Ты точно кем-то любим.

Дениска совсем маленький мальчик. Хрупкий весь, прозрачный. И настолько, что свет его души ещё выбивается сквозь черную пелену обиды и тоски по прошлому. Он - маленькое счастье. Он - будто игрушка в Детском мире, стоящая пол зарплаты родителей. «Не трогай, а то сломаешь» - говорят обычно малышам, тянущим к ней руки. Но им ли слушать каких-то взрослых? Ими ли не хочется всё разобрать и выпотрошить? Дети - самое жестокое, что есть на свете. Для них нет правил и меры. Если испортить, то до конца. Дениска - робот-динозаврик, у которого глаза светятся голубыми огнями, если погладить. У Дениски болтиками в области груди привинчен отсек с батарейками. А перед ним девочка. С длинными вьющимися волосами до пола, чтобы быть похожей на Рапунцель. Девочка милая, улыбающаяся ярко. Она до одури хотела себе этого динозаврика. Носилась с ним везде, обнимала и любила. Искренне. И до сих пор любит. Любит голубые огоньки и двигающиеся лапы. Любит, как он рычит и как, подражая человеческим эмоциям, опускает голову, когда стесняется. Но динозаврик уже потертый по бокам. У него отломан один коготь на лапе и уже слезает краска с носа. Он стал не таким, как раньше. Поношенный какой-то. Дениска - робот-динозаврик, у которого глаза светятся голубыми огнями, если погладить. У Дениски болтиками в области груди привинчен отсек с батарейками. А перед ним девочка. Девочка с отверткой в руках. Ей подарили новую игрушку и она уже знает где найти для неё батарейки. Динозаврик заброшен под кровать. С открытой грудью и вынутыми батарейками. Кому он теперь нужен такой потрепанный? Никому. Поэтому Дрейк плачет, уткнувшись в подушку. Нет сил стримить, нет сил поделиться с друзьями. Ему пишут, спрашивают, а он молчит. Батареек нет. Красивая девочка с длинными волосами нашла кое-кого получше. Отец пытается подбодрить его. Еду приносит в кровать, выпить наливает. Всё бестолку. Его сын больше не горит. Глаза стали темными, погасли лампочки. Страшно смотреть на него такого. И один из очередных вечеров, на телефон Дмитрию звонят. «Илья, друг Дена» - высвечивается на экране. -Алло, Дядь Дим, что там с Деном? Совсем пропал из сети, мы все за него боимся, - слышится из динамика. -Илюх, привет! Плохо ему. Не хочу за него говорить. Но плохо. Я не знаю, будет ли ему лучше, но может, приедешь? Один. Ему кто-то нужен рядом сейчас. Долго уговаривать Илью не пришлось. На следующее утро он уже стоял на пороге квартиры. Родителей не было дома, поэтому Коряков молился, чтобы ему открыл Дрейк. Но ему открыл какой-то мальчишка, совсем не похожий на Дена. Темный весь, ни капли света. Глаза пустые, словно в бездну смотришь. И весь он как дверь с цепями и замками. Кто этот юноша и куда он дел Дениску? -Заходи, - бурчит он и, не оборачиваясь, снова уходит в комнату. Илья закрывает дверь, снимает верхнюю одежду и идет за ним. В комнате мрак. Лампочки из люстры выкручены и лежат на столе. Шторы задернуты, а кровать будто вывернута наизнанку. Мятое всё, простыня скаталась в ком, одеяло наполовину вылезло из пододеяльника. Подушка - одно сплошное мокрое пятно. -Ден, что происходит? - Илья садится рядом с его кроватью, пытаясь поймать взгляд парня -Я ничтожен. Меня снова кинули. Я ни на что не способен. -Зачем ты такое говоришь? Кто заставил тебя так думать? -Она. -Арина? Вы расстались? -Она меня