Рикерт Рен

- Я не пред-дав-вал Орден. И н-никогда не соб-бирался... Рен перевел взгляд с ЗефИра на его находку, раз уж находка решила открыть ротик. Ну, и посмотреть даже было на что, только сперва желательно вымыть, вытереть и поместить в относительно-теплое помещение, а то уже изморозью местами покрывается... Находка вздернула подбородок, пошатнулась и едва не брякнулась в глубокую лужу у подножия трапа. И брякнулась бы, не придержи ее Зеф за обрывки куртки. - Не то чтобы я в этом сомневался, - проговорил форсер в ответ, и поманил нового и (разумеется) любимого ученика пальцем - мол, уже можно перестать изображать статую в бассейне и заходить в корабль. - Рыцарям Рен н-невозможно лгать. Я гов-ворю правду. Да, бледный, как призрак, паренек-лейтенант говорил чистую правду, а заикался и запинался потому, что от холода и усталости у него стучали зубы, а еще судя по ощущениям Силы, температура была прилично так за 40. - Однозначно, - согласился Рен, и обратился уже к ЗефИру: - давай внутрь, это чудо в очиститель, я сейчас заякорю нас и приду. - Мыть? - уточнил Зеф, любивший подробные и точные планы действий. - Мыть. Теплой водой потихоньку повышая температуру... - Рен задумался, и уточнил дополнительно: - Градусов с тридцати повышай до сорока пяти и на этом стоп. Все-таки трандошане более стойки к высоким температурам, как бы не сварил, сам привыкнув полоскаться едва не в кипятке... - Да, Мас-стер. Лейтенантик нервно покосился на Зефу, решил, вероятно, что снисхождения не будет, и пошел, куда повели. Рен снял маску. Собственно, надевалась она чтобы не получать по морде внезапно превращающейся в ледяные иглы мокрой моросью. Дошел до кокпита, включил систему дополнительных захватов, приделанную в свое время к стабилизаторам. "Искатель" вгрызся в мокрые камни и прилег к скале - теперь ему не страшны никакие ветра и штормы, удержится. Затем Рен поднял на пару градусов внутреннюю температуру корабля, оставил куртку в кают-компании и пошел в сторону очистительного отсека, тем более, что звуки, доносившиеся оттуда были в целом ожидаемы, но не очень нормальны. Слегка растерянный ЗефИр держал задыхающегося от кашля паренька. Держал очень аккуратно, под плечо, а тот отплевывался клочьями какой-то дряни, то ли слизи, то ли от кашля его попросту тошнило. Рен вздохнул - совсем недавно, с пару месяцев назад, на его руках точно также задыхался Зеф. Потом Рен опустил одну ладонь между торчащими лопатками парня, а вторую примерно на солнечное сплетение и пустил между ними мягкий поток Силы, облегчая работу легким и заодно сканируя. Как и следовало ожидать, двустороннее воспаление и двусторонняя пневмония, хотя могло быть и хуже. Хотя бы не плесень и не чума, просто спать на местных камнях в тонком кителе - идея ну очень плохая... хотя: а где и в чем ему, собственно, было спать? - Мас-стер? - Угу. Что тебе говорит Дар, Зефа? - Плохо. Очень. Рен посмотрел на молодого трандошанина, выразительно подняв бровь. - Он едва ощущает мир вокруг от того, что плохо. - Не спорю. Но это его ощущения. А тебе надо кое-что другое, верно? Зефа пристыженно зашипел, и тут же замолк, ощутив как напряг мышцы и застыл лейтенантик. Кажется, он решил, что съедят, причем вот прямо сейчас. - То есть так глубоко копать нам не надо. Надо копать не так глубоко, а на пару слоев выше. Что ощущается там? Не то чтобы Рен очень хотел проводить занятия на парнишке в качестве пособия по медицине, но без практики ЗефИр не всегда верно привязывал известную теорию к реальности. - Раны в легких, надо заживлять. Но не так страшно, как ощущалось. - Молодец. Начинай. Пару недель назад наставник в качестве урока "случайно" распанахал руку до костей и применил ученика к ее лечению. Старательный ЗефИр едва не отрастил ему чешую для большей прочности кожного покрова. Зеф взглядывает из-под тяжелых век, но не говорит ни слова, хотя ему страшно сделать что-то не так. Рен отвечает на взгляд полуулыбкой: он уверен в ученике, и кроме того, не зря держит свой поток, готов подстраховать, если Зефа ошибется. ЗефИр улыбается, на миг приоткрыв зубастую пасть и потрогав воздух серым языком, и начинает работу. Обе трехпалые руки зависают в воздухе в десяти сантиметров от боков больного человека, глаза закрываются, только медленно и глубоко ходит грудная клетка. Ученику трудно, задание непростое, но Рен уже знает, что чем сложнее задача, тем с большим рвением ее старается выполнить Зеф, и тем больше шансов, что справившись, потом он повторит действие с минимальными сложностями. Иногда Рену кажется, что из всех побывавших у него в руках молодых существ ЗефИр - самый талантливый. Лейтенант, которого не съели, а приступ кашля прошел, осторожно косится через плечо. - Ты стой, стой смирно, - кивает ему Рен, хотя "стой" сейчас реализовано по большей части телекинезом. - Есть. - Вот и молодец. Как тебя зовут? - Сол Ривас, сэр. - Рикерт Рен. А латает тебя ЗефИр. Впрочем, Реном лейтенант его уже называл, скорее всего из-за маски и общей экипировки. Рикерт Рен никак не может привыкнуть, что его фамилия превратилась в имя нарицательное... Некоторое время лейтенант стоял, боковым зрением наблюдая за форсерами. Осторожненько переступил с ноги на ногу, снова покосился на Рена. - Я не предавал Орден. - Да я уже запомнил, - вздохнул очень страшный Рен, едва не закатив глаза: все-таки парня крепко переклинило. - И что теперь? - едва слышно спросил лейтенант. - Ну... Рикерт слегка завис. (Ладно, ЗефИр - трандошанин, их половина Галактики считает отморозками и головорезами, да и культура расы построена на охоте. Но он ведь не орал, не ронял паренька, даже не поднял в воздух. Ничего, что могло бы напугать, а боится парень не только Зефирку, но и его самого. Маска и статус Рыцаря Рен вызывают такую панику у теоретически своих? Или за мальчиком кто-то по-серьезному гонялся, и тот решил, что Рен пришел за его головушкой?) - Сейчас Зефа закончит сеанс, и ты все-таки выполоскаешься. Потом дойдешь до каюты, залезешь под одеялко и подождешь, пока я принесу покушать. А потом будешь спать. Устраивает? Паренек оглянулся через плечо и Рен очень остро ощутил - тот уверен, что над ним издеваются перед тем как убить. Или действительно какое-то время будут использовать для тренировки ЗефИра, а убьют попозже. Убеждать в чем-то сейчас - дело совершенно бесполезное, такое должно доходить само, и все-таки было немного обидно. Сеанс Зеф закончил минут через пять, не слишком успешно - Рикерт сумел бы быстрее и лучше, - но очень старался. Сейчас он и сам хватал ртом воздух, а стоял чисто из упрямства. - На первый раз отлично. - Мас-стер? - Угу. Теперь ты - на камбуз и кафф, и мне тоже кафф. На самом деле кафф был нужен Рену, как рыбке зонтик, но ЗефИра было проще всего занять чем-то рутинным и простым, а кружка каффа еще никому не вредила. Трандошанин, не очень уверенный в своем творчестве, покосился на Мастера, но ушел. Сол Как-его-там (Реек) с трудом переступил низкий бортик душевой кабины, цепляясь ладонью за стену. Верхнюю часть обрывков формы с него, вероятно, снял Зефа, а нижняя еще оставалась, и Рен был почти уверен, что при попытке ее снять найденыш скорее всего упадет, и как бы не сломал чего-нибудь. Правда, эту проблему парень решил весьма творчески, просто усевшись на пол. Стянул штаны, покосился на Рена, вышвырнул их из душевой кабинки. Рен повернулся спиной, потому что его явно стеснялись: если Зефа и его прежних учеников, Легерта или Кардо, от подобного отучили совместные похождения в поле и медицинские манипуляции, которые просто нельзя было не делать, то тут... или время поможет, или паренек вернется в родную среду, то есть куда-нибудь на ИЗРы... то есть ОЗР-ы. Плеск воды не появлялся. Не оборачиваясь, Рен мог сказать, что Сол Ривас не способен дотянуться до переключателя, а подняться у него нет сил. Рикерт сделал проецируемое касание, и вода все-таки полилась. (А до дозатора с мылом он как дотянется? А вот никак, помогать придется. И так, и так придется помогать, точно же реек, упавший на траву...) Реек - небольшая белая хищная птица с родной планеты Рена, всегда охотилась в ветровых потоках, как угодно акробатничала в полете, но стоило упасть на землю - и взлететь реек больше не мог, разве что будет ползти по земле, пока не свалится с достаточной высоты, чтобы расправить крылья. Рееков Рен любил, даже когда-то хотел завести, благо приручались и дрессировались они легко, только приложить терпение. (Сила исполняет желание форсов, рано или поздно, так или иначе...) Он постарался не фыркнуть, чтобы парень не решил, что над ним смеются. Повернулся в полушаге. - Извини. Упорство - вещь хорошая, но точно не сегодня. Если что, ты не первый, кого мне доводится лечить, и думается, не последний. Парень уже и сам прекрасно понял, что с его самостоятельности пользы ровно ноль, и не сопротивлялся. Не пытался отстоять самостоятельность даже когда Рен безо всякого телекинеза отнес его в каюту и завернул в одеяло. Мокрые почти белые волосы, подсыхая, превратились в забавную пуховку, тоже немного похожую на хохолок самца-реека. Еду паренек дождался, не заснул - видимо есть все-таки хотелось. Рен не любил стандартные белковые рационы и держал их на корабле только на аварийный случай, поэтому готовил (больше он, чем Зефа). Вот и гостю досталось примерно полтарелки "рагу" (Рикерт определял как "рагу" любую смесь сваренных вместе продуктов, обычно мясо+овощи+крупа). Дать больше побоялся, да гость и не настаивал, также послушно выпив предоставленную чашку травяного напитка и выключившись, едва голова откинулась на подушку. В кают-компании Зефирка уже заварил кафф и поставил Мастеру его большую чашку из витражного стекла. Витражная чашка в свое время была смародерена из древних руин, стоила больших денег, но продавать ее и еще три таких же Рен не собирался, разве что совсем припрет. - Ты где его взял? ЗефИр покосился на наставника - так он всегда делал, когда смущался, - потрогал воздух языком и только тогда ответил: - Наш-шел тропу. В гряде есть рас-селина, оттуда вниз. Там пос-селок. Не знаю, что за рас-са, таких не видел, звез-сдолетов нет, только лодки, обычные, без-с моторов. Я пошел обходить, хотел пос-смотреть поближе. Пош-шел вдоль воды, увидел, как Сол выбираетс-ся из прибоя. По-моему он от этих-х, в поселке, и сбежал. Вылез, дрожит весь, далеко не уйдет, вот-вот свалится. Я выш-шел к нему, хватать не с-стал... - Но он все равно тебя испугался. - Да, - буркнул Зеф. Ему не нравилось, когда люди откровенно пугались его персоны и шарахались, как бы ящер не притворялся, что ему все равно. - Отс-ступил к скале и с-стоит. И думает, что я должен выстрелить... Я с-сказал, что он со мной пойдет к кораблю. Он не с-спорил, только подумал, что я или охотник за рабами, или охотник за головами. Но пош-шел. А потом тебя увидел. - Ну да, и я оказался еще хуже, - фыркнул Рен. - Какие мы с тобой страшные, просто кошмар... - Ффффф, - обиженно прошипел ЗефИр. Рикерт протянул руку, и погладил складки шкуры под нижней челюстью ящера. Тот блаженно зажмурил лавандовые глаза и замер. Люди считали ЗефИра холодным и жестоким, полузверем, боевой машиной, не способной на привязанность, словно дроид и даже хуже дроида. Причем зачастую так считали как люди, увидевшие Зефа в первый раз в жизни, так и те, кто вырос вместе с ним. Люди были неправы. Зачастую они просто не умели различить, что свою привязанность и теплоту трандошанин проявляет не так, как человек. Рен не знал... Да и сам ЗефИр понятия не имел, куда летел корабль с его семьей и кем были те т-дошк - воинами, охотниками или рабовладельцами. И был ли корабль сбит или случилась какая-то бытовая катастрофа теперь узнать было совершенно невозможно; корабль просто рухнул на небольшую планету с единственной маленькой колонией людей, веривших в Хромого Бога. Когда люди добрались до разбитого звездолета, единственным живым существом в нем был детеныш-трандошанин в искрящем неисправном инкубаторе. Он выжил единственный из кладки, а первые два дня, когда маленькие трандошане обычно сражаются между собой за право выжить и за первую победу, ЗефИр вынужден был есть тела своих братьев, так что нашедшие его люди сочли ящера очень плохим. (Странно, что вообще забрали, а не пристрелили. Наверное Хромой Бог запрещал убивать детей.) Рен встретил Зефа первый раз уже когда тот превратился в ладного подростка-ящера и не смог сдержать восхищенного "Вот это красавец!", глядя на розовую с рельефным черным крапом шкуру и удивительные глаза. ЗефИр, "победитель" на языке т-дошк, косо глянул на чужака с его молодняком, но не подойти все-таки не мог, очень уж было любопытно. Он вырос среди людей, ежедневно выслушивая, что слишком сильный, слишком груб с окружающими, "холодная кровь", и совершенно равнодушен к чужим бедам, и при этом был самым лучшим охотником злосчастного поселка, самым лучшим механиком и самым лучшим связистом - хуже чем Кардо и Унш, но только потому, что учителя попались неважные. Сам по себе ЗефИр старался стать самым лучшим - самый умелым, самым знающим, самым опытным - так вечные понукания и проповеди извратили обычную для трандошанина волю к доминации над окружающими. Рен, учуявший в Победителе еще и средней мощности форсера, едва не истек слюной. Тем более, что "холодный" ящер, пусть и не имел привычки обниматься по малейшему поводу, как ринято у местных, но дважды отставил от края стола кружку, которую Легерт все норовил снести локтем, а потом размешал Рену сахар в напитке, хотя напиток готовил совсем не он. Его "теплота" выражалась не в касаниях и словах, а в поступках, непривычному в глаза не бросающихся. Жаль (а может и к лучшему), что прямо в тот вечер ЗефИр не решился улетать с Рыцарями Рена - он хотел пройти церемонию совершеннолетия там, где вырос. Рен обещал вернуться за ним через год... и не вернулся, потому что его тело осталось гнить на камнях забытой Богами планеты. Год шел за годом, взрослели выжившие Рыцари Рена, и только через семь лет страшно матерящийся физический и материальный Рикерт Рен ободрал с "Искателя" лишнюю зелень, и погнал корабль даже не к бывшим ученикам (теперь ученикам таллза Пушистого, так что еще месяц до встречи потерпят, даже Младший), а к розовому ящеру, которому давал слово. Тем более, что Сила настороженно шевелилась и подгоняла Рена чуть не пинками под зад - что-то с Зефиркой происходило плохое, даже очень плохое. Сесть на планетку оказалось сложно - там, видите ли, начался сезон гроз. Поселок, знакомый Рену, оказался пуст, а находка в одном из домов, труп, покрытый голубой ватной плесенью, вызвал у Рена острейшее желание взлетать вот-прямо-сейчас - уж он-то на своем прежнем теле прочувствовал все "прелести" неизвестной и неизлечимой болезни. Но вместо того, чтобы улетать, Рикерт Рен быстрым шагом обошел оставшиеся от поселка строения и потом - здание башни связи. Да, вот там и нашелся Зефирка, синий от плесени, с хрипом втягивающий воздух в дырявые легкие и даже никак кроме мысли не способный попросить легкой смерти. Его, видите ли, воспитатели и прочие сородичи по поселку оставили подавать сигнал для взлета старому кораблю на котором эвакуировались. Вернее, Зеф вызвался подавать сигнал сам, но забирать его никто не собирался. Ох, как Рен матерился, волнами прогоняя через себя Силу, чтобы не заразиться плесенью самому, и утаскивая пушистого от этой мерзости ящера в корабль. Ох, сколько извел дезынфектора, обмывая по сорок раз на день существо, способное еле-еле шевелиться. Ох, как провонял "Искатель" спиртами и спиртосодержащими снадобьями, потому что неведомую пакость брал в основном банальный С2Н5ОН... И с каким непередаваемым ощущением Рен проветривал кораблик, когда стало понятно, что умирать ящер уже не собирается, а плесень на нем больше не растет. Наверное, именно это разумные называют счастьем. Так вот, Рен был счастлив, что теперь у него есть такой спутник и товарищ, как ЗефИр, и именно поэтому Рикерт терпеть не мог когда его замечательного ящера обижал какой-нибудь кретин, даже не способный вообразить, насколько старательный из Зефы падаван (а иначе и не скажешь, Зеф с удовольствием называл наставника Мас-стером и чуть преувеличенно его слушался - судя по "Пути джедая" многие мастера древности тоже позавидовали бы). Хотя злиться на парня-реека тоже было не очень хорошей идеей - хрен его знает, что ему такое приписали в биографию, но что-то точно крупное и неприятное. Рикерт оставил своего ценного ящера допивать кафф, подмигнул ему и пошел в кокпит. Сол Ривас, который еще не знал, что ему придумали прозвище, спал и видел все тот же отвратительный сон - распадающийся корабль с воющими сиренами тревоги, экран своего терминала и имя одного из казавшихся непогрешимыми командиров, с чьего кода допуска были сняты защитные поля. Имя человека, который теперь уже третий галактический год появлялся, как страшный призрак и не собирался прекращать погоню. Имя человека, который уже давно и наверняка внес его имя в списки предателей вместо своего, но хотел закончить дело сам, чтобы лейтенант не смог никому и ничего рассказать. Когда сон как раз перешел к моменту, когда преследователь стоит над жертвой и целится из бластера (такой эпизод действительно был), Сол судорожно дернулся и свалился с койки на пол. Несколько секунд он просто сидел и соображал, где находится. Выглядел наверняка отменно смешно и жалко, но на данное обстоятельство технику полевых щитов Ордена было плевать. Все еще жив, не на ледяных камнях, которые понемногу добивали его последние две недели, и относительно цел. И преследователя с бластером рядом вроде бы не наблюдается. Это так сказать из явных плюсов. Из явных минусов - он находился на корабле Рыцаря Рен и его ученика, то ли присланных за его головой, то ли просто случайно образовавшихся на планете. В подобное совпадение Сол не верил, но мало ли, Галактика большая и непредсказуемая. Сколько еще он проживет? Это был вопрос сложный и так сказать творческий, потому что в добрую волю Рыцарей Рен поверить трудно. Но как минимум пока трандошанина с именем, очень похожим на прозвище, будут натаскивать на лечение, Ривас еще пригодится. Вроде бы неплохо, но когда выздоровеет, не надумают ли ранить или искалечить для обучения например остановке крови или еще чего похуже? Сол задумался, растирая переносицу и межбровье, потому что нос заложило и дышалось с трудом. Рен, судя по голосу, не мальчишка. Возможно, он даже застал Империю времен расцвета. И возможно он более-менее старой закалки, потому что даже с пленником обращался вполне аккуратно - не ударил, ни разу не уронил и даже поесть дал, учитывая слабость лейтенанта. Можно ли стать настолько полезным, что Рен не захочет его убивать? Сол Ривас был достаточно умным юношей, и несмотря на некоторую невезучесть обычно мог выбраться из неприятностей. Только невезучестью можно объяснить то, что во время глобальных учений на последнем курсе летной академии у отличника-пилота на истребителе отказали щиты. Он все проверил перед вылетом, просто генератор оказался с браком и вырубился в самый неподходящий момент. Такую же неполадку дали еще шесть штук, и пятерым из неудачников прилетели боевые торпеды, которые забыли заменить на учебные. За учения адмирал получил много разнообразных неприятностей, Второй Лидер едва не внес его в расстрельные списки, но пострадавшим и погибшему от этого было ни холодно, ни жарко. Сол провалялся в бакте почти три месяца, а выбравшись из нее получил еще одно малоприятное известие - его родители погибли в теракте. Вернее, про отца сперва сказали, что жив и на лечении, а только через неделю - что не спасли. Ему некуда было возвращаться, а на пилота Сол больше не годился, разве что пополнить толпы клерков на родной орбитальной