Вечер под луной

Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущего, который в точности походил на предыдущий что, о, как внезапно, был идентичен предыдущему. Этот ряд можно продолжать бесконечно, ведь плавно тянущаяся колея времени давно смазалась в однотипный неразборчивый поток событий, действий, что создавали иллюзию жизни. И должно быть получалось неплохо, раз ни у кого из жителей небольшого северного городка до сих пор не возникло сомнений в их странных нелюдимых соседях, ютящихся в отдаленном доме в лесу. Одним словом — скучно. Вот оно, настоящее проклятие, бич бессмертных — скука в состоянии застывшей стату. И нет возможности промотать время за сном, очистить голову. А ведь было бы не плохо хотя бы в двое сократить предстоящую вечность — с ленцой подумал, невидящим взглядом сверля «еду» на своём подносе. Сейчас ланч, потом я вновь пойду на урок, кажется, биологию, лекции по которой уже слышал бессчетное количество раз. Иногда мне думается, что я мог бы процитировать учебник по памяти, или рассказать вместо учителя то, что он по каким-то причинам не упомянул… Но к чему всё это. Едва ли в головах моих «одноклассников» отложится хоть что-то из того, что скажу я. Нет. Нет. Будет так же, как и со словами учителя — в топку. Глупые дети, с раздражением подумал, только и могут, что витать в своих фантазиях, чаще всего носящих характер непристойный. Мерзость. Захотелось очиститься от всей той грязи, что я за сегодня и все предыдущие дни успел услышать от людей вокруг. Но чести заработать хотя бы частичную потерю памяти мне наверное никогда не представиться. Ну вот, прервал медитативное состояние пустого сознания, заполнил его своими мыслями, и теперь рой окружающих чужих разумов спешит потеснить их, занять пространство. А помимо этого, не слышать сотни простых голосов, доносящихся из каждого угла переполненной столовой, просто невозможно. И всё опять повторялось. Даже в своих головах дети, меня окружающие, не способны на что-то менее предсказуемое. Сегодня все они как один, только и думают, что о новеньких. Эта новость, не побоюсь этого слова, произвела настоящий фурор. Новые лица в столь маленьком и скучном, хотя никто из его жителей в этом даже под пытками наверняка не признается, городке как Форкс это событие крайне редкое и оттого возбуждающее невероятный интерес. Пожалуй, даже слишком. Я с неким умилением вспомнил, что уже несколько месяцев в городе происходили волнения, вызванные сначала покупкой, а потом и перестройкой старого дома на холме. Раньше он принадлежал какому-то давно покинувшему родную обидеть человеку, что должно быть уже и умер, оставив за собой только воспоминания в ветхих стенах двухэтажного дома с мансардой. Но вот его купили. Новый житель ещё даже в пределах города не появился, а уже оброс массой порой слишком нелепых слухов. Поговаривали, что все с ним связанное странное. Странные молчаливые рабочие, приехавшие из вне и полностью автономные в своей стройке. Странные сроки реставрации, в ходе которой дом кажется снесли до основания, чтобы возвести в более пристойном и следующем духу времени виде. Странные звуки, доносящиеся с холма, а в ночное время и вовсе говорят, видели некое свечение, не поддающейся логическому объяснению. Я непроизвольно усмехнулся, вспоминая эти бредни. Чего только люди от скуки не придумают. Элис, до этого внимательно следившая за моим лицом, вскинула брови, мысленно спросив, не случилось ли чего. Понимая причину её беспокойства, одними губами прошептал, смотря в глаза: — С Джаспером всё хорошо, пока держится. Она облегченно улыбнулась. И я не давал ей ложного успокоения, с ним действительно всё было лучше, чем мы изначально предполагали. Конечно, я всеми силами старался не подсматривать за мыслями моей семьи. Хотя бы из-за банальной вежливости к их секретам и личному пространству. Однако, когда тебе тычат в лицо книгой, а век нет, как и шеи, чтобы отвернуться, сложно её игнорировать. Нет-нет, а выцепляешь информацию. Вот и тут тажа ситуация. Свою способность к чтению мыслей я контролировать не способен. Немного примеряет с ситуацией, что домочадцы уже привыкли и смирились, воспринимая это как нечто обыденное. Всё равно их секреты я никому не расскажу, а моё отношение к ним не изменится: я стараюсь быть беспристрастным в этом вопросе. Хотя, Розали иногда особенно нервно относиться к некоторым вопросам, и нам даже приходилось отдельно обговаривать, что мне абсолютно индифферентны её хобби и прочие личные предпочтения. А вот из необычного, Элис в последнее время стала, слишком часто, повторять разные стихи, на всех знакомых ей языках. Но, как я уже говорил, не моё это дело. Мое дело маленькое — не дать Джасперу, преступно давно не ходившему на охоту, устроить кровавый пир прямо в центре школьной столовой. Это было бы по своему иронично в символизме значений, но на этом плюсы иссекают. Аккуратный, но ощутимый удар под столом по ноге. Голодный вампир вздрагивает, спешно отводя взгляд от стоящей у раздачи девочки с коротким ежиком светлых волос. Ну, всё, многозначительно смотрю на Элис, сегодня он точно должен поесть. Она понимающе кивает, и, клюнув любимого в висок, подскакивает с места, хватая поднос с нетронутой пищей, первая покидая нашу компанию. Джаспер следует за ней. Смотрю на них, и понимаю, вот он настоящий пример взаимопонимания. И никакая телепатия им для этого не нужна. Как только за ними закрываться двери в другой стороне столовой, возвращаюсь к столу перед собой. А вот этой трещины вроде бы раньше не было... «...