Многоцветье дельфиниума 2

      Вокзал показался Анкеру даже большим, нежели он его запомнил. Повсюду толпились люди, изредка разгоняемые полицейскими, — создавалось впечатление, что никто не умер, а только произошло небольшое «происшествие», причинившее неудобства большинству обитателей города. Парень хотел было разглядывать лица немного дольше, но ему нужно было вести машину… по указанию Раффилда он направил её к шлагбауму, который мгновенно подняли для них, а затем автомобиль въехал на подземную стоянку, всё пространство которой было занято… людьми. Прикованные наручниками кто к чему, все они считались подозреваемыми по рассматриваемому делу, и каждый из них при виде дорогого чёрного авто мысленно встрепенулся, ощущая некую… надежду. Хотя с таким же успехом мог явиться и некий палач, чтобы разом избавиться ото всех них.       Анкер плавно нажал на тормоз, даже не пытаясь встать по размеченным на асфальте полосам: пусть другие маневрируют, а он за сегодня план по поездкам выполнил. — Не будешь парковаться? — словно прочитал его мысли Рокс. — Хочу выглядеть круто, — он повернул голову, хитро улыбнувшись. — Как я буду вести расследование, если меня посчитают идиотом? — Здесь уже достаточно начальников, — рассмеялся мужчина, кивнув в сторону мелькающей между рядами Исише. В своей неприлично короткой юбке следователь в очках по одному обходила подозреваемых, задавая каждому буквально по несколько вопросов: это длилось какие-то минуты, а затем девушка шла дальше, нигде особенно не задерживаясь, даже если ей не отвечали. — Но я не настаиваю. Пойдём, раньше начнём — раньше уедем отсюда к чёрту.       Анкер облегчённо вздохнул: откровенно говоря, при мысли о необходимости парковки у него начинали очень сильно дрожать колени — настолько, что он не был уверен в собственной возможности надавить на педаль газа или тормоза.       Парень выходил вторым. Он коснулся двери, легко распахнув её, а затем выбрался из салона… дрожь пробежала от шеи до копчика, и не нужно было даже прилагать усилий, чтобы понять, в чём дело. Анкер со вздохом захлопнул дверь, а затем поставил автомобиль на сигнализацию, не отрывая взгляда от асфальта… Раффилд серьёзно посмотрел на него, пытаясь понять, в чём дело, и тогда парень уверенно поднял голову. Не собирался он выглядеть беспомощным брошенным котёнком. — Лори здесь, — с натянутой улыбкой сообщил Анкер мужчине. — Я не вижу его, — Рокс спокойно и неторопливо осматривал парковку, пытаясь отыскать вычурный плащ со звёздами или знакомое лицо. — Его взгляд… — парень тряхнул головой, поправляя очки. — Как будто хочет во мне дыру проесть.       Раффилд неторопливо обошёл автомобиль и слегка приобнял Анкера за талию, притягивая ближе к себе. Тот совершенно не сопротивлялся. Кэтти только-только спускалась по лестнице для персонала (видимо, оставила собственный транспорт наверху), а потому у них оставалось ещё немного времени. — Тогда позволишь мне поцеловать тебя? Сейчас, — шепнул мужчина, едва улыбаясь. — Пожалуйста, — Анкер обнял его за плечи, привстав на цыпочки, а затем их губы слились воедино, переплетаясь с тихими развратными звуками, которых в шумном помещении почти что не было слышно… парень прижимался к Раффилду всем телом, позволяя обнимать себя, и наслаждался чужими прикосновениями от всей души.       На них почти никто не смотрел, кроме редких любителей наблюдать чужую личную жизнь, и всё же… дикий вскрик в середине толпы слышали буквально-таки все, а затем на ноги вскочил весьма растрёпанный субъект, разодетый в серую пижаму. В нём с трудом можно было узнать того Лори, которого Анкер и Рокс видели на пляже, и всё же это бесспорно был всё тот же старшекурсник, испортивший парню жизнь.       