Ты словно в небесах заря

Рейх лежал на койке и прикрывался пледом, что предоставил ему его возлюбленный, но этого было недостаточно Рейху, ибо он не привык к таким сильным холодам, а в темнице — где он сейчас пребывал попросту не было отопления, а темница находилась на территории Сибири, где погодные условия считались достаточно критичными. Хуже всего было — зимнее время, когда температура снижалась до — 40°. Он лежал и не чувствовал своего носа аж, губы мужчины потрескались и были неприятно сухими, а самого немца пробивала дрожь от холода, что неприятно навис в помещении камеры. Но неожиданно кто-то отпер дверь и Рейх, обрадовавшись приоткрыл глаза — ресницы, которого были слегка в инее. Он думал, что это его омега, но он ошибся — это СССР, который пришел к нему с не очень хорошими намерениями. — Ну, как поживаешь, собака? — хмыкнул Союз и присел на койку к нацисту, а после осторожно повернул голову к Рейху. На коммуниста что-то нашло и стащил немца на пол, и принялся избивать того ногами. — он приходит к тебе, сука… Ты отнял у меня сына. Лучше бы ты его убил! Рейх поверить не мог, что Союзу важно с кем будет его сын, а не его счастье и благополучие, почему если он с ним, то это проблема? Почему Союз готов казнить сына, но не выдать замуж за якобы своего сводного брата, пускай и врага? Ответ был на дне. Союз надел на него веревку и сделал петлю вокруг шеи. Коммунист закрепил веревку над головой, на крюке, где по идее должны быть лампочка, но ее не было в камере, и Союз потянул веревку на себя. Рейха подняло вверх, но он почувствовал, как стягивает веревка его шею, перекрывая кислород немцу. Рейх схватился за горло, пытаясь хоть как-то спастись. Красные глаза столкнулись с золотыми глазами коммуниста, и Рейх попытался сказать «прошу», но метка России неожиданно начала болеть, что означало, что Россия на данный момент тоже умирал, как и он. И Союз поняв по этой метке, что была на брате, то отпустил его. Рейх больно ударился коленями об каменный пол и сжал зубы от боли. Удар замершего тела об камень проходил настолько болезненно, что немец еще минут пять приходил от тупой боли в мышцах. На следующий день его уже посетил РСФСР, но Рейх был не в хорошем расположении духа из-за вчерашнего и просто слушал рассказы омеги, что пришел к нему. — Почему ты молчишь? Что-то случилось? — заметил РСФСР настроение немца. — Твой отец здесь был, хотел убить меня, — издал смешок Рейх. И Россия вздрогнул аж, посмотрев в шоке на мужчину. — Значит поэтому у меня вчера был приступ удушья… — Да, потому что меня хотели повесить на люстре, и это инсценировать, как самоубийство, — закатив глаза произнёс Рейх, погладив парня по пояснице. — Господи. Мне так жаль, Рейх. Скорее всего он передумал, ибо вспомнил обо мне. Мне очень жаль… — Не тебе должно быть жаль, — фыркнул Рейх на это заявление своего омеги. — а ему жаль, что он не оправдал своих слов, которыми обещал тебе. — Рейх, я не хочу так жить, — поджав губы, прошептал Россия и посмотрел с надеждой на Рейха. — давай сбежим? — Ты… ты это серьезно? А твой отец? — изогнув бровь спросил мужчина, взяв парня за руки. — А что мой отец? Я просил его не убивать тебя, а он игнорирует мои просьбы. Давай сбежим. Рейх нежно поцеловал парня в макушку и потерся носиком об носик России. — Все будет хорошо, мы будем теперь вместе, — прошептал почти что бывшая сверхдержава. — Приедем в город Линц. Я хочу жить у моря, любишь море? Или ты больше по горам? — усмехнувшись спросил Рейх, поглаживая омегу по плечу. И они действительно сбежали. Рейх был только «за», ибо невыносимо быть далеко от своего омеги и в холодной темнице. Поезд шел до Германии. А после им пришлось ехать своим путем. Рейх посмотрел в окно по приезду, когда они начали въезжать на территорию Германии, мужчина посмотрел в окно и поджал губы, ибо все в разрухе. Рейх поджал губы, узнав о наличие интересной возникшей