Ты пахнешь мятой

      Стаканчик горячего латте с мятным сиропом слегка обжигал длинные пальцы и контрастом согревал их от прохладного июльского ветра. Альбедо вышел из кофейни, глянул на хмурое небо и повернул в сторону парка. Неделю назад был сдан последней экзамен и вместе с тем успешно закрыта его первая летняя сессия в университете. Настали каникулы. Вместе с тем у Альбедо появилось много свободного времени, которое он не знал чем занять. Он предпочитал гулять по городу в поисках вдохновения для рисования или целыми днями продолжать читать учебники по медицине, но теперь уже для личного удовлетворения. Иногда Итэр и Сахароза приглашали его прогуляться вместе, но чаще на прогулки выходил он в одиночестве.       Альбедо не был социофобом и не отгораживал от себя людей специально, скорее привык держаться один и не знал как правильно выстраивать взаимоотношения с людьми — тяжёлая это работа. Но к счастью, всё его окружение понимало эту особенность и никто лишний раз не навязывался.       Он спустился в подземный переход, по пути размышляя о том, где можно остановиться, дабы нарисовать очередной портрет прохожего. Это хобби Альбедо открыл для себе прошедшей осенью, когда между парами появилось окно и он отправился в ближайшую кофейню, дабы скоротать эти два часа. Он тогда запечатлил счастливую посетительницу и перед уходм решил отдать ей её портрет с парой слов. В груди разлилось тепло и на лице сама собой расцвела улыбка. Делать людям такие подарки оказалось очень приятно.       Из мыслей его вывела безупречная игра на акустической гитаре и чарующий мужской голос. Молодой.       Альбедо остановился и глазами нашёл парня с гитарой, что исполнял какую-то популярную нынче песню прямо у входа в подземный переход. Синеволосый смуглый красавец сидел на бортике арки перехода, а к его ногам, прямо в чехол для гитары, люди бросали мелочь и даже некрупные купюры. Конечно, много таким не заработаешь, но для души получить хотя бы копеечку приятно.       Альбедо отошёл поближе к стене, чтобы не мешать на пути прохожим, улыбнулся и вместо мелочи достал блокнот среднего размера и карандаш. Человек, чей портрет он решил запечатлеть нашёлся сам.       Люди проходили в обе стороны. Некоторые из них останавливались, слушали молодого музыканта и даже бросали ему монетки. А он продолжал играть хиты настоящего времени и в перерывах перебрасываться парой фраз, по всей видимости, с друзьями. Такую обольстительную улыбку Альбедо ещё не видел. Он старался не засматриваться на музыканта, чтобы не привлечь к себе внимание, но… Как же тяжело всё-таки было отвести глаза!       Альбедо, словно специально, очень медленно наносил тени и подчёркивал мелкие детали, чтобы налюбоваться этим лицом хотя бы с рисунка. Однако страх, что его компания скоро покинет место вновь заставила его поторопиться. Он расписался на рисунке и, немного подумав, написал в углу листка свой номер телефона.       Когда очаровательный парень закончил играть, Альбедо быстрым шагом приблизился к нему и привлёк на себя все внимание компании. Рядом с ним стояли девушка с вишнёвым цветом волос и рыжий парень его роста.       Музыкант заинтересованно посмотрел на него и дружелюбно улыбнулся, подаваясь корпусом вперёд, на руки, сложенные на корпусе гитары.       — Хочешь заказать песню?       Альбедо помотал головой и протянул лист с портретом.       — Пожалуй нет, но ты очень красиво поёшь.       Парень взял рисунок в обе руки и взглядом пробежался по всему листу, изучая. Альбедо запечатлил как он, чуть подняв подбородок, широко и искренне улыбался своим друзьям — лучше момента просто не поймать. Незнакомец расплылся в широкой и явно удивлённой улыбке, а затем поднял голову на художника.       — Это же я! Круто! Меня никогда не рисовали так реалистично, — восхитился парень, а его рыжий друг тут же рассмеялся.       — Тебя вообще никогда не рисовали.       — Ой, помолчи! А тебя, конечно, рисовали.       — Младшая сестра меня рисовала!       Музыкант рассмеялся, но не стал продолжать шуточный спор с другом. Он протянул руку и подмигнул. Альбедо ответил на рукопожатие.       — Спасибо тебе большое! Мне очень приятно! Мне, кстати, Кэйа зовут.       — Альбедо. Рад подарить тебе улыбку.       И после этих слов Альбедо отправился гулять дальше, допивая уже холодный кофе с привкусом мяты, совсем не чувствуя, как его в спину провожает мечтательный взгляд.       Впрочем, после встречи этого самого Кэйи портреты прохожих перестали доставлять ему удовольствие и что-то подсознательно манило Альбедо обратно в тот подземный переход. Музыканта не было там несколько дней подряд, да и никаких звонков и сообщений на телефон ему не поступало. Значит — не приглянулся.       Но уже в следующую встречу с Итэром, тот рассказал, что у уличных музыкантов существует расписание кто, когда и в котором часу выступает, и тогда Альбедо решил попытать счастье ровно через неделю после их столкновения. И не прогадал.       В этот день на небе висело солнце и не было ни одного облачка. Кэйа сидел на том же бортике, с той же чёрной акустической гитарой, а рядом ему от всей души подпевал рыжеволосый друг. Альбедо остановился в сторонке и слушал абсолютно каждую песню. Он потерял сон из-за этого чарующего голоса, потерял аппетит из-за этой улыбки и настолько часто погружался в грёзы, что часто приходилось перечитывать страницу учебника, чтобы понять написанное.       Кэйа подмигнул ему, когда заметил самого внимательного слушателя, но не позвал к себе и не подошёл пообщаться. Альбедо хлопал ему после каждой песни и получал в ответ взгляд синих глаз и солнечную улыбку. Этого было достаточно, чтобы вернуться на это же место через три дня — Кэйа выступал два раза в неделю.       Альбедо приходил каждый раз, когда Кэйа выступал, стоял напротив него, хлопал после каждой песни и ловил неоднозначные взгляды уличного музыканта.