станции. Можно было смириться и поступить именно так, но Сол Ривас еще раз хорошо подумал и попробовал сыграть на своем бывшем отличии - обратился в приемную Второго Лидера и запросил переквалификацию. Ему разрешили, и после окончания таковой даже взяли на очень ценный корабль. Лейтенант прослужил ровно год, случился очередной терракт и для выполнения оного были сняты корабельные щиты. Сол не успел восстановить их, вернее у его ключа не хватило допуска для этого - допуск отдавшего команду был выше. Потом спасти корабль было просто нельзя, и единственное, что он мог сделать - это эвакуироваться и сообщить Второму, кто является предателем. Несколько выстрелов по нему сделали еще когда Ривас угонял с борта неисправный истребитель - челноков попросту не осталось. Он не был уверен что стоявшая на ремонтном стенде машина вообще дотянет до планеты, но она дотянула. На планете обнаружились местные жители, не слишком приветливые дикари с копьями, и Солу пришлось сидеть в пещере, в веревках, что твоя мумия, и временами еще по шею в воде, потому что видите ли прилив, а местные - амфибии, им и так нормально. Хотя если бы не прилив и не массивные штормовые волны, преследователь, которому он сперва даже обрадовался, не промахнулся бы еще в первый раз, а так Сола банально смыло. Пришлось побыть немного первопоселенцем, потом опять пленником, потом побегать от прилетевшей поисковой партии. Глобальная проблема обнаружилась после ее отлета, и состояла она в траектории планеты - в отличие от нормальных планет эта двигалась по эллиптической орбите и вместе с отдалением от звезды начиналась "долгая зима", и пережить ее было совсем немного шансов. Сол, собственно, не надеялся, но тут появился трандошанин. Так вот, стоило в очередной раз задуматься - можно ли стать достаточно полезным для Рена и его ученика, чтобы опять остаться живым? Допустим, уже более спокойно - да, сперва он запаниковал и наговорил, чего не следовало, - рассказать, кто слил лучший Корабль Первого Ордена. Ренам солгать невозможно, это знают все, значит он поймет, что Сол не оправдывается. Рены стоят над иерархией военных чинов, и может быть... Дверь открылась, демонстрируя Солу Ривасу розового трандошанина с миской, кружкой и ложкой, левитирующими перед ним в пространстве. Трандошанину она, соответственно, явила частично замотанного в одеяло лейтенанта Риваса, сидящего на полу и смотрящего в пространство. - Доброго... - утро сейчас или вечер Сол не знал, поэтому вывернулся, - времени. Он вполне закономерно ожидал насмешки - ящеры уважают сильных и опасных, а высокий, но худощавый Ривас не подходил ни на сильного, ни на опасного. Более того, повозившись на полу понял, что сам не встанет. Трандошанин сделал жест ладонью, от которого вся посуда плавно приземлилась на тумбочку, подступил ближе, и не издав ни звука, протянул трехпалую лапищу. Сол прекрасно понимал, что за нее надо взяться, хотел бы Зефир - поднял бы его как-то по другому, более жестко, а захочет уронить - все равно уронит. Поэтому лейтенант Ривас взялся за протянутую руку. По плотности она напоминала литую резину, по силе - манипулятор дроида, а чешуя была не такой рельефной, как кажется на голограммах и видео, только совсем немного выступала из кожи. Встал он все равно с трудом и тут же свалился на койку, чувствуя себя беззащитным, потому что одеяло осталось на полу, и не очень понимая, почему ящер отворачивается. А Зефир не только посадил его, но и сразу жестом заставил одеяло взлететь и укрыть человека, и только тогда посмотрел прямо, не отводя глаз. Может быть Рен с ним со старта был достаточно жестким, чтобы отучить бывшего рабовладельца смотреть на людей, как на добычу? И вот теперь ящер зашипел. Отодвинулся на шаг, нависая над человеком. По слухам трандошане, бесалиски и прочие чистори обладают резким специфическим запахом, но от Зефира пахло почему-то морской водой, и то совсем немного. - Х-хххх! Мой мас-стер никогда не