Накосячил

      «Кто такой Ким Сокджин?» Если задать этот вопрос кому-нибудь из его коллег, то в ответ прилетит: «бармен в клубе», «официант в кафе», «менеджер в салоне», «парень за стойкой в мотеле». Четыре года назад, когда родители разбились, семнадцатилетнему Сокджину пришлось объехать всех родственников, чтобы найти хоть кого-нибудь, способного взять опекунство. Большинство боялись ответственности или не подходили под требования комиссии. Тётя, которая была последней надеждой, и к которой Сокджин приполз чуть ли не на коленях, согласилась только после обещания, что они сами обеспечат свою жизнь. Тогда Сокджин наконец понял, почему родители не любили общаться с родственниками. Про образование пришлось забыть. Сокджин устраивался на кучу подработок, чтоб обеспечить жизнь себе и пятнадцатилетнему Тэхену, который закрылся в себе и перестал общаться с друзьями. Только они были друг у друга. Опора, поддержка, всё.       Тэхен окончил школу, поступил в универ, обзавелся каким-то другом по имени Чимин. Когда он вышел из депрессии спустя год после смерти родителей и обзавелся идеей открыть свою школу танцев, Сокджин был очень рад, он очень боялся, что Тэ закроется окончательно и попадет в плохую компанию. И Джин не курица-наседка, просто беспокоится о брате. За три года Сокджин привык к такому ритму, работе без выходных и без личной жизни.        В его жизни не происходило ничего интересного, до недавнего времени. У Вас было когда-нибудь ощущение, что Вас преследуют? У Кима оно держится уже около месяца.       Полтора месяца назад в баре произошла неприятная ситуация и именно в смену Джина. В vip-комнате происходила встреча каких-то крупных бизнесменов, чуть ли не мафии. Девочки-официантки боялись туда ходить, атмосфера — жуть, а Джин-душка конечно же помог девушкам и относил туда заказы весь вечер и очень "удачно" оказался там в момент "ссоры", но высокий сексуальный мужчина с очень умными глазами, красивым лицом, и да Джин немножко пялился, пока относил заказы. Так вот, этот мужчина оттолкнул Джина ко входу, когда он чуть не попал под "горячую руку" и теперь Джин видит его везде!       Несколько раз в баре с бизнес-партнёрами и в одиночку. А как-то Сокджин очень спешил на смену в мотеле, но увидел, как этот красавчик болтал с официанткой, и заметил взгляды в свою сторону. После этого Джин продолжал видеть незнакомца в баре по вечерам, но ещё добавились кафе в обед и мотель в ночь каждой пятницы с какой-нибудь миловидной девушкой. И каждый раз, каждую встречу на Сокджине изучающий, испепеляющий взгляд красивых чёрных глаз, Сокджину правда кажется, что перед этим человеком он абсолютно голый, и что о нем знают абсолютно всё.       И вот сейчас, что делает Сокджин? Каким-то магическим образом все девочки разбежались, а Шарлотта, сильно занятая подборкой причёски на свадьбу для тяжёлой клиентки, просит Джина помыть голову какому-то очень важному клиенту, который никак не может подождать. Сокджин, конечно, понимает, что у них есть такая услуга, но, твою мать, в чём проблема помыть голову дома самостоятельно? И вообще в его обязанности это не входит! Шарлотта «мягко», чуть ли не матом, намекает, что если они обидят этого клиента, то влетит всем, в том числе и Джину, которому ничего не остаётся, кроме как пойти обслуживать гостя. Угадайте, кто клиент? Красавчик, незнакомец, преследователь! И чем он так занят в телефоне? Сокджин не любопытный, просто преследователи должны смотреть на «жертву», а не в телефон… О чём ты думаешь, Ким Сокджин?       