Позволь мне...

Солнце уходило за горизонт, одаривая землю последними лучами. Под густой листвой многолетнего дерева отдыхала пара демона и небожителя, совершенно позабыв о мирских заботах. Сейчас не было ничего важнее, чем находиться рядом друг с другом и слышать дыхание, мягкое сопение и тихий шелест листьев над головой. Се Лянь сидел спиной к стволу и читал свиток, пока Хуа Чэн дремал, положив голову ему на колени и вытянув ноги в сторону. Умиротворённая и уютная обстановка была на заднем дворе храма Водных Каштанов, которую никто не смел нарушить. Лишь несколько крохотных бабочек порхали вокруг, задерживаясь на лепестках и травинках. Когда начало темнеть, они стали источником белого и теплого света. Одна из малюток села на палец принцу, когда тот держал в другой руке свиток. Теперь благодаря бабочке гораздо лучше видно. Се Лянь улыбнулся и шепотом произнёс: «Спасибо». Недалеко возле кустов находились Жое и Эмин, не уставая красоваться друг перед другом. Лента показывала трюки в воздухе, а ятаган крутился вокруг себя и подпрыгивал, тоже взлетал. Они были похожи на маленьких детей, что непременно вызывало улыбку у Се Ляня. Он отложил свиток и опустил взгляд на демона. Хуа Чэн последние два дня не вылазил из Призрачного города. Какие-то демоны-разбойники ворвались на территорию и устроили погром, подожгли несколько домов, а более слабые жители города не смогли защититься и их души рассеялись по воздуху. Пришлось возвращаться и навести порядок, поймать негодяев и как следует наказать их, а после помочь тем, кто пострадал от рук злодеев. Так что градоначальник Хуа не покидал свои владения, пока все не устаканилось. У Се Ляня же были дела в Небесной столице, поэтому два дня разлуки казались странно мучительными! Поток мыслей и мирную атмосферу прервал тяжелый, судорожный выдох Хуа Чэна во сне. Его веки сильнее зажмурились, брови сошлись на переносице. Он что-то промычал и беспокойно повертел головой. Се Лянь посмотрел на Эмина, и не сказать, что тот был в порядке. Его глаз расширился, потом бешено завертелся и закрылся, снова открылся. Ятаган начал дрожать, вместе со своим хозяином, который резко дернулся и повернулся на бок. Лицом практически уткнулся в живот Се Ляня, оставалось небольшое расстояние. Волнение принца росло, он не знал что делать.   Приказал Жое лечь щитом вокруг сабли. Та и не думала сопротивляться, лишь рухнула на землю в центре круга и задрожала сильнее. Руки демона сжались в кулаки, он вновь лег на спину, мотая головой то влево, то вправо. И бормотал: «Нет. Нет. Нет». «Ваше Высочество...» раздался хриплый, надломленный голос Хуа Чэна сквозь сон. Он бессознательно нащупал руку Се Ляня и сжал ее в своих ладонях, притянул ближе, прикасаясь щекой. «Ваше Высочество!.. Ваше Высочество!» Голос пытался стать громче, но то ли сил не было, то ли что-то мешало. «Нет-нет-нет!!!» Хуа Чэн замотал головой. На его шее от злости показались вены и внезапно Се Лянь почувствовал жуткую, убийственную и холодную ауру, исходящую от Эмина. Он резко посмотрел на саблю, которая все еще дрожала на земле. Последний раз таким ятаган Се Лянь видел во время битвы с Цзюнь У. Что же сейчас снится демону? Небожитель положил свободную от захвата руку на плечо Хуа Чэну и принялся понемногу того тормошить. — Сань Лан.. Сань Лан! - Старался не кричать. Это могло напугать демона. Смотря на него, создавалось впечатление, что еще немного и за секунду вспыхнет пламя, все сгорит заживо, не оставляя и души. Хуа Чэн, будучи во сне, прибывал в небывалой отчаянной ярости. Внезапно он подорвался с колен принца и ломанным голосом прокричал: «Нет!!!»   Демон бы сейчас повалился вперед и упал на колени, если бы принц его не подхватил. Се Лянь обнял того за плечи и крепко-крепко прижал к своей груди, кладя руки на голову и спину Хуа Чэна, успокаивающе поглаживая. Несколько секунд и Хуа Чэн обмяк в руках божества, не в силах больше сдержаться. Из его глаза хлынули слёзы, обмачивая белое одеяние. Плечи слегка задрожали, руки обвились вокруг талии принца. Се Лянь подарил ему несколько поцелуев в макушку. — Мой дорогой Сань Лан, мой милый, всё хорошо, ты меня слышишь? - Неизвестно, что снилось тому. Но точно не прелести семейной жизни и мирской покой. — Гэгэ, я был так слаб, – тихим голосом в грудь произнес Хуа Чэн, – я ничего не мог сделать. Я не мог защитить тебя. Мне было невыносимо видеть и слышать твои страдания, это приносило ужасную, самую сильную боль. Прости меня, простите, Ваше Высочество, что до сих пор иногда я оказываюсь слишком слаб или теряю бдительность. Я не достоин.. не достоин.. – Теплые руки Се Ляня обхватили холодные щёки демона. Приподнял его лицо, чтобы заглянуть в карий, блестящий от слез глаз. Из уголка шла мокрая дорожка. Принц вытер большим пальцем слезы. Со всей искренностью, безграничной любовью он целовал каждый дюйм лица Хуа Чэна. Глаз, щёки, губы, нос, переносицу, лоб. И мог бы так делать бесконечное количество раз, лишь бы прогнать все страхи, забрать всю боль и успокоить своего любимого человека. Тепло от рук принца передалось демону, тот наконец-то понемногу успокоился и сделал глубокий вдох-выдох, прикрыв веки глаза. — Послушай меня, пожалуйста, и поверь так, как я верю тебе. Веришь мне? Хуа Чэн молча кивнул и открыл глаз. — Прекрати нести бред про то, что ты чего-то не достоин, – серьезно сказал Се Лянь, а потом его голос смягчился, но был твердым, в нем слышалось непоколебимость, уверенность в своих чувствах и необъятной любви: – Я люблю тебя. Ты невероятный, самый сильный и прекрасный во всех трех мирах. Ты проделал огромный трудный путь, приложив большое количество усилий, преодолевая невзгоды и препятствия. Мне сложно представить, с чем ты столкнулся и через что прошел, став таким, каким ты есть. И, неужели ты забыл? Мне не важно «какой» ты, главное - это «ты». – Се Лянь медленно провел тыльной стороной ладони по щеке демона, до конца вытирая мокрую дорожку от слез. Он взял руки Хуа Чэна в свои и сцепил их в замок, прижав к груди. - Однако, пожалуйста, не скрывай от меня твои переживания и чувства. Помнишь клятву? Я хочу делить с тобой все и в горе, и в радости. Я готов разделить с тобой боль и страдания, слезы и ненависть. Я ни за что не отвернусь от тебя, если ты проявишь такую «слабость». Но это не слабость, потому что каждому в этом мире нужен тот, кто услышит его и, если не поймет, то постарается. Позволь мне видеть и твою улыбку, и твои слезы, не скрывай ничего, очень тебя прошу. Ведь и я хочу сделать все, чтобы защитить, прогнать все твои страхи и залечить душевные раны. Я хочу чтобы ты был счастлив. Наверное, если бы Хуа Чэну было необходимо дышать, то сейчас непременно задохнулся бы и умер в который раз. Но вместо этого лишь пребывал в ступоре, большими зрачками глядя на принца, вслушиваясь в каждое его слово. И, когда тот закончил, демон не сдержался. Вновь из глаза хлынули слезы, плечи слегка задрожали, но на лице появилась широкая улыбка. — Я уже несказанно счастлив, – прошептал он и уронил голову на плечо Се Ляню, – мой Бог, я бесконечно люблю тебя и благодарен за все, – руки вцепились за ханьфу на спине, сжимая. Принц потерся щекой о висок демона, поглаживая ему спину и голову, тихо приговаривал: — И я очень-очень люблю тебя.