Эдвард Каллен…» Моё имя, несколько раз произнесенное как мысленно так и устно, чётко различимо среди гула толпы, оно ведь моё. И я непроизвольно обратил на это внимание, машинально прислушавшись. Повернувшись, без труда нашёл стол, за которым разместилась примечательная компания. Такой она была, потому, как я практически на физическом уровне ощущал направленное на неё внимание всех остальных школьников. А сразу обе причины такого интереса сейчас что-то обсуждали с другими подростками. Ну как, что-то. Нас. Изабелла Свон, дочь шефа полиции, снова вернулась в Форкс. Здесь она жила в глубоком детстве, а потом случился развод и её мать выбрала более суетливую жизнь большого города, увлекая за собой и дочь. Сейчас девочка выросла и вернулась, занимая скромное второе место по активности перемывания костей. Обычная девушка подросток, может слегка бледноватая для жительницы солнечной Аризоны, что скорее характеризует её интровертом, предпочитающим оставаться дома. Значит, в этом городе ей понравиться. Смотрит на нас. Мы встретились взглядами, и она застенчиво отвернулась, как только осознала, что поймана с поличным на разглядывании незнакомца. Мне даже вслушиваться особо не надо, чтобы узнать: Джессика Стэнли вовсю рассказывает все накопившиеся у неё слухи, и дошла очередь до нашей семьи. «И эта тоже сразу обалдела от Калленов! Ну ещё бы! Ха.» Точно, поймал подтверждение своих выводов. Стэнли, так надоедавшая мне в прошлом году, теперь направила свой негатив на новую подружку. «Фиг ей там что-нибудь обломится, — продолжала рассуждать Джессика, при этом она беззастенчиво глазела не на свою собеседницу, а на её соседа, — в самом деле, да эту Беллу и хорошенькой-то даже не назовёшь. Бледная, зашуганная. Не могу понять, почему Эрик так пялится на неё… Или Майк. Неужели им такое нравиться? Не понимаю. Ну, хотя бы новенький выглядит не заинтересованно. Пусть и ведёт себя не очень дружелюбно, но этот акцент, а лицо. Все можно простить, только пусть он не отстраняется насовсем. А то вообще тоска. Ха, да, похоже, у нашего Каллена появился серьёзный конкурент, главное не упустить…» Второй приехавший в город, попытался вспомнить имя, но в итоге пораженно вычленил его из сотен потоков мыслей вокруг, «Харри Певерелл», удержался, чтобы не вскинуть брови, добрался до нас аж из Англии. Сидел он рядом со Свон, являясь магнитом женского внимания, но в нашу сторону не повернулся, и потому лица я не видел, а продираться через мысли уже успевших нафантазировать себе всякого подростков не хотелось от слова совсем. Я столько порно в жизни не видел. Похоже, все витавшие вокруг него слухи о странностях оказались беспочвенны. Не считать же таковой его длинные волосы, убранные им в капюшон, кажущиеся даже на первый взгляд мягкими... Да и приехал не просто из другого города, а из другой страны, но на этом всякое необычное тоскливо иссякает, разрушая последние надежды на что-нибудь интересное. Уже разочарованный и готовый отвернуться, замечаю одну маленькую, но очень важную деталь. Она просто напросто не сходится с привычной картиной мира настолько сильно, что я даже не сразу осознал её существование. Мысли… А точнее их отсутствие. Но не в том смысле, что это подросток был абсолютно наглухо отбит. Нет. Проблема во мне. Я ещё ни разу не слышал того, что Изабелла Свон не произнесла вслух. А о звучании голоса молчавшего до сего момента парня рядом с ней я вообще мог только догадываться из воспоминаний детей вокруг. Что происходит… Посмотрев новенькой прямо в глаза, она как раз обернулась, чтобы ещё раз обозреть нас, постарался настроиться только на неё. Тишина. Словно я совершенно потерял способность читать мысли. Если бы, не голоса на фоне, я бы охотно в это поверил, обрадовался и возопил от счастья. Девчонка нахмурилась. Весь её вид, начиная от рук, смявших край кофты, заканчивая позой, сутулых плеч, словно она хотела казаться незаметнее, показывал, как ей некомфортно. Совершенно жалкая, обычная девчонка, чьи мысли тем не менее, для меня недоступны. Продолжил буравить её взглядом, а она отвернулась, передёргивая плечами и вовлекая до этого отстранённого соседа, Харри в разговор. Словно ища спасения от моего пристального внимания. — Харри, я же могу к тебе так обращаться? — в голосе девчонки слышалась нерешительность пополам с волнением. Я сам впервые услышал его голос, и понял, почему мысли о нём у подростков вокруг были в сумятице и столь разнообразны. — Да, Изабелла, верно? Никогда не думал, что буду соглашаться со Стэнли, но голос правда звучит приятно слуху в своем плавном переливе и ленцой скользящей в перекате слов на языке. Чуткий слух даже на таком расстояние позволил уловить нотки, для простых смертных оставшиеся за