Любить Гермиону Грейнджер или как попасть в гостиную Гриффиндора

Иногда кажется, что в нашей жизни все контролируется, либо нами, либо кем-то ещё. Но если вдруг скажем, Драко Малфой и Гермиона Грейнджер начнут отношения, только представьте, чистокровный аристократ и грязнокровая гриффиндорская заучка, что тогда будет? Нет никакого контроля и все. Жизнь вообще ничего не контролирует. Ни-че-го. Драко часто думал, что с ним будет, если отец и мать узнают об их маленьком секретере. Первым делом его оправят в Малфой Менор, а дальше... - Ты мне больше не сын! Громко и злобно кажет Люциус, если Драко, не откажется от Грейнджер. А он откажется? Нет. Но, бросит ли его Гермиона? Нет, она не те когтевранки, которым важен его счет в Гринготтс, но что он ей сможет дать? Наверное ничего... Драко часто об этом думал, но потом… Чувствовал родной запах сирени, как Гермиона ложишься рядом с ним, как она обнимает его ночью своими руками, вспоминал ее улыбку, как она лечила его, как обещала всегда быть рядом, и он таял. Так хотелось поделится всем с ней, узнать бросит она его или нет. Хотя с одной стороны, золотая девчонка, добрая и милая, никогда не бросавшая в беде, но с другой.. - Пошел ты, Малфой. Как мы вообще будем жить, если у тебя нет денег?! Я? Что ты глазами хлопаешь, проваливай! Нет. Она не поступит так с ним, никогда, не в этой жизни.

***

Что такое любовь? Как это любить? Девушка с глазами цвета шоколада сидела рядом с Драко, одной рукой он аккуратно обнимал ее за талию, а втрой накручивал ее прядь на палец. Они сидели в гостиной Гриффиндора, его пустили сюда, потому что она попросила, а еще с криками и скандалами. Уизли и Поттер жутко раздражают, он даже не понимаю, что они здесь забыли, когда есть всегда свободные подземелья Слизерина, но он терпит их, потому что она попросила. Но как так получилось? Года два назад Малфой, наверное, запустил бы непростительное в того кто скажет, что он будет, находится рядом с Поттером дольше двух минут и не скажет ни одной колкости. Почему? Потому что Гермиона попросила его. - Драко, пожалуйста давай без ссор. – таким невинным голосом говорила она. Малфой громко выдохнул. Терпеть Поттера и Уизли, при этом нужно молчать. Салазар, за что? - Я постараюсь, Грейнджер. И вот они сидят вмести, Драко ловит на себе взгляд рыжего, тот смотрел слишком пристально, Малчой нахмурил брови, открыл рот и хотел что-то сказать, но не смог, боковым зрением заметил, как смотрит на него Гермиона. - Драко… - тихо, так что слышит только он и не стал ничего говорить, хоть хотел.

***

Драко и Гермиона одни сидят в гостиной старост. Хочется зарыться носом в её непослушные волосы, вдыхать этот аромат сирени, целовать её немного курносый нос, но она снова задает свои вопросы. - Почему ты так не любишь Рона? – снова этот невинный голос. Как-будто, ты Грейнджер, ничего такого не спрашиваешь.

***

полгода назад

Гермиона сидит на кафельном полу, плачет, уткнувшись лицом в шею Драко Гермиона шла по холодному коридору. Патрулировала. Они с Драко разделились. Он – подземелья, она – башню Гриффиндора. И как удачно Грейнджер свернула и застала Уизли и Браун целующихся. Прекрасная картина. - Гермона…? – отрываясь от Лаванды, тихо, будто их мог кто-то услышать сказал Уизли. Она мочала. А что сказать? Внутри только боль и всё. Что теперь делать? куда идти? Если можно провалиться сквозь этот бетонный пол, то организуйте. - Рональд, идите в гостиную уже поздно. - все, что смогла сказать девушка. Уизли хотел что-то сказать, но Грейнжер развернулась и стала уходить, даже убегать, но Рон поймал ее за запястье. Гриффиндорка обернулась. По лицу её бежали слезы, стекали на подбородок и шею, теряясь в воротнике ее рубашки. Уизли хотел обнять подругу, но как только приблизился, она его оттолкнула. - Рональд, я же сказала, иди в гостиную! Или мне придется лишить вас баллов. – Гермиона отдернула руку и быстрым шагом стала покидать башню. Вот Малфой сидит, гладит ее по волосам, таким мягким, раньше Драко почти не позволяли их трогать, но в этот вечер ее сломал Уизли. - Драко… - шепчет она в его шею. Так тихо. Его имя, «гриффиндорская всезнайка» почти никогда не произносила. Так необычно слышать его из её губ, хотелось, чтобы она говорила это ещё и ещё. - Все хорошо, Грейнджер. – так же тихо, что бы услышала только она. – Все хорошо. Все её лицо было мокрым от рыданий, новая слеза скатилась по щеке, Драко вытер её большим пальцем. Она все ещё смотрела в его глаза, такие красивые. Раньше в них читался только холод и все. Ни одной эмоции, сейчас Гермиона видела в них всё. Мир. Море. Свежий воздух. Драко. Настоящий Драко. И он все таки решился поцеловать её с макушку...

