А я слышал, как внутри тебя бился хрусталь..

«Что он только что сказал? Переспать?» Сяо округляет глаза и сверлит взглядом стенку напротив. Почему? Почему Венти так думает? Как ему сейчас поступить и что ответить?  Руки боязливо прикасаются к чужой спине, слегка поглаживая. Барбатос впервые оказывается перед ним таким. Можно сказать, что беззащитным. Он действительно такого мнения о Алатусе? Или же.. Кто-то сказал ему так? Отчего-то грудную клетку опять неприятно сдавливает, даже вдохнуть полной грудью становится сложно. Профессор.. Его профессор.. Видеть его в таком состоянии слишком болезненно.  Мысли прервал еле слышный всхлип. Сяо вздрагивает и стремительно опускает взгляд вниз. Венти настойчиво не хочет устанавливать зрительный контакт и утыкается теперь уже лбом о надежное плечо. Хватка на одежде ослабла и руки безвольно мотаются где-то внизу. Черт.. Кажется пауза затянулась на слишком долгое время.  Сяо осмеливается, думая, что на утро Барбатос ничего не вспомнит. Затягивает его в более крепкие объятия и укладывает руку на мягких волосах. Ужасно мягких.. Растрепавшиеся пряди касаются лица и Алатус невольно вдыхает их приятный аромат, блаженно прикрывая глаза. Пахнет сладко и нежно.. Элегантно.. Пахнет гарденией. — Это не так.. Пальцы зарываются в темные волосы, успокаивающе поглаживая. Он не знал, как поддержать.. что сказать ему.. Губы невольно сжимаются в тонкую полоску.  — Я не хочу только переспать с тобой и всё.. Это можно считать за признание? Вряд ли Венти что-то поймёт..  — Что? - Барбатос поднимает своё лицо. Слегка покрасневшее, то ли от холода, то ли от подступающих к горлу слез. И Сяо медленно, но верно краснеет тоже. Ужасно краснеет.. Они находятся слишком близко и Венти не смущён ни капли.. Кажется, что совести и стыда у него вообще нет. Вот так вторгается в чужую зону комфорта.. Хотя Сяо и не против. Совершенно не против. Можно даже сказать, что сейчас он ждет поцелуя. Пока есть шанс.. Мысленно умоляет и клянётся себе, что если Венти не поцелует его сейчас, то это сделает он.  — Пошли в спальню.. там.. - Алатус замолкает и хватку не ослабляет, пытаясь передать всё имеющееся у него тепло. А у него оно вообще есть? Очень хотелось в это верить.  Слова никак не вяжутся с действиями. Рука с волос опускаются на холодные щёки, ненавязчиво поглаживая. Мягкая, даже бархатная кожа.. Приятно.. И Венти такой красивый сейчас. Он всегда в глазах Сяо такой.. Бесконечно волшебный и опьяняющий. Даже когда плачет, захлёбываясь своими слезами и пытаясь сделать полноценный вдох.. Даже после очередной бессонной ночи и с темными кругами под глазами.. Даже на трясущихся коленках у туалета после бара.. Всегда.. В каком бы он не был состоянии и как бы не выглядел, Сяо всегда будет любить его. Это же любовь? Да.. Наверное..  Даже страшно от того, что он испытывает к стоящему перед ним профессору.  — Сяо? - Венти безуспешно пытается взглянуть на чужую руку, что сейчас так нежно оглаживает контур его щёк и понять, чего хочет Алатус. И в итоге сдаётся. Переводит взгляд на янтарные глаза и задыхается. Тонет без шанса на спасения. Но он и не хочет.. Не хочет, чтобы его спасали. В этих глазах он нашёл нечто особенное и родное. Тёплое и желанное.. Хочется стоять так, хоть сутками.. абсолютно не обращая внимания на болезненную спину. Но Сяо отстраняется первым. И запах табака, исходящий от тонких пальцев, пропадает. Венти разочарованно поджимает губы, но все так же завороженно следует за ним взглядом.  *** Кровать у Сяо была большая и просторная. Наверное удобно спать на такой. Но не одному. Слишком одиноко и холодно.. Вряд ли даже одеяло сможет помочь укрыться от собственных тяжелых мыслей. — Прости, что ушёл, но так было лучше.. И я.. не должен сейчас быть здесь.. - Венти тяжело вздыхает и приподнимает голову, пытаясь взглянуть на чужое лицо. На коленках у Сяо даже дышать легче. Тепло. Очень тепло.. Барбатос сгибает ноги в коленях и неосознанно пытается притянуть их ближе к своей груди.  Сяо молчит, только руку останавливает, что ещё совсем недавно вырисовывала известные лишь ему фигуры в темных волосах. Ждёт какого-то продолжения от Барбатоса и безумно жалеет, что не поцеловал его тогда. Хотя.. может это и к лучшему? Если Венти говорит такие вещи.. Не должен быть здесь? Тогда почему не уйдёт? Почему продолжает лежать на его коленках и блаженно прикрывать глаза от тёплых ласк?  «Черт» - Сяо жмурится и облокачивается спиной о стенку, рядом с которой стоит кровать. Почему? Он хочет уйти?  — Хотя я не уверен, что это было правильным решением. Никогда не чувствовал себя в порядке, особенно.. — Останься, - Алатус выдавливает из себя одно единственное слово. На большее сейчас он точно не способен. Почему с Венти всегда больно и вместе с этим головокружительно хорошо? Почему он такой безумно сложный и одновременно слишком простой? В голове полная каша, а во всем виноват этот парень с помутневшими глазами на его коленях. Барбатос ничего не отвечает. Прикрывает глаза и натянуто улыбается. Голос разума слабый и тихий, а вот сердце слишком сильно бьется сейчас. Он не может остаться.. Не может быть с ним. Конец ведь всегда одинаковый? Будет больно. Так сильно, что он не уверен, сможет ли встать с колен в этот раз. А в прошлый раз смог? Действительно смог или сделал вид, что справился?.. — И больше не исчезай.. Венти сводит брови и улыбка с лица пропадает слишком быстро. Не нужно было так много пить.. Если бы он был трезвым, контролировать эмоции и слова было бы легче.  Сяо просит о том, что ему не по силам.. Он же сам знает.. — Перестань, Сяо.. Пожалуйста прекрати.. Лицо горит ужасно и наверняка покраснело. И что это? Слёзы? К горлу подступает неприятный ком, а в глазах беспощадно скапливается влага, контролировать которую, было и вовсе невозможно.  «Нет..черт.. нет нет, не сейчас..Боже» Барбатос закрывает лицо руками и закусывает нижнюю губу чуть ли не до крови. Сяо не должен видеть его слёзы и.. Не должен так бережно относиться, словно к чему-то хрустальному.. Словно.. любит его.. А ведь он оставил его. Даже ничего не объяснил. Кажется вина за содеянное сожрет его целиком прямо сейчас. Отчего-то это чувство стало таким отчетливым.. Глаза в неожиданности от собственных мыслей раскрываются. Если Алатус действительно любит его, то все усложняется. Венти отворачивается от своего ученика, пряча лицо и опускает руки, собираясь подняться с кровати. Он не готов ко всему этому.  Сяо сжимает губы в тонкую полоску и поддаётся вперёд. Обхватывает тёплое тело своими руками и прижимает поближе к себе, не давая сбежать. Он что-то не то сказал? Наверное.  Но хочется быть честным с ним во всех своих мыслях и желаниях, хотя наверняка ему совершенно нет дела до этого. Он вообще не должен все это выслушивать. — Забудь обо всем, что я сказал. Не плачь, слышишь? Венти..  А Венти слышит. Прекрасно слышит и готов поклясться, что так бережно его имя ещё никто не называл. И он перестаёт пытаться уйти. Просто расслабляется в тепле надежных рук и сдаётся. Прикрывает глаза и еле заметно ластится щекой о чужую грудь. Алатус проклинает себя за то, что заставил плакать, хотя его вины в этом и нет. И аккуратно оглаживает чужую спину, успокаивая. Он помнит.. Да.. конечно он помнит, как сильно Венти не хватало обычных объятий и как он голодал по ним, хотя сам никогда в этом не признавался. Снова серьёзный разговор отложен и снова они решили промолчать о том, что чувствуют. Недосказанность переходит в чувство обиды.. А обида съедает изнутри. Сяо чувствует себя неполноценным. Чего-то лишенным. Но с Венти в руках так хорошо. Он дополняет его. Делает более живым и счастливым, даже сам того не подозревая.  А Венти и представить не может, как такое возможно. Как он может дополнять его, если сам не является чем-то целым?  Чувство непонятного страха и разочарования в груди слишком сильное. Дрожью расходится по каждой косточке от каждого чужого всхлипа. Алатус все понимает. Венти даже похож на него, хотя со стороны и не скажешь. Нежные прикосновения рук от которых внутри все скручивает то ли от наслаждения, то ли от нервозности. Венти не понимает своих чувств и желаний. Не знает, хочет ли остаться с Сяо.. да и о чем говорить, если он даже не знает, что ему делать завтра. В каждом дне не уверен и каждую ночь хочет провести как последнюю.  Частое дыхание и метание глаз из стороны в сторону. Казалось, что паника беспощадно заполняет собой каждый угол.  Венти стискивает руками чужую одежду, сам того не замечая. Перед глазами все плывёт из-за бесконечных слез, а сердце колотится так, что казалось сейчас выпрыгнет.  — У тебя не белая горячка?  Сяо себе места не находит. Кажется Барбатос не успокаивается вовсе. Все становится лишь хуже. А что ему делать? И почему собственный голос так дрожит? — Я за водой схожу и.. нужно.. скорую вызвать.  Голос, что совсем недавно был таким отчётливым, сейчас слышится где-то вдали. Сказать что-то в ответ просто не получается.. Венти мотает головой из стороны в стороны, упирается головой в тёплое тело и сжимает одежду до побеление костяшек. Что угодно.. но пусть Сяо никуда не уходит сейчас. Чувствовать тепло рядом с собой становится чем-то жизненно необходимым.  — Венти, ты меня слышишь? Нужно что-то ответить, но все жизненные силы, словно исчерпали себя, остались лишь слишком сильно дрожащие руки и тяжёлое дыхание. — Венти, скажи хоть что-нибудь.. Сяо поджимает губы и сводит брови. В уголках собственных глаз начинают скапливаться слёзы, а внутри все надламывается с оглушающим треском. — Кажется я действительно.. немного устал.. Венти собирает в себе последние силы, чтобы приподнять голову и растянуть губы в слабой улыбке. Натыкается на до ужаса обеспокоенное лицо.. а рука сама тянется к наверняка тёплой и покрасневшей щеке, но не достигает своей цели.  Тело такое тяжёлое.. И почему перед глазами все темнеет?..