гранью восприятия. Можно даже подумать, что с девчонкой говорит не человек, а змея, завораживающая, заманивающая в свою пасть сладким пением. Хах. — А-ага. Слушай, ты действительно из Англии? — Вы правы, точнее, я жил в Лондоне. Парень в разговоре явно заинтересован не был, но безукоризненно вежливо поддерживал беседу. Точно англичанин. — А почему приехал сюда? — высокий голос девчонки, после всего услышанного, неприятно резанул слух. — Мой отец так решил. — Он тоже тут живёт? Не слышала об этом. — Недавно умер, а я просто исполняю его последнею волю. Хотя, мне тут нравится, особенно лес, чудо как хорош. — П-прости нас, мы не знали. Бестактные подростки, что с них взять. — О, не стоит переживать, — прозвучало куда холодней, чем всё слышанное до этого. Даже про смерть отца парень говорил ровным тоном, что странно, ведь выходит, произошло это недавно. Джаспер с его способностью сейчас бы пришелся как раз кстати. Но ему было совершенно не до этого. Мало того что на детей засматривался, так уже начал фантазировать о кровопускании у невинных бедолаг. Так что, это даже хорошо что он уже ушёл. — Что касается тебя, как я понял ты из Финикса? Не слишком ли радикальное изменение климатических условий? Посмотрел на спокойного Певерелла. Из того что было доступно взгляду, получался простой вывод — он был полной противоположностью Свон. Прямая спина, расслабленная поза, и полное безразличие к происходящему. Если девчонка дёргалась каждый раз, когда на неё обращали внимание, или произносили её имя так, что она слышала, парень был флегматичен, что в принципе для человека, недавно потерявшего родного человека и вынужденного отправиться не просто в другой город, а сменить страну, вполне объяснимо и нормально. Я внимательно смотрел на него, как будто это могло помочь сломать невидимую стену между нами. О чём же ты думаешь? Наверное, впервые мне были любопытны мысли человека. Если у Свон я просто не слышал мыслей, натыкаясь на пустоту, то тут чувствовал, они есть, только руку протянуть… Я очень хорошо увидел, как в момент, когда «протянул руку», сам не знаю, как это внятно объяснить, парень вздрогнул. И что самое занимательное, преграда, отделяющая меня от его разума, ощутимо стала куда более неприступной. Как интересно! Мысли двоих моя способность, раньше не дававшая сбоя ни разу, не способна прочитать! —…что ты думаешь? Занятый размышлениями и попытками прочесть мысли этих двоих, я пропустил, о чём там говорили дети. Секунды прислушивания к Джессике хватило, чтобы поморщиться. Ну что они всё никак не уймутся! — Простите, мы о чём? Голос казался искренне извиняющимся, но уже знал, это не так. Не надо читать мысли, чтобы это понять. — Ну, о Калленах. Ты уже слышал слухи… Розали и Эммет напряглись, им тема была ещё более неприятна. Потому и мнение нового члена нашего маленького сообщества имело для них какое-то значение. — Полагаю, что какими бы причинами не руководствовались доктор Каллен и его супруга, нас это не должно касаться. «Удивительно здравая мысль для, сколько ему там, семнадцати лет?» зацепил часть ехидного комментария Розали. — Ну, идёмте? — произнеся уже вслух, девушка поднялась, поправляя волосы. Я успел увидеть, как Певерелл тоже поднялся, и покинул столовую. Молча, последовал за семьёй. На вопрос о новеньких неопределённо отмахнулся. Признаваться что безотказная способность сбоит я пока не разберусь в происходящем, или пока это не стало чем-то критичным я не намерен. Розали и Эммет играли роли учеников старшего класса и потому наши пути разошлись. Но вместо того, чтобы отправиться на биологию, я свернул в ту сторону, где последний раз мой взгляд, непроизвольно следивший, застал тёмное пятно Певерелла. Вышел на улицу, и, пройдясь по предполагаемому маршруту новенького, замер, приметив его фигуру. И вот я смог как следует сам рассмотреть этого Харри. Сразу бросаться в глаза слишком бледная кожа, на фоне тотального чёрного цвета в выборе одежды. Весь его образ, черты лица, тонкие, плавные, и одновременно хищные, казался выточенным из камня поистине великим скульптором, сумевшим вложить в работу как лёгкость и элегантность, так и твёрдость, даже опасность. Черные глаза с какой-то необъяснимой отрешенностью смотрели на мир. Меня не заметили. А я не спешил давать о себе знать, приметив в аккуратных, длинных пальцах подозрительно похожий на сигарету объект. О, мистер Певерелл, нарушаем правила школы в первый же день. Как смело с вашей стороны. Подавил желание подойти и предложить бросить разрушительную привычку, ведь людские тела так хрупки, а сами этого почему-то не осознают. Подумал, раз тут других людей нет, я смогу, не распыляя на них внимание, подобрать ключик к этой непонятной преграде и не стоит его тревожить раньше времени, вдруг ещё спугну. Но нет, безрезультативно. Всё такая же тишина. Я словно был обычным человеком и пытался кулаком пробить кирпичную кладку крепостной стены какого-нибудь древнего замка. Что же это такое… Биология. Я с непонятным для себя чувством покинул Певерелла. Пока шёл до кабинета подумал, как бы подросток там не замёрз, в такую промозглую погоду. Какие же дети