На пол(в)ставки

      Алексио умел находить геев. И не только потому, что он сам им был — это было что-то вроде чуйки. И она сработала даже на рок концерте, где по всем стереотипам должны собираться только «настоящие» мужики.       Ну или микс алкоголя и наркоты открыли его чакру поиска, и он сумел найти такого же обдолбаного, как сам. Который тоже посчитал, что потрахаться прямо под восхитительные вопли группы «Detroit Metal City» будет прекрасной идеей. Разве что нужно отойти немного подальше от толпы, а то люди могут и присоединиться, а это пока ещё было нежелательно.       — Алексио, подожди, здесь кто-то есть, — Тони оторвался от губ партнёра и нервно оглянулся, не позволяя дальше снимать с себя штаны, от чего Алекс закатил глаза, но таки последовал его примеру. О чём мгновенно пожалел.       В переулке мелькнули пара белоснежных перчаток и строгий чёрный костюм, явно выделяющийся на фоне кирпичей цвета блевотины. После костюма пальму первенства в борьбе за внимание зрителей забирал пожарный топор, а затем скорчевшееся от вони лицо одного слащавого паренька, которого Алексей пытался забыть каждый божий день шесть месяцев подряд.       Но самым худшим в этой ситуации было то, что переулок был узок, как очко девственника, так что им троим явно было не разминуться. Хотя Алекс изо всех сил пытался не попасться ему на глаза, машинально и безрезультатно вжимая себя и хрупкого Антонио в стену, только чудом не ломая ему ребра.       «Не иди сюда, не иди сюда, НЕ ИДИ», — Алекс то ли молился, то ли посылал мысленный импульс, но это не помогало.       Музыка била по ушам тяжёлым металлом, от чего зрители концерта не могли услышать как лёгкое движение руки Микаэля впечатало в стену слипшиеся тела Алексио и Антонио, тем самым высвобождая дополнительное пространство для прохода. Несостоявшаяся парочка могла лишь с большим трудом подняться на ноги и смотреть вслед Микаэлю и волочившемуся топору до тех пор, пока фигура не исчезла из переулка.       Алекс выдохнул.       Антонио же пришёл в себя настолько, что сумел взять себя в руки и выдать несколько крепких матов, но бешенный крик с той же стороны, где исчез владелец шикарного костюма, полностью заглушил его, заставил замолчать и обернуться.       В переулок ввалилась грузная фигура. Истошно вереща, окровавленная пародия на человека-колобка ринулась вглубь переулка к Антонио и Алексио. За ним же вновь показался чёрный костюм. Костюм оценил расстояние до цели, и, ухмыльнувшись, поднял одними кончиками пальцев увесистный кусок недавно разрушенной стены. Затем, подкинув его как бейсбольный мяч, отбил топором вместо биты в сторону вопящей фигуры. Мужик с изяществом свиноматки упал прямо у ног голубков.       Микаэль, самодовольно поправив галстук, походкой танцора приблизился к 854 по счету пункту плана практики и взмахнул топором.       — Шмалдыхь! — лезвие мгновенно раскололо грузной фигуре череп. И лишь капелька крови в знак последнего протеста уже мёртвого мужчины ненароком обрызгала брюки.       Очко Лёхи чувствовало, что его владелец в опасности и услужливо сжалось, подсказывая, что лучше притвориться статуей и не двигаться.       — Мерзость!!! Гнида! — Сам же Алексей мог лишь трястись, глядя на то, как лицо Микаэля вмиг перекосилось от злости, а его губы произносили слова, абсолютно неподходящие его внешнему виду. Кровавое лезвие с кусками плоти мельницей мельтешило перед лицами Тони и Алекса, разбрызгивая кровь по округе; у Тони подкосились ноги, когда пару ошметков мяса попали в его приоткрытый от шока рот. И ничто не могло удержать его приступа рвоты — но, по крайней мере, ему хватило ума отвернуться от Микаэля, даже если это означало выблевать все прямо на Алекса, и уж теперь окончательно испортить вечер.       — Фух! — Микаэль же в это время со сравнительно спокойным лицом оттирал вспотевший лоб. — Вот блядство, теперь костюм новый покупать, — впрочем злость полностью не исчезла и это явно отражается в том, как Микаэль стягивает кровавый срам с рук и машинально кидает через плечо. Перчатки приземлились аккурат на согнувшегося в три погибели Тони. И, впервые заметив свидетелей, швыряет им топор под ноги (Алексио нервно сглотнул, когда лезвие по палец вошло в землю аккурат рядом с его ногой): — Отнесёшь на место.       Тони, заметив на себе окровавленные перчатки, потерял сознание, хотя странно, что это произошло только сейчас. Алексио медленно осел на асфальт, не понимая того, что приказ был отдан ему и, что важнее, с трудом осознавая даже то, что Микаэль быстро удаляется в глубину переулка, достаёт блокнот, делает несколько росчерков. И испаряется в воздухе.       Проморгавшись, Алекс то ли приходит в себя, то ли успешно делает вид что остался в адекватном состоянии. После чего, как настоящий джентльмен, взваливает Тони на плечи… И храбро удирает, поклявшись себе больше не шныряться.       Лишь утренние новости дали ему понять, что это не было особо интересным приходом, заставляя его паниковать больше, чем он ожидал.