Последний мститель

      Мюзикл был дурацким. Хотя Бартону понравился. Разумеется, его доводы в защиту жалкой пародии на мстителей Старк не слушал. Пеппер слушала, однако, бедная, не могла ни согласиться с Клинтом, ни возразить ему. В обоих случаях она бы кого-нибудь обидела.       — Я жду, — Тони нетерпеливо постучал пальцами по крыше машины.       На мюзикл (чтоб его завтра же прикрыли!) Старки поехали вдвоем, оставив Морган на попечении матери Пеппер. Железный человек оделся в дорогой, как годовой бюджет Нью-Йорка, костюм и сам вел еще более дорогую новую машину. Все как раньше. Кроме души. В ней что-то сломалось, и это не починишь. Особенно она заболела, когда на сцену вышел актер, изображающий Роджерса. Старк чуть не вышел из зала — Пеппер удержала. Она же не дала Тони швырнуть в актера телефоном.       — Иду. Клинт, ты прости, — виновато улыбнулась Пеппер, хотевшая еще пообщаться с многочисленной семейкой Бартонов, однако собственная в бесцеремонном лице Старка требовала немедленно уезжать.       — Ничего страшного, я понимаю, — отозвался Соколиный Глаз. — Как-нибудь потом встретимся.       — Да-да. Всем пока!       Жена и дети Клинта сказали «До свидания», косясь на даже не кивнувшего в знак прощания Тони, демонстративно севшего за руль и включившего двигатель.       — Это невежливо, — укорила Пеппер мужа и с недовольным вздохом пристегнулась.       — Что-то именно?       — Ты прекрасно знаешь, о чем я.       — Переживут.       — Тони!       — Все, не отвлекай меня от дороги. Джарвиса или другого искина в машине нет, так что вся ответственность на мне.       «И когда ты стал образцовым водителем?» — собралась саркастично спросить Пеппер, но смолчала. Смысла ругаться со Старком никогда не было и не будет. Такого упертого человека еще поискать. Даже если он неправ, то никогда этого не признает вслух.       «Тони из-за смерти Стива несноснее, чем всегда», — написала смску Бартону Пеппер, испытывая странное ощущение: поступил по-свински Железный человек, а стыдно было ей.       «Это нормально, — ответил Соколиный Глаз. — Но у тебя поистине ангельское терпение. Меня бы Лора за такое огрела чем-нибудь по башке».       «Боюсь, что в нашем случае не будет никакого толка. Спасибо за понимание».       — Кто пишет? — спросил Тони.       — Ты говорил, что должен внимательно следить за дорогой.       — Ладно, квиты. Пеп, а с кем ты все-таки переписывалась?       Миссис Старк тоже повела себя по-свински: ничего не ответила, скрестила руки на груди и перевела взгляд на пассажирское окно. Город оставался позади, еще немного, и они окажутся в своем доме в лесу. Интересно, Морган уснула или стойко ждет родителей? Время позднее, почти полночь.       — Я все думаю: почему Кэп не смог выжить после щелчка? Что ему помешало? Он же суперчеловек.       — Тони, — устало проговорила Пеппер. — Мы можем строить сколько угодно теорий, но Стива не вернешь.       — Ты могла бы быть и помягче ко мне.       — Прости.       — Ты из-за Бартонов такая хмурая?       — Нет, — соврала Пеппер.       — Господи, какие все бездушные… По-моему, остальным Мстителям плевать, что Роджерса больше нет, — принялся сетовать Старк. — Возятся с детьми как ни в чем не бывало, копошатся на кухне, гоняют мышей, обсуждают цвет обоев и осуждают соседей… Говорят о политике, погоде и искусстве. Будто и не было никогда в мире Капитана Америка. Что с вами всеми стало? Да и еще настолько поглупели, что ходят на бредовые спектакли и таскают меня на них.       — Что ты хочешь? Чтобы все убивались и всю жизнь носили траур? Стив бы этого не хотел.       — Я хочу, чтобы все оставили меня в покое и не трогали.       — Хорошо. Когда нам с Морган уехать? И на сколько? — ровным тоном поинтересовалась Пеппер. Сил не хватало устроить истерику. И правда у нее ангельская выдержка терпеть подобное дьявольское поведение.       — Я не это имел в виду. Вы можете остаться.       — Ах, можем? Ну спасибо! Сколько мне полагается от дома? Двенадцать процентов? А Морган?       — Вспомнила Башню…       — Мы уедем, Тони. Чтобы никто тебя не таскал на бредовые спектакли! — все-таки вышла из себя Пеппер.       — Я говорил это про Бартона!       — Да какая разница! Тебе никто не нужен! Хочешь погрязнуть в горе в одиночестве? Бога ради! Что я перед тобой распинаюсь все время с момента гибели Стива и вообще всегда? Чокнутая альтруистка, черт возьми!       — Эй, Пеп, ты сильно разошлась, — наконец-то Тони забеспокоился не только о себе и глянул на рассерженную жену.       — Следи за дорогой, пожалуйста, — отозвалась Пеппер холодно, хотя щеки ее горели.       — Пеппер, милая, извини. Я опять…       — Да, ты опять! Ты у нас Железный человек, а я нет! Я живая, из плоти и крови. И нервы у меня не из вибраниума!       Старк правой рукой коснулся запястья Пеппер и легонько погладил:       — Успокойся, прошу. Мне тяжело…       — И мне. Не отвлекайся от дороги, Тони.       — Я такой неблагодарный…       — Давай домой поговорим?       — Мы почти доехали. Пеп, ты же знаешь, дороже тебя и Морган у меня никого нет. Я ценю вас, но у меня срывает крышу из-за Кэпа… — Старк смотрел жене в глаза тоскливо, как побитая собака.       И не заметил, как выехал на встречную полосу.       — Грузовик!!! — закричала Пеппер и выставила перед собой руки, словно могла защититься от огромной машины, мчавшейся прямо на них и ослеплявшей фарами.

***

      В последний момент Тони успел отвернуть, и Старки благополучно добрались домой.       Пеппер, быстро справившись с нервной дрожью, осторожно поцеловала в лоб спящую Морган и поправила одеяло, затем погасила ночник и покинула детскую. Пообщалась с матерью, и та ушла в комнату для гостей.       Тони попросил прощения у жены и сказал, что безумно рад, что они выжили и дочка не осталась сиротой, как он когда-то, лишившийся родителей в один день.       Только он тоже солгал. Он был бы рад, если бы умер.       Как Стив. Но от его смерти никому нет пользы, а от гибели Старка всем полегчает. В первую очередь ему самому. Он устал от себя и своих переживаний, и казалось, что смерть — единственный выход из этого круга ада.       Пеппер, Морган и оставшиеся Мстители должны держать Тони на плаву. А такое получается все реже и реже. И он уже не в состоянии сопротивляться депрессии, которая затягивает, как в омут.       Не может и не хочет.       — Пеп…       — М-м-м? — сонно отозвалась она.       — Дай мне цианид.       — Если ты не прекратишь нести чушь, я огрею тебя по башке.       От угрозы, высказанной сердитым и серьезным тоном, Старк хмыкнул и попытался заснуть.       Он должен держаться на плаву. Не стараться создавать видимость, а именно держаться.