Как бы Джину не хотелось сбежать, он лёгкой походкой доходит до незнакомца, спокойно обматывает его накидкой, когда он наконец-то убирает телефон, спокойно делает все приготовления, абсолютно спокойно просит уложить на раковину голову и совсем не спокойно теряет землю под ногами, потому что глаза, умные красивые глубокие глаза смотрят прямо в душу Кима, потому что лицо не напряженное и строгое, как на переговорах, и не с игривой ухмылкой, как перед девушками, а расслабленное, даже по-детски милое, потому что улыбка с ямочками, потому что у Джина проблемы с сердцем. Глубокий вдох, выдох, закушенная губа, и вот Сокджин трясущейся рукой тянется к лейке душа, вот блондинистые жестковатые волосы намокают, вот Сокджин намыливает их шампунем профессиональной марки, а незнакомец прикрывает глаза, наслаждаясь лёгким массажем, заставляя Сокджина безбожно краснеть. Ким смывает пену и осторожно сушит волосы полотенцем, замечая, что мягче они не стали.       Сушили когда нибудь щенка после купания? Вы его полотенцем трёте, умиляясь, а он по полу катается, хвостом машет, язык высунув. Тут то же самое! Преследователь, не открывая глаз, улыбается, даже не пытается скрыть, что кайфует, а Сокджин не может сдержать улыбку. Джин заканчивает уже сушку феном, а незнакомец всё ещё не открыл глаза. — Как Вам волосы уложить? — полноценное предложение от Ким Сокджина, а не «ложитесь, пожалуйста «, «сядьте, пожалуйста», «повернитесь немного» и т.п. Ну, а что? Земля только сейчас на место вернулась! — Пойдём на свидание? — а земля опять ушла из-под ног. — Что?

***

      Когда вы серьёзный успешный бизнесмен Ким Намджун, который способен влиять на жизнь всей Кореи, и который конечно же может позволить себе любую женщину и не только, то становится страшно, если на важных неофициальных переговорах, повлияющих на экономическое будущее Кореи, внимание концентрируется не на партнёре по бизнесу, который может и голову прострелить (Намджун тоже может, конечно), а на длинных ногах стройного широкоплечего официанта с красивым личиком. А когда этот самый подвыпивший партнёр решает ударить бедолагу, безумно красивого бедолагу, то будущее экономики Кореи летит к хренам, потому что желание защитить «принцесску» превосходит всё остальные. Помощник был в шоке, потому что переговоры проходили вообще-то более-менее спокойно, но его это не касается. Думал ли когда-нибудь Ким Намджун, что будет следить за парнем как влюблённый школьник? Нет, но Намджун не думал, и что возможно ходить на четыре работы, при этом ещё везде стараться и с улыбкой, и что можно выглядеть так по-разному, но всегда прекрасно. Бармен в клубе — чёрные джинсы в обтяжку, удлиняющие и так длинные ноги, и большая майка цвета фуксии, открывающая ключицы. Самый провокационный образ, Намджун и не знал, что можно возбуждать одеждой. Официант в кафе — розовато-белая футболка, приталенные штаны и фартук — всё вместе подчёркивает стройную фигуру и талию, которую Намджун мечтает обвить руками и не отпускать. За стойкой в мотеле — зачёсанные назад волосы, рубашка цвета лаванды, так сложно застегнуть пару пуговиц, чтоб у Джуна не ёкало сердце? А теперь ещё нежно-розовый свитшот и белые джинсы — такой милый, прям реально принцесса. Поэтому, когда после более месяца слежки от этой закушенной каждый раз губы начинает срывать крышу, Нам решает, что пора! Одна ночь или отношения — неважно, главное начать! — На свидание говорю пойдёшь? — Намджун искренне улыбается, но нервы не железные, а чужая нерасторопность напрягает. — Что? — Сокджин искренне не понимает, что от него хотят.       