Его явно ни к чему не приковывали, поскольку бывший торопливым шагом приближался к парочке, уверенно игнорируя вопросительные взгляды остальных подозреваемых… никто из охраны не пытался остановить сумасшедшего — Раффилд сам по себе был сильнее многих людей, а ещё у него оставались причины дать Лори по лицу; никто не хотел становиться участником личных разборок между двумя представителями власти. — Ани! — бывший рывком оказался рядом, пытаясь помешать происходящему… — Ещё шаг… — Рокс преградил ему путь, но запнулся из-за накопившейся во рту слюны. Сглотнув, он продолжил. — Ещё шаг — и Совет будет в курсе, как ты относишься к институту брака, дорогой.       Лори едва ли не зарычал, и всё же замер, с болезненным видом глядя на Анкера. В прошлую их встречу тот не обратил внимания, насколько побитым теперь казался когда-то презентабельный старшекурсник… ему не шла лёгкая небрежность, а отросшие волосы, которые лезли в лицо, придавали, скорее, бомжеватый, нежели какого-то приличный вид. — Ани, — бывший потянулся к нему, но быстро справился с собой. — Эта ведь праворульная машина? — У меня есть права, — зевнул Анкер, нарочито игнорируя обращение по короткому имени. Хотя внутри его немного беспокоили подобные вольности, всё же он не чувствовал к этому человеку ничего настолько масштабного, чтобы такие слова могли задеть чувства. — Неужели ты заставляешь его водить? — задохнулся яростью Лори, и всё же не пытался перейти условную черту на асфальте и пустить в ход кулаки.       Мужчина самодовольно улыбнулся, притягивая к себе не слишком-то и сопротивляющегося этому Анкера: — Неужели за всё то время, что вы были вместе, ты так и не смог понять, чего на самом деле хочет твой любовник?       Вероятно, всё закончилось бы так же, как и на пляже, если бы не вмешалась Исише. Девушка в круглых очках легко ворвалась в пространство между спорщиками, разводя руки в стороны, словно рефери, и требуя тайм-аута. Она не забыла улыбнуться Анкеру (вот кто всегда радовался его появлению, так это следователь, для которой подобное означало, что теперь будет меньше работы), и только затем окатила сначала Лори, а затем Рокса холодным взглядом презрения: — Я всё понимаю, мальчики, мне тоже очень нравится Анкер, но сейчас у нас есть задача поважнее, чем выяснять, у кого длиннее. — И я здесь не в качестве подозреваемого, чтобы вы знали, — в образовавшейся паузе вставил Лори, которого, правда, никто не спрашивал. При этом взгляд его был направлен строго на парня, как будто тот являлся единственным, с кем здесь вообще стоило говорить. — К сожалению, — дружелюбно бросил Раффилд. — Я не против сразу перейти к делу.       Бывшему потребовались мгновения, чтобы понять, что происходит. Кто знает, в качестве кого он присутствовал на месте преступления, но Анкер бы с удовольствием причислил этого человека к числу подозреваемых — хотя бы потому, что ему самому это было по душе. — Тебе нельзя туда, — Лори хотел было взять его за запястье, но пальцы коснулись металлического браслета, и тот, словно обжегшись, со вздохом покачал головой. — Анкеру не следует входить в магические циклы. — Полностью согласен, — хмыкнул Раффилд, поглядывая на своего непослушного партнёра. — Может, сегодня прислушаемся к твоему очаровательному бывшему?       Парень недовольно скрестил руки на груди: — Почему вы двое решаете это за меня?       Лори снова покачал головой, словно пытаясь справиться с собой, чтобы не сказать лишнего, и всё же быстро сдался, поддаваясь внутреннему желанию рассказать всё… у него при виде Анкера такое частенько случалось, и хотя старшекурсник в те годы не говорил об этом, парень догадывался, что за подобные выходки его партнёр хорошенько получал по голове от своего многочтимого папаши. — Тебе нельзя… — он нервно сжал руки в кулак. — Ани. Мир находится в нестабильном состоянии, и даже твои способности, возможно, не смогут ничего с этим поделать. Это билет в один конец. — Твоими же стараниями, — хмыкнул Анкер. — Я всё объясню… — Лори закрыл лицо руками, словно желал под землю от стыда провалиться. — Только, умоляю, не делай этого. Циклы опасны… более опасны, чем ты думаешь. — Я иду, — парень покачал головой. — Пойдёмте.       