Слабости

На дворе двадцать первый век. Век технологий, разрастающейся толерантности и поклонения заднице Кэпа. Рамлоу отчаянно не понимал, как у людей, живущих в этом времени, остаётся такое стереотипное мышление о мужских и женских вещах. «Машинки — мальчикам, куклы — девочкам. Одежда с карманами для мужчин, косметика для женщин». И почему многих так удивляет простое желание здорового взрослого мужчины выглядеть хорошо? Да, Брок пользуется уходовой косметикой, и что? Ещё с юности он приучил себя покупать увлажняющие крема для рук — те слишком сильно сохли, особенно от работы на семейном винограднике в жаркую погоду. С возрастом потребность видеть в зеркале не опухшее ото сна нечто, а ухоженного красавчика только возросла, и отказываться от привычек из-за переезда в Штаты он не собирался. Массаж с эфирными маслами, питательный бальзам для волос, маска из голубой глины и слюны улитки, прохладные патчи от отёков под глаза — Брок любил заботиться о себе и не видел в этом ничего предосудительного. Он ходил на маникюр, отдавал больше сотни баксов своему парикмахеру, таскал с собой вишнёвую гигиеническую помаду, не стесняясь смазывать ей губы даже на работе. Косые взгляды коллег его совершенно не волновали, а смельчаков, чтобы прямо в лицо назвать командира Страйка «пидором» пока не находилось, ведь драться он любил едва ли не сильнее, чем нежиться в ароматной пенной ванне под старый классический рок. Не то, чтобы наличие гигиенички в кармане делало его любителем сосать члены, как многие думали. Но, в прочем, оно и не мешало им быть. Джек же… Джек был совершенно другим. Хоть многие и знали об их отношениях с Рамлоу, тот никогда не признавал этого открыто. И если для Брока считалось нормой с азартным весельем хлестануть его по заду, придавая скорости на тренировках, то сам Джек был намного сдержаннее в эмоциях, желаниях и пристрастиях. Он не понимал помешательства Брока на всех этих баночках, тюбиках, но и не пытался исправить возлюбленного, принимая его со всеми странностями. Роллинс с лёгкой долей превосходства смотрел на Брока, вновь зависнувшего перед стендом с тканевыми масками, мылся шампунем «1000 в 1» с ароматом тестостерона и обрезал ногти на руках огромными канцелярскими ножницами, после чего обкусывал заусенцы, сдирая их чуть ли не до локтей. Брок в каждый раз на такое варварство излишне трагично закрывал глаза ладонью, после чего шел в ванную за пластырями с «Лило и Стич», которые нравились Джеку в тайне для всех вокруг и него самого, в первую очередь. На самом деле, Роллинс тоже не был таким уж мужицким мужиком, каким хотел казаться, но банально стеснялся некоторых своих слабостей. Слабости — именно так он их называл и именно это значение им придавал. Брок, как самый близкий к нему человек, замечал и знал о парочке таких вещей, но понятливо помалкивал. Время от времени, как бы для себя, он брал в кондитерской неподалёку ягодные рулетики, щедро делясь ими за чашкой чая, просил Джека включить какой-нибудь диснеевский мультик или готовил на завтрак улыбающиеся рожицы из яичницы с беконом. Джек, конечно, понимал, что Брок делает это только для него, но, глядя на Рамлоу, между прочим сидящего на белковой диете, с невозмутимым лицом затаскивающего в квартиру огромный торт, хотелось улыбаться, а не возражать. Броку нравилось находить всё новые и новые «слабости» Джека. Каждому открытию в любимом он радовался, как ребёнок Рождеству, а, может, и того больше. В такие моменты Роллинс выглядел трогательно смущённым, по-детски счастливым и невероятно довольным. И пусть вся Бета считает Рамлоу ёбнутым педиком без тормозов. Пусть крутят у виска и в удивлении поднимают брови, увидев кабинет, обвешенный гирляндой в три оборота. Пусть улыбаются, глядя на какао с розовыми зефирками, которое он покупает в буфете (они и не знают, что каждый раз он делает пару глотков, показательно морщится от сладости и отдаёт заму, стесняющемуся покупать что-либо слаще ледниковой воды). Броку плевать, что думают о нём, пока Джек пьёт свой какао, ожидая его в конце рабочего дня на небольшом диванчике в окружении светящихся огоньков, отражающихся в его счастливых глазах. Броку плевать, он ухмыляется отражению любопытных рож в зеркале офисного туалета, пока мажет губы вишнёвой помадой, с удовольствием сосёт один единственный член в свете маленьких мигающих лампочек и надеется, что рано или поздно Джек на его примере научится любить свои «слабости».