нынче неразумные… Уселся за парту. В кабинет зашла необъяснимая загадка номер два. Тишина с места, где я отчетливо видел девчонку, была удивительным, совершенно незнакомым мне ощущением и вызывала скорее тревожный диссонанс. Наверное, я никогда не смогу внятно описать те усилия, что мне пришлось приложить и удержать себя на месте в тот момент, когда эта Свон шагнула в теплый поток воздуха от кондиционера, и её едкий, разъедающий во мне человека, запах добрался до моего носа. А ведь мог бы вскочить и выпить её до суха в считанные секунды. Всё, о чём я мог думать в этот момент, это чудесная картина охоты на манящую добычу, которой я не мог похвалить сбежать. У этой девочки была самая желанная кровь, что я когда-либо встречал в своей жизни. Горло обожгло жаждой, и даже слюна струящаяся ядом не могла избавить от чувства сухости во рту. Только её кровь мне поможет… Вечностью показался момент, девчонка шла ко мне и садилась рядом. Зачем?! Чуть в голос на зарычал, зачем эта дура без грамма инстинкта самосохранения села со мной?! Девч… нет, моя добыча, ничего не подозревая, опустилась рядом и стала готовиться к уроку. Достала тетрадь, учебник, какая прилежная ученица, в свои последние минуты жизни! Сила воли моя была на исходе ещё в тот момент, когда дивный аромат только коснулся моего носа, таким желанным он был. А уж теперь, когда он казалось, забил мне все легкие, так жадно я его вдыхал, сдерживаться удавалось только чудом. Рука непроизвольно схватилась за край парты, и до затуманенного жаждой сознания, сквозь пелену, донёсся далёкий, характерный треск. На остатках самообладания раскрошил и выбросил щепки от куска стола, главное не оставлять улик. Жидкий огонь аромата моей добычи, распространившийся по венам, сжигал меня, человека, изнутри. Выпуская из клетки, что я кропотливо создавал все эти годы, настоящего монстра, стремящегося только к одному... Если сначала прибью добычу, другие людишки могут испугаться, запаниковать. И насладиться пищей, времени не будет, придётся сначала убить их всех. А её тело начнет остывать… Я содрогнулся. Мне стало дурно от собственных мыслей. Никогда не убивал невинных людей, особенно в таких количествах и по таким причинам. Монстр внутри меня довольно заурчал, он ведь уже всё придумал! И так хорошо! Сначала убьём всех лишних свидетелей, а потом можно будет не спеша поиграть в догонялки с дичью, сделав её только желаннее от ожидания и страха, что она испытает, пока будет бороться в этой неравной схватке за свою жизнь. Это было невыносимо. Я окончательно потерял себя. Её кровь так манила… В последний момент, прежде чем все люди в этом классе умерли. Кто, захлебнувшись в крови, попавшей в лёгкие из не до конца разорванной шеи. Кто от недостатка сердца в организме, ведь пробить грудную клетку так просто, она как картон. А кто от того, что его голову оторвали, и они ещё даже не поняли, что произошло, а она уже упала на пол, в лужу натёкшей от старых тел крови. Я вспомнил лицо отца. В моей голове он осуждающе смотрел на меня своими всегда добрыми глазами. Карлайл учил не этому. Он верил, что я, что мы все справимся. Мы его дети, последователи его идеи… Видимо, зря он на тебя понадеялся — рыкнул монстр во мне, уже прицелившийся, выбравший, чей глоток воздуха в эту секунду станет последним. Руки, от осознания того, что только что чуть не совершили, мелко задрожали, и я сжал их. Кто-то рядом захлопнул тетрадь, отсрочив свой конец на какие-то мгновения. Поток воздуха слегка разогнал запах Свон, так самоуверенно усевшийся рядом со мной. Я не хочу быть монстром! Карлайл не осудит, но разочаруется, что в разы хуже! В этот момент почувствовал что-то странное. Плохо соображая, я не сразу понял, что именно происходит. Однако, сквозь кровавую пелену жажды, вызываемой ароматом крови моей глупой добычи, пробился тоненький, но ставший той самой спасительной нитью, запах, выведший меня человека из глубин сознания. С опаской принюхался, боясь, что этот вдох станет последней каплей, а до этого мне всё почудилось. Нет, не показалось, и неописуемый аромат, сбивающий столку, только усиливался по мере того, как смутно знакомая фигура приближалась. Харри Певерелл медленно сел за парту передо мной. Я сосредоточился на проглядываемой среди темных волос белой шее. Но нет, мне не хотелось впиться в неё клыками, только уткнуться носом,Ю глубоко вдыхая успокаивающий запах. Аха, Харри даже не подозревает, что одним своим появлением, он спас больше десятка жизней. В прошлый раз сигаретный дым помешал мне учуять это, почти незаметное на общем фоне, легко упускаемое из виду. А теперь его ничем не замутненный запах оказывал необъяснимое влияние. Аркан, наброшенный на шею чудовища. Поводок, влекущий его послушной собакой к ничего не подозревающему парню, чей дивный аромат я описать не способен, но который лишает меня воли, в том самом смысле, что даже желаний никаких не возникает. Хотя нет, я вру — хочется подобраться ближе, как можно ближе, стать верным слугой и преданным рабом. Это ужасно в том, насколько влечет. Свон, сидящая рядом и совершенно не чувствующая опасность, встряхнула головой. Ей