"Когда отпустишь, вспомни, что я тебя спасал."(с) Д.К.

Я кручусь перед зеркалом, пытаясь привести себя в опрятный вид. Последний раз оцениваю себя, смотрю в глазок и выхожу из квартиры. Спокойно добираюсь до лифта, столкнувшись лишь с милой бабушкой около мусоропровода. Снаружи было много снега, и я смирилась с тем, что пришло время переобуть машину. На самом деле я вышла на улицу именно за этим, но весь этот процесс меня выматывал, и я оттягивала его до последнего. Добираюсь сначала до магазина, чтобы приобрести продукты и товары для кролика. Дома расставляю все по своим местам и устало двигаюсь к балкону. Мне так не хочется заниматься этим, но мысли о безопасности переубеждают меня. Заморозки начались относительно недавно, но дорога давно стала скользкой, и моя и так убитая летняя резина совсем не вывозила такие изменения. С большим трудом вытаскиваю первое колесо и радуюсь тому, что заранее подумала о том, чтобы забортовать его. От того мне так сложно. Диски, которые я поставила, очень тяжелые, но безумно классные. Докатываю его до коридора и проделываю все то же самое с остальными. Мне понадобилось добрых двадцать минут, чтобы отнести два колеса на улицу. Пару раз проскальзывали мысли о том, а безопасно ли оставлять их там, пока я хожу за другими. Но выбора не было, и я старалась все делать быстрее. Запыхавшаяся, бегу в подъезд и замираю возле лифта. Мне было достаточно увидеть спину, чтобы понять, кто стоит напротив. Думаю о том, что могу пройтись по лестнице, но усталость давит на меня. И когда двери лифта открылись, я неуверенно проследовала за человеком передо мной. Арсений тянется к кнопкам, и мы встречаемся взглядами. Кажется, что на секунду его лицо приняло удивленное выражение, но вскоре сменилось на равнодушное. Я нервничаю, и скорее всего, он так же это замечает. Мои руки находят край толстовки. Его толстовки. Почему именно сегодня мне надо было выбрать ее? Чувствую, как кровь поднимается к щекам. Кажется, что она ушла из моих рук, ибо они безумно мерзнут. Лифт оказывается на нашем этаже, и я выскакиваю из него первая. Направляюсь к двери квартиры. Открываю ее, чтобы вытащить третье колесо, но нервное состояние и влажные от пота руки не дают мне возможности нормально поднять его. Вижу, как Попов проходит мимо и оценивает то, что я пытаюсь сделать. Вскоре, мне удается перекинуть резину через порог, и я качу ее к лифту. Вернувшись за последней, падаю на пол в коридоре своей квартиры, чтобы перевести дыхание. Когда силы возвращаются ко мне, поднимаюсь с места и тянусь к последнему колесу. Неожиданно открывается дверь соседа, и оттуда выходит Арсений. Он смотрит на меня и подходит ближе. -Привет, — его голос кажется достаточно холодным, но меня удивляет, что он в принципе заговорил, — тебе нужна помощь? -Привет, — отвечаю ему, — нет, я уже заканчиваю. Спасибо. Он закрывает свою квартиру, забирает колесо из моих рук и уходит. -Что ты делаешь? — тороплюсь за ним, — я же сказала, что справлюсь. К тому же оно грязное. Не получаю ответа и кое-как успеваю зайти за Поповым в лифт. -Просто поставь, нет нужды держать его пока мы едем, — пытаюсь забрать резину, и у меня почти получается, но она падает на пол, сопровождая это действие громким звуком. Свет тухнет, и лифт останавливается. -Блять, — Арсений тяжело вздыхает и я вижу, как его лицо начинает освещать маленький источник света, — видишь, что ты наделала? -Я не просила тебя о помощи, — бросаю эти слова и закатываю глаза, — ищи кнопку связи с диспетчером, у меня на улице стоит еще три колеса. И скорее всего, найдется тот человек, который захочет забрать их себе. -Так и знал, что не надо было начинать это, — Арсений светит своим телефоном на кнопки лифта и нажимает на нужную, в ожидании ответа. Когда он его получает, объясняет наше положение и нам говорят о том, что время ожидания около двадцати минут. -Двадцать минут, — он повторяет сказанные слова и поворачивается ко мне, -надеюсь, у тебя нет клаустрофобии? -Нет, но я боюсь застревать в лифтах, — правда, это осталось детским страхом, после того, как я несколько часов провела одна в такой ситуации. -Тогда тебе повезло, ведь застряла ты со мной.