Намджун хватает и тянет растерянного красавца на выход, игнорируя слабое сопротивление и хихикающую работницу салона. Сокджин осознает, что нельзя идти никуда с незнакомцем, но так хочется. Они выходят из салона, забыв куртки, а на улице небольшой дождь. Джин думает, что было бы романтично бежать, держась за руки, и медленно намокать, чтоб потом греться где-нибудь, завернувшись в один плед, но его заталкивают в большую черную машину очень дорогую и очень тонированную. — Куда Вы меня везёте? — Сокджин растерян, возмущен, смущен, и вообще объясните кто-нибудь что-нибудь! — В кафе и поболтаем или в бар и напьёмся? — Джун хотел бы спросить «к тебе или ко мне», но за такой, вопрос его вряд ли не пошлют. — Второе, — Джину не помешало бы сейчас хотя бы для храбрости, а Джун безумно рад, потому что алкоголь больше способствует сближению чем мороженое-пирожное. Навигатор строит маршрут до «ближайший бар».       Ближайший бар оказался за углом. Двое мужчин влетели туда как ураган и уселись за барную стойку. — Виски дважды, — молодой парень улыбнулся и поставил по стакану со льдом и напитком. — Те две девушки, позади вас, заинтересованы, — бармен кивком указал куда-то за спину Джина. — Мы не за этим. Тут есть отдельные комнаты? — Джун даже ухом не повел, а Джин обернулся на слова бармена, а когда до него дошёл смысл слов Нама, залился краской. — Нет. Есть только столики, отгороженные шторкой, — парень кивнул в бок и поставил бутылку на стойку.       Намджун схватил бутылку и стаканы и направился в указанную сторону. Джин покраснел до невозможности, но пошел следом. Они сели друг напротив друга. Джин опрокинул в себя виски. Джун усмехнулся и повторил за ним. Они молча пили и смотрели друг на друга. Намджун видел красивые каштановые волосы, ухоженное, но сейчас раскрасневшееся лицо, пухлые губы, маниакальную, но невообразимо милую любовь к розовому, настоящая принцесса. Сокджин зациклен на том, что незнакомец напоминает мафиози, но недавняя искренняя улыбка, милые ямочки и красивые глубокие глаза на время выбивают этот образ из головы. О чём говорить? Как начать разговор? Заканчивалась уже вторая бутылка, мозги плыли, но ответов не было. — Перестань! — после долгого молчания, не сильно громкий голос звучал оглушающе. — Что? — Сокджин дёрнулся от резкого звука. — Губы! Ты постоянно её закусываешь. У меня у трезвого мозги от этого текут, а после почти двух бутылок виски на двоих этого достаточно, чтоб у меня встал! — алкоголь помог Наму забыть о стыде, смущениях и морали. С противоположной стороны стола послышался нервный смешок. Джун поднял взгляд и увидел парня, откинувшегося на спинку дивана, запустившего руку в волосы, и уже не мило и застенчиво, а по-блядски закусившего губу, и томный взгляд. — Ко мне или к тебе? — не только Намджуну в голову ударили градусы, Джин вообще слабо соображает и вряд ли понимает, какие будут последствия его действий.