конец. Так бы я мог подумать раньше, но сейчас всё что занимало мои мысли, сосредоточилось в тонкой фигуре впереди. А парень даже не представляет, что делает со мной, что множество людей уже дважды стали обязаны ему за спасенную жизнь. Вроде бы, урок начался, но я не слышал слов учителя, не обращал внимания на копошение рядом Свон, на мысли подростков вокруг, их перешёптывания и прочие отвлекающие мелочи, полностью уйдя в рассматривание прямой спины Певерелла. Его осанка, наверняка предмет долгих тренировок, или он просто слишком горд, чтобы прогибаться под кем-либо. Воскресил в памяти картину, увиденную сегодня во время ланча. Облокотившись о стену, он думал. Взгляд его был отрешенным, не видел мира вокруг. Или может он всегда такой. Надо будет узнать его поближе, познакомиться. А вблизи его волосы, черней вороньего крыла, ещё больше напоминают шёлк, вот бы их коснуться… В голову лез всякий бред, но я так не думал. Кому бред, а мне, единственная возможность остаться человеком рядом с этой Свон. Девчонка, точно лишённая всякого страха и без инстинкта самосохранения, наклонилась ко мне, что-то спрашивая, или даже ругая меня за невнимательность на уроке. Монстр, до этого как заворожённый вслушивающийся в слабое дыхание сидящего перед нами парня, глянул на Свон моими глазами. Он был зол, и его ярость к куску мяса, что потревожил его, перемешалась с моей ненавистью к девчонке, что чуть не лишила меня остатков человечности в непередаваемый коктейль из эмоции. Я видел, как улыбка сползла с её лица, она побледнела, хотя казалось куда уж там, и постаралась отодвинуться от меня как можно дальше, быстро поняв свою ошибку. Даже задрожала, страх от осознания опасности наконец-то дошёл до неё. Я видел в отражении её глубоких карих глаз не себя, тварь, прикидывающаяся человеком, вот кто там отражался. Быстро отвернулся. Девчонка заботила меня в последнюю очередь. Сейчас я был полностью увлечен необычайным чувством — я смог отпустить контроль над монстром, сейчас совершенно забывшем о добыче, которая всё равно никуда от него не деться, и следящим за новой целью. Такой обманчиво близкой и в тоже время недостижимой. Это было впервые, когда мне не хотелось выпить кровь человека, припав к тонкой коже на хрупкой шее. Точно нет. Не вставало предо мной картины сытного ужина, только неясные образы. Задумался. Я ведь уже мёртв, и дышу на одних рефлексах, и, если перестану это делать, запах от девчонки меня больше не потревожит, и я смогу продержаться до конца занятий. Но тогда больше не почую и запаха новенького… Да, он стал прекрасным якорем для разума, чуть не потерявшегося в инстинктах. И мне точно нет нужды идти на такие радикальные меры, если я могу себя контролировать. Но в тоже время, он точно оказывает какое-то ненормальное влияние. До этого спокойно сидевший на месте Харри завозился, полез в сумку, извлекая из неё очередной леденец. Я спрятал насмешливую улыбку, когда увидел, как скрытый линзами очков глаз мистера Бэннера дёрнулся — его крайне нервировало, что выбравший путь бездельничества ученик демонстративно уселся на первую парту, и пускай делал, вид что происходящее для него не пустой звук, мужчина не мог отделаться от ощущения, что имеет дело со стеной непонимания и невежества, хотя и отдавал дань уважения навыку подростка кивать в нужных местах. Мысленно он уже несколько раз попросил того пересесть и не портить ему настроение. Звонок застал меня врасплох. Внезапно ударил по ушам, отвлекая от бездумного рассматривания спины Харри. А вместе с тем зашевелилась и девчонка, что вскочила, при первом намёке на возможность избавиться от моего общества, тем самым обдав меня новой волной своего запаха и сделав нахождение в кабинете полностью невозможным. Монстр внутри меня недовольно зарычал, слишком просто позволяя добыче уйти из поля нашего зрения. Хотя, мы всегда можем просто прийти к ней домой. Шефа Свона не будет там до вечера, он всегда сидит в участке допоздна, и никто нам не помешает… Сжал зубы, раздражённо смотря в сторону крывшейся за поворотом дверного косяка девчонки. Последний раз полной грудью вдохнув запах Певерелла, он неторопливо собирал вещи и на меня внимания не обращал от слова совсем, впрочем, как и на всех остальных, я выбежал из кабинета. Кажется, он посмотрел на меня. Я даже обернулся. Всего лишь мимолётная встреча с чёрными, холодными глазами, пробудила иррациональный всплеск эмоций. Разобраться с природой возникновения которых мне ещё предстоит. Весь последний урок просидел в машине, пытаясь прийти в себя и одновременно разобрать, что же всё-таки со мной произошло: почему кровожадный вампир внутри меня так странно реагирует на обычного человека. Стоп. Поймал себя на этой мысли. Не обычного. Разумы обоих закрыты от меня. Девчонка волею судьбы ещё и обладает самым прекрасным запахом, а Харри... Пахнет очень странно. Я бы мог сказать, что не по человечески. Но это смешно — на оборотня он не походит, они вызывают только раздражение. А парень пахнет совсем иначе, но я не могу это объяснить. От таких противоречий голова начинает болеть. Я всеми фибрами души жалел, что день