Кофе и корица

Се Лянь и Хуа Чэн встречались уже четыре месяца. Физически они продвигались очень медленно (в основном целовались и коротко прикасались друг к другу через одежду), но они ежедневно переписывались и виделись по крайней мере два раза в неделю. Они были в квартирах друг друга, познакомились с домашними животными друг друга (у Хуа Чэна есть одноглазый кот по имени Э-мин, а у Се Ляна — кукурузная змея-альбинос по имени Жоё), и теперь Хуа Чэн встретился с друзьями детства Се Ляня, оба они тоже альфы. Фэн Синь и Му Цин уставились на Хуа Чэна через стол. Они встретились в маленькой квартирке Се Лянь, чтобы перекусить едой с доставки и, наконец, познакомиться с таинственным бойфрендом, о котором всегда говорит Се Лянь. Хуа Чэна, казалось, они совсем не беспокоили, вместо этого он игнорировал их и с любовью смотрел на Се Ляня. Се Лянь нервно рассмеялся, пытаясь разрядить напряжение в комнате. Он был немного ошеломлен угнетающими феромонами, исходящими от его друзей. Он прочистил горло, затем осторожно спросил: —Как вы, ребята, поживаете в последнее время? Фэн Синь взглянул на него и понял, насколько грубо он поступил, так глядя на Хуа Чэна. Он застенчиво ответил: —У нас все было в порядке, спасибо. Как у тебя дела? Се Лянь загорелся, и его глаза заискрились: —Тоже великолепно! Мы с Сань Ланем планируем скоро отправиться в круиз. Я так взволнован, я никогда раньше не был на одном из них. Му Цин все еще свирепо смотрел на Хуа Чэна, но ответил: —Круиз? Один?! Ты идешь без сопровождения друзей? Се Лянь нервно рассмеялся и сказал: —Ну, да. В конце концов, мне 32 года. Мне не нужно было сопровождение с тех пор, как мне исполнилось 17 лет. Фэн Синь и Му Цин посмотрели друг на друга, прежде чем снова посмотреть на Се Ляня. —Ну, в конце концов, ты не замужем - осторожно сказал Фэн Синь. —Мы заботимся только о том, что лучше для тебя. Хуа Чэн усмехнулся и закатил глаза. —Гэгэ - взрослый человек, независимо от его второго пола. Он может делать все, что захочет. Комментарий - это одно, но закатывание его глаз заставило двух других альф вступить в жаркий спор. Се Лянь безуспешно пытался играть роль миротворца. Самое большее, что он мог сделать, это выставить двух друзей за дверь, пообещав позвонить им завтра и поддерживать связь во время своей поездки. —Ты же знаешь Сань Лан, они просто пытаются присмотреть за мной. Мне жаль, что они так закончили. Они не очень-то легко доверяют людям. Обратился к Хуа Чэну Се Лянь. Хуа Чэн пожал плечами. —Они меня не беспокоят, гэгэ. Но правы ли они? Вызывает ли у тебя дискомфорт мысль о том, чтобы отправиться со мной в путешествие? Я обещаю, что не буду ничего предпринимать. —Нет, нет. Вовсе нет! Я доверяю тебе - ответил Се Лянь с нерешительной улыбкой. После того, как Хуа Чэн ушел на ночь, Се Лянь думал о том вечере и о том, как это испортило его план круиза. Он застонал. К сожалению, Се Лянь надеялся использовать поездку для того, чтобы Хуа Чэн смог что-то попробовать. Что-нибудь. Теперь он уверен, что Хуа Чэн даже пальцем не пошевелил бы, опасаясь, что его сочтут использующим Се Ляня или поведение неподобающим. Он хотел, чтобы Хуа Чэн вел себя неподобающе. Они собирались жить в одной каюте, и Се Лянь беспокоился, что вообще ничего не случится. Он обратился за советом к единственному человеку, которому доверял в подобных делах, – Ши Цинсюаню. Он покраснел так сильно, что кровь перетекла от кончиков ушей вниз по груди, пока он пытался объяснить ситуацию своему другу. —О боже, невероятно! Мой малыш растет! Ши Цинсюань чуть не взвизгнул. Се Лянь слегка застонал и ответил: —Мне 32 года! Ему 28 лет! Я думаю, мы оба достаточно взрослые, чтобы нас больше не считали младенцами! Ши Цинсюань ответил: —Ты всегда будешь моим ребенком. Я так рад за тебя! Итак, как ты собираешься соблазнить своего высокого, темноволосого и красивого парня во время поездки? Каков план? —Ну, я подумал, что мы могли бы просто поговорить об этом и пойти дальше? - неуверенно сказал Се Лянь. —Нет! Ты не можешь так сделать! У вас должен быть план игры. Чулки, кружево, о, может быть, что-то кожаное? Похоже, он из тех альф, у которых есть склонность к коже. Ши Цинсюань, казалось, немного увлекся. Се Лянь слегка съежился, прекрасно зная, что его друг уже планировал на два шага вперед. —Пожалуйста, без кожи. Я не думаю, что смогу с этим справиться. Ши Цинсюань уступил: —Хорошо. Никакой кожи – пока. Нам просто придется начать с чего-нибудь более невинного. Как кружева и чулки. Когда ты свободен? У меня есть идеальное место, чтобы найти именно то, что нужно. После долгих издевательств со стороны Ши Цинсюаня в следующую среду после работы они встретились в магазине роскошного нижнего белья специально для омег. Се Лянь залился ярко-розовым румянцем, только войдя внутрь. Все было покрыто пенистым кружевом и было очень, очень прозрачным. Некоторые вещи представляли собой всего лишь маленькие ремешки, проходящие поперек тела. Он попытался представить себя в чем-то подобном и взвизгнул от этой мысли. Ши Цинсюань схватил его за руку и потащил в менее откровенный раздел. —Идеально. Это будет здорово! Просто ты видишь. Он начал показывать Се Ляню разные варианты, чтобы посмотреть, что ему может понравиться. В итоге они нашли белую кружевную сорочку, достаточно длинную и непрозрачную, чтобы под ней едва можно было разглядеть подходящие трусики. Ши Цинсюань настоял на подходящей паре белых чулок до бедер с кружевами на манжетах. —Ты будешь выглядеть так хорошо, что я не понимаю, как кто-то сможет устоять перед тобой! Воскликнул Ши Цинсюань. Се Лянь почувствовал себя немного увереннее в чем-то не столь откровенном, но все равно был очень смущен. Ши Цинсюань сжалился над ним и не пытался подобрать ему что-то другое. Расставаясь, он напомнил Се Ляню, чтобы он сообщил тому последние новости, как только план ‘уложить Ваше Высочество’ будет выполнен. После этого Се Лянь быстро сбежал