***

      Где-то отдалённо, сквозь сон, Джин слышал, как пикнул домофон. Тело ощущулось безформенным тяжёлым мешком картошки и невесомым пёрышком одновременно. Внизу приятно тянуло, голова раскалывалась, а конечности словно желе. Шарахнувшая в коридоре дверь больно ударила по мозгам, будто это его об косяк приложили. — Бра-ат! — голос Тэхёна пробудил окончательно. — Тэ? — Джин разлепил глаза и встретился с ошарашенным взглядом Тэ, воспоминания накрыли с головой. Он приподнялся на локтях, чтобы смотреть в глаза. — Тэ, я всё сейчас объясню. Давай я встану, оденусь, и мы поговорим на кухне?       Братья рассказывали друг другу абсолютно всё, но когда в пятнадцать Сокджин понял, что его интересуют не только девочки, но и мальчики, причём чаще мальчики, когда в шестнадцать он наконец принял себя и даже попробовал завести отношения с мальчиком из параллели, когда Сокджин каждый день боялся, что о нем узнают, не поймут, не примут, когда родителей не стало и начались проблемы, когда он занимался сексом ради секса без чувств и привязанностей, тогда его признание перестало иметь смысл. — Тэ, ты чего? Почему застыл? — в проёме показался Чимин и удивлённо присвистнул. — Утро доброе, Сокджин-хен? Тэ? Тэ, ты куда? — Тэхён сорвался с места, не сказав ни слова, забежал в свою комнату и через пару минут вылетел оттуда, направляясь прямиком на выход. Чимин обречённо вздохнул, ему совсем не хотелось опять идти на холод, понимающе посмотрел на Джина и поспешил за другом. — Чёрт… — Джин откинулся на подушку. — У тебя в квартире каждое утро такое шумное? — Намджун повернулся на другой бок лицом к Джину и наконец разлепил глаза. Тот в ответ только мотнул головой и поморщился от отдавшей в голову боли. Намджун частенько выпивал по работе и не ощущал похмелье так остро. Растрепанная и немного опухшая принцесса с выразительным засосом на шее казалась ему безумно милой и очаровательной. — Ты помнишь, что вчера было или тебе напомнить? — Намджун игриво улыбнулся и приподнялся, слегка нависая. Джин повернул голову в его сторону и улыбнулся в ответ, эта искренняя улыбка с ямочками нравилась ему до бабочек. — Нет уж, господин Ким Намджун. Я всё прекрасно помню. Дверь напротив — ванна. Я первый, а ты после меня, потом иди на кухню. Она дальше по коридору. У меня нет вещей твоего размера, натяни что-нибудь своё. — холодно, быстро и безапелляционно. Джин сказал, соскочил с кровати, схватил что-то из шкафа и убежал прежде, чем Нам что-то ответил. flashback — К тебе или ко мне? — пьяный Джин — это бессознательное существо, неспособное думать о последствиях. Пьяный Джин — личный афродизиак Намджуна. Ну, кто после намёка на изнасилование соблазняет маньяка?       Джин мало что соображает, но видит, как чёрные глаза напротив темнеют ещё больше. Опрокидывая стаканы, бутылки, Нам потянулся через стол, притянул к себе парня и впился своими губами в его. Он долго мучал Сокджинову нижнюю губу, прикусывал, оттягивал, отпускал, зализывал и так по кругу, пока тот сам не углубил поцелуй, притягивая мафиози за ворот рубашки. Бутылка с характерным звяком полетела на пол. Джин усмехнулся в поцелуй чему-то своему, Нам не понял, что это значит, но резко отстранился и потянул принцессу на выход, бросив на барную стойку n-ную сумму, превышающую их счёт в несколько раз. Это не ускользнуло от Сокджиновых глаз, взгляд которых немного прояснился и охолодел. Выйдя из бара, Нам пикнул ключом от машины, а Джин послушно проследовал на переднее пассажирское. Сев в машину, Джун накинулся с новым горячим страстным поцелуем, сразу углубляя его. Одной рукой он забирался под нежно-розовый свитшот, а второй наощупь искал кнопку откида спинки сиденья. — Нет, — заговорил принцесса, отталкивая мафиози и одергивая задранный наполовину свитшот. — Что? — Не здесь. Поехали куда-нибудь, — Джин пригладил растрепанные волосы, сел поудобнее, пристегнулся и включил печку.       