Мама запретила мне говорить с незнакомцами

      Гарри Поттер хмуро разглядывал очередные протоколы на большом тисовом столе. Как же надоели эти идиотские рапорты, которым не было видно ни конца, ни края. Он работал в Аврорате уже несколько лет, даже успел получить мерзкую кличку, но всё никак не мог привыкнуть к отвратительной волоките с документами. Если бы мракоборцы тратили время, проведённое с бумажками, на расследования, то преступников бы не осталось. Все бы уже гнили в камерах Азкабана.       — Кофе? — Рон заглянул в кабинет, держа в руках два стаканчика.       — Если ты принёс его с нашей кухни…       — Годрик сохрани, разумеется, нет. Пойло, которое наше начальство называет «кофе», даже врагу стыдно предложить.       Уизли сел напротив и поставил бумажный стаканчик на единственное свободное место на заваленном столе. Кабинет Гарри отличался минимализмом, даже аскетизмом. Два стула, стол и небольшой шкафчик. Никаких картин или колдографий друзей. Декором можно было назвать разве что паука в углу. И его Рон старательно игнорировал.       — Что на этот раз? — не отрываясь от пергамента, проговорил Поттер.       — Я не могу просто так заглянуть к лучшему другу? Может, я соскучился или хочу позвать тебя на семейный ужин.       — Кофе из кондитерской «Бланже» ты приносишь только в двух случаях: либо тебя нужно прикрыть перед Лавандой, либо где-то разбушевалась нечисть. Остаётся только молиться, что мне не придётся снова выгораживать тебя перед новоиспечённой миссис Уизли.       Рон скорчил рожицу, признавая правоту Гарри. Тот хорошо его знал, даже слишком хорошо. Иногда это даже пугало.       — Лаванда запретила мне делать ставки, угрожая уничтожением всех моих карточек со спортсменами. Так что нет, прикрывать меня уже не придётся.       — Дай угадаю: в очередной деревне распоясались пикси, и мне нужно срочно ехать это решать? — монотонно спросил Поттер, всё так же разглядывая протоколы.       Уизли издал что-то наподобие смеха. Нервного и немного даже истерического. Гарри наконец-то поднял глаза и изогнул бровь. Такая реакция друга ему совсем не понравилась. Похоже, дело серьёзное.       — Говори.       — В Уилтшире проблемы слегка другого характера. Местные нашли три трупа в лесу. По нашим данным они практически разорваны на куски. Возможно, волколак или кто-то болен ликантропией и не принимает зелья.       — Есть энергослед или хотя бы колдографии? — Поттер отложил бумаги и отпил немного кофе.       — Министр приказал отправить тебя. Ты же у нас охотник. Все улики собраны в мракоборческом пункте.       Охотник. Дурацкая кличка прицепилась после удачной операции по уничтожению гнезда ламий. В тот день Поттер не праздновал, а наоборот, пил, чтобы забыться. Младшей из клана на вид было не больше двенадцати.       Они не нападали на людей столетиями, но это не помешало Министерству отдать приказ о зачистке. Чёртов Аврорат. Никто не сумел переубедить старых идиотов с жирными задницами. Даже Гермиона Грейнджер. Хотя сейчас она стала Малфой. Самый скандальный брак столетия.       — И послал тебя сообщить мне эту воодушевляющую новость?       — Все жертвы — маглы. Больших усилий стоило замести дело у их полиции. Начальник штаба лично подписал подтверждение того, что это преступление магического характера.       — И чего же он ожидает? Что я принесу голову волколака ему прямо на стол? Мы не можем ко всем нелюдям относиться как к…       — Гарри, — Рон остановил его одним жестом, — я понимаю твоё раздражение. Мне тоже жаль, что проекты Гермионы заморозили, а её саму вообще выгнали из Министерства, но трое мужчин погибли. И возможно, жертв будет больше.       — Не стоит мне объяснять то, что я и так знаю, — буркнул в ответ Поттер. — Когда отправляемся?       — Ты отправляешься…Хммм… — Уизли сверился с часами, — пятнадцать минут назад. Прости, в кондитерской была огромная очередь.       — То есть пойду один. У тебя какие-то другие планы?       — Гарри, у меня вообще-то медовый месяц. Лаванда оторвёт мне голову, если я пропущу хотя бы ещё один романтический вечер. Если бы не приказ Министра, я бы не пришел просить тебя о помощи в расследовании.       — Тогда передавай привет миссис Уизли.       Поттер поднялся, сгрёб в охапку пергаменты и направился прямо к двери. За ним засеменил Рон, пытаясь понять, в каком расположении духа находится Гарри, и как ему сообщить главную загвоздку дела.       — Я ещё не все рассказал. Это произошло недалеко от Паркинсон-холла, тебе придётся встретиться с Пэнси…       Поттер резко остановился, отчего Уизли налетел прямо на него, больно врезавшись в спину. Они не виделись с того дня, как она не пришла на выпускной бал в Хогвартсе. Пэнси перечеркнула все их встречи в Выручай-комнате одной простой фразой.       — Она отказалась сотрудничать со штабом. Министр надеется, что ты сможешь разубедить мисс Паркинсон.       Гарри смотрел вниз, разглядывая неровные половицы. Столько лет прошло, а её чёртовы, очерченные красным, губы всё никак не выходили из головы. Паркинсон его избегала и старалась больше не пересекаться. Не то чтобы были поводы для встреч… А даже если и были, как например, свадьба Малфоя с Гермионой, то Пэнси попросту не явилась, послав лишь карточки с извинениями и огромный букет цветов.       — Послушай, я понимаю, что…       — Это не играет никакой роли. Всё давным-давно осталось в прошлом. Я отправляюсь в Уилтшир. Кто меня там встретит?       — Аврор Алисия Спиннет. Ей не удалось собрать почти никаких улик, да и все в округе молчат, словно на них Силенцио наложили, но куб и энергоследы, разумеется, есть. По словам Алисии, графство будто погрязло в леденящем страхе. Спиннет тоже хочет убраться поскорее. Её специализация совсем не убийства, а должностные преступления и бумажки, так что… Да и она там вообще случайно оказалась. Обычная командировка, связанная с переписью населения, вылилась в кровавое расследование.       — Я понял, тебе бы стоило поучиться последовательности изложения, а то скачешь в объяснениях, словно бладжер по полю для квиддича, — отмахнулся Гарри и вновь зашагал к общему камину. — Ребёнка ждёт Лаванда, а важность фактов путаешь ты. Стоило начать сразу с Алисии и Паркинсон.       — То есть могу сказать Министру, что я — лучший переговорщик и мне удалось убедить самого охотника Гарри Поттера участвовать в деле? — широко улыбнулся Рон, проигнорировав выпад своего друга.       — Я же ещё в самом начале сказал, что поеду в Уилтшир. Тем более, это приказ.       — Когда ты соглашался, то не знал, что там будет твоя бывшая.       — Достаточно, — шикнул на него Поттер. — Работа есть работа. То, что я спал с Паркинсон на седьмом курсе, не помешает мне найти и наказать убийцу.       Рон остановился у камина и опёрся о кирпичный столбик. Он понимал, что Гарри всего лишь закрылся, пряча собственные эмоции и переживания глубоко внутри. Как всегда.       — Желаю тебе удачи! Постарайся справиться за две недели, потом Лаванда устраивает семейный ужин, и ты...       Конец Гарри не услышал, языки зелёного пламени поглотили его, перемещая в пункт мракоборцев в Уилтшире.       Алисия застёгивала пальто, собираясь уходить. Точнее, бежать как можно скорее от этого проклятого места. Чёрт её дёрнул согласиться на идиотскую командировку, лучше бы она осталась в главном штабе: попивала бы кофе и читала свежие новости. В Уилтшире ничего и никогда не происходило. Захолустье и тоска.       Ага, как же. Не успела она начать осмотр графства, как тут же троих мужчин разорвали на кусочки.       Камин засветился и Спиннет облегчённо выдохнула.       — Гарри, я так рада, что ты здесь! Послушай, ты всё прочтёшь в моих рапортах, я бы с удовольствием осталась, но нужно спешить. Ужасно опаздываю, просто кошмар. Если тебе что-нибудь понадобится — пришли сову или патронуса.       Поттер едва успел перешагнуть кованую решётку, как Алисия тут же влетела в проём, бросила Летучий порох и скрылась. И правда, её будто подгонял сам дьявол.       — Что же здесь, чёрт подери, творится?       В маленьком домике стоял жуткий холод. Даже для ноябрьской осени температура была слишком низкой, словно Спиннет не знала элементарного согревающего заклинания. Гарри взмахнул несколько раз палочкой и ледяные узоры на окне исчезли.       Поттер подошёл к столу и взял несколько пергаментов. Алисия отличалась точностью и аккуратностью, вызывая восхищение и уважение. Тисовый стол в его собственном кабинете не мог похвастаться даже малой долей порядка, каким обладало рабочее место Спиннет.       В протоколе оказалось намного меньше информации, чем ожидал Гарри: несколько отказов давать показания, несколько описаний расположения трупов, несколько слов от самой Алисии. Похоже, что никакого толка от рапортов не было и не будет. Придётся начинать с самого начала.       Взгляд Гарри наткнулся на последний протокол. Его написал эксперт-колдомедик, осмотревший тела. Текст заставил Поттера выгнуть бровь и тяжело опуститься на резной стул.       Рваные раны на груди и шее. Длина разрезов семь дюймов, ширина один дюйм, глубина три. Тела обескровлены, что и является причиной смерти. Удары нанесены хаотично, без определённого порядка, что позволяет сделать вывод: нападение совершил оборотень или волколак. Остатки крови отправлены на спектральный анализ.       Поттер пробежался глазами до конца рапорта. Что ж, похоже, предварительная экспертиза сделана весьма и весьма неплохо. К пергаменту оказалась прилеплена статья из местной газетёнки. Что-то о празднике осенней жатвы в поместье Паркинсон. Пора навестить старую подружку.       Гарри выхватил палочку из кармана и тут же трансгрессировал на центральную площадь. Пройтись до Паркинсон-холла пешком — лучшее решение, ведь вряд ли она оставила ему разрешение на вход.       Дурацкая осенняя ярмарка. Вокруг столба с лентами бегали дети, наслаждаясь иллюзиями летающих драконов; запахи яблок в карамели и горячего пряного вина щекотали нос, заставляя вдыхать холодный воздух ещё глубже; волшебники в масках кружились в танце по вымощенной камнями площади, мягко подчеркивая струящуюся музыку.       Раздражало буквально всё. Даже мальчишка, раздающий какие-то разноцветные листовки.       — Сэр! Возьмите приглашение на бал осенней жатвы, который пройдёт завтра в поместье леди Паркинсон! Благотворительный — платите за вход столько, сколько сможете! Все деньги пойдут в фонд защиты исчезающих волшебных существ!       Гарри схватил листовку и удивленно выгнул бровь. Когда это Пэнси решила стать меценаткой? И в честь чего устраивать мероприятие, на которое приглашены простые смертные, а не великие двадцать восемь? Поттер шёл так быстро, как только мог.       Сердце стучало с бешеной скоростью и норовило вылететь из груди, разломав по пути все рёбра. Колдографию улыбающейся Пэнси в красивом зелёном галстуке, похороненную в глубинах ящиков стола, он так и не смог выкинуть. Или разорвать, или сжечь — вообще ничего.       И теперь спустя столько лет они наконец встретятся.       — Тебе не кажется, что стоило предупредить? Являешься без приглашения в дом незамужней девушки. Только грязных сплетен мне не хватало.       Мягкий бархатный голос раздался совсем рядом.       Поттер резко развернулся и почти столкнулся с Пэнси. Она поправила красные перчатки, а затем натянула чёрную мантию, прячась от ледяного ветра. В её зелёных глазах горел непонятный огонь. Гарри огляделся. Он даже не заметил, как вошёл на территорию семейного поместья. Получается…       — Ты оставила мне право входа? Я почти польщён, — сухо проговорил Поттер. — Если волнуешься о сплетнях, то не стоит гулять одной. Особенно в такое опасное время.       — Прибыл меня защищать? Спасибо, любезно откажусь. Ты у нас рекордсмен по количеству смертей вокруг себя, — Пэнси заправила короткие волосы за ухо. — Что тебе нужно?       Поттер сжал зубы. Он знал, что его не ждёт радушный приём, но успел подзабыть, каков на вкус яд скользкой и хитрой Паркинсон.       Предательница. От её слов во рту до сих пор расползались противные горечь и желчь.       И даже тёплая и трепещущая внутри радость от осознания, что Пэнси не отобрала право входа, не смогла притупить тягучую мерзость.       — Трое маглов погибли в лесу возле твоего дома. Что ты мне об этом расскажешь?       — То же, что я сказала Спиннет и твоим идиотам-экспертам. Я не дам показаний. Я ничего не видела, не слышала, не помню, не знаю. Считай, проспала целый день. Что-нибудь ещё, Аврор Поттер? — Паркинсон плотнее закуталась в мантию. — Тебе здесь не рады.       Гарри взмахнул палочкой. Неужели в этом графстве никто не знает о согревающих чарах?! Тепло разлилось по щекам Пэнси, отчего они порозовели.       В её тёмно-зелёных глазах промелькнула благодарность, но быстро сменилась на прежний холод и отрешённость.       — Я понял, что ты первая обнаружила трупы. И к Трелони не ходи, сообщение — твоя работа, — Гарри остановил взгляд на красных губах. — Анонимные самовозгорающиеся письма посылать все горазды, но только мисс Паркинсон оставляет незамысловатый рисунок букета из маков. Ты хотела, чтобы я понял, что ты замешана в деле. Хотела, чтобы я пришёл.       — Ошибаешься, — ледяным тоном проговорила Пэнси. — Просто до сих пор не можешь меня забыть, вот тебе и чудятся какие-то знаки. Не говоря уже о том, что, как хороший мракоборец, ты должен был догадаться или хотя бы допустить мысль, что сообщение специально подписали таким образом. Маки столетиями были символом моей семьи. Логика уровня первого курса.       — Да кто ты такая, чтобы… — Гарри схватил Паркинсон и обжёг её испепеляющим взглядом.       Она сжалась, то ли от страха, то ли от неожиданности и прислонила ладони к его груди, пытаясь оттолкнуть. Он был слишком близко.       Запахи розмарина и замши наполнили лёгкие, вытесняя ноябрьский холод. Голова кружилась, словно не было всех этих лет разлуки. Словно, Поттер навсегда впечатался в её костях выжженными буквами.       — Отвали, — голос Паркинсон дрожал.       — Сначала расскажи мне правду.       — Я уже всё сказала. Твоё появление не поменяет моих показаний, — Пэнси почти касалась носом его подбородка. — Точнее, отсутствие таковых. Разбирайся с этим дерьмом сам.       Поттер смотрел на неё, не моргая, не отрывая взгляда. Её молочная кожа была такой мягкой и нежной, что он едва сдержался, чтобы не прикоснуться к ней хотя бы подушечками пальцев.       Снова ощутить шёлк хрупкого тела, изгибающегося под его рваными движениями: хриплый рык, протяжный стон, оттянутые волосы, мокрая от пота спина. Хотелось хотя бы ещё один раз сорвать с красных губ долгий поцелуй.       — Пэнси…       Его горячий шёпот обжёг её тонкую, неприкрытую шею. В голове взорвались все воспоминания, все их тайные свидания в Выручай-комнате и все её, пробивающие насквозь, взгляды.       Паркинсон приоткрыла рот и тяжело задышала. Она так старательно избегала встреч с Поттером. Именно потому, что им нельзя быть вместе! Нельзя…       Они принадлежат разным мирам, у них даже разный статус в обществе. Только вот он продолжает быть и оставаться единственным маяком в бушующем океане её жизни. Чёрт…       — Пэнси, — Гарри был в шаге от того, чтобы впиться в сладкие губы жадным поцелуем.       Он скучал по ней. Безумно скучал. Все эти проклятые годы. Аромат сосновых иголок и чёрной смородины. Так пахла его амортенция, так пахла Паркинсон. Его Паркинсон.       В лесу раздался протяжный гул, разрушая магию их встречи. Вой был настолько громким, что несколько ворон взлетели с веток деревьев, испугавшись страшного звука. Это волк. Однозначно.       Пэнси дёрнулась и тут же оказалась за спиной Гарри, который резко двинулся вперёд, прикрывая Паркинсон. Никого не было.       — В поместье никто не сможет пробраться. Здесь вековая защита моей семьи. Успокойся. Дыши, Гарри!       — Веди себя потише! — рыкнул на неё Поттер, продолжая всматриваться в глубь рощи. — Если заметишь волка — беги!       Так на него не похоже. Знает же, что если бежать, то зверь тут же нападёт, а ему придётся защищаться, стоять насмерть, чтобы у Паркинсон появился шанс. Она мягко взяла Гарри за руку, пытаясь привлечь его внимание. Тот крепко сжал пальцы, желая защитить Пэнси от кого бы то ни было.       — Родовая магия! Никому сюда не пробраться! Никому, понимаешь?!       — Оборотни тоже не могли пробраться в Хогвартс до поры до времени. И что в итоге? Я не могу рисковать!       Паркинсон аппарировала прямо в гостиную, утаскивая за собой слишком напряжённого Поттера, который был готов разнести на мелкие щепки всю рощу.       В камине тихо трещал огонь, пожирая сухие ветки. Огромные стеллажи с книгами доходили практически до потолка, а хрустальная люстра поражала количеством стеклянных камешков.       — Совсем уже из ума выжил? Являешься без приглашения, размахиваешь палочкой у меня в поместье, в очередной раз строишь из себя героя… Что тебе надо?!       — Здесь бродит опасный зверь, жаждущий сожрать кого-то. Ты по какой-то причине отказываешься помогать следствию. Почему? Кто-то из твоих чистокровных дружков убивает маглов, а ты его прикрываешь?       — Убирайся вон! И приходить не смей, — выплюнула Пэнси. — Или я подпишу новый отказ от дачи показаний твоей кровью!       — Согласно закону номер тридцать два, в случае чрезвычайно опасной ситуации ты должна предоставить мне три боевых мага для расследования.       — У Аврората недостаточно людей, чтобы защитить Англию? Нонсенс! Отправь сову или патронуса, чтобы тебе прислали подкрепление.       — Паркинсон, ты должна подчиняться законам, а не командовать, — прошипел Гарри, пряча палочку в карман. — Мне нужны твои люди прямо сейчас, и я не собираюсь ждать, пока сюда отправят других мракоборцев.       — Мне тоже нужны мои люди прямо сейчас. Хочу развлечься, давно не получала оргазма, — Пэнси стянула зубами перчатки и бросила на стол. — Так что проваливай, сейчас я…       Гарри в два счёта пересёк гостиную и резко усадил Паркинсон прямо на тот самый стол, куда она секунду назад кинула те самые перчатки. Ревность затуманила его разум.       Только одна мысль о том, что к ней прикасается кто-то другой, выбивала почву из-под ног. Поттер понимал, за последние пять лет, что они не виделись, у неё могло быть двое, трое, пятеро, да хоть десятеро мужчин.       Нет. Никогда. Гарри отмёл идиотские сомнения, которые лишь прожирали в душе громадные тоннели. И теперь её горячие губы, которые она облизала в нетерпении, практически касались его лица.       Она принадлежала только ему одному.       Тоска по её стройному телу сводила с ума. Запах, зелёные глаза, бьющаяся на шее жилка. Хотелось властно поцеловать в попытке хоть немного утолить дикую жажду.       — Леди Паркинсон, — дверь неожиданно отворилась и горничная замерла в дверях, держа в руках поднос с фарфоровым чайным набором.       Пэнси попыталась отодвинуться и поприветствовать Эвелин, но не вышло. Гарри прижал её к себе сильнее, буквально заставляя обвить его ногами. Ему было плевать, кто стоит в дверях, хоть сам Мерлин.       Он впился в неё плотоядным поцелуем, наслаждаясь сладостью её губ, алчно забирал всё, что Паркинсон ему могла дать, и даже больше. Его язык властно изучал каждый уголок рта Пэнси. Хищно. Беспощадно. Собственнически. Руки задрали чёрную мантию и принялись за пуговицы бархатного платья.       Даже звук разбитого стекла не смог отвлечь Гарри от поцелуя. Эвелин принялась собирать осколки, как магл, руками. Паркинсон взмахнула ладонью, невербально закрывая двери гостиной.       Им никто не должен помешать.       Она истосковалась по Поттеру так сильно, что еле-еле держалась, была на краю проклятой пропасти. Бежать от этой зависимости, от этой иглы некуда. Совсем некуда. Да и желания нет.       Только вот он не примет её. Поттер ведь выразился предельно ясно. Ещё чёртовых пять лет назад, прямо перед дурацким выпускным.       Пэнси будто окатило ледяной водой. Она оттолкнула Гарри и быстро слезла со стола. Несколько шагов в сторону камина, застегнуть пуговицы, привести волосы в порядок. Помада размазалась. Чёрт возьми.       — Килиан, Эрик и Джейк. Трое моих лучших боевых магов. Ты должен уйти до начала бала осенней жатвы, не стоит пугать местных волшебников, они и так трясутся из-за случившегося, — ледяным тоном проговорила Пэнси. — И больше не приближайся ко мне.       — Секунду назад ты не…       — Убирайся вон, Поттер. Больше не попадайся мне на глаза. Я прикажу своим людям отправиться в пункт мракоборцев завтра утром. Сегодня они патрулируют рощу.       Паркинсон невербально открыла двери и кивнула в сторону.       — Вон.       Гарри выгнул бровь и бросил на неё холодный взгляд. Он допустил ошибку. Снова. Опять на те же грабли. Она отказалась от него давным-давно.       — До свидания, мисс Паркинсон. Приятного вечера.       Поттер аппарировал из мрачной гостиной прямо в пункт Авроров. За сегодняшний день не удалось добиться практически ничего. Разве что напряжённый от возбуждения член почти разрывал плотную ткань брюк. Срочно нужна разрядка.       Гарри шагнул в камин и бросил Летучий порох, который переместил его в небольшую квартиру в восточной части Лондона. Быстро снять с себя проклятую мантию Аврора, сбросить ботинки куда-то в угол, практически влететь в ванную. Прохладная струя душа должна, просто обязана успокоить расшалившееся тело.       Ледяной поток стекал с волос, только сердце продолжало стучать как бешеное. Пульс всё никак не замедлялся. Чёртова Паркинсон. Никто не сумел заменить её. Никто.       Рука скользнула вниз и обнажила крайнюю плоть. Хотелось взять Пэнси прямо на том идиотском столе. Напомнить ей, как она стонала под ним, как просила ещё.       Гарри ускорил темп, водя по члену с двойными усилиями. Он думал о чёртовой Паркинсон, которая слишком прочно въелась под кожу. Смазка хлюпала между пальцами, оргазм был совсем близко. Поттер упёрся рукой о стекло душевой кабинки, откинул голову и кончил.       