Раффилд, не говоря ни слова, двинулся следом, а уже за ним, торопливо догоняя двигающуюся вверх по лестнице, ведущей на платформы, парочку, шли Исише и Кэт. Длинная лестница направляла всех четверых по подземному коридору, чтобы в итоге привести на поверхность. Платформы, обычно переполненные людьми и поездами, пустовали, и только редкий мусор напоминал о том, что не так давно здесь тоже кипела жизнь… — Спасибо, что не стал меня останавливать, — тихо произнёс Анкер. — Я бы очень хотел это сделать, но принуждать тебя… обещал, что не стану этого делать, — устало выдохнул мужчина. — В итоге мне всё равно когда-нибудь придётся столкнуться со смертью. Я этого не хочу, но… — Я не умру, — парень крепко сжал его пальцы. — Раффи. Я делал это множество раз, поверь, со мной всё будет в порядке. — Хотелось бы мне верить в то же, что и ты, а не в слова сумасшедшего фанатика, — улыбнулся Раффилд, свободной рукой прикрывая глаза от внезапно яркого солнечного света.       Парень почти сразу приметил «пятно», расположившееся на расстоянии сантиметров тридцати от колеи. Сами рельсы располагались на метра полтора ниже платформы, потому требовалось сначала спуститься вниз… Анкер присел на корточки у жёлтой линии, обозначавшей край, и потеребил пальцами подаренное Роксом кольцо. Он носил вещицу там, где должен был находиться обручальный знак вечности, и его абсолютно ничего не смущало… кроме пристального взгляда мужчины, конечно. Последний всё ещё считал погружение не самой здравой идеей, и хотя Анкер был почти что готов с ним согласиться, ему смертельно необходимо было доказать самому себе свою значимость. — Не хочешь объяснить, что здесь делает сын главы центрального округа? — Раффилд едва ли не поймал Исише за воротник, но следователь увернулась, нервно потирая шею… — У него разрешение, — Кэт бросила недовольный взгляд в сторону брата. — Ты ведь сам пригласил всех членов Совета к нам, а у них, я напоминаю, есть право привезти с собой охранников и сопровождение. Или ты думал, что отец не позволит любимому сыночку увидеться с его игрушкой?       Анкер поднялся на ноги. Он знал, что когда-нибудь придётся столкнуться с Лори лицом к лицу, и всё же не ожидал настолько скорой встречи. Бывший всё ещё хотел его. Чтобы понять это, не требовалось даже прилагать усилий — чужие слова и действия говорили обо всём вместо него. Настолько же сильно, насколько парень не желал с ним видеться, Лори тяготел снова начать отношения, в очередной раз попытавшись сделать из свободного человека удобную ему зверюшку. — Позволите мне принять участие в вашем обсуждении? — бывший стоял на последней ступеньке лестницы. Подражать умению Раффилда даже в самой неприятной ситуации выглядеть дружелюбно у него выходило из рук вон плохо, но он хотя бы пытался. — Катился бы ты отсюда, — тяжело вздохнул Рокс. — Я многое знаю о магических циклах, — Лори пригладил свои растрёпанные волосы. — И о том, почему конкретно этим пользоваться не стоит.       Если бы он остался внизу, всё было бы намного проще… Анкер знал, что не должен вмешиваться. Когда речь заходила о бывшем, проще казалось позволить Раффилду говорить за него, но, вероятно, его слова Лори тоже воспринимал не слишком… корректно. У него, видимо, наблюдались некоторые проблемы или со слухом, или с пониманием человеческой речи — иначе подобное просто никак нельзя было объяснить.       Парень закатал рукава толстовки и шагнул вперёд, оказываясь наравне с Роксом и девушками. Он уверенно посмотрел в глаза человеку, который мучил его пять лет, а затем спросил: — Думаешь, мне приятно находиться с тобой рядом? — Но мы ведь… — Лори нервно стиснул руки в кулак. — Мы встречались, поскольку ты держал меня, — Анкер тихо вздохнул. — И ты причинил мне столько боли, что… я не смогу тебя простить.       Они смотрели друг на друга, ничего не говоря. Вероятно, в голове бывшего крутились самые разные мысли, но парень и представить не мог, какие… кто-то должен был поставить точку в этих отношениях, и если этого не сделал даже побег, то, видимо, пришло время сказать о своих чувствах прямо. — Разве ты не любишь меня? — беспомощным шёпотом спросил Лори, нервно подходя ближе, словно желая таким образом обойти возникшую между ними стену непонимания.       