***

- Потому что - Драко не смог сказать, она увидел эти глаза, она сидела и ждала ответа, хотелось сказать все и сразу, что он - безмозглый, наглый урод. Да при первой же возможности он бы достал из него все органы, но она мне не позволишь. Гермиона простила, но я – нет. Этот рыжий даже не догадывается, когда он свернул не туда, что она выбрала меня. Сказать все это ей это в лицо? - Он мне просто не нравится. Впервые Драко Малфой не нашёл других слов, ты Грейнджер, делаешь это со ним. Но она все прекрасно поняла, почему он злится и спорит, она знала. - Я люблю тебя, Драко Малфой. - тихо прошептала на ухо гриффиндорка.

***

Белое - черное. Вина – невиновность. Может Малфой-младший просто хотел любви. Так бывает, сильный ломается, но кому-то везёт - его поддержат, а кому-то нет, и тот тонет, опускается на дно. У Драко мог быть второй вариант, но она Гермиона Джин Грейнджер помогла ему. Встать с колен, подняться и снова расправить крылья, но надолго ли? Самый ужасный страх Драко Люциуса Малфоя – это отец, узнавший о его «общении» в гриффиндорской заучкой, вот что такое ужас, это похуже дементоров, Волан-де-Морта и даже старухи Макгонаголл. - Драко, -он вздрогнул, Гермиона подошла так тихо, что парень даже не заметил,- ты странный сегодня, все нормально? Нет, не нормально. Но могу ли я позволить тебе об этом сказать? Она любит тебя. Любит… Но он не смог, просто оперся локтями о колени и зарылся ладонями в волосы. Что же будет с нами, когда ты узнаешь про все страхи и переживания. - Мы в полной заднице. – это вырвалось само, он не хотел. В следующую секунду Драко поднял взгляд, на лице гриффиндорки застыли ужас, страх, недоумение, все, что сейчас было уместно. Но она села рядом и положила руку на плечо. - Что случилось? А Гермиона просто смотрела на него, ждала ответ, молча, не спрашивая ни о чем. - Грейнджер, - Драко положил голову ей на плечо, - я люблю тебя.

***

- Стоп, ты хочешь сказать? - Я уже сказал, Пэнс. - Нет, нет. Не может быть! – Паркинсон активно жестикулировала руками. – Просто так? - Да успокойся, Паркинсон! – воскликнул Гарри. - Заткнись, Поттер! – огрызнулась она в ответ. Пэнси, Тео, Блейз, Гарри, Рон, Джинни и Гермиона сидели в гостиной Слизарена. Для Гренджер вход всегда открыт, но Поттер и Уизли иногда появлялись тут, исключительно по приглашению, Блейз позвал Джинни, ни для кого не секрет их отношения. - Просто лег на плячо и сказал что любит? – не унимался Нотт. - Да, я уже повторила раз пять. – Гермиона злилась, не на шутку злилась.\ Да, всех это удивило. Малфой никогда и никому не говорил что любит, последний раз это было в семь лет и то матери. - А я говорила! – эту фразу повторяли, то Джинни, то Блейз уже раз восьмой за вечер. - Уизли, уймись. – у Нотта не было девушки, его бесили все эти парочки, но тут он поймал на себе взгляд Забини и замолчал. – Молчу, молчу.