Мысли о Пэнси довели его до дрочки в ванной, словно ему снова семнадцать. Словно он опять только пришёл с тренировки, где Паркинсон сидела на трибуне и смотрела на него исподлобья, смеясь с сёстрами Гринграсс.       А теперь… Теперь между ними нет ничего, кроме колотого льда и осколков прошлого. Гарри вылил на себя полбутылки геля для душа с каким-то идиотским приторным запахом. Тщательно вымывшись, он наспех вытерся полотенцем и практически упал в постель.       Отвратительно длинный день, который всё никак не заканчивался. Последнее, что помнил Поттер перед тем, как провалиться в сон, — красные перчатки Паркинсон.       Он забыл зашторить идиотские занавески, поэтому солнце резало глаза. Сколько он проспал? Да какая разница. Даже плотное, натянутое на лицо одеяло, не спасало от жалящего света. Похоже, что пора вставать.       Позднее утро — самая ненавистная часть дня, которую пережить без двойного эспрессо не представлялось возможным.       Гарри пошарил рукой на прикроватной тумбочке, пытаясь найти очки, только вот пальцы наткнулись на какой-то пергамент. Его точно вчера не было.       Поттер резко встал с постели, почувствовал под ногой очки и громко вздохнул. Стекло оказалось целым, поэтому, как только он надел круглые линзы, тут же принялся изучать неизвестно откуда взявшийся пергамент.       Ночью погиб ещё один.       Гарри быстро натянул штаны, немного помятый чёрный свитер, и буквально на ходу надел ботинки. Макового букета в конце не было, а значит послание не от Пэнси.       Да и пергамент дешёвый. Скорее всего, Министерский. Похоже, что штаб решил не утруждать себя написанием подробностей.       Через мгновение Поттер уже стоял в кабинете, где его ждали трое людей от Паркинсон: Килиан, Эрик и Джейк.       — Доброе. Где тело? Что произошло? — Гарри окинул взглядом удивлённых боевых магов.       — Здравствуйте, мистер Поттер. Вы о чём? Мы лишь прибыли по приказу госпожи Паркинсон, — высокий брюнет подался вперёд.        — Я — Эрик, специализируюсь на магии элементов.       Гарри непонимающе смотрел на него, пытаясь понять, шутит ли он. Похоже, что не шутил, как и остальные.       — Меня зовут Килиан, я брат Эрика. Половину жизни изучаю и приручаю драконов. У меня есть карта местности и отметки, где произошло убийство. Но мистер Поттер… Вы спросили, где тело. Убили кого-то ещё? У нас новая жертва?       Килиан прошелся глазами по Гарри, который напряжённо думал.       — Мы осмотрели лес перед тем, как направиться сюда. Всё чисто, — Джейк скрестил руки на груди.       Поттер слушал, не моргая, а после повернулся к окну.       — Сегодня бал осенней жатвы в поместье. Много людей пойдут через лес, мы должны обеспечить безопасность…       — Никто в здравом уме не пойдёт сейчас через лес, ни днём, ни ночью, — перебил Поттера Эрик. — Из-за Красной мантии. Это, разумеется, дурацкая детская страшилка, но в связи с убийствами, вряд ли кто-то осмелится пересечь Тёмный лес.       — Что за Красная мантия? — Гарри вытащил пергамент из кармана и принялся изучать небольшой клочок.       Эрик переглянулся с братом, а после остановил взгляд на Джейке. Тот лишь закатил глаза, показывая пренебрежительное отношение к местной легенде.       — Расскажете по дороге. Нужно осмотреть место, где нашли старые трупы.       — А новый? — не отступал Килиан, пытаясь выведать хоть какую-то информацию.       — Скорее всего, меня ввели в заблуждение, — отмахнулся Поттер и направился к двери. — Аппарируйте как можно ближе к лесу с восточной стороны, у вырубленных деревьев, дальше пойдём пешком.       Братья молчали, а Джейк хмыкнул, скрывая раздражение от того, что Пэнси отправила его на это идиотское задание, не такое, как у остальных: присматривать за проклятым мракоборцем, чёрт бы его побрал. Не дать волколаку, или кто там поселился между деревьев, сожрать особенного мальчика.       Поттер переместился прямо к краю леса. Через секунду боевые маги встали совсем рядом, слегка покачиваясь после трансгрессии.       — Что там насчёт вашей Красной мантии?       Килиан вытащил карту из внутреннего кармана и коснулся кончиком палочки края пергамента.       — Ею пугают непослушных детей. Старая сказка о Красной мантии — ужасе этого леса. Если гулять поздно ночью, то можно нарваться на ламию или оборотня, который утащит в своё логово и съест. Человекоподобный монстр. Я лично считаю, что легенда появилась благодаря средневековой форме Авроров, которые патрулировали здешние места. Она была сшита из кожи Бурого дракона, да и плащи… Грубо говоря, голодный скрытень мог бы стать тем самым ужасом, а любой мракоборец мог сойти за вымышленную Красную мантию. У напуганных людей часто всё смешивается в голове, не говоря уже о том, что именно этот цвет лучше всего видно в лунном свете и на белом снегу.       — Местные решили, что сказка на самом деле не совсем сказка, — мрачно проговорил Гарри. — Что ж, это хорошо. По крайней мере, не полезут ночью куда не надо. Я распоряжусь, чтобы вечером сюда прибыли другие Авроры. Для безопасности.       Им точно понадобится подкрепление. Чёртов бал может стать пирушкой для дикого зверя. Ситуация не должна выйти из-под контроля.       Вдалеке снова послышался вой. Волчий вой. Гарри взмахнул палочкой, пуская вперёд исследовательские чары. Никакой отдачи. Зверь далеко. Что же тут, чёрт возьми, происходит?       Поттер прислушался. Полагаться на свои инстинкты — первое правило хорошего мракоборца. Магия казалась всесильной, но ничто не могло заменить отточенной реакции собственного тела.       — Здесь полной всякой нечисти, сэр, со времен первой Зимы Пяти Лун. Но они не нападали на местных более пятидесяти лет.       — Сколько волшебников страдают ликантропией? Мне нужен графский реестр.       — У нас его нет, как и оборотней, сэр, — тихо проговорил Эрик. — И никогда не было.       Поттер сощурился. Быть такого не может. По всей Британии после эпидемии в каждой третьей семье числилось как минимум по одному оборотню, а в некоторых количество заражённых доходило до пяти. В Уилтшире ни одного.       — Но есть волколаки, верно?       — Мы можем судить об этом только по следам, которые иногда замечают охотники или дети, идущие мимо леса собирать ягоды.       — Может мне кто-нибудь объяснить, в чём принципиальная разница между оборотнями и волколаками? И те, и другие превращаются в волков, и те, и другие могут убить человека, так где эта грань? — приподнимая ветку, поинтересовался Джейк. — Лично я не вижу разницы. Оба вида надо держать под контролем и...       — Оборотень трансформируется только при полной луне, и его превращение можно облегчить с помощью аконитового зелья. По большей степени оборотни — больные люди. В отличии от волколаков, которые превращаются когда захотят, чья животная форма намного сильнее и опаснее. Аконитовое зелье не поможет, хоть пинту выпей, хоть целую бочку, — с умным видом начал объяснять Эрик. — Волколаки питаются плотью своих жертв. По уровню опасности, я бы сказал, девять из десяти.       — Ты забыл главное. Волколаками рождаются, а оборотнями становятся, — негромко добавил Гарри.       — И почему это главное? Какая разница…       — Оборотни могут убить по незнанию. После укуса многие новообращённые не понимают, как жить с этим дальше, как управлять внутренним зверем. А волколаки… Они учатся контролю с рождения и убивают людей осознанно. Из-за голода или забавы, — холодно добавил Поттер.       