Берлинской стены. — И что это, блять? — вышел из машины Рейх. Россия тоже вышел из машины, и подошел к Рейху, слегка кашляя и тяжело вздохнул — почему-то грудная клетка все ещё болела. Рейх выставил руки на бока и нахмурился. Он не ощущал боли по разрушенной части Берлина, потому что она полностью на плечах двух близнецов. Но Рейха возмущала стена. Что ещё за разделение его страны и его народа? Россия подошёл ближе к стене наклоняя голову в бок и тяжело вздохнул. — Ее не было… Рейх усмехнулся и куснул мойку уха России, уводя того в сторону леса. По территории Германии все было несколько иначе, чем в России. Значительно по-другому. Как-будто другая атмосфера. — Я только сейчас заметил насколько у вас такая строгая дисциплина… Вау, — восторженно проговорил Россия. — Мы немцы сильно помешаны на дисциплине. В каком-то смысле мы перфекционисты, Россия, — пояснил Рейх, держа парня за руку и ведя по аллее Россию. — тебе нравится у меня в стране? Россия поджал губы и вытащил немецкий крест, что когда-то вручил ему Рейх. Он его хранил. Россия клал этот орден под подушку, чтобы представлять, что Рейх рядом. — Нравится? — усмехнувшись спросил Рейх, заметив жест России и прикоснулся пальцами до самой медали, с интересом рассматривая то, как Россия смог сохранить эту вещь от него, от имени его страны. — Да, эта вещь напоминает о тебе, — прошептал омега, в этот момент флаг РСФСР начал меняться и теперь перед немцем был замечен триколор — белый, синий и красный. — Россия? Ты изменился, — заметив изменения на лице парня сообщил Рейх, на что Россия в шоке похлопал глазами, не веря аж. США же забежал к СССР, тяжело дыша. — Союз! У меня к тебе вопрос. Мужчина поднял взгляд на США, и изогнул бровь. — Какой вопрос, сладенький? США нервно усмехнулся. — Мне кажется РСФСР стащил ключи от темницы Рейха, и ещё я не могу найти самого РСФСР… СССР распахнул глаза и побледнел аж. — Чертов РСФСР! Точнее уже РФ, — нахмурившись сказал СССР, указав на новое имя у России. США изогнул бровь и подошёл к альфе, наклоняя голову в бок, любопытствуя. — Почему РФ? Они сбежали? Что нам делать? — США подошёл ближе и положил руки на плечи коммуниста. — Не знаю, я чувствую изменения в РСФСР, у него даже имя меняется в последнее время, — задумавшись сказал СССР. США тяжело вздохнул. — Мне кажется… он становится независимым. Как бы мне не хотелось это признавать в данной ситуации, возможно, действительно виноват Рейх. Америка посмотрел в сторону, задумавшись. — Ты будешь его искать? — Независимым? Хах. Не рановато ли для его страны? Я ещё и тридцать лет не успел править, — хмыкнул СССР, скептически смотря на США. США пожал плечами, тяжело вздохнув. — Мало ли, ты же сам знаешь какой он упрямый. — Он сбежал. Что ж, так ещё и с ним, — закатил глаза СССР. — или Рейх обиделся на меня за то, что я его вчера повесить, как ведьму хотел? США похлопал глазами, посмотрев на него, чуть ли не рыча. — Ты что?! СССР, ты мог навредить России! О чем ты думал? — Я лишь потом вспомнил, когда Рейх напомнил мне об этом, — вздыхая, сказал СССР. — и не стал его убивать. СССР усмехнулся и скрестил руки. — Куда он едет? В Германию к себе? Так, я и ты с Англией контролируем его страну. Мы можем легко его найти. США задумался тяжело вздохнув — А может… Рейх и РСФСР все же будут вместе? Разделяя их, ты делаешь им обоим плохо ведь. СССР кивнул, понимая это. — Понимаю, но почему именно он, США? А? Почему его выбрал РСФСР? США подошёл к нему и сел на колени к тому, крепко обняв коммуниста. — К сожалению, я не могу найти ответ на это, но нельзя их разлучать, ты же видишь, что с твоим сыном. СССР кивнул и поцеловал парня в лоб. — Я люблю тебя, ты очень хороший, очень добрый и жадный, — проворчал Америке Союз. — А ты выглядишь старым, — фыркнул Америка. — Хотя пенсионер у нас ты, а я ещё для тебя сопляк, — постебался СССР. — интересно, какого встречаться почти что с внуком?