Парень косо взглянул на Кэтти и Исише, но затем с тихим вздохом шагнул вперёд, приблизившись к бывшему на такое расстояние, что если бы он говорил тихо, то никто из остальной компании не услышал бы. Всё это так до боли напоминало прошлое… заботливые люди позади из новой жизни казались ему миражом, нереальным сном, а теперь пришло время проснуться и снова оказаться в тисках своей жизни со старшекурсником, где у него не было права голоса. Только боль, боль, боль. — Я был в тебя влюблён, — он сам коснулся плеч Лори, опуская взгляд. — Но когда ты раз за разом предавал моё доверие, опускаясь всё глубже на дно и пытаясь утащить меня с собой… я думал только о том, как наконец уйду от тебя. — Почему? — бывший обеспокоенно взглянул на него, словно бы только сейчас осознал всё случившееся. — А тебе казалось правильным насиловать меня? Я даже не могу сходу посчитать, сколько раз ты делал это со мной, чёрт возьми, — Анкер расслабил пальцы, отодвигаясь. — Я не хочу тебя видеть, Лори. Никогда. Я принял решение, что буду принадлежать этому человеку, и тебя здесь быть не должно. — Почему? — тот нервно вцепился в руку парня, но снова наткнулся на обручальный браслет и беспомощно взвыл. Это раньше закон был на его стороне, но теперь, когда Анкер связал свою жизнь нерушимым для магов обещанием, Лори остался за бортом в одиночестве. Он уже не мог просто выкрасть парня, поскольку теперь за этим пристально наблюдала магическая полиция, не мог заставить его следовать за собой, не мог вообще ничего, откровенно говоря… — Потому что ты был ужасным партнёром, Лори, — устало улыбнулся парень. — Потому что мне каждый раз было ужасно больно, а ты даже не знал об этом; потому что ты никогда не слушал меня, когда я говорил о том, чего хочу в наших отношениях; потому что тебе всегда было наплевать на всех, кроме тебя самого.       Он мог бы сказать ему столько всего, но вместо этого только покачал головой и, развернувшись, вернулся к Раффилду. На лице последнего отражалось искреннее беспокойство, и Анкер со вздохом обнял его, позволяя чувствовать размеренное биение собственного сердца и знать наверняка, что к тому человеку, одиноко замершему возле лестницы на платформы, более не испытывает ничего, кроме жалости.       Если бы он поступил так, не имея защитника, партнёр растерзал бы его. Гнев и раздражение захлестнули бы старшекурсника с головой, а затем от парня ничего не осталось бы, кроме нескольких демонстративно пафосных слов. — Ты в порядке? — Рокс погладил его по волосам. — Надеюсь, я поставил точку, — Анкер со вздохом отстранился. — Не хочу, чтобы этот человек постоянно вмешивался в наши дела. — Меня даже пугает, насколько ты холоден, — усмехнулся мужчина. — Помнится, в нашу первую встречу одно упоминание его имени заставляло тебя биться в истерике, и я, если честно, понятия не имел, что могу сделать, кроме как перерыть всю страну в поисках этого «Лори», который причинил тебе боль.       Анкер фыркнул: — Как видишь, искать его не нужно, он всегда с радостью появляется там же, где и я.       Раффилд едва кивнул. Они не заговаривали о пророчестве или уничтожении мира — бывший для этого выглядел чересчур сломанным, а вскоре и вовсе исчез, двинувшись вниз по лестнице. Хотя его жестокие слова о том, что даже особые способности не помогут парню справиться с таким циклом, всё ещё звенели в ушах. Вряд ли Лори стал бы обманывать человека, которого любил своей странной садистской любовью… и теперь, глядя на то, как Исише и Кэт возятся, подключая приборы, Анкер невольно ощущал волнение. — Если решил делать так, как считаешь нужным, не смей отступать, — тихо сказал мужчина, тоже наблюдая за подготовкой. — Не позволяй другим останавливать или сдерживать тебя. — Ты ведь сам не хочешь, чтобы я уходил, — он коснулся щеки Раффилда. — К сожалению, мне приходится быть родителем, который должен отпустить своего взрослого ребёнка, — фыркнул тот, хлопнув его по спине. — Иди вперёд и ничего не бойся. Я буду здесь и в случае чего защищу тебя.       