Poison

      Лучи закатного солнца очерчивали нежные изгибы тела. Волны ласково омывали босые ножки. Ветер развевал белоснежное летнее платье. Она смеялась, маня умчаться в закат. Но беззаботный смех в миг сменился изумлением, когда парень опустился на одно колено. Ответ был незамедлительным. Она даже подпрыгнула от радости, а после утянула парня в объятия. Они закружились и, не удержавшись, рухнули в воду. Мокрые, но счастливые. Девушка осыпала его беспорядочными поцелуями.       Лия тряхнула головой, вырываясь из приятных воспоминаний, и вновь сосредоточилась на написании новой книги. Отчего-то ей давалось это всё труднее и труднее. Мысль постоянно ускользала, хорошие идеи забывались, порою даже терялся смысл. Она могла подолгу пялиться в чистый лист, а к концу дня написать лишь пару никудышных строк.       Чья-то рука легла на талию, а после скользнула вверх и мягко сжала грудь. Губы стали целовать шею, покусывая бледную, почти прозрачную кожу. — Мне надо работать, — сухо сказала Лия, не отвлекаясь от книги. — За весь день ты написала одно предложение. Тут работой и не пахнет. Стеффи словно почувствовала, как с его губ по груди стекает капля яда, подбираясь к сердцу. Раньше она могла сказать «нет». Но сейчас она просто очень устала…       Он отвел Лию в спальню, как безвольную игрушку, раздел её, как тряпичную куклу, насладился так, как наслаждаются перезрелым фруктом. Когда он закончил, Стеффи проявила остаток собственной воли — вернулась за стол и уставилась в чистый лист. Голая и грязная. Она просто очень устала.       Словно вытягивая нужные слова из трясины глубоко в груди, она написала короткий абзац. Он бесшумно возник за спиной. Холодными глазами прошёлся по тексту, цепляясь за каждую мелочь. Затем взглянул на предыдущую страницу, и ещё одну, и ещё. — Слишком слабо, — бездушно произнёс он, — тебе стоит взять перерыв. — Я не могу. — Боишься, что о тебе забудут? И правильно делаешь. Скоро популярность твоих прошлых книг сойдёт на нет. Никто даже не вспомнит имени автора таких никчёмных, прости господи, романов.       Яд, который стекал по груди, хотел разъесть кожу, а сердце должно было захлебнуться от боли. Но этого не случилось. Она просто очень устала.       Он ушёл «по делам». Стеффи уже давно не способна удовлетворить его потребности. Он не скрывал этой мысли, можно сказать, внушал её через полный скуки и презрения взгляд.       А она опять уставилась в чистый лист.       Лия вновь потеряла смысл. Смысл писать, смысл думать, смысл говорить.       Наверное, она просто очень устала жить…