Килиан лишь многозначительно посмотрел на брата, который только открыл рот, чтобы что-то добавить, но под строгим взглядом тут же поджал губы и отвернулся в сторону.       — Мы почти пришли. Вон за тем деревом были трупы.       Гарри ускорил шаг. Под ногами послышался хруст. В глубине леса выпал снег? Слишком необычно для ноября, да еще и в южном графстве Англии. Через несколько футов легкий белый слой уже был достаточно высоким, чтобы ноги оставляли глубокий след.       — Возле того дерева! — Килиан указал рукой на старый кедр.       На его коре виднелись запекшиеся следы крови. Гарри прикрепил кубы с места преступления, и через секунду появилась иллюзия. Именно то, что видела Спиннет, проецировалось на белый снег.       Поттер разглядывал расположение тел и характер ран. Более подробный осмотр он сможет провести, когда вернётся в штаб и получит доступ в «Чистилище». Так назывался морг, очевидно, кому-то показалось смешным назвать помещение, где хранились трупы, именно так. Очередной идиотизм Министерства.       Странная картина. Волколак так не нападает. Слишком мало ран и слишком много плоти осталось на телах. Зверь бы съел больше, не довольствовался бы только какими-то мелкими кусками. Возможно, убийство ради забавы.       И следы…       Словно волчьи, но было в них что-то странное. Только вот что? Да и отпечатки ног самих жертв располагались слишком хаотично. Как будто шёл бой. Как будто мужчины защищались от кого-то человекоподобного, а не бежали в диком ужасе от огромного волка.       — Во сколько начинается бал?       — Темнеет рано, сэр, поэтому леди Паркинсон решила начать сразу же после обеда. В два часа гости уже должны быть в поместье.       — Солнце садится в шесть. Пусть к этому времени боевые маги и авроры стоят на границах с лесом, стерегут тропы, чтобы никто случайно или специально не оказался в рощах. Слишком опасно, — проговорил Гарри. — Я прибуду к вечеру, привезу зелья и охранные ловушки.       Килиан переглянулся с братом, а после кивнул Джейку, который не сводил глаз с Поттера и держал палочку наготове. Эрик не двигался, всматриваясь куда-то вперёд. Неожиданно он вытащил из кармана зачарованный монокль и продолжил что-то разглядывать.       — Сэр, похоже, что там, за холмиком что-то есть.       Гарри вытащил из кармана собственную линзу, чтобы рассмотреть, о чём говорил боевой маг. Видимо, клочок пергамента не был шуткой.       Вдалеке виднелась разодранная рука.       Окровавленное тело с вырванными кусками плоти. Глазных яблок не оказалось, так же как и языка. Самая лакомая часть для любого зверя. Свежая смерть, не прошло и пары часов. И если это дело рук…       — Волк! — закричал Килиан и выпустил из палочки красный луч.       Огромная пасть приближалась, клацая зубами. Вся морда в крови, в глазах алчный огонь. Зверь готовился напасть, Поттер взмахнул рукой, приказав остальным остановиться.       — Не двигайтесь! Это молодой волколак! Медленно отступайте, но не поворачивайтесь спиной, — Поттер смотрел прямо в жёлтые зрачки, не прерывая зрительного контакта с волколаком. — Мы угроза для добычи.       Хладнокровность и чистое сознание. Совсем не так, как с Паркинсон. Страх за её жизнь слишком сильно туманил разум.       Волколак принюхался, наклонил голову в сторону и оскалился, продолжая медленно подбираться к волшебникам.       — Это и есть Красная мантия. Посмотрите на бока! — Джейк выхватил зачарованный нож.       — Я сказал: закройте рот! — Поттер вытянул руки вперёд.       Шерсть волка и вправду была странного окраса, и даже не из-за крови. На снегу бурый цвет выделялся сильно, что действительно напоминало бордовую мантию.       Слишком поздно. Волколак уже бросился на боевого мага. Гарри резко вытащил палочку и атаковал зверя. Сектумсемпра. Идеальное заклинание. Широкие полосы разрезали мощное тело, которое по инерции продолжало нестись на Джейка.       Вспышка света, и волк остановился, но не упал. На белый снег начала капать багряная кровь.       — Сектумсемпра! — Поттер взмахнул палочкой ещё раз, доделывая начатое.       Жёлтые глаза начали стекленеть, а после обрели коричневый оттенок. Трансформация началась, и через секунду Гарри узнал лицо. Чёрт подери, этого не может быть.       Алисия Спиннет.       Она начала кашлять, а кровь из ран хлынула хаотичным потоком. С каждым вздохом Алисия теряла силы. Гарри подбежал к ней и попытался помочь.       — Не нужно. Я больше не хочу страдать, — Спиннет улыбнулась и улыбнулась уголками ярко-красные губ. — Я годами избегала крови, но та сама нашла меня.       — Тише, тише… — Поттер держал её голову. Он хотел излечить раны, но она схватилась за его палочку, не давая сделать ни одного взмаха.       — Я убила его. Волк внутри меня просто вырвался наружу. Сбежать не вышло. Сожрала внутренности, глаза…— Алисия сжала пальцы и потянула Гарри вниз. — Я не хотела… Клянусь, не хотела.       Поттер не моргал. Сердце разрывалось от боли и гнева. Не время поддаваться эмоциям.       — Я верю тебе. Всё будет хорошо.       — Берегись её. Берегись Красной мантии.       Голова Спиннет повисла, а из груди вырвался последний вздох. Она погибла. Умерла от его руки. Проклятье. Только не это. Он знал Алисию столько лет. Дружелюбная, милая, с большими глазами.       — Сегодня будет что отметить, мистер Поттер! — радостно воскликнул Джейк. — Вы поймали зверя! Весь Уилтшир будет пить эль в Вашу честь!       — Заткнись, — бросил Гарри и взял Алисию на руки. — Стеречь границы леса, встретьте авроров и ждите моего возвращения.       — Но опасности больше нет. Слава Мерлину, волк мёртв! Не зря про Вас говорят, что Вы охотник! — не унимался Джейк.       — Закрой рот, — проговорил Килиан, наблюдая за реакцией Гарри.       Поттер даже не взглянул на боевых магов. Спиннет не заслужила такой смерти. Не заслужила. Она пыталась жить нормальной жизнью. И не хотела никого убивать.        Дурацкое Министерство отправило её в командировку, и вот что из этого вышло. Рядовой Аврор по должностным преступлениям превратился в опасное чудовище.       Алисия годами скрывала и подавляла волколака внутри. Но стоило увидеть свежее мясо, учуять кровь в густом лесу, инстинкты взяли вверх. Сначала Гарри переместился с ней в пункт мракоборцев, завернул обнаженное тело в плед, а после шагнул в камин.       Исследователь вытаращил глаза и тут же принялся за дело, спрашивая подробности в ходе вскрытия.       Поттера будто по голове ударили.       С одной стороны, нужно было радоваться, ведь он быстро справился с делом, нашёл убийцу и больше не о чем беспокоиться. Сегодня на празднике осенней жатвы все люди будут танцевать и пить, зная, что зло уничтожено. Что лес снова стал безопасным.       Только вот Гарри тонул в сомнениях. Что-то тут не клеилось. И причём здесь Красная мантия?       — Вечером я сообщу Вам результаты исследования, мистер Поттер. Постараюсь как можно скорее, но нужно время, — пробормотал Болдвин. — И ещё одно. Вы поступили правильно, убив опасного зверя. Ума не приложу, как такое чудовище вообще попало в ряды Министерства.       — Чудовище? Алисия устроила Ваших детей в элитный колледж по изучению зелий, вела себя крайне вежливо и носила пончики по утрам в отдел. Не смейте говорить о ней, как о монстре.       — Но ведь она была им. Вам известно, что Министерство стремится обезопасить граждан и ликвидировать всех, кто мог бы причинить нам зло. Для этого и проводятся тотальные зачистки. — Не верю своим ушам, Болдвин. Надеюсь, Ваших детей никогда не укусит стрига, иначе мне придётся убить и их.       Исследователь начал задыхаться от возмущения, пытаясь совладать с собственными эмоциями.       Поттер отвернулся и вышел из лаборатории. Он сделал всё, что мог. И поступил правильно. Убил чудовище, спас местных жителей, но почему же внутри так паршиво? Нужно прочистить мысли и хорошенько подумать. Дожидаться результатов чёртового анализа хотелось где-то в другом месте, подальше от чокнутых министерских крыс.       Целый день Гарри просидел в своём кабинете, пытаясь решить головоломку. Не клеилось. Кто-то другой убил трёх мужчин, ведь Алисия сорвалась от вида их крови. Хотя она могла и солгать. Могла просто оказаться в лесу и выпустить внутреннего зверя, которого подавляла годами, на волю. Только что-то ему совсем не верилось в эту идиотскую версию.       Поттер даже не заметил, как стемнело, а он так и не приблизился к разгадке. Разве что понял, кто послал ему сообщение об убийстве. Это была Алисия. Именно её рука вывела ровные буквы, которые отправили Спиннет на встречу с Богом смерти.       Пора было возвращаться к Болдвину — кретину, поддерживающему варварское отношение к тем, кто чаще всего был менее жесток, чем чёртово Министерство.       Гарри уже подписал пергамент с увольнением по собственному. Больше он не будет копаться в этой грязи, где его руками уничтожают всех и вся. Осточертело. Пусть сгорят в огне Адского пламени.       В лаборатории было тихо, как на кладбище. Болдвин что-то записывал на пергаменте и мерзко скрежетал старым пером. Он заметил явившегося Гарри и тут же занервничал.       — Мистер Поттер, Вы как раз вовремя. Я только что закончил, — Болдвин поправил очки и взглянул затравленным взглядом на Гарри. — Как с мисс Спиннет, так и с тремя мужчинами.       Тот не двигался, лишь пожирая взглядом стоявшего напротив исследователя, который для него умер в тот самый момент, когда высказал свою позицию насчёт «монстров».       — И? Мне что, применить легилименцию?       — С волколаком… — Болдвин запнулся, — с мисс Спиннет всё предельно ясно. Убита Сектумсемпрой, большая потеря крови, но в теле мало чужой магии или энергоследа, поэтому вряд ли она часто кормилась… То есть… Я хотел сказать, извините… Подробную информацию Вы найдёте в моём отчете. А что касаемо мужчин…       Поттер уже просматривал пергамент, слушая Болдвина вполуха. Он раздражал. Так сильно, что невозможно было сдерживать злость.       — Мужчины погибли не от лап волколака. Следы подделаны, однозначно. Их убил вампир. Причём луноликий. Самый опасный вид, знаете ли. Сейчас как раз сезон кормёжки, так что неудивительно, что один из них питается в лесу. А если там целый клан… пиршества не избежать.       Гарри перестал читать. Только этого не хватало. Если в Уилтшире орудует клан вампиров, то все жители… Паркинсон.       Внутри всё перевернулось. От страха. Она не должна пострадать. Сердце стучало как бешеное. Плевать на всех местных, на каждого из них. Кто угодно, но только не Пэнси. То, что она бросила его перед идиотским выпускным, оставив дурацкое письмо о том, что с полукровкой ей не по пути — детская забава.       Поттер на ходу аппарировал прямо к камину, выбросил столько пороха, что кирпичи едва не раскрошились от оглушающего взрыва.       Ещё один хлопок.       Перемещение, одно за другим, так кружило голову, что Гарри едва не стошнило прямо на мощёную дорожку, ведущую к громадным резным дверям.       Он практически снёс их. Сотни голов повернулись в сторону новоприбывшего гостя. Кто-то схватил Поттера за руку и сжал.       — Поприветствуйте нашего героя! Того, кто убил чудовище в лесу! — Джейк высоко поднял бокал под улюлюканье толпы.       Громкие возгласы не могли заглушить стучащую в ушах кровь. Гарри вырвался и толкнул явно напившегося Джейка.       — Где твоя госпожа?       — Я не понимаю…       — Я спрашиваю, где, чёрт тебя дери, твоя госпожа? Где Паркинсон? — Поттер ещё раз, но с большей силой толкнул боевого мага, который едва соображал от выпитого эля.       — Пошла запускать цветные фонари в честь смерти Красной мантии. Бал же…       — Куда? — Гарри был в шаге от того, чтобы размазать Джейка по стенке.       — В лес конечно же, она распустила охрану, но волноваться нечего, ведь…       Дальше Поттер не слушал. Рывком помчался в комнату Пэнси, чтобы найти вещь, которую та носила совсем недавно. Иначе поисковая магия не сработает.       Быстрее, быстрее, быстрее.       Трюмо на том же месте, идеально заправленная кровать, и столько книжек возле кресла, будто ничего не поменялось. Глаза сами наткнулись на ярко-красные перчатки, которые аккуратно лежали на краю стола. То, что нужно.       Закрыть глаза. Настроиться на неё. Шлейф дорогих духов, зелёные глаза и шелковистая кожа. Вдох. Выдох.       Один взмах палочки и лёгкие наполнил ледяной воздух. Вокруг столько снега, что ноги практически утопали в нём.       — Пэнси! — бездумно прокричал Поттер, теряя надежду найти её.       Сковывающая паника завладела сознанием. Он был готов отдать всё, что угодно, лишь бы она была жива. Лишь бы с ней всё было хорошо.       — Незачем так кричать, — за спиной раздался мелодичный голос. — Я здесь.       Гарри развернулся и прижал Паркинсон к себе так сильно, что кости трещали. Запустить пальцы в мягкие волосы и вдохнуть полной грудью. Страх за её жизнь отступал, тепло разливалось по венам.       — Ты цела?       — Тебе не стоило сюда приходить, — она отстранилась, разрывая крепкие объятия.       — Тебе тоже. Зверь ещё на свободе и в любой момент…       Пэнси не дала ему договорить и коснулась сжатых губ в мягком поцелуе. Невесомо и зыбко. Так она целовала его лишь однажды. Когда на следующий день попрощалась.       — Не в этот раз, Паркинсон.       Вихрь аппарации закружил их, перемещая прямо в пункт мракоборцев. Гарри одним движением сорвал тяжелую мантию с плеч Пэнси и бросил на пол.       Он схватил её лицо обеими руками и жадно завладел губами, теряя остатки рассудка. Существовала только она и больше ничего.       — Гарри, я… — Паркинсон попыталась остановиться.       — Мне плевать.       Поттер поднял её в воздух и заставил обвить его ногами. Тоска по хрупким изгибам сводила с ума. Впиться поцелуем настолько властным, чтобы она обезумела от чувств. Чтобы вспомнила, каково это — принадлежать только ему одному. И забыла к чертям собачьим, каково это — быть врозь.       Полувздох-полустон Пэнси выбил малейшие крохи логики и контроля, которые под напором страсти исчезли без следа. Гарри положил её на мантию, сбившуюся на полу в какой-то комок.       Стянуть плащ, а затем рубашку через голову. Рваными движениями. Её потемневшие зелёные глаза прошлись по его рельефному телу. Она закусила губу. Твою мать.       Паркинсон имела над ним сумасшедшую власть, заставляя желать только её одну. В ней скрывался весь смысл и само существование. Гарри не мог противиться такой мощной силе.       — Развернись.       Пэнси послушно выполнила то, что он велел. Всегда выполняла. Становилась пленницей его глаз, вычерченных мышц и хриплых стонов. Даже нелепый шрам в виде молнии, полученный на одной из дуэлей, заставлял её сердце трепетать, а тело желать жадных прикосновений.       — Идиотская шнуровка.       Поттер вытащил палочку и резким взмахом разрезал переплетения тонкой верёвки. Белоснежная спина. Идеально ровная. Гарри провел большим пальцем от основания шеи до самой поясницы, вынуждая Пэнси выгнуться так сильно, насколько это было возможно.       Плотная ткань штанов до боли стягивала напряжённый член. Никто не мог сравниться с Паркинсон. Единственная. Та самая. Вечная. Поттер стащил с неё юбку, подавляя желание сжечь всю чёртову одежду, которая только мешала. Пэнси никогда не носила бельё. Ни тогда. Ни сейчас.       Гарри схватился за короткие чёрные волосы и потянул на себя, прижимая обнажённое тело.       — Ты бесподобна.       — Разденься, — тихо прошептала Паркинсон, — я хочу…       Рука Поттера скользнула по её груди и нашла чувствительный сосок. Несколько круговых движений вырвали протяжный стон, заполнивший каждый уголок комнаты.       Коленом он раздвинул ноги Пэнси. Она знала, что будет дальше. От томительного ожидания нервы искрились, словно взрывающая магия.       Пальцами он зажал сосок и аккуратно покрутил. Другая рука скользнула ниже и быстро нашла уже влажный от возбуждения клитор. По её бедру стекла маленькая капелька смазки.       Гарри не удержался и поднёс руку к своему рту. На вкус она была такой сладкой, словно медовый ликёр. Поттер облизал собственные пальцы и снова коснулся напряжённого, жаждущего ласки клитора.       — Пожалуйста… — Паркинсон захныкала и начала ёрзать.       Он специально мучал её очень нежно и медленно, разжигая и без того опасное пламя. С каждым новым круговым движением Пэнси стонала всё громче и выгибалась, желая получить больше. Желая получить всё.       — Гарри… Пожалуйста…       Её хриплый шёпот граничил с безумием. И этим чёртовым безумием она заразила Поттера. Он окончательно свихнулся в тот самый день, когда впервые поцеловал Пэнси на Святочном балу.       Паркинсон прикоснулась к члену, погладив его через плотную ткань брюк. Гарри сжал зубы, чтобы сдержать рык. Она ещё не готова.       — Я хочу… Сейчас…       — Сначала ты должна кончить, — жёстко отрезал Поттер и толкнул её вперёд, придерживая, чтобы Пэнси не упала.       Его необузданную страсть сдерживала только бесконечная любовь к ней. Любовь, которую оказалось не под силу вырвать из груди ни времени, ни расстоянию.       Он перевернул Паркинсон и резко раздвинул ноги, без единой капли нежности. Погрузить пальцы и снова двигаться в ней. Доводить до экстаза. Украсть все её стоны и вздохи.       Гарри опустился вниз и провёл языком по набухшему клитору. Пэнси исступлённо задвигала бёдрами, насаживаясь на пальцы всё сильнее.       — Я сейчас…       Дальше Поттер не слышал, потому что от накрывшего оргазма Паркинсон сжала ноги и задрожала. Её мышцы сокращались от разливающегося удовольствия. Теперь она готова принять его.       Поттер стянул штаны вместе с бельём и почувствовал, что вот-вот взорвётся. Так сильно он хотел ощутить, как Пэнси стонёт не от его пальцев, а от рваных движений напряжённого члена.       Головка коснулась влажного клитора, снова разжигая пожар внутри Паркинсон. Она широко открыла глаза и схватилась за руку, которой Гарри упирался об пол.       — Я… Я…       — Всё хорошо, милая. Верь мне.       И Пэнси доверилась ему. Она была слишком хрупкой, вдвое меньше Поттера, чей рост был шесть футов, может даже немного больше. Ей всегда нужно было время, чтобы привыкнуть к нему. Чтобы её тело подстроилось под его размер.       Первый толчок плавный, мышцы медленно растягивались под мягким напором. Гарри опустился на локти и коснулся губ Пэнси, заглушая её сиплый стон. Как только он почувствовал, что вошёл в неё полностью, до самого последнего дюйма, то использовал все остатки своего самоконтроля, чтобы не двигаться.       — Гарри, — Паркинсон обняла его ногами и провела подушечками пальцев по побледневшему шраму, — я тебя люблю.       Всё. Взрыв и Адское пламя. Тормоза вылетели с оглушительным грохотом, пробивая грудную клетку. Кровь стучала в ушах, а по венам искрил сумасшедший адреналин.       Поттер начал двигаться, постепенно увеличивая темп. Пэнси заёрзала от накатывающего наслаждения и громко застонала, поджигая всё вокруг своей страстью. Гарри поднялся и завалился на бок, утягивая за собой Паркинсон.       Она прижалась к нему мокрой от пота спиной и выгнулась в пояснице. Его рука скользнула под её колено и приподняла ногу. Теперь правильно. Теперь так, как он хотел.       Бёдра были влажными от смазки. Пэнси так сильно сжала край мантии, что едва не вырвала кусок ткани. Удовольствие накрывало с головой и туманило сознание. Весь проклятый мир сосредоточился на жёстких рывках Поттера.       Гарри вбивался с такой яростью, что едва понимал происходящее. Ему так не хватало её: рук, губ, стонов. Каждой чёрной пряди шелковистых волос и потемневшего взгляда зелёных глаз.       Она принадлежала ему. Ему и никому другому. Каждый дюйм её безупречного тела и каждый шрам её ядовитой души.       Поттер начал массировать влажный клитор, доводя Паркинсон до экстаза. Стоны, стоны, стоны. Несколько раз Пэнси выкрикнула его имя, от чего он сам едва не кончил. Разрушающая волна дрожи накрыла её тело, разнося по всем клеткам оглушительный оргазм.       — Салазар…я, кажется, умерла.       — Никогда, — прошептал Гарри, почти касаясь уха.       Паркинсон громко и тяжело дышала, успокаивая электрические разряды, взрывающиеся внутри яркими фейерверками. Поттер ещё не закончил.       Он лишь давал ей время прийти в себя. Несколько тянущихся как целая вечность проклятых минут. И затем последовал новый толчок. Ещё один и ещё один. Ей казалось, что её тело больше не может испытать хотя бы сотую долю того оргазма, что накрыл буквально только что. Но она ошибалась. Внутри всё снова начало гореть от безумного желания.       Гарри опять сделал то, что сводило её с ума. Вышел из неё. Ощущение пустоты заполнило каждую клетку. Она тут же повернулась в сторону и почти злостно взглянула на Поттера. Как он мог!       Паркинсон мгновенно всё поняла. Никогда раньше Гарри не делал этого. Не позволял. Не отдавал контроль прямо ей в руки, а сейчас…       Салазар, помоги!       Она перекинула ногу через его бедро и оказалась сверху. Медленно сесть, наслаждаясь расширяющимися зрачками Поттера, который даже не двигался, отдавая всю власть до остатка.       Пэнси не шевелилась. Просто чувствовала его член внутри себя и не могла даже дышать. Было приятно до разрывающейся боли в груди. Хотелось вбить этот момент в собственную память, чтобы он остался там навеки.       — Не играй со мной, — прорычал Гарри, давая Паркинсон последний шанс.       Шанс, которым она не воспользовалась, продолжая просто сидеть. И поплатилась за это. Поттер одним движением притянул к себе Пэнси, отчего та приподняла бёдра. Теперь она оказалась прижатой к его торсу, заключенная в жёстких объятиях.       Гарри уже не мог больше ждать и думать. Будто кто-то бросил в него Империо, и он потерял управление. Много прерывистых толчков. Пэнси укусила его, сдерживая животный крик.       Поттер не обращал внимания на режущую боль в плече, продолжая вбиваться в её тело в бешеном ритме. Ещё немного. Совсем чуть-чуть. Гарри почувствовал, как мышцы Паркинсон сжимаются. Она была на грани взрывного оргазма.       