бросила. -Расскажи, пожалуйста, я хочу тебе помочь. -Она начала мутить с другим, когда мы ещё встречались. Просила деньги, якобы для себя, а сама покупала ему подарки. А потом бросила. -Ден, ты просто был для неё слишком хорошим. Она тебя не достойна. -Кому я теперь нужен пользованный? Какие нормальные люди будут брать б/у? -Поверь, Ден, кому-то ты настолько нужен, что он даже бу тебя с руками и ногами оторвет. -Ещё этого не хватало. Только руки и ноги и остались. -Ты совсем раскис. Так, собрался, умылся и пошли пить чай. Ещё бы сейчас плакать из-за дур всяких. Илья подхватил Дениса за подмышки, будто тот ничего не весит, и поднял с кровати. Осторожно проводил его до ванной, а сам ушел греть чай. Он не впервые у друга в гостях. Это его второй дом. Его здесь даже любят, не меньше, чем сына. Минут десять и Коломиец уже сидит за столом и нехотя попивает чай. Илья рассказывает о новых конфликтах, которые пропустил его друг и смеётся, как умеет только он. Дрейк тогда впервые улыбается за месяц. Он снова чувствует тепло где-то в груди и потихоньку вливается в монолог. Кто бы что не говорил, а Илья заставит даже мертвого вновь ожить. В нем энергии больше, чем в солнце. Свет плещется в нем, иногда выстреливая яркими искрами. Он - настоящее чудо. Денис даже забывает из-за чего он оборвал все связи с миром. Цепи по одной свалились с него, но дверь всё ещё плотно заколочена. И Мазеллов это чувствует. Он-то знает каким может быть Дениска. Он-то знает, что готов убить всех, кто сделал такое с ним. -Илюх, ты действительно считаешь, что меня кто-то любит? -Я это знаю, Ден. Ты же не видел ничего кроме Арины своей. Может хоть теперь шире посмотришь. Илья ночует ещё два дня с Денисом. Дмитрий безумно благодарен другу сына за то, что тот нашел время приехать. А после, Илья возвращается в Москву. К своим делам и стримам. Многое пришлось отложить ради друга, так что теперь только разгребать. Дрейк возвращается на учебу, но пока временит с потоками. В голове только одна мысль: «Кто же меня так любит?» Она такая горькая и липкая, что страшно выпустить её из рук. Прицепится к чему-нибудь, да так, что только выкинуть. Осторожно, но верно, Ден возвращается в дискорд. Сначала говорит с Вовой, потом, потихоньку, заходит в комнаты. Так он появляется сначала на стриме Тохи, где его тепло приветствуют. Потом, у Вовы, где ему рады не меньше. И вот, спустя почти два месяца тишины, он запускает и свой стрим. Онлайн очевидно маленький, но и большего ожидать не стоило. На получасе потока, в чат заходит Илья. Одним присутствием он поддерживает Дена. Тот улыбается, читая его сообщения, зовет в дискорд. Из этого получается милый и уютный стрим, где просто невозможно почувствовать себя плохо. -Я кста люблю тебя, Дениска, - говорит Илья через улыбку. -И я тебя, Илюх. -Я очень люблю тебя, Дениска, - Илья улыбается, пряча лицо за микрофон. -Илья, ну харе, - Дрейк явно краснеет, закрывая лицо рукой. Тема как-то опускается, стрим идет ещё час, а после Дрейк собирается спать. Дрейк-то собирается, а его мысли нет. Илья, Илья, Илья. Его так много в жизни стало. Ден чувствует себя нужным, он чувствует, что его не оставят. Надеется, хотя бы, что не оставят. «-Спокойной ночи, Дениска» - Пишет ему Илья.

«-Ты правда меня любишь?» «-День, ты че, что-то случилось?» «-Правда люблю.»

«-Я боюсь, что и ты меня кинешь.» «-Не дождёшься.»

