Война Быка и Тигра

Бык отвернулся от тела Тигрицы, бегло осматриваясь вокруг. Машины… В них есть горючее, но хватит ли его, чтобы сжечь неуёмный труп? Навряд ли… Мысли Ушии прервал зомби, вышедший из-за пешеходного моста. Огромный, несуразный монстр, словно слепленный из кусков… хотя, почему «словно»? Ведь так и есть. Обрубки стянуты между собой какими-то веревками и ремешками, чтобы не разваливались. Похоже, Усаги использовал какую-то из своих кукол, чтобы та собрала его тело, как конструктор. «Он не похож на себя прежнего… С чего бы ему становиться таким громоздким чудовищем. Как будто внутри него что-то ещё есть… В любом случае, расправиться с ним здесь и сейчас я не смогу. Мне придется снова изрубить его на куски и, пока не восстановился, найти достаточно горючего» — Бык размышлял быстро, словно в лихорадке перебирая варианты, как и в тот момент, когда на его руках умирала Тигрица. Заяц атаковал быстро… Слишком быстро для своего плачевного состояния. Бык не задумываясь читал его движения, уклоняясь и перерубая конечности. Бить в голову или сердце было глупо, достаточно было лишь обездвижить. Бык это понимал как никто другой. Свист и лязг клинков друг о друга, шум уже затихающего перед лицом наступающего утра дождя, сливались в дикую мелодию, в которой у каждой партии своя цель и своя мечта. И Бык отчаянно желал, чтобы его партия оказалась главной в этой мелодии. Стоило обездвиженному, изрубленному Зайцу бесформенной грудой осесть на асфальт, как его будто взорвало изнутри. Тело Обезьяны, миниатюрной, лёгкой и гибкой вылетело, словно на пружинке, сбивая Ушии с ног и прижимая его к земле с неожиданной, даже для Воина силой. «Мне не вырваться. Только если сломаю себе обе руки. Но тогда я все равно не смогу ответить ни ей, ни Зайцу… Ошибка. Если бы я не бросился в битву не раздумывая, а пораскинул мозгами… Теперь я считай проиграл. Остаётся только капитулировать или уйти… Вот уж не думал я, что Война Двенадцати закончится для меня суицидом. Но… это ведь правильно?» — Бык прикрыл глаза и собирался было откусить себе язык, как сделал это Заяц но… Удар Обезьяны застал его врасплох, выбивая зубы, разбивая в кровавую кашу губы и нос — «Покойнику зубы без надобности, да? Черт. Если он меня убьет, то… Я лишусь всего: мировоззрение, сила, принципы… Меня лишат всего. Я буду вечно сражаться следуя приказам. Во многом похоже на мою нынешнюю жизнь…» — Ой-ой, кажется я едва успел… — голос совсем мальчишеский. Бык повернул голову. Перед ним стоял отсилы старшеклассник — Воин знака Крысы… Убиваю медленно… Незуми. — Воин знака Быка. Убиваю постоянно. Ушии — прохрипел Бык, недоумевая про себя, что мальчишка задумал, выйдя сюда сейчас. Крыса вынул взрывчатку, задумчиво покрутив ее в руках: — Если бы Тигрица не покончила с Овцой я бы в жизни не смог сделать этого… Так что благодарить стоит именно вашу покойную подругу. Бык пропустил слова Крысы мимо ушей, думая о своем. «Такое везение бывает лишь раз в жизни. Заяц собирает себя по кускам и не может сделать ничего больше. Обезьяна держит меня, ей тоже никуда не деться… Да, он может победить их, но бомба сотрёт и меня с ними вместе. Что же, это тоже выход. Но он мне не нравится.» Незуми оставил взрывчатку и начал отступать к канализации, пока алый диод мигал, знаменуя скорый взрыв. Ушии рванулся со всех сил в его сторону. Обезьяна, как бы крепко не держала его, но не сумела остановить. Кости предплечий быка ломались с хрустом, какой бывает, когда выходишь на свежевыпавший снег. Два прыжка через всю площадь показались Гению Резни куда труднее, чем вся Война Двенадцати разом. Запрыгнуть в закрывающийся люк, сметая мальчишку Крысу и, кажется, ломая ему шею, упасть на пол, закрывая голову изувеченными руками, услышать гул взрыва и удивиться тому, как уцелела «крыша» над его головой Бык ещё успел, а потом, словно плотное одеяло, все накрыла пропитанная болью темнота.

***

— И сейчас, когда противоядие подействовало, и вашей жизни ничто не угрожает, позвольