Это зашло слишком далеко
26 октября 2013 г., 15:58
Спустя несколько дней Тони погибает. Берет в руки электрический чайник и случайно проливает кипяток на босые ноги. Кожей как будто дотронулся до поверхности солнца. Ошпаренные ноги мигом начинают багроветь, отзываясь мучительной болью. Тони подносит электрический чайник к столу и ставит его, но промазывает, и чайник вместе с оставшимся кипятком летит на парня. Тони вопит от боли. Внезапно взгляд падает на спасение - кран. Нужно лишь добежать до него и открыть холодную воду... Парень молниеносно пересекает кухню, но поскальзывается на луже с водой. Тони подбрасывает вверх, и он налетает прямо на кухонную тумбу головой. И может быть, все бы обошлось, если бы не нож, лежащий на краю так, словно ожидая своего выхода.
Джен поморщилась. Девушке хватило одного раза увидеть эту страшную картину, чтобы она потом преследовала ее во сне и на яву. Один вопрос мучил ее: откуда она знала последовательность событий, произошедших там? Джен пробыла там ровно десять секунд, но отчетливо запомнила каждую деталь. Пустой чайник, лужа воды и Тони, лежащий около раковины с ножом в сердце...
- Милая, как ты себя чувствуешь? - прервала раздумья дочери миссис Паркер, - Мы с Сэмом хотим прогуляться, не хочешь с нами?
Джен про себя усмехнулась матери. За последние полчаса она не оставляла девушку ни на минуту.
"Неужели ты думаешь, что я решу покончить с собой? Нет, эта жизнь стала для меня слишком дорогой", - девушка хотела это сказать вслух, но не решилась. Жестом ответила отказом и уставилась в окно. В голову лезли разные бредовые мысли, и больше всего Джен сейчас хотела остаться одна.
Миссис Паркер негромко вздохнула и произнесла:
- Мы будем недалеко. Немного подышим свежим воздухом и вернемся.
После этого за спиной раздался удаляющийся стук каблуков и телефонный разговор где-то в прихожей: «Мама звонит соседке, просит навестить меня. Нет, как будто бы не на полчаса уходит, а на несколько дней» - подумала девушка, разглядывая теперь уже узоры на обоях.
Едва за матерью закрылась дверь, девушка встала с кресла и подошла к столу. Там, соблазнительно поблескивая упаковкой, лежало решение ее проблем - таблетки. Рука сама потянулась к ним. Джен залпом проглотила несколько штук и откинулась на спинку дивана. Девушка почувствовала прилив спокойствия, но вместе с тем она чувствовала отвращение. Отвращение от себя. Она обещала Тони больше не пить их, это правда. Но ведь он тоже обещал не оставлять ее! А сейчас рядом его не было и больше не будет. Джен постоянно чувствовала гложущую пустоту внутри, и заполнить ее могли только антидепрессанты. Девушка чувствовала их потребность, нет, даже нуждалась в них.
Тот недолгий сон, что подарили ей таблетки, оказал обычное свое чудесное влияние. Джен открыла глаза и мельком глянула на часы. Вот-вот должна вернуться мама с братишкой. Не нужно, чтобы они видели это.
Девушка засунула упаковку в косметичку и быстро спрятала. В этот момент в квартиру зашла мама с Сэмом.
- Сэмми, иди, помой ручки. Скоро будем кушать, - мама проводила его в ванну и спустя несколько минут вернулась в комнату. Джен старалась не реагировать на нее, но ей едва удавалось это. В последнее время отношения с матерью были хуже некуда. Ее постоянная опека выводила из себя, а желание помочь не имело ничего общего с помощью. Как сейчас, например.
- Джен, соседка заходила к тебе, но ты не открывала. Почему?
- Мам, я спала и не услышала звонка.
Мама ничего не сказала и принялась разгружать продукты. В этот момент из ванны прибежал Сэм.
- Мамочка, а что мы будем кушать? - малыш с интересом посмотрел на стол, где лежали пакеты, коробочки, баночки, мисочки с вкусненьким.
- Сегодня на обед у нас будет фуа-гра, - мама загрузила холодильник продуктами и вынула оттуда приготовленное блюдо.
Она всегда любила готовить, а Джен и Сэмми были первыми и самыми честными критиками. Фуа-гра была одним из коронных блюд матери, которое дети просто обожали.
Мать достала тарелки, разложила на каждую несколько кусочков печени и украсила листьями салата. Затем велела всем садиться за обеденный стол.
Джен шла неохотно. Нет, она очень любила гусиную печень, но сегодня внутри что-то яростно сопротивлялось приему пищи. Едва взгляд девушки упал на фуа-гру, как к горлу подступил комочек тошноты. Джен искусственно улыбнулась матери и через силу заставила себя все съесть.
- Как вкус... - девушка, не успев договорить, почувствовала рвотный позыв. Ничего не говоря матери, она вылетела из-за стола и кинулась в туалет. Весь только что съеденный обед оказался в приделах унитаза.
... Желудок как будто сковало. Он отказывался принимать пищу. И сегодня, и завтра, и послезавтра...