Анкер невольно покраснел. Вряд ли ему самому хватило бы сил на подобное признание: он до жути боялся, что когда-нибудь партнёр исчезнет, оставив его в одиночестве, поскольку тоже заранее считал себя «проигрышным вариантом» для кого бы то ни было. Но Рокс спокойно улыбнулся ему, указывая на спуск вниз, к колеям… парень только кивнул и, не прощаясь, спрыгнул на первую ступеньку. Ноги сами понесли его вниз, и вскоре он уже стоял у магического цикла, где Исише и откуда-то взявшиеся помощники установили несколько измерительных приборов и койку для Анкера. Кэт наблюдала издалека, не вмешиваясь. — Мы закончили, можешь устраиваться, — следователь улыбнулась. — Как насчёт бестактного вопроса? — парень приблизился к своему «спальному месту», которое, вполне вероятно, являлось каталкой из машины Скорой помощи. Легко подпрыгнув, он удобно устроил задницу и внимательно взглянул на Исише.       Девушка со вздохом поправила очки: — Насчёт Кэтти? — Вроде того, — он позволил незнакомцу в халате закатать собственную толстовку, чтобы прикрепить электроды. — Между вами что-то произошло?       Тяжело и протяжно вздохнув, следователь наклонилась к самому его лицу, вызвав презабавнейшее выражение одновременно на лицах и брата, и сестры… парень только хмыкнул, повернув голову набок и позволяя Исише шептать ему на ухо, как она и хотела. — Я понятия не имею, в чём дело, но кажется, что Кэт сильно обиделась на меня… пока тебя не было в округе, мы много работали вместе, и однажды она просто перестала вести себя, как раньше, — понятия не имею, почему. Я сильно её задела? — Тебе действительно не нравятся девушки? — тихо спросил Анкер, позволяя ассистентам накрыть себя одеялом (всё же снаружи до сих пор было достаточно прохладно).       Этот вопрос заставил следователя ненадолго замолчать. Вероятно, она проводила параллели в собственной голове, пытаясь выяснить, как связаны эти слова и её проблема, а когда внезапно поняла, то неловко прикрыла рот рукой, с трудом сдерживая вздох. Они смотрели друг на друга, и только парень время от времени переводил взгляд на Раффилда, спокойно подпирающего колонну. Его словно бы ничего не беспокоило, а с необходимостью ждать этот человек смирился, возможно, даже до рождения Анкера. — Мы поговорим об этом потом, хорошо? — Исише сжала его ладонь в своей. — Подумай обо всём, — кивнул парень, протягивая пальцы к циклу. Он не хотел размышлять о том, что Лори не пытался обмануть его, а потому, как и советовал Рокс, более не медлил.       Анкер уверенно коснулся магического пятна, уже не чувствуя собственного тела и почти не осознавая себя как отдельную личность с проблемами вроде Лори…       Ей было страшно. Страх не накатывал волнами, нет, он поглотил её целиком. Целая куча людей… толпа живых существ вокруг, большинство из которых возвышались над ней сантиметров на двадцать, — из-за всех этих тел она понятия не имела, куда идти и в какой стороне вообще находится платформа с необходимым ей составом. Готовая сдаться, девушка попыталась протолкнуться вперёд, завидев просвет между ближайшими «соседями».       Рывка не получилось: внезапно перед ней возник кто-то ещё, одетый странно даже по меркам девушки — на этом человеке в разгар бела дня была пижама явно на несколько размеров больше необходимого. Она собиралась извиниться и попробовать снова, но новый знакомый явно желал чего-то большего… его рука стиснула её запястье. — Вы в порядке? — он повёл девушку за собой, и спустя мгновения они стояли на более свободном участке платформы, где даже невысокая леди могла осматриваться по сторонам. — Наверное… — она почувствовала, что мир перед глазами закружился, угрожая ко всем прочим неприятностям ещё и свалить её на асфальт. К счастью, парень в пижаме оказался рядом: подхватив несчастную под руки, он помог ей встать ровно, как в самых паршивых любовных романах. — Я позову кого-нибудь, — доброжелательный незнакомец усадил девушку на лавочку. — Будьте здесь, пожалуйста.       