Моя реальность.

Ни одного удара сердца... От шока Аст сидела раскрыв глаза и рот, она не верила, не хотела верить в случившееся, по прежнему рукой поглаживая золотистые волосы. Из неоткуда материализовавшиеся во время выпуска силы уши прижались к волосам, хвост нервно бил по земле. От одного из ударов, луна резко оказалась в своём подсознании. Время для неё замедлилось основательно, почти остановилось. Она резко обернулась, встречаясь с мордой лунного, что улыбался, но улыбка больше была похожа на оскал. По кошачьему зверь встал, выгибаясь и ходя вокруг девушки. —Ты думала что тебя спасёт твой глупый экзорцизм. —Резко очутился мордой слишком близко, что Астрид отошла на несколько шагов назад. —Мне так понравилось как ты пыталась изгонять меня!! —Его крик озарил пространство. —Ты знаешь за чем я здесь! Верни Олафа к жизни! Можешь хоть мою забрать, но мужа и детей оставь живыми. —Зачем же мне это делать?! Мой дорогой предатель. —Сел, обвив лапы хвостом Лунный. —Я обещала что отдам за его жизнь что угодно! —Уже начинала истерить девушка, угрожающе смотря на зверя —Оооо, одна душа другой не стоит! —Ухмыльнулся, облизав клыки дух. —Тогда... Как?.. —Дыхание участилось, в груди быстро колотило. —Это твоя вина. Я не стану его воскрешать, хоть и могу. Я даже видеть тебе его не позволю. ТВОЯ ВИНА! Нужно было не искать способы меня изгнать, а изучать заклинания. Ты можешь воскрешать. Ты можешь спасать. Ты - проводник моей силы материи. И лишь твоя вина что ты настолько безответственна! Ты виновна в смерти мужа. Заруби это себе на носу. —Девушка начала пропадать, но перед мгновением до того, как она очнулась в реальном мире, он сказал. —Больше не запрёшь меня. Очнувшись, она поняла, прошло не больше 2 секунд, пока она говорила с Лунным. Руки тряслись. Из глаз готовы были потечь слёзы, дыхание нервно колотило в груди. Но она обернулась. Посмотрела на детей, на дружинников, что остались в живых. Им нужен сильный предводитель, тот, кто поведёт их дальше после смерти Олафа. Сглотнув ком, Астрид подавила свои эмоции, последний раз прикоснувшись к остывшим губам, прикасаясь лбом ко лбу, безмолвно прощаясь. А следом встала, расправив плечи и поворачиваясь к людям. —Олаф умер. Я поведу вас до конца. Но сперва.. —Небольшая заминка всё же выдала в ней человека, она облизнула высохшие губы. —Мы должны с честью его проводить. Все закивали, тоже сглатывая и слёзы и всё остальное, просто не позволяя себе разныться. Ульвар подавленно склонил голову, он старший сын, привязался к отцу больше всех, знал его хорошо и любил... Вигдис же не позволяла себе громко рыдать, но слёзы текли из её глаз и казалось всем было слышно, как она пытается подавить все всхлипы, переводя голубые, отцовские глаза с матери на старшего брата, на младшего и на лежащее на песке тело папы. Харальду было всего три, он толком и не понимал что произошло, сними глазами хлопая, как маленькая кукла. Усилием воли Астрид сделала шаг от мужа, позволяя мужчинам из дружины перенести на одно уцелевшее судно тело. Было сложно понять что происходит. Но по одной из традиций, близкие должны были выстрелить в ладью покойника огненными стрелами. Когда Аст дали лук, она поднесла наконечник к огню, дрожащими пальцами долго целилась. Тетива дрожала. Но выдохнув, всё таки выстрелила. Так поступили и остальные после неё. От злости и переживаний она сломала лук, удивленно смотря на обломки, но используя магию, быстро починила. Когда развеялся последний дым, повернулась к воинам. —Веди нас, Астрид. —Сказал один, самый смелый видимо. —На Киев. Как и планировали. —Холодным тоном она подошла к дороге. Собрав все свои эмоции в груди, одним огромным комком, усилиями направила в ногу концентрированную энергию, с силой топая. Из под земли белыми силуэтами, постепенно принимающими вид живых, вылезли лошади. Разных мастей, но примерно одинаковые, и каждый без седла, но с