Гарри зарычал и потянул Пэнси за волосы. Её острые клыки были окроплены кровью. Мысли хаотично пролетали в голове, не давая шанса проанализировать увиденное.       Последний рывок и Поттер почувствовал, как Паркинсон кончила, содрогаясь от наслаждения, и в ту же секунду его накрыл собственный оргазм.       Он разомкнул объятия, ощущая, как тепло разливается по каждой клеточке. Убийственно прекрасно. Смертельно.       Смертельно.       Правильное слово. Очень правильное.       Сознание Гарри постепенно прояснялось, выравнивая сбившееся дыхание. Головоломка сложилась.       — Это ты.       — Я…       Поттер молча пересадил Пэнси с себя на мантию и встал за волшебной палочкой. Она затерялась где-то в большом кармане холщовых брюк. Паркинсон сжалась в клубок, пытаясь втянуть чёртовы клыки, но никак не получалось.       Гарри направил древко прямо на неё. Дыхание остановилось. Сердце пропускало удары один за другим.       — Послушай, не нужно…       Поттер уже взмахнул палочкой и оранжевый свет растёкся по сумраку комнаты.       — Это всего лишь очищающее заклинание, Паркинсон.       Она закусила губу и попыталась найти свою одежду, но безуспешно. Гарри уже починил заклинанием шнуровку, не произнося ни слова. Гнетущая тишина стучала набатом в ушах. Пэнси тоже молчала. Не знала, что говорить. Похоже, впервые в жизни. Колкости и язвительность ушли куда-то в небытие.       Гарри даже не смотрел на неё. Возможно, что он просто даёт ей время уйти или продумывает, как именно убить, ведь кола из кедрового дерева у него точно не было. Или…       — Зачем ты убила тех трёх мужчин?       — Гарри, я…       — Говори правду.       Он сел за деревянный стул, повернув его к себе спинкой. Опираясь на неё, Поттер не отрывал взгляда от Пэнси. И как же ему это раньше в голову не пришло? Она столько раз давала понять…       — Они хотели изнасиловать меня и убить. Я охотилась в лесу, чтобы покормиться и добыть крови для Нарциссы…       — Нарциссы? Нарциссы Малфой? — Гарри сощурился.       — Да, я ношу ей кровь последний месяц. Гермиона ведь должна вот-вот родить, поэтому Драко увёз её на Горный хребет. Роды у вампиров слишком тяжёлые, могут пострадать…       — Я неясно выразился? Говори правду, Паркинсон!       — Я и говорю правду! — она завязала шнурки и встала.       Мантия всё так же лежала на полу. Скомканная. Пахнущая убийственным сексом.       — Это моя семья. Гермиона вошла в неё, как тебе известно, когда вышла замуж за Драко. Мы вампиры, Поттер. И Грейнджер пришлось им стать, раз она захотела носить фамилию Малфоя.       — Допустим, я верю в этот бред. Люциус, получается, тоже вампир, почему тогда он не носит кровь своей жене? Почему этим занимаешься ты? — прошипел Гарри.       — Потому что он охраняет поместье на Горном хребте, так же, как и Драко. От Авроров. От охотников, как ты! — взорвалась Пэнси. — Мне было чертовски страшно, понятно? Я в ужасе отправила анонимное послание, чтобы только ты понял, что мне… Мне нужна была твоя помощь. Я испугалась, впервые убив человека… Людей. Моя семья никого и пальцем не тронула. Уже много столетий мы не нападаем на вас. Но Министерство пытается уничтожить всех до последнего. За что, Поттер? За то, что мы отличаемся от вас? За то, что не являемся людьми? Министерство убило больше вампиров, чем кто-либо другой, а чудовищами считают нас!       Она в два счёта оказалась возле Гарри и схватила руку, которой он сжимал волшебную палочку. Кончик древка упёрся ей в живот.       — Убей меня. Принесёшь мою голову на стол Министру и станешь великим героем! Одно заклинание и всё! Я не буду сопротивляться, клянусь. Буду истекать кровью, пока ты найдёшь в этом сарае кедровый кол.       Поттер не двигался и даже не моргал. Просто смотрел на Паркинсон, которая была готова умереть.       — Давай же! Нарцисса больна лихорадкой и не может охотиться, она тоже умрёт! А потом ты сможешь добить и остальных.       Пэнси едва сдерживала слёзы обиды и гнева, продолжая смотреть на единственную любовь своей жизни. Умудрилась влюбиться в человека и сейчас жестоко за это поплатится.       — На седьмом курсе ты сказал, что все твари должны умереть: вампиры, волколаки, стриги, ламии. Все до единой. Тогда я поняла, что нам не по пути. И написала тебе то проклятое письмо. Доделывай начатое, Поттер. Убей ещё одного луноликого вампира и дело с концом.       Паркинсон сжала его руку ещё сильнее, отчего та побелела. Гарри не сказал ни слова, продолжив лишь смотреть. Головоломка окончательно сложилась. Теперь понятно, почему Гермиона исчезла сразу после свадьбы и ни с кем из них не виделась. Новообращённым иногда бывает тяжело контролировать жажду. Ещё и ребёнок.       — Давай же!       — Пэнси, почему у тебя такие большие глаза?       Паркинсон оторопела. Вопрос из старой легенды, которую придумали местные о её семье, застал врасплох.       — Чтобы лучше видеть тебя…       Её шёпот отскакивал от стен. Похоже, что Поттер так прощался. Или просил прощения за то, что собирался сделать. Пусть будет так.       — Дай мне свою руку.       — Зачем?       Гарри дёрнул запястьем и вырвал палочку из жёсткой хватки Паркинсон. Он уже давно все решил. И сейчас должен поступить правильно.       — Я выбираю тебя, Пэнси. Я выбираю жизнь с тобой. Во тьме.       Она что-то беззвучно пролепетала. Ей, похоже, послышалось.       — Ты… Ты не знаешь, что говоришь.       — Я говорю о своих желаниях. Быть только с тобой. Дай мне свою руку.       Пэнси медлила. Уверенный взгляд Гарри кричал о том, что он не отступится. Что он действительно хочет променять удивительную человеческую жизнь на кошмарное бессмертие.       — Ты навсегда останешься во тьме… Я не могу просить об этом.       — Ты и не просишь. Я прошу. Я люблю тебя, Пэнси Паркинсон. И готов провести с тобой вечность.       Она мягко улыбнулась, всё ещё не веря в происходящее. Даже в самых смелых снах Пэнси не могла и мечтать о таком.       — Я верю тебе. Или убей, или будь со мной. Выбирай. Сейчас, — Поттер уже поднёс её запястье к своим губам.       — Быть с тобой. Только с тобой. Вечно.       Гарри вонзил зубы в тонкую кожу и больно укусил. Кровь потекла по руке, а Поттер жадно пил, принимая новую сущность. Через мгновение он оторвался от небольшой ранки, которая тут же затянулась. Новая, совершенно неизведанная магия задрожала в мышцах. Очки были уже не нужны. Зрение стало предельно острым.       — Ты должен надеть Красную мантию, Гарри. Теперь ты часть семьи. Часть легенды.       Зелёные глаза потемнели, а зрачки расширились. Дыхание было таким тяжелым, что казалось, будто лёгкие слишком малы для такого сбивчивого ритма.       Поттер в мгновение ока подошёл к валяющейся мантии и натянул её на плечи. Он чувствовал людей в соседних домах. Стаю оленей в лесу. Видел Пэнси совсем иначе.       — Ты должен поесть. Голова может кружиться, да и…       — В кармане склянка с кровью?       — Такой молодой вампир и уже такой умный, — улыбнулась Паркинсон, облизывая клыки.       Она подошла к нему и выудила заговорённую стеклянную колбу. Гарри быстро откупорил её и жадно выпил всё содержимое, а после впился властным поцелуем в красные губы Пэнси, которая тут же довольно замурчала от наслаждения.       — Нам пора к будущей бабушке. Она ждёт корзинку.       Паркинсон улыбнулась и прижалась к Поттеру. Это было лишь начало их бесконечной истории.       И она обязательно будет счастливой.