И он действительно двинулся в сторону центрального здания. Её это поразило, но больше из-за того, что сама она никогда не решилась бы ради едва знакомого человека нырнуть в это пугающее море людей, не выносящее тех, кто не вписывался в привычные рамки… девушка сложила руки на коленях, качая ногами в воздухе. До её поезда, как оказалось, было ещё немного времени, а потому она решила дождаться возвращения своего спасителя — в конце концов, даже если бы он отказал довести её до вагона, девушка хотела как минимум передать благодарность… поскольку в первые мгновения была чересчур напугана, чтобы размышлять здраво. — Эй, красотка, что делаешь сегодня вечером? — от до боли знакомого голоса по спине пробежали мурашки. — Неужели ты думала, что сможешь сбежать от меня с помощью настолько дешёвого трюка и неумелой игры со «сбрасыванием хвоста»? Да ты при виде толпы впадаешь в истерику, тебе противопоказано вообще из дома выходить! — Я с тобой… — она стиснула крохотную сумочку в руках, чтобы после максимально громко, как только могла, добавить. — Я с тобой никуда не пойду! — Ах вот как… — её схватили за оба запястья, рывком поднимая на ноги. — Считаешь, если смогла уйти из дома, то теперь всё можно?! Да чёрта с два! Никто из этих соплежуев не станет тебе помогать. Им плевать, что происходит, а закричать так, чтобы кто-нибудь решился меня ударить, у тебя мочи не хватит, дурочка…       Она не знала, что делать. Подозревала, что должна решиться хотя бы на что-то, но собственных сил, как и сказал человек, из-за которого девушка и оказалась в настолько печальном положении, на подобный подвиг уж точно не хватило бы… и она закрыла глаза, надеясь, что так этот кошмар скорее закончится. Всё равно было, что он сделает с её телом; самое худшее всё равно уже произошло, и именно поэтому обычно тихая и послушная пленница решилась на побег — спасать от «любимого отца» только-только зародившуюся жизнь. — Смотри на меня, когда я с тобой говорю! — прорычал виновник всех её бед, и она подчинилась. Буквально по привычке, потому что последние полгода могла делать только то, что приказывал ей этот властный голос, не терпящий возражений.       Теперь девушка видела перед собой чужое взбешённое лицо. Смешно было наблюдать за тем, как он, большой и сильный, злится на неё, маленькую и беспомощную, у которой не хватало сил на то, чтобы по-настоящему дать сдачи. Когда этот человек выходил из себя, как сегодня, то казался даже слабее неё самой… какая ирония.       Она не верила, что добрый незнакомец вернётся с помощью или что собственный голос обретёт достаточно силы, чтобы позвать на помощь… зато знала, что с ней будет, когда они окажутся «дома». И эта перспектива заставляла колени дрожать и подкашиваться. — Не трогай её, — парень в пижаме, слегка растрёпанный и взволнованный, закатал рукава. При виде такого рвения её мучитель только расхохотался, тыкая пальцем в одежду, которая мешком висела на объявившемся оппоненте… — Думаешь, такой, как ты, может противостоять мне? — и он рассмеялся.       Девушка, которую в пылу спора выпустили из захвата, бросив на землю, молча сидела на полу платформы, а по её лицу, закрывая обзор, катились большие горячие капли слёз. Ей хотелось сбежать отсюда, уйти как можно дальше, но в действительности она не могла сделать и шага — знала, что стоит подняться хотя бы на колени, и тогда руки человека, который уже причинил ей немало боли, остановили бы этот бессмысленный побег, снова причинив телу вред. — Могу, — самодовольно пожал плечами незнакомец. — Да чёрта с два! — и её мучитель ринулся бегом по платформе, собираясь поколотить незнакомого наглеца…       Он споткнулся на середине пути. Девушка наблюдала только за его движениями, и потому не видела, как осел на землю незнакомец, но зато наблюдала каждое движение такого знакомого ей человека, который никогда не останавливался в желании причинить кому-то вред… а сегодня внезапно резко остановился и безо всякого