже боль не смогла его остановить, одержать победу над его упрямством. В тот день никого более не наказали, из-за чего ученики Дурмстранга тихо зауважали Блэка. Но изменилось что-то в мальчишке. Ему надоело быть послушным.