«-Приезжай ещё. Меня грустно без тебя.» «-Обязательно приеду» Он приезжает. Приезжает, привозя с собой кучу счастья и радости. Они с Деном гуляют, проводят ирл даже. Чат рад, парни тоже. Что ещё нужно для хорошего дня? Вечером дядя Дима приносит торт после работы, парни делят его по кусочкам, но в итоге съедают его почти целиком. Они смотрят какое-то глупое кино, которое выключают на десятой минуте, а после собираются спать. Ночь просачивается через плотные шторы, таща за собой прохладу по полу. Ден развалился на кровати, вытащив одну ногу из-под одеяла. А Илью пробил холод. Он обернулся в одеяло, но всё равно чувствовал мертвый озноб. Как бы он не шевелил руками и ногами - холодно. Он вылазит из кровати, закрывает окно и наворачивает круги по комнате, пытаясь согреться. -Илюх, ты че? -Холодно. -Ложись ко мне, спать мешаешь. Илья долго смотрит на полусонного друга, который сдвинулся на одну часть кровати и изо всех сил боролся с подступающим сном. Его глаза слипаются. Одной рукой он держит одеяло, приглашая. Будто он не пожалеет. Будто он специально сделал так, чтобы Илья продрог до костей. Поэтому Коряков подходит осторожно, ложится к стенке и молчит, смотря в макушку Дрейка. Он такой хрупкий и светлый. Снова. Тот Дениска, которого он так полюбил. Если честно, он любил его любым. С разбитым сердцем, потерянным до ужаса, и сонным. Он в любом своём состоянии - идеал. Илья осторожно тянет руку к Дену, обнимая его за талию. Тот не сопротивляется. То ли спит, то ли действительно не против. Коряков тянет его ближе, чтобы он не свалился с края кровати, а Денис вдруг разворачивается и смотрит ему в глаза. В темноте комнаты сложно было разобрать сначала, но Илья смог. Он уже было отдернул руку, приняв этот взгляд за осуждающий, но Дрейк вдруг прижимается к его груди и тихо плачет. Мазеллов замирает на секунду. Что случилось в голове этого мальчика? Кто снова его обидел? -Меня никто не любил так, как ты, - шепчет Ден, - я не заслуживаю тебя. -Ден, ты чего раскис? Ты выпить без меня успел? Чего за нежности такие? -Ты говорил, что знаешь, кто меня любит. Кто это? Я с того момента не могу перестать об этом думать. -Давай завтра, Ден. Ты какой-то эмоциональный. Дрейк вдруг поднимает блестящие глаза и смотрит на друга. Илья мог поспорить, что Дениска ничего не видит. Перед его глазами сплошное мыло. Но в этом мыле он отлично ставит цель и метко достигает её. Губы Ильи вновь соприкасаются с Денисовыми. Впервые это было в пьяном бреду. Стрим хата, свет под ситуацию. Сколько шуму тогда поднялось. Илья медлит. Они поменялись местами. Денис умело ведет, а Мазеллов не в силах не подчиниться. Горячие руки ощутимо опалили холодную кожу, заставляя мышцы инстинктивно сжаться. Илья с опаской запускает руки в волосы Дена, притягивая его к себе. Руки младшего уже скользнули под растянутую резинку домашних штанов. Длинные пальцы обхватили член Ильи сквозь ткань трусов, выбивая из груди Мазеллова сдавленный выдох. -Ден, может не сегодня? И Ден сжимает руку чуть сильнее, отвечая на вопрос. Штаны летят на пол, а широкая резинка боксеров стягивает бедра. Бледные пальцы скользят вверх-вниз, а Илья пытается не проронить ни звука. В соседней комнате, всё-таки, родители. -Ден, быстрее, пожалуйста. Коломиец ускоряется, не желая оттягивать их сон. Илья цепляет то простыню, то футболку Дрейка. Он сжимает пальцы на ногах, только бы не застонать. Коряков изливается на руку Дениса, а тот довольно улыбается. Достает коробку салфеток из шкафчика рядом и выкидывает в мусорку возле стола. -Ты меня любишь, Илюх? -Очень сильно, Дениска, - говорит Мазеллов и проваливается в сон, где он навсегда с Деном. Где ему тепло и светло. А синие огоньки-глаза напротив кажутся самыми яркими, пусть и со стертым рисунком.