Возбудим и не дадим? Намджун впервые почувствовал это на себе. Вы когда-нибудь ахуевали настолько, что аж протрезвели? Намджун только что. Пять секунд на ориентацию в пространстве. Игнорируем ноющее возбуждение. Собранный ответ: — К тебе ближе. — Ладно.       От этого бара до дома Джина пешком — минут пятнадцать, на машине — три, Намджун уложился примерно секунд в тридцать. Сокджин абсолютно не удивлён, что у него не спросили ни адрес, ни дорогу, ну или просто делает вид. Он первый вышел из машины и направился к подъезду, а через минуту уже открывал квартиру. Как только закрылась входная дверь Намджун прижал его к стенке, грубо впиваясь в губы. Концентрация возбуждения достигла пика и поцелуй получился особенный. Грубый, рванный, глубокий, Джин откровенно стонал в ответ, пуская своим голосом вибрации, проходясь ими по каждой нервной клеточке Нама. Джун оторвался от таких любимых и желанных губ, прошёлся мелкими поцелуями по скуле, прикусил мочку уха, вызывая новый стон, спустился на шею и оставил первый засос крупный, яркий и настолько высоко, что ни одна розовая водолазка не скроет. — Комм…ах.та! Первая дверь по правой стороне…ммм… — сквозь стоны щебечет Сокджин.       Легонько поцеловав напоследок своё произведение искусства, он потянул принцессу к нужной комнате. Остановившись у двери, Джун прислонил Джина к стене, накрывая его губы поцелуем, а рукой открыл дверь. Она не закрыта на замок или ещё что-то, надо просто нажать на ручку и потянуть на себя, но как бы не так. Ручка просто отламывается, за то дверь открыта. С Джуном такое происходит постоянно, поэтому ему даже не нужно смотреть, чтобы понять, что произошло, а вот Джин повернулся и долго не мог понять, переводя взгляд то на руку сжимающую ручку, то на дверь без ручки. Тихое «блять» от Нама, и Сокджин залился смехом таким искренним и прекрасным, немного скрипучим. И Джун залип, завис и влюбился окончательно.       Отсмеявшись, Сокджин взял лицо Намджуна в свои ладони и оставил короткий нежный поцелуй на чужих губах, отстранился, закусил свою и потянул Намджуна за руку в комнату. Ручка от двери брошена куда-то на пол, а возбуждение вернулось с новой силой. Сокджин снова прижат к стене, его руки сжимают сильные плечи, хозяин которых старательно вырисовывает узоры на его шее засосами. Оба лихорадочно стаскивают ботинки, тут же бросая их. Намджун стаскивает с принцессы свитшот, открывая себе новое пространство для рисования. Опускаясь с шеи на плечи, ключицы, ведёт дорожку поцелуев всё ниже. Расстегнул белые джинсы освобождая от ткани чужое возбуждение, а потом и своё. Намджун накрыл их ладонью и начал медленно двигать ею вверх-вниз, увеличивая скорость и амплитуду. Это было завораживающее зрелище, безумно приятное физически и от которого сложно оторвать взгляд, но чужая рука медленно опустилась с плеча и легла поверх руки Джуна. Нам поднял голову и увидел, что Сокджин тоже на всё это пялился. Они вместе стали двигать руками и одновременно потянулись друг к другу за поцелуем. И вместе словили крышесносный оргазм приятный до звёздочек.       