оказался нескучным и не напоминал ни один из предыдущих, с каждым часом порождая что-то новое, выбивающее почву из-под ног. Может эта девчонка моё персональное проклятие, наказание, испытание, в конце концов. И послана мне самим богом, пусть я в него и не верю, чтобы проверить мою выдержку, смогу ли я не поддаться инстинктам… Но тогда зачем сюда приехал Харри? Ведь именно он сегодня не дал мне опуститься до смертоубийства, пусть и неосознанно. Девчонка, рука на руле непроизвольно сжалась при мыслях о ней, и я испугался, что сломаю его. Какое она вообще имеет право приезжать сюда и переворачивать мою жизнь с ног на голову! Вслед за злость неторопливо тянулись и рациональные мысли. Точно, у нас только одно совпадение в расписании, просто сменю биологию! Но тогда у нас перестанет совпадать расписание с Харри? С ним можно и просто так заговорить, как раз познакомиться хотел, а девчонку терпеть я долго не смогу! Ни разу всерьёз не думал, что настанет момент, когда я буду так сильно хотеть узнать чьи-то мысли. И если вскрыть голову Свон желал из-за нерациональной ненависти к ней. Хотел убедить себя, что вот она, совершенно обычный подросток, ничем не хуже и не лучше других. Посредственность! Девчонка точно не стоящая моих эмоций и внимания. То с Харри всё было сложнее, и проще одновременно. Мне было банально любопытно, о чём он думает, когда так безразлично смотрит на окружающих, вежливо улыбается. А особенно мене было интересно узнать, что в его голове, когда смотрит на меня… Звонок я услышал и прикрыл глаза, разгоняя странные мысли и заставляя свой эмоциональный фон успокоиться, чтобы Джаспер не увидел ничего, лично меня смущающего. Конечно, в какой-то мере от того, кто видит чужие разумы, такое поведение немного лицемерно, тем не менее я себе это легко простил. Вскоре из всех дверей повалили школьники, желающие как можно скорее покинуть скучную школу. Впрочем, не все уходили, многие оставались, зависая у машин отдельными компаниями. Я вышел на встречу семье, сразу заглядывая в голову к Джасперу. Фантазии о том, как он выпьет того или иного, кто повкусней, школьника присутствовали, но не так сильно, как за обедом. — Ты как? — внимательно посмотрел него. — Нормально, — прохрипел он, старательно рассматривая лес за школьным забором. — Сегодня обязательно идёшь на охоту, этот эксперимент давно пора заканчивать, — под руку с ним стоящая Элис нахмурилась, ей вообще идея проверять его выдержку с самого начала казалось полной глупостью. Нет, она в нём не сомневалась ни на секунду. Но мы с ней оба видели те варианты будущего, где он срывается… — Да, — слабо улыбнувшись, Джаспер посмотрел на Элис, жажду в его взгляде сменила всепоглощающая нежность. Я вновь ощутил себя третьим лишним. Такое всегда происходило как с ними, так и с парой Розали и Эммета. Я уже смирился с этой неловкостью, и только сдержанно улыбался, отводя взгляд. — Что там по новеньким, есть какая-то опасность? — перевела разговор в другое русло Розали, нашедшая глазами новенькую, уже спешащую к своей монстроподобной машине. Я несколько отрешенно покачал головой. Врать не хотелось. А признаться в проблеме внезапного бессилия… Для Розали это наверняка стало бы равносильно признанию опасности для нас. иона начала бы настаивать на переезде. А это не то, чего бы мне сейчас хотелось. Придётся увиливать или искать баланс между желаниями семьи и собственными. — Пока ничего внятного, но думаю, они не опасны, — равнодушно смотрю на девчонку, — просто дети. Джаспер, не меняясь в лице, в мыслях тихо недоумевает, почему я вру. Но молчит, полагая, что я делаю это не просто так, и что все под контролем. За подобную веру в меня, что я ему особенно благодарен. И постараюсь её оправдать. — Ну да, помимо того, что эта Свон пахнет значительно вкусней, чем остальные люди, — кривится Розали, картинно прикрывая нос. — Да? — осторожно заглядываю в её мысли. Она пересеклась с девчонкой в коридоре. Прошла мимо, легко справившись с желание повернуть голову вслед вкусному человеку. Все хорошо. Для неё девчонка просто немного аппетитней, это не страшно и легко игнорируется. С опаской проверяю состояние других. Ха? Похоже столь ошеломляющий эффект Свон оказывает только на меня. Да я везунчик. — А про второго что скажешь? — Элис, как единственная кто вблизи не видела новеньких, была заинтригована. — Это... Он создает странное впечатление, — подумав с полмгновения, и сама дивясь своих выводов, покачала головой Хейл, — я не знаю, как это описать. Женщина передернула плечами, словно сбрасывая с себя странные воспоминания о встрече с Харри. Я успел это увидеть: они пересеклись на последнем перерыве, в коридоре. Розали обратила на него внимание, быстро находя тонкую темную фигуру в толпе школьников, и сама того не замечая, неотрывно следила за ним, пока тот не скрылся. Она не смогла вычленить его запах в какофонии других, более сильных. — А вот и наша звезда, — насмешливо протянул Эммет, едва кивнув в сторону школьных ворот. Мы обернулись. Новенький стоял на ступеньках у выходя из школы, осматривая парковку. Насколько я смог узнать из мыслей детей вокруг, пришёл этим