причинял мне вреда. Он с-самый храбрый дже-даи на с-свете. Джедай. Сол растерянно моргнул, пытаясь осознать все, что связано с этим словом. - Он вылечил меня, ос-ставленного на планете. Взял в корабль, с-смертельно больного. Можешь думать плохо про меня, а про него - не с-смей. Взять на корабль существо, подцепившее что-то неизвестное и опасное - это действительно проявление смелости, вплоть до безрассудства, потому что вопрос - а переходит ли эта болезнь на людей. Джедай. Это многое объясняло, но еще меньше чем под расстрел Сол Ривас хотел в загребущие лапы сопротивления. Импульс в лоб будет милосерднее. Зефир зашипел снова. - Да что у вас тут творится, ё-моё?! Человек, назвавшийся Рикертом Реном возник на пороге и с высоты роста - а он даже выше своего ящера, хотя и не такой массивный, - обозрел и вжавшегося в стенку лейтенанта, и разобиженную рептилию. - Зеф, успокойся. Ты все-таки форс, а не чайник. Да, он нас боится. И что-то ты такое сказанул, отчего боится еще больше. - Он решил, что я не причиняю ему вреда, потому что ты бил меня или еще как-то наказывал... Джедай тяжело вздохнул. - Ну типичная ошибка человека из центральных миров. Насмотрятся некоторые голофильмов и считают, что все трандошане - охотники за головами вроде Босска. - Трандошане исповедуют культ силы и верят в богиню Охоты, - проговорил Ривас, пытаясь хоть как-то отстоять свое предположение. - B основном да. А что можешь сказать про трандошан со светлым окрасом? Альбы, частичные альбы? - Насколько я помню они бракуются сра... Сол посмотрел на розового, почти белого Зефира с очень редким черным крапом и осознал собственный глубокий идиотизм в вопросах ксенологии. Зефир просто не мог воспитываться в нормальной для расы культуре - его бы изгнали или убили. - Вот именно. То есть Зефу растили не сородичи, и их заморочи он перенять не мог. А ты об этом не подумал, потому что тебе с детства вбивали в голову, что ксении опасны. - Вероятно, да. Я был не прав. Извините. - Уже лучше, - кивнул Рен, все меньше похожий на Рена и все больше - на джедая. И если бы джедаи не относились или к Третьему флоту, или к повстанцам, Сол бы очень обрадовался, но... - Ну, а чего ты теперь боишься про меня? - Я могу снова ошибаться, но уцелевшие джедаи поддерживали Сопротивление, и некоторое количество, включая Люка Скайуокера - Третий флот. Бум. Рыцарь Рен демонстративно стукнулся лбом о косяк. - Если еще хоть кто-нибудь скажет мне, что я должен поддержать это дурацкое Сопротивление, я его придушу. Такое впечатление, что на нем вся Галактика сошлась безальтернативным клином! Да эпическая же Сила, я до сих пор так и не понял, почему к нему присоединяются джедаи, разве что очень некоторые и чисто от безнадеги, потому что деваться больше некуда! Ведь это же террористы чистейшей воды! - Я знаю, - вырвалось у Сола. Рен посмотрел на него и пришлось продолжать. - Родители были на орбитальной станции Берканы... Рен опустил веки и когда поднял их снова, золотистых огоньков в зрачках уже не было. - А при Третьем флоте я когда-то вправду был, но наймитом. Не зашло, не люблю, когда командир оказывается идиотом, а так бывает. Второй раз к ним идти резона не вижу. Дальше, так уж, для полной ясности - любого обученного форсера или адепта Силы, как тебе больше нравится, можно назвать джедаем. Джедаи могут быть обычными, и это про старый Орден, могут быть Серыми, то есть Ордену не подчинялись и жили своим умом, и могут быть Темными - это про большинство Ренов, хотя среди них тоже есть серые. Есть еще много разных культов Силы, всех я не знаю. - Темных называют ситхами. - Часто, но не верно. Ситхи штука редкая и сложная, и хорошо, что так. Сол с интересом посмотрел на человека, почти касающегося серыми, словно выгоревшими волосами верха дверного проема. Страх почти прошел, по крайней мере в данным момент. - Вы - Серый? - Ну... мой наставник Серый, значит и я тоже, - Рен улыбнулся. - Давай, доводи мысль до