Игнорируя дрожь в теле, Джун подхватил красавчик под бедра и понёс к кровати, опрокидывая и нависая сверху. Он стянул с него джинсы и отшвырнул куда-то к свитшоту, принимаясь вновь расцеловывать грудь, лаская соски и наблюдая, как чужой орган вновь наполняется кровью. — Я тоже хочу, — Сокджин поменял их местами, нежно расцеловывая шею Джуна и уделяя особое внимание мочке уха, на которую отвечают особенно ярко, стягивая рубашку и брюки.       Они оба голые. Опять поменялись местами. Джун отстраняется от поцелуя и сообщает с очень серьёзным лицом, смотря прямо в глаза: — Сокджин, я никогда не спал с парнем, — до этого уверенный, серьёзный, целеустремлённый мужик, теперь растерянно ищет поддержку в глазах, — но я смотрел гейское порно. — Ммм… — Джин не может не умиляться с этой серьёзной моськи, — Я думаю у тебя получится. Там в тумбочке на нижней полке. Могу сам. — Не надо, — Джун кинулся к тумбочке, а когда вернулся со смазкой и презервативами, Джин стоял на коленях, оттопырив аппетитный зад, лицом в подушку. Нам нервно сглотнул и сел позади, трясущимися руками открыл тюбик со смазкой, щедро полил ею свои пальцы и застыл. Он знал, что делать, но боялся навредить. — Эй, — Джин понимал, что у партнёра ступор от безысходности, но не знал, что от простой фразы, — я не девственник. — Намджун резко введёт в него сразу два чертовски длинных пальца, не давая привыкнуть, трахая ими и через несколько минут добавляя третий.       У Намджуна сорвало крышу. Нет, он, конечно, предположил по полупустому тюбику, что он не первый, но подтверждать это он не просил. Джин истошно стонал, а Джун мысленно ставил эту мелодию на одну ступеньку с тем прекрасным смехом, но, когда на четвёртом пальце Джин выдал более высокую ноту, Нам решил, что смех всё же на втором месте и что уже хватит. Он вынул пальцы, сразу же заменяя их своим членом, который давно уже изнывает от отсутствия внимания. До боли приятная теснота охватила орган, Джун погружался глубже медленно, растягивая удовольствие. А когда вошёл полностью услышал тихий всхлип: — Остановись… — Джин — би, а не гей. И далеко не всегда пассив. И у него давно никого не было. Около месяца он ни о ком кроме преследователя и не думал, а до его появления у него на взаимном согласии построилось секс-партнерство с той самой официанткой из бара. — Прости, — Намджуна как будто водой окатили, он остановился, нагнулся и стал невесомо целовать спину парня, успокаивая. И это подействовало, Джин задышал ровно и качнул бёдрами в ожидании продолжения. Нам осторожно, на пробу сделал первые толчки, и когда в ответ полилась любимая мелодия, стал наращивать темп. Джин повернул голову, прося поцелуй, и Нам не стал отказывать, потянулся в ответ, жадно и настойчиво целуя, меняя угол и попадая по нужной точке. Сокджин прогнулся в спине, разрывая поцелуй, и снова выдал высокую ноту. После пары таких толчков(нот) Нам заполнился непреодолимым желанием видеть лицо Джина. Он резко вышел и так же резко перевернул парня на спину. — Зачем так грубо, господин преследователь? — Джин с довольной хитринкой в глазах смотрел на по-животному дико возбужденного Намджуна. Нам наклонился и прошептал в губы: — Меня зовут Ким Намджун, — и вошел по яйца, рыча и ловя принцессин стон в поцелуе.       Несколько толчков проходящихся по комочку нервов, и Джин кончает первым, а следом Намджун, потому что принцесса и так узкий, а когда сжимается… Джун рухнул возле партнёра, чмокнул в щеку и накрыл одеялом. Всё ещё существующий в крови алкоголь ударил в голову и они оба провалились в сон. Удовлетворенный и счастливый Джун в предвкушении завтрашнего утра. Удовлетворенный и счастливый, но печальный Джин в надежде, что завтрашнее утро не наступит.

