Дружба крепкая

Пятничный день оказался на редкость долгим и утомительным. После работы Степан намеревался сразу же отправиться домой, завернуться в теплое одеяло и проспать как минимум до Нового года, но у его друга и коллеги, Леонида Субботина, имелись совсем другие планы. — В спортзал? — спросил он, хитро прищурившись. Ясно, значит берет на слабо. — В спортзал, — ответил Стёпа, зная, что завтра будет проклинать себя за это. В это время суток в тренажерном зале обычно уже никого не было, кроме миловидной девушки-администратора, которая наводила порядок. Порхая между тренажерами и снарядами, она то и дело нескромно стреляла глазками в сторону двух привлекательных парней, тягавших штанги и гантели. — Стёп, мне кажется или эта блондинистая бестия глаз с тебя не сводит? — обливаясь потом, заметил Леонид. — Она точно не сводит глаз, только не с меня, а с тебя, — возразил Степан, приклеившись взглядом к соблазнительной упругой девичьей попке. — Проверим? — Леонид подвигал бровями и коварно улыбнулся. — Иди, подкати к ней. — Ну, не обижайся потом, — подмигнул Степан лучшему другу. Подняв с лавочки полотенце, он уверенной походкой направился покорять красивую девушку, стоявшую возле беговой дорожки. Убрав на место штангу, Леонид с интересом наблюдал за тем, как его друг обольщает привлекательной наружности администратора спортзала. Все девушки, работающие в подобных заведениях, были как на подбор — идеальная фигура, обаятельная улыбка, приклеенная к милой мордашке, безукоризненный макияж и непременно длинные волосы. В комплекте к стройной, подтянутой фигуре непременно шел неизменный дресс-код заведения — бежевые лосины и в тон ему короткий топик, больше похожий на бюстгальтер. Степан уже вовсю развлекал девушку какими-то шутками-прибаутками, и та заливалась звонким смехом. Леонид, ничуть не стесняясь, шарил взглядом по весьма привлекательному телу, то и дело задерживаясь на глубоком вырезе топика. Одежда не скрывала женских прелестей, а скорее наоборот — подчеркивала их. Через тонкую ткань проглядывали очертания аккуратной двоечки и твердые соски, между ног виднелся четкий треугольник гениталий — аккуратный, соблазнительный, манящий. Леонид сглотнул вязкую слюну — вот бы провести всей ладонью по этому треугольнику, чуть надавливая средним пальцем, срывая с губ девчонки просящий стон. — Лё-о-онь, — услышал он голос друга и нехотя оторвался от созерцания женского тела. — Подойди. Должно быть, попытки Степана соблазнить девушку увенчались успехом, и он сейчас сообщит, что ему пора. За друга Лёня был рад — в искусстве соблазнения Степана мало кто мог превзойти — но его собственная возбужденная плоть разочарованно ныла. — В общем, тут такое дело, — плотоядно улыбнувшись, протянул Степан. Девушка-администратор при этом совершенно не скромно прикусила нижнюю губу. — Это милое создание не знает, кто ей больше нравится. Поэтому она не прочь покататься на нас обоих. Леонид на миг утратил дар речи — еще ни разу в жизни ему не предлагали секс втроем. По телу пробежала волна предвкушения, дыхание участилось, внутри разлился жар. — Заманчивое предложение, — улыбнулся он и теперь уже совершенно нагло, без глупого стеснения принялся осматривать девушку с ног до головы. — От такого подарка откажется только дурак. Степан понимающе хмыкнул и задорно подмигнул другу. Затем отбросил в сторону полотенце и остатки джентельменского самообладания, подошел к девушке и сделал то, о чем совсем недавно мечтал Леонид — глядя в горящие похотью блядские гляделки, он обхватил ее за талию одной рукой, а ладонью другой пробрался меж стройных ног и погладил промежность. Девушка зашипела и издала протяжный стон, тем самым призывая парней к дальнейшим действиям. Леонид, стянув с себя потную футболку, пристроился сзади и тут же принялся изучать красивое женское тело руками и губами. Настырно пробравшись руками под тонкую ткань топика, он принялся мять и гладить упругие полушария, дразнить пальцами твердые соски, при этом не переставая покрывать тонкую шею поцелуями-укусами. Степан, последовав примеру друга, тоже избавился от верхней части спортивной формы и уже вовсю наслаждался ласками девушки. Ее тонкие пальцы гладили литые мышцы, сжимали крепкие мускулы, царапали кубики пресса. Зажав девушку своими внушительными телами, парни нагло и бесцеремонно ласкали ее, все сильнее распаляясь, окунаясь головой в умопомрачительный водоворот похоти. В искрящемся воздухе отчетливо и остро ощущался запах секса и разврата. Горячие тела сплелись в единый клубок, несдержанные стоны нарастали, одежда невыносима раздражала. Было мало жара кожи, мало поцелуев, мало ощущений. Хотелось больше, наглее, глубже, яростней. Пальцы Степана внутри женского тела, губы Леонида влажно скользят вдоль ее позвоночника, руки мнут кожу до красноты, до вскриков, до изнеможения. До сладкой боли, до мучительной дрожи. Сжимают бедра, оглаживают ягодицы, ласкают плоский живот. Рот Степана отыскал розовые горошины