***

      Альбедо медленно разлепил глаза и попытался сообразить что же его разбудило. Рядом с ним играла смутно знакомая мелодия, и он решил, что всё ещё находится во сне, пока краем глаза не заметил Кэйю с гитарой. Когда сонная дымка отпустила его сознание, Альбедо потянулся, повернулся на правый бок, и Кэйа с мягкой улыбкой на губах запел.       Его голос всё ещё ласкал слух, а скользящая в нём нежность заставляла сердце биться чаще и глупо, но искренне улыбаться. Альбедо также, как и год назад, не мог отвести взгляд от Кэйи и сейчас мягко заправил порядку волос ему за ушко. Глядя на его мятую бледно-синюю футболку для сна, он не верил в происходящее.       Песня, которую Кэйа написал специально для него.       Песня, которую он впервые исполнил в том самом переходе год назад.       Песня, что значит для них слишком многое…       На глазах проступили слёзы. Альбедо зажмурился и поспешил их вытереть, но всхлипнул и расплакался. Кэйа нежно закончил петь, отставил гитару, пересел на кровать и заключил его в надёжные объятия.       — Зай, ты чего?       Альбедо пытался успокоиться, но тело продолжало содрогаться от слёз, а улыбка на лице сдавила скулы.       — Я так люб-люблю тебя, — прошептал Альбедо, утыкаясь ему в грудь и вдыхая родной запах — за полгода совместной жизни их запахи смешались и стали общими.       — И я тебя люблю, — он погладил Альбедо по спине и подождал, пока тот успокоится. — Опять сегодня поздно лег спать?       — Откуда ты знаешь? — он задрал голову, заглядывая в глаза возлюбленному. Всю жизнь он жаловался на низкий рост, но с другой стороны ему было даже приятно вот так вот сидеть в объятиях любимого человека и казаться крохотным.       — Я чутко сплю. Почувствовал ночью как ты аккуратно лег и обнял меня, — Кэйа заглянул в серые глаза, вытер мокрые дорожки, заправил пшеничные волосы длинной чёлки за уши и мягко поцеловал в лоб.       — Медицинский он такой, — пробубнил Альбедо и прикрыл глаза, ластясь как котёнок.       — Я понимаю, — выдохнул Кэйа.       — Стой, — он резко отстранился и перепуганный заглянул любимому в глаза. — Тебе разве не надо на пары?       Кэйа наигранно состроил задумчивый взгляд и отвёл его куда-то в правый верхний угол. За полгода совместной жизни Альбедо отлично научился читать Кэйю. Для него он стал словно открытой книгой — все эмоции, чувства, привычки и любое его поведение Альбедо понимал не хуже самого себя.       — Надо, — просто ответил он, вернул взгляд и поцеловал в скулы. — Но один день ничего не значит. У моего любимого сегодня именины. Разве может быть что-то важнее этого?       Альбедо расплылся в улыбке и не успел он что-нибудь ответить, как ему в руки вручили увесистую коробочку, завёрнутую в фиолетовую праздничную упаковку.       — Открывай, зай.       — Сейчас?       Кэйа кивнул. Альбедо отстранился и вылез из его объятий, аккуратно разворачивая подарок. Он глянул на любимого — Кэйа широко улыбался, внимательно наблюдал за распаковкой, ожидая реакцию.       Альбедо развернул и ахнул, прикрыв рот рукой.       — Кэ-э-эй… — он успокоился и глубоко вдохнул, пытаясь не расплакаться от черезмерной любви во второй раз.       — Отказы не принимаются.       — Это слишком дорого.       — Для тебя не жалко.       Альбедо расплылся в улыбке и обнял Кэйю, оставляя смазанный поцелуй на его щеке. Ему подарили качественные, но дорогие краски с богатым выбором цветов и оттенков, а это значит…       — Будешь теперь портреты на заказ рисовать. Профессионально, — напомнил Кэйа и погладил любимого по волосам. Альбедо несколько раз открыл рот, чтобы сказать хоть что-то в благодарность, но слова так и застряли в горле.       — Ты потрясающий!       — Никогда не устану слышать это от тебя. И днём, и ночью.       — А я и не позволю, — заявил Альбедо с хитрой улыбкой и втянул Кэйю в глубокий и тягучий поцелуй, затем медленно потянул за собой на кровать. Он ощутил как руки пробрались ему под футболку и сжали худые бока, прошлись по рёбрам и спустились к тазовым косточкам.       — Сначала завтрак, — заявил Кэйа, заливаясь смехом, подхватил негодующего Альбедо на руки и понёс того на кухню.       Если бы у Альбедо спросили какой День Рождения в его жизни был лучшим, он бы без сомнений ответил — все дни одинаково лучшие, пока рядом с ним Кэйа Альберих — его возлюбленный человек.