Кармон. Начало.

      Казалось, туман окутал Призрак навечно. Гарбе уже очень давно потерял вкус к жизни. Он потерял его вместе с сыном и не знал, сможет ли продолжать работать в отеле. Он как раз протирал звонок и вспоминал, как маленький Никель с ним мило играл. По щеке невольно пробежала слеза от воспоминания об этом сорванце.       -Алло?-Он отвлёкся на телефонный звонок. Он присел в кресло. Его всё чаще начало тревожить сердце. Трикки это видел и помогал ему всячески. Монстр чувствовал себя плохо и тоскливо. Все скучали и скорбели. Вернёмся к звонку. Междугороднему. Звонили из Поски. И этот голос Гарбе Швейн уже не рассчитывал услышать.       -Отец...Отец, это я. -Никель говорил тихо. Оба Швейна были в шоке и приятной радости.-Я в Поски. И я очень скучаю. Я расскажу всё. Сначала меня похитили из тюрьмы, теперь я в королевском дворце. Со мной уже всё хорошо. Меня никто не обижает. - Никель едва не плакал. Как давно он не слышал голос отца.       -Никель, слава Руфь, это правда ты. Скажи мне, как ты. Я приеду к тебе первым же поездом и заберу тебя. Мне многое нужно тебе рассказать. Маленький мой, как я мог поверить, что никогда не увижу тебя живым? Я приеду, Никель. - Гарбе сейчас забыл об обидах и репутации семейного дела.       -Погоди. Ты не всё знаешь. Меня выкрали из тюрьмы...Отец, я вырывался...Клянусь...Но меня принуждали...Если после этого я буду тебе не нужен, я пойму....-Никель заплакал. Сын-преступник мало кому может быть нужен. Тем более, покрытый таким позором. Но вот отец развеял всего его опасения одной лишь фразой.       -Послушай меня. Не важно, что с тобой было в прошлом. Я знаю, что у тебя будет замечательное будущее. Поэтому я не хочу ничего слышать. Я заберу тебя. Всё будет, как прежде. О том времени ты забудешь. - Сказал успокаивающе Гарбе. Скоро разговор закончился. Трикки и Гарбе выехали в Поски.       Через два дня они пришли в королевский дворец. Их пропустили. Феттель распорядился. Он же и проводил их к Никелю в комнату. Самому Баскервилю было и радостно и грустно на душе. За Никеля он, безусловно, рад. Но вот его так уже никто не заберёт. -Проходите. -Он открыл перед ними дверь. Они вошли внутрь, поражённые роскошью дворца.       -Отец?-Никель тут же кинулся его обнимать. Он крепко к нему прижался. Не прекращал от счастья лить слёзы. Но услышав голос Трикки, он изумлённо открыл рот и взял монстра на руки, убедился, что он живой и ему это не кажется. -Не верю, Трикки!-На сей раз это были слёзы счастья. Он нежно обнимал своего напарника.       -Прости меня, я соврал о Трикки после аварии. -Никель был в шоке. То есть, если бы не ложь отца, он не впитал бы тёмную магию и не попал бы в водоворот событий. То есть, Трикки всё это время был жив. То есть можно было совершенно спокойно жить. И не было бы апатии и отчаяния. Но тем не менее, Никель был счастлив.               -Но зачем? -Это был совершенно логичный вопрос. Никель не отпускал ни на секунду от себя монстра. Он боялся очнуться на дне и понять, что его спасение не было в реальности. Он был готов выслушать и даже простить отца. Ведь он возвращает его к жизни в эту самую минуту. Его ручки немного дрожали.              -Я хотел, чтобы ты унаследовал отель, который вот уже много лет был нашим семейным бизнесом. Но тебя интересовал лишь один монкарт. Затем ты начал интересоваться чародейством. И сказал, что хочешь поступить в королевскую школу. Я начал волноваться. Я думал, что будет с отелем, когда ты станешь чародеем. А затем случилась авария и ты сильно пострадал. Я думал, что это пойдёт на пользу. Я хотел, чтобы ты сделал паузу и прекратил всё время гонять в монкарт с Трикки. Больше думал о своём будущем. Со временем я хотел рассказать тебе всю правду, вернуть Трикки, но не успел. -Признался Гарбе и спросил как-то нерешительно.-Ты простишь меня?       -Не знаю. Всё так сложно. Я просто рад, что Трикки цел и невредим. Об остальном надо подумать. -Вот такой взвешенный ответ озвучил Никель. Такая реакция довольно одобрительно была встречена Баскервилем, судя по взгляду зелёных глаз. Гарбе осознавал свою вину и он просто был счастлив, что сын жив.