и принялся терзать, мучить, дразнить до жалобных стонов, до изнеможения, до искр в глазах, до красных всполохов. Вот уже девчонка стоит на коленях и с явным наслаждением сосет член Степана, при этом не забывая ласкать рукой ствол Леонида — смотрелось по-блядски возбуждающе. Парни жарко стонали в голос, то и дело переглядываясь между собой — они словно чувствовали удовольствие друг друга и от этого возбуждение лишь усиливалось. Выпустив изо рта внушительных размеров орган Степана, девушка немного отдышалась, слизала с крупной головки солоноватую смазку вперемешку со своей слюной, а затем обхватила губами член Леонида. Парень громко рыкнул, схватил голову девушку обеими руками и принялся что есть силы вбиваться в ее узкое, влажное горло. Наслаждение катилось под кожей, бурлило в крови, распирало пах — еще немного и он кончит. Резко вытащив начавший пульсировать орган, Лёня перехватил его у основания, не давая семени выстрелить. Степан понимающе хмыкнул. Утерев девчонке красные, блестящие губы большим пальцем, он с удовольствием отметил, что она готова продолжать. Ее глаза лихорадочно блестели, грудь часто вздымалась и опадала, дыхание тяжелое, рваное, горячее. Подняв сучку с колен, Степан рывком повернул ее к себе спиной, прижимая лицом и грудью к огромному зеркалу. Леонид, немного придя в себя, одобрительно хлопнул Степана по плечу и помог ему стянуть с девушки узкие лосины. Их взорам предстала красивая, упругая задница, и Степан незамедлительно поднял руку и со смаком шлепнул по ягодице. Девчонка взвизгнула и немного оттопырила зад. — Хорошая сучка, — похвалил Степан, пристраивая подрагивающий от нетерпения член к влажной щели. Девчонка заскулила и нетерпеливо принялась сама на него насаживаться. Степан застонал от удовольствия, прошившего его тело мелкими импульсами, и вогнал член на всю длину. Девушка всхлипнула и попросила: — Ну же, трахни меня, трахни жестко. Степан взглянул на Леонида невменяемым, совершенно поехавшим взглядом, точно наркоман после прихода. Субботин нахально улыбнулся, словно подначивая друга к действиям. Больше не сдерживая внутреннего зверя, Стёпа схватил блядь за талию и принялся двигать бедрами. Его движения были резкими, напористыми, быстрыми, жесткими. Девчонка стонала в голос, кричала, просила, умоляла: — Еще! Да, ох, да! Сильнее. Леонид, задыхаясь от собственного возбуждения, наблюдал в отражении за яростными, безумными движениями друга, видел его перекошенное от удовольствия лицо, слышал похотливые стоны и шлепки кожи о кожу. Член в его пальцах дрожал от нетерпения, внутри разрасталось желание, в голове шумело. — Давай, Лёнь, — с трудом проговорил Степан, оттаскивая девчонку от зеркала и наклоняя ее вниз, так, чтобы она уткнулась лицом в пах Леонида. Девушка охнула от неожиданности, но уже через мгновение она ощутила как в ее горло вторгается член второго парня. Они трахали ее с упоением, без церемоний, без нежности, без жалости. Драли со вкусом, входили глубоко, наслаждаясь ее телом, то и дело меняясь местами. Когда она, обессилев, едва не рухнула на пол, кто-то из парней уложил ее спиной на мат и, нависнув роковой неизбежностью, вновь вторгся в ее горячее, сочащиеся влагой лоно, а второй член нагло, без спроса, атаковал рот. Она с наслаждением сосала гладкий ствол, вылизывала головку, принимала так глубоко, как только могла, при этом ощущая, как изнутри ее разрывает второй член. Удовольствие лишало ее воли и мыслей, сознание плыло, улетало, она могла лишь тонко поскуливать, так как член во рту мешал стонать в голос. Степан ощущал приближение неизбежного конца. Взглянув на Леонида, что в данный момент драл девчонку в рот, он с трудом произнес: — Я сейчас, я почти… Лёнь… Угхммм… Леонид взглянул на него мутным, обдолбанным взглядом, облизнул пересохшие губы и простонал: — Я… тоже… да-давай… Ассс… Кончили они вместе, заливая грудь и живот шалавы вязким, терпко пахнущих семенем, которое она с явным удовольствием втирала в кожу. Ее красивое тело блестело от пота и спермы, светлые волосы спутались и облепили шею, из груди рвались хриплые стоны. Похотливо улыбнувшись, девчонка поднесла руку ко рту и с блаженством облизала каждый перепачканный спермой пальчик, при этом по очереди глядя на довольных парней. Выйдя из тренажерного зала в сгустившиеся сумерки, парни не спеша направились к припаркованной машине. Легкий ветерок обдувал их разгоряченные тела и лица, лаская вечерней прохладой. — Слу-ушай, Лёнь, — протянул Стёпа. — А как ее зовут? — Не знаю, — пожал плечами Леонид, закидывая на заднее сиденье автомобиля спортивную сумку. — Сначала забыли спросить, потом забили. Да и какая разница? — Надо было хотя бы ее телефончик взять, — усаживаясь на водительское сиденье заметил Данилов. — Такую драть и драть. Я бы повторил. — Мы просто как-нибудь снова заглянем сюда в такое же время, — заговорщически подмигнул Леонид своему другу, и тот расплылся в понимающей улыбке — они всегда прекрасно понимали друг друга.