интереса повернулся к ней, отряхивая ладони. Казалось, никто не заметил перемены, но для близкого человека, который знал этого парня буквально от и до, всё было очевидно… и она осторожно поднялась на ноги, не обращая внимания на дырки на колготах. — Он плохо с тобой обращался? — знакомый голос говорил так, словно бы принадлежал другому человеку, и она внезапно захотела поверить, что к ней действительно явился бог всех обездоленных и слабых магов, способный управлять неугодными. — Да, — тихо ответила девушка, руками прикрывая живот. — Я могу наказать его, — чужие пальцы коснулись её щеки, едва поглаживая, но в этот раз не вызывали желания в испуге отдёрнуть руку. — Могу причинить ему ещё больше боли, чем ты испытала.       Его голос звучал до боли грустно, как будто когда-то ему самому приходилось сталкиваться с подобным насилием. И хотя девушка понимала, что, вероятно, этот человек сам причинял кому-то боль, а не являлся беспомощной жертвой, его понимание и желание помочь всё-таки… имели значение. Если бы у неё хватило сил вынести приговор мужчине, от которого носила ребёнка, то, наверное, она справилась бы и со всем остальным. В конце концов, чем не повод начать жизнь с нового листа? — Он должен умереть, — девушка отвернулась. — За всё, что он сделал… — Хорошо, — тихо и как-то глухо ответил её спаситель. — Вы… — она не решалась задать единственно верный вопрос, однако когда ещё выпал бы шанс ей, слабой волшебнице, которая не могла зажечь даже крохотную спичку, поговорить с магом подобного уровня? Нужно было спрашивать сейчас, пока ещё оставалось немного времени. — Вы когда-то причиняли боль своей девушке? И теперь, кажется, раскаиваетесь?       Он кивнул: — Я сделал больно самому дорогому для меня человеку. В ответ на любовь дал ему только вот это, и теперь, вероятно, сам заслуживаю той же участи, что и этот твой… — Если Вам не всё равно сейчас, то всё ещё может получиться, — девушка погладила его по плечу, как иногда делала для того парня, который раньше держал её взаперти. — Когда другой остаётся рядом с Вами, то всегда из-за чувств. И если пока он рядом, Вы сумеете извиниться и исправиться, то всё между вами обязательно будет хорошо.       Незнакомец внутри её любовника закрыл лицо руками, не справляясь со своими чувствами. И если мгновения назад она беспомощно рыдала, стоя на коленях на асфальте, то теперь это делал другой, и помочь ему… вероятно, ей было не под силу. Этому человеку требовался тот, кого он ранил, чтобы по-настоящему извиниться перед ним, раз уж осознал свою вину, но кто знает, где этот несчастный находился теперь? — Он ушёл от меня, — тихо произнёс её собеседник, и она поняла, что между теми двумя всё уже было кончено. — Простите, — девушка неловко обняла его, пытаясь то ли согреть, то ли утешить. — Я не хотела сказать, что у Вас нет шансов. Спасибо большое, что… помогли мне. Без Вашей помощи я бы так и осталась пленницей этого человека, и тогда мой ребёнок… — Мне пора, — он отодвинулся и едва улыбнулся. — Надеюсь, с Вами всё будет в порядке.       Она не отрывала взгляда от знакомой фигуры, двигающейся сквозь толпу из множества тел. Ему было легко расталкивать людей в стороны, пробираясь к самой колее, и внезапно девушка поняла, что именно задумал её спаситель… тошнота подкатила к горлу. И всё же она заставляла себя смотреть, поскольку собственный рот вынес этот приговор — у неё не было права просто закрыть глаза и отвернуться в тот момент, когда раньше так сильно любимый человек упадёт на рельсы.       В конце концов, ради её ребёнка…       Это произошло за какие-то секунды. Незнакомец, управляющий телом, переступил линию, но не смог самостоятельно спуститься на рельсы: какой-то не слишком внимательный парень размахивал руками и со всей силы невольно врезал ему под дых — выпустив воздух и согнувшись пополам, её мучитель рухнул вниз. Прямо под приближающийся на бешеной скорости поезд.       Она закрыла глаза и внезапно для самой себя весело рассмеялась, хотя по щекам стекали слёзы.