конца, мне интересно. - Вы не относитесь к Рыцарям Рен? - спросил Сол Ривас, собравшись, насколько сумел. - Не совсем. - Рен прищурился и тоже, кажется собрался. - Часть Рыцарей Рен обучал я. Потом меня сочли неподходящим учителем и избавились. Насовсем избавиться не вышло. Сол не знал, испытывает ли он в данный момент облегчение или наоборот. Растерянность - однозначно. - С тобой тоже что-то в этом роде, Реек? Солу очень хотелось бы солгать, что он при попытке эвакуации разбил и без того неисправный истребитель и должен считаться дезертиром, но понимал, что такие сказки с Реном, даже серым джедаем, не пройдут. - Я знаю, кто помог Сопротивлению в уничтожении тестовой модели ОЗРа. Кто вомп-крыса. И этот человек знает, что я это знаю. Он требовал взять на себя вину и пытался меня убить. И будет пытаться еще. Кроме того, я, вероятно, в розыске Ордена. Лейтенант Ривас не был уверен, не отдадут ли его преследователю и не стал называть имя вслух, словно это могло что-то изменить. - Неприятно, но решаемо, - шевельнул плечом Рен. - А первое время так вообще незначительно, потому что в центральных мирах мы не слишком частые гости. Сол Ривас понял, что за время разговора у него ужасно устала спина и сполз на подушку. Ощутил, какая она на самом деле уютная - самым уютным, на чем он спал последние два года или немного больше, был сухой плавник, он теплее камней. - Что, мы уже не такие страшные? В голосе Рикерта Рена была насмешка, но не то чтобы злая. - Я техник полевых щитов. С прочей инженерией на уровне фрахтовика тоже разберусь. - проговорил Ривас, стараясь не потерять контакт глаза в глаза. - И пилот до переквалификации, за штурвал сяду без проблем. Но я совсем не хочу под расстрел. И уж точно не к сопрам с Третьим флотом, я знаю, что там делают с пленными. Если надо будет на мне что-то отрабатывать... ну окай, как-то стерплю. Трандошанин зашипел, но человек отмахнулся от него. - Зеф, мы на нем отрабатывали лечение, не во вред, но факт был. Почему была переквалификация? Что случилось? - Боекомплект на учениях у противника перепутали и генератор щита отказал. Три месяца бакты. На пилота по нормам уже не годен. - С сердцем проблема. Ривас сжал кулаки, понял, что делает, и разжал пальцы. - Решается, если сделать блокаду эмоций. Рен вздохнул, все-таки полностью вошел в комнату и сел на противоположный край койки. Наклонив голову набок и прищурившись, посмотрел на бывшего лейтенанта. - Блокадой эмоций не решается. Решается немного иначе, но решается, да. В принципе можем попробовать даже сами, но если не выйдет у меня, пойдем к спецу получше. Давай сперва разберемся с твоей пневмонией и прочими прочими мелочами, а потом с этим. - То есть я принят? Пока - механик? Рен посмотрел на молодого человека и привычно, хотя немного демонстративно вздохнул. Примерно также в его экипаж когда-то просился Дион, а потом наутолан Морхо... светлая память обоим. Рен почувствовал, как глаза снова начинают теплеть. (Да, он все еще не вечен - хотя теоретически призраком Силы в мече уже был, мало ли, вдруг это можно повторить, - но и не настолько уязвим, как было раньше. И если кто-нибудь, КайлО, длинные руки Палпатина, охреневшее сопротивление или кто там еще, надумает тронуть его пацанов, этих или старших, которые у таллза, они познакомятся с новыми клинками Первого Рена в его очень неприятной модификации) - Пока механик. С Зефой друг на друга не шипеть, пока из каюты особенно не шастать, голова закружится - еще что-нибудь сломаешь. Да, я всегда такой, не только с не-форсами, нудный и доставучий. Вопросы можно, нужно и по мере возникновения. Лейтенант серьезно посмотрел на нового командира. - Что такое Реек, которым вы меня назвали? - Птица. Мелкий хищник с белым оперением, потрясающий летун, но на землю не садится, и взлететь сам не сможет. - Мой новый позывной? Рен улыбнулся. Глаза у мальчика тоже голубые с незначительным серым отливом. - Да. Твой новый позывной.