Слава подземелья
Новый стих, да старый быт.
О других веках гласит.
Лишь война, спустив до дна,
Начала ту эру сна,
Там, на дне, в кромешной тьме,
Да в могильной тишине,
Стали монстры развиваться
В новой, молодой стране.
Старый гордый их король
Сыпал всё на рану соль:
"Скоро выйдем мы отсюда,
И вернём им нашу боль!"
Новый быт, да старый стих,
Но под вид пещер сырых
Он вполне себе подходит
И растит детей своих.
Первых несколько тех лет
Монстры ждали выход в свет,
Только вскоре осознали,
Что спасенья пока нет.
Умер их тогда король,
И взошёл наверх другой.
Он план мести уж не строил,
Дорожил своей страной.
Так, осваиваться стали
И продумывать детали
Новой жизни под землёй
Монстры с новым королём.
И на смену жажды крови
Вышли доброта и совесть.
Монстры стали жить, как раньше,
Под своим земным покровом.
Развивалась их культура:
Живопись, архитектура -
Много всяких разных сфер,
Стал их мир не так уж сер.
Был художник - Шео Гитцель,
Им нельзя не восхититься.
Говорят, что кисть его
Сотворяла колдовство.
Что однажды будто он
Был на небо вознесён
И на должность бога красок
Был тогда благословлён.
А ещё была певица,
Звали все её Марисса.
Должен я признать сейчас:
Слушал сам её не раз.
По легенде, в её доме
Можно слышать её пенье,
Это дом в честь той покойной
Прозван Домом наслаждений.
Скульптор юный - О́грим Венче -
В сердце монстров стал жить вечно.
То, что сотворил юнец,
Стало украшать дворец.
И на площадях скульптуры
Им везде возведены,
Маленькие же фигуры -
У людей в домах они.
Много там талантов было -
Хоть поэму сочини.
Много время позабыло,
Много - запечатлены.
У всего, как есть начало,
Так бывает и конец.
И конца лишь не увидит
Подземелия венец.
