Магистры дьявольских возлюбленных

      Вэй Усянь прокляли. Это стало известно всем, ведь буквально средь белого дня на глазах у всех магистр дьявольского культа лишился голоса. Он кричал что-то своему брату и резко голос пропал совсем. Как будто Лань Чжань нанес на него заклинание молчания, но нет. Любимый муж остался дома, помогая Сиченю, тем более сам рот открыть может, а звуков нет. — Вэй Усянь, нам нужно вернуться туда. Пошли. Нам нужно к главе Лань и твоему муженьку. Пошли. — тянет тот сопротивляющегося брата в сторону. Вень Нин, взявшись из ниоткуда подхватил своего господина и унес в неизвестном направлении. — Черт! Чтоб, тебя! Цзинь Лин, вот где справедливость? Нам нужно к Ханьгуан-дзюню. — Да, любимый. — повис на нем на мгновение глава Цзинь, чмокая того в губы. — Понатаскался бесстыдства у Вэй Ина, глава Ордена Цзинь. — нахмурился тот, осматриваясь.        Не для кого больше не секрет из отношения, как в принципе и для вернувшихся с того света родителей Жуланя. На удивление даже Цзинь Цзысюан молча поддержал их, одним лишь взглядом угрожая Цзяну. — И тебе это нравится. — хохотнул младший. — Ты прав. Жду не дождусь, когда… — он наклонился к его уху, прошептав, слишком соблазнительно. — …Ты станешь достаточно взрослым, чтобы я наконец вставил тебе, малыш. — Кто кому вставит, мы ещё посмотрим. — бросил вызов младший, старший ухмыльнулся. — Нам пора. Нужно спешить. — Убежал он вперёд, чуть смущаясь. — Хах… — вмиг стал серьёзным Цзян. — На мечах быстрее будет. Догоняй.

***

— У нас есть две новости… — ворвался Цзян Чэн в кабинет главы ордена, где собрался сам глава, Ванзци, Яньли и её муж. — Матушка? Отец? — удивился А-Лин. — А что… — Цзинь Лин, у нас нет на это времени… Мы и так долго перепирались посреди дороги. — Но, А-Чэн, любимый … — Что за новости? — прервал их Ванцзи. — Тебе с какой? — уточнил Чэн. — С хорошей или плохой? — С хорошей. — улыбнулся Сичень. — Вэй Ин с Вень Нином. — сразу же улыбнулся глава Цзян. — А плохая? — нахмурился второй Лань. — Кажется его прокляли… — Что? Вы уверены? Великого Старейшину Иллина прокляли? И в чём это проявилось? — уточнил Сичень, не особо себе это представляя. — Он потерял голос. — буркнул Цзян. — Где он? Холодно спросил второй Нефрит. — Я не знаю. Из ниоткуда появился Призрачный генерал и унес его… — В данном случае, то что Вэй Ин с Вень Нином не хорошая новость. — разозлился обеспокоенный Ванзци, понимая суть проклятия. — Проклятие скорее всего отбирает всё по очереди… Голос, слух, зрение, возможность ходить, а потом если не предотвратить его действие, проклятие рандомно выбирает, что хочет забрать… Одно оставляет, остальное возвращает. — Как… Как это можно предотвратить? — спросил племянник. — Убить того, кто наслал проклятие. — сглотнул Лань. — Это мог быть кто угодно, может у него тоже что-то… — паникует Цзинь Лин. — Нет… — печально выдыхает Сичень. — Нам остаётся только найти Вэй Усяня и узнать, что у него пропало…

***

— Малыш, — кричит Не Миндзюэ, видя, что любимый куда-то летит на мече. Он ведь говорил, что будет занят, а тут куда-то собрался. Тот спустился вниз. — Если ты не видел Вэй Ина то мне пора… Я очень спешу… Извини, правда. — извеняется Лань. — Что случилось? Я его видел. Он с Призрачным генералом, возле ворот. — Пошли. Лань Чжань, глава Цзян он у ворот.

***

— Вэй Ин! — обнимает супруга, обеспокоенный Ванзци. — Ты меня видишь? — Да. — отвечает тот. Вень Нин опускает взгляд. — Мне жаль… — Ты и говоришь, и слышишь, и ходишь… — покосился на брата глава Цзян. — Как ты обошел проклятье? — М? — хмурится Вэй Ин. — Всё хорошо. — ровно ответил он. Тут то все и насторожили. Не Миндзюэ хмыкнул, покосившись на друга. — Вэй Ин, улыбнись, скажи что нибудь. Ты сам на себя не похож. — Я больше никогда не буду на себя похож. Проклятье забрало мои эмоции. — все замерли, боясь поверить в услышанное. Цзян Чэн стал винить себя, утыкаясь в плечо Цзинь Лина. А сердце Лань Чжаня разбилось. — Но я всё также чувствую. Страх, удивление, восторг, любовь, но это больше не будет отражаться на моем лице. Мне жаль. Того Вэй Ина больше нет. Нету и Вэй Усяня. Даже Старейшин Иллина нету… Можете придумать имя этому обличию, новому мне. — Лань Ин, — улыбнулся Лань Чжань. — Я буду нашими эмоциями. — он взял за руку Вэй Лань Ина и поцеловал в щеку. — Я люблю тебя любым. — сердце Ина пело и цвело, но на лице было полное безразличие. Ванцзи было непривычно, но он подстроится. Главное… Главное, чтобы его муж был рядом.       Миндзюэ поджал губы, зная, как это, когда вторая половинка меняется. Он сам создал труса Лань Сиченя, который слишком боится за него. Но теперь Лань Чжаню придется столкнуться с полным отсутствием эмоций у любимого, который всегда будет не то грустным, не то безразличным. От Лань Ина всегда будет веять холодом, он больше не будет его солнцем. Лань Чжаню нужно стать солнцем Ина, чтобы тот не чувствовал острую вину. Если проклятье забрало не только, эмоции но и чувства, самому Вэй Ину было бы в разы проще, а так все будут мучать себя изнутри.