end flashback

      Даже если бы Намджуну не сказали, где кухня, он нашёл бы её по запаху. Он шёл на чудесный аромат домашней еды и пришёл. Маленькая, но уютная и оборудованная всякой не понятной и далёкой от кулинарных способностей Джуна техникой кухонька и домашняя, милая принцесса, что-то колдующая над этой техникой. Малиновая домашняя оверсайз футболка и серые домашние шорты выше колена и яркое пятнышко на шее, выделяющееся среди остальных. Идеально.       Милая мания к розовому оставалась в пределах разумного. Она была только в одежде и некоторых личных вещах, типа зубной щётки, но в интерьере комнаты и квартиры были в основном бежевые и коричневые оттенки. — Я помылся, — Джун светился от счастья. Быть рядом с принцессой намного дороже всего его бизнеса и приятнее чем со всеми теми женщинами. — Садись, — Джин как-то грустно улыбнулся, что не ускользнуло от внимания Джуна, поставил тарелку полную свежих ароматных вафель и две кружки с кофе. Намджун сел, красавчик сел напротив, отвёл взгляд и стал сёрбать кофе. Нам больше не мог думать о завтраке, он смотрел на странного Джина и не мог понять, что не так. — Что-то случилось? — Джин поднял глаза, если не растекаться от улыбки с ямочками, то тонуть в этих чёрных глазах и серьёзном лице. Намджун вышел из ванны в одних штанах, без верха и с полотенцем на шее. Джин просто не хотел расставаться со всей этой красотой. — Ничего. Завтракай и иди. Я проверил, твои вещи чистые. — Джин больше не мог, он уже влюбился - никто из партнёров никогда не тратил на него столько времени и внимания, он не хотел отпускать. Он взял свою кружку и отошёл к окну. Надо было отвлечься и написать Тэхёну. — Это из-за брата? Не волнуйся, он мальчик вроде большой, хотя я только слышал, да и друг понимающий. Он успокоится, вы поговорите. Всё будет нормально. — Джун вроде расслабился, но нет. Принцесса молчал и только всхлипнул. — Ты так сильно расстроился? Или это не из-за брата? Блять, Джин, я терпеть не могу загадки! Скажи, почему ты так странно себя ведёшь? Почему выгоняешь? Вчера же всё было хорошо! — Да, вчера всё было хорошо! Просто прекрасно! — Джин тоже сорвался, — У тебя новый опыт! Очередная галочка! — Так ты такого обо мне мнения? — Джун скептично выгнул бровь и сложил руки на груди. — Ты думаешь, я не понимаю? Не вижу, насколько мы разные? Бизнес встречи, переговоры, дорогие вещи, женщины как с обложки журнала — это всё твоё. Красивый, богатый, умный — мечта каждой, они и вешаются. А я просто мальчик с четырьмя работами, скрываю от единственного родного человека, брата, свою ориентацию, кружусь без отдыха и не могу позволить себе отношения. Ты появился весь такой с глазами умными и чертовой улыбкой с этими ямочками, а я и влюбился! — Джин уже ревел, а Джун расплывался в улыбке, — Ешь и уходи, и больше… — Принцесса, я влюблен в тебя, — Джун со своей самой широкой улыбкой встал со стула и направился к Джину, — Нет, не так. Я люблю тебя. — Что? — Джин зареванный и шокированный повернулся и уставился на Джуна. А тот не теряя ни секунды исполнил свою мечту, обвил эту талию руками, прижимая к себе и смотря прямо в глаза. — Джин, я взрослый человек. У меня машина, квартира, бизнес. Если бы я хотел попробовать с мальчиком, я выебал бы первого встречного в ближайшем отеле, а не срывал важные переговоры, не выслеживал его больше месяца, выспрашивая у его коллег информацию, не подкупал бы их, чтобы неожиданно позвать на свидание. Так что, Ким Сокджин, 21 год, парень с четырьмя работами. Я люблю тебя. Люблю смотреть, как ты работаешь, люблю твою улыбку и искренность, сгораю, когда ты закусываешь губу, мечтаю, засыпая, обнимать тебя, а просыпаясь целовать, хочу каждый день проводить вместе. Кстати, я Ким Намджун. Мне 27. Я старше. У меня свой бизнес. Компания досталась мне после смерти отца в долгах, я и мой помощник Джексон подняли её с колен, так что учти, что я очень упрямый. А вчерашняя ночь — лучшая в моей жизни. И даже если ты против быть со мной, я посажу тебя в подвал и никуда не отпущу от себя. Вот. — После таких заявлений я должен пойти в полицию с просьбой о помощи, но тебе хватит денег, откупиться. — Джин отставил кофе на подоконник и потянулся за поцелуем, конечно же получая его, — Вафли остынут, и раз уж ты не собираешься сбегать, то дверь придётся починить, — Джун чувствует себя неловко, а Джин снова умиляется от этой виноватой моськи. — Накосячил, исправлю.