утром он пешком. А это нешуточное расстояние, живёт то он за городом. А на первый взгляд кажется слабым... Джаспер, на свежем воздухе оклемавшийся, смог сосредоточиться и уловить эмоции, мастерски закрывшись от ненужного шума других подростков. Лёгкое раздражение быстро сменилось удивительной для подростка равнодушной безмятежностью. Очень странный парень, подумал Джаспер, мне бы его хладнокровие. Картинки воспоминаний, промелькнувшие в голове у него, дали понять, это уже не первый раз за сегодня, когда он почувствовал эмоции Харри, просто до этого он не придавал им особого значения, больше занятый попытками никого не убить. Но теперь, задумавшись об этом, сложил интересную картинку. Для семнадцати лет, у Певерелла было слишком много сдержанности, так не популярной среди подростков, и ещё ни одна из сильных эмоций, коих почти не было, не отразилась на его лице. Словно почувствовав наши взгляды, новенький обернулся. Посмотрел прямо на нас, словно бы ощущая наши взгляды. Миг смятения, что отражается на лице дрогнувшими губами А потом он, в момент утратив всякий интерес, отвернулся, возобновляя шаг. — Понятно, — Розали развернулась на каблуках, и устремилась к машинам. Сегодня мы приехали на двух, моей, и Эммета. Этим я и поспешил воспользоваться: — Вы езжайте, мне надо заскочить в администрацию. Не став акцентировать внимание на том, что Элис опять с подозрительной улыбкой начала читать стихи, попрощался. Предчувствие было моей ильной стороной. Так я думал. Интуиция меня никогда не подводила. Никогда до сегодняшнего дня, до этого момента. Заходя в тёплое помещение, я с преступной халатностью, полностью сосредоточенный на новой идее, узнать расписание Певерелла и попробовать подстроиться под него, сменив несколько своих уроков, проигнорировал окружающий мир. — Здравствуйте, Миссис Коуп? — обольстительно улыбнувшись, опустил свой голос на тон ниже обычного. Женщина с неестественно ярко рыжими волосами взглянула на меня, и ее глаза распахнулись в удивлении. — О, — она открыла рот, слегка взволнованная. Игнорировать мысли таких как она я научился уже давно, а потому сохранил улыбку на лице. — Привет, Эдвард. Чем могу помочь? — её ресницы затрепетали под толстыми стеклами очков. Удобно. В такие моменты начинаю вспоминать, что быть вампиром это быть не просто монстром, но очень привлекательным для людей монстром. Наклонился слегка вперед, встретил пристальный взгляд ее маленьких карих глаз. Ее мысли уже рассыпались. Это будет легко. — Я надеюсь, вы поможете мне с моим расписанием, — сказал мягким голосом и услышал, как ее сердце забилось быстрее. — Конечно, Эдвард. В чем проблема? — Я хотел бы узнать, можно ли мне поменять биологию на какой-нибудь другой предмет… Вот тут была главная проблема. Я не был уверен, как заставить её думать о расписании Харри, чтобы я смог его узнать. И именно в этот момент дверь за моей спиной распахнулась. Я скрипнул зубами, наверняка мои глаза почернели, так как женщина передо мной чуть вздрогнула, спишем на освещение. Эта девчонка! Моя добыча сама пришла в мои руки, опять! Я понял, что надо ретироваться. В идеале, бежать со всех ног, так как девчонка настойчиво подходила сзади. И ничего не могло её спасти в этот раз. — Извините, раз ничего нельзя поделать, — с трудом выдавив это из себя, глянул на растерявшуюся от такого поворота событий женщину и, развернувшись, стараясь на Свон даже не смотреть, спешно направился к выходу. — Стой! — только потому, что совершенно не ожидал, что она меня ещё и окликнет, я могу объяснить, почему не среагировал, когда ручка ушла из-под ладони. Дверь распахнулась, и я, благодаря своему восприятию, смог как в замедленной съёмке наблюдать, как в администрацию заходит сосредоточенный на листке в руках, и потому не заметивший меня, Харри Певерелл. Какое судьбоносное мгновение — успел подумать с ноткой радости. В последний момент перед нашим столкновением, я не мог нормально среагировать, при этом, не раскрыв своих способностей, парень сам поднял взгляд, и его нога, делавшая шаг вперёд, моментально сменила направление, и он, перенеся вес тела на неё, отшатнулся в сторону. — Оу, — ойкнув, Харри растерянно моргнул. Видимо делал всё машинально, и происходящее осознал в полной мере только сейчас. Мне стоило усилий сдержать улыбку. Надо же, только я в очередной раз подумал что всё, пиши пропало, Свон и Коуп, как свидетелю, конец. И во второй раз меня спас Харри, появившийся как нельзя вовремя и приструнивший монстра во мне. — Извините, — поправив прядь волос, упавшую на лицо, он виновато изогнул губы в улыбке, и плавно обогнув, так меня что на миг окутало его запахом, и я тут же успокоился, зашёл в здание. Я совершенно безвольно повернулся вслед его движению. Готов поклясться что видел, как на какую-то долю мгновения, при виде Свон, на лице у парня проступила его подлинная эмоция, бессильное недовольство, тут же скрытое за безукоризненной, лёгкой улыбкой, не коснувшейся глаз. — Привет Харри, — расслабленно помахала рукой Свон. Он только кивнул ей, сразу подходя к стойке администрации. — Здравствуйте, миссис… — Шелли Коуп, — женщина