уздечкой, ровно по количеству дружинников, плюс один Жасмин, что сразу подошёл к хозяйке и один серый конь, обладающий чуть большим самосознанием. Астрид огладила фамильяра по морде. —Здравствуй, старый друг. Конь заржал, вставая на дыбы и мигом опускаясь, также приветствуя. Астрид кивнула, отдавая приказ садиться на лошадей, а также закидывать на них всё, что уцелело. Взяла на руки Харальда, сказав Ульвару и Вигдис садиться на серого коня, а сама села на Жасмина. Так и продолжили путь. Она была опустошена, но на вопросы людей отвечала. Что она изначально обладала силами, от рождения, просто предпочла обычную жизнь способностям, но сейчас она нужна. Верхом до Киева ехать неделю, а так бы добирались месяц. Это конечно трата огромных сил, но всё таки лучше, чем идти пешком и страдать от эмоций. Через три дня, на привале ночью, ей не спалось. Не могла спать уже двое суток, в первый раз от стресса она быстро вырубилась, но сейчас не могла, хотя тревоги и не убавилось. Вставая, отошла от временного лагеря, уходя на отшиб леса. Только последняя ветка скрылась за спиной, бессильно упала на колени, ударяя кулаками землю и пронзительно закричав. В этом крике вырывалась вся боль, вся сущность, все сожаления и вся вина. Из глаз непосильно текли слёзы. Было невозможно. До безумия страшно, до безумия горько, обидно... Почему же мир такой жестокий... И чем она заслужила это? Осматривая свою ладони, на которые падали солёные капли, закинула голову назад. Говоря шёпотом, будто бы она в прошлом разговаривает с собой настоящей. Астрид слушает, Аксиния говорит её устами, тихим шёпотом. —Больно, да? От собственной слабости.. Когда людям больно, они всегда смотрят на верх, чтобы случайно не дать волю слезам... Насколько же омерзительно оказывается звучали эти слова при обращении к тебе. А ведь когда она их произносила в прошлом, казалось так весело. В любом случае перед глазами, в небе сверкнула звезда. Тогда то Аст и поднялась, оттряхивая платье луны, выдыхая, вытерев мокрые щёки рукавом и уходя обратно. Как вернулась, тут же легла спать, удостоверившись что никто ничего не слышал. Она ошибалась. Старший сын, что казался спящим, таковым не был. Он не спал, когда мать ушла. Он не спал, когда вернулась. Он слышал крик боли. И понимал. Ульвар чувствовал, как потерял часть себя в том огне, что стал для отца могилой. Вновь и вновь вспоминая. В голове мелькнули фрагменты, как ещё совсем маленькому, папа подарил ему детский нож, вырезанный из дерева, пока мама смеялась, а у маленького горели глаза от счастья. Как постоянно отец трепал его по волосам, приходя домой. Как учился управлять мечом и топором под суровым взглядом. Как вместе с отцом нарвали цветов маме, когда родилась сестричка. Слишком тёплые воспоминания, слишком родные, как же ему будет не хватать этого.... Но остается лишь жить дальше, слёз не было. Сосущая пустота в одной из частей души. Вот что было. Медленно закрыл глаза. А через время, что пролетело так незаметно, они уже подходили к большому городу. За полкилометра до, все слезли с лошадей. Существовать остался лишь Жасмин, которого Астрид велела взять под уздцы сыну, сказав дружине ждать, она с детьми пойдет первая, разузнать что да как, а после подаст указания что делать. Мигом взмахнула рукой, что на детях и на самой оказались чёрные плащи с капюшонами. Капюшонами она велела плотно накрыть голову, чтобы лица не было видно, утверждая что это для безопасности и попросив Вигдис подержать Харальда, самой Аст могли понадобиться руки. как она утверждала, дочь и не спорила. Дети пошли за матерью, к их удивлению, она ступала твёрдо, точно зная куда надо повернуть и куда выйти. Им стало интересно, ведь раньше Астрид не рассказывала ничего о своей прошлой жизни. Теперь появились вопросы. Но близко слышали шум, судя по крикам, в это время был пир, и как некстати именно туда завернула луна. Они ступили следом.