дружелюбно улыбнулась, принимая лист из рук Певерелла. Я закрыл дверь, оставшись. Как раз, Коуп увидев подростка вспомнила как сегодня утром выдавала ему бумаги, и среди них мелькнуло расписание. Теперь я знал, какие ещё предметы можно попросить заменить, чтобы была возможность пересекаться на них с Харри. — Ну как вам в школе? — поинтересовалась администратор, убирая оба листка куда-то в стол. — Тут довольно мило, — тихим, учтивым тоном отозвался Певерелл. Девчонка только кивнула, как бы соглашаясь. — Рада, что вам тут пришлось по душе, — добродушно хохотнула женщина. — Миссис Коуп, могу я узнать, касательно расписания, есть ли возможность изменить один из уроков? — Ох, ты не первый кого сегодня интересует такая возможность, — она многозначительно покосилась на меня, — чем же ты меня удивишь? — Ранее я обучался в закрытой школе пансионате, в Шотландии, и дополнительным языком у нас шла латынь. Потому, я хотел бы сменить испанский на французский язык, так как догнать программу просто не смогу, — выложив всё как на допросе, Харри повел плечом, что оттягивал ремень сумки. — Хм, как необычно. Так, а французский ты стало быть знаешь? — Поверхностно, но лучше чем испанский, — бесстрастно кивнув, парень уточнил, — так возможно ли изменить расписание? Мой отец не слишком интересовался этим, и потому, записывая меня на данный предмет, вероятно, допустил ошибку. В голове женщины пронеслись ясные картинки воспоминаний о встрече пару месяцев назад. В них фигурировал странный мужчина, облачённый в деловой костюм, его длинные волосы были перехвачены лентой, а его пронзительные тёмно-зелёные глаза, произвели неизгладимое впечатление на миссис Коуп. Женщина хорошо это запомнила и очень жалела, что больше его ни разу не встречала. А я подумал о схожих чертах этих двоих. Да, пожалуй, только так и представлялся отец Харри. — Ладно, я посмотрю, что можно сделать, — кивнула женщина и, показав на диваны, попросила подождать пару минут. Ладно, себе я все легко простил. У меня тут вообще-то свой интерес. Но почему эта Свон не уходит? Вертелся в голове вопрос, когда я наблюдал, как рядом с Певереллом садится девчонка. При этом, может быть она этого и не видела, но парню с ней точно было не комфортно. — Действительно знаешь латынь? — спросила Свон. Мысль скакнула. Это на самом деле странно. Не слышала о том, чтобы детей учили таким специфическим, широко нераспространенным языкам. Хотя о культуре Англии я знал не очень много. Может там это и распространенная практика, на ровне с скидыванием детей на попечение «специально обученных людей». — Да, всегда считал это просто блажью школы, в которую меня определили ещё до рождения, — беззвучно выдохнув, поделился Харри, качнув головой. Разговор не клеился: Свон интересовало всё и она пусть и робко, но лезла с вопросами, а Харри, отвечал не очень охотно, но всегда. Например, на вопрос о языках, он честно сознался, что знает четыре, включая английский, это латынь и итальянский, а на французском он пускай и «говорит» но плохо. Для подростка семнадцати лет это поражающий результат. Но своё мнение оставил при себе, просто стоя рядом, молча слушая. Так же Харри поведал что любит яблоки, не любит солнечный свет и холод. Что отвечала и рассказывала про себя Свон, я не слушал. Аромат добычи иногда дезориентировал вампира во мне, ведь, с одной стороны он хотел дослушать, что ещё скажет Харри, а с другой, можно же сначала вкусно поесть, а уже потом поговорить. Но он может испугаться, а это будет нехорошо, очень нехорошо… Пока вампир внутри метался, не зная, что ему делать, и куда кидаться, я вздрогнул, так как осознал, что чёрные глаза смотрят прямо на меня. — С тобой всё хорошо? — беспокойство в тихом голосе было заметно отчётливо, и мне не оставалось ничего другого кроме как осторожно кивнуть. Горло свело от жажды, я не был уверен, что смогу нормально что-то сказать. Певерелл убеждённым не показался, но взгляд отвёл. — Он ещё на биологии так выглядел, — шепотом поделилась Свон. Эх, может мыслей я твоих и не слышу, но это же не значит, что и об остальном можно забыть. Подавив раздражение на девчонку, подумал, что пора переходить к активным действиям, и подошёл ближе, протягивая руку. Секундой позже понял, что идея так себе, моё тело же ледяное, как снег, но было поздно и выглядело бы странно, убери я сейчас руку. А в своем поведении сегодня и так опасно близко подобрался к лимиту по странностям. — Мы так и не познакомились, как подобает, Эдвард Каллен, — когда хочу, то могу быть обаятельным, и сейчас я этого хотел. — Харри Певерелл. На его лице отразились сомнения, но придя к какому-то своему умозаключению, он пожал мою руку. Кожа у него была мягкой, но кое-что укололо разум. Странно. Температура тела у меня очень низкая, потому я бы почувствовал тепло от его рук… Но его не было. Может быть замёрз? Я предельно аккуратно сжал в ответ, было очень страшно не рассчитать силы, ведь чужие пальцы казались такими хрупкими. — Я Изабелла Свон, но пожалуйста, называйте меня Беллой, — да, вампир внутри меня наконец определился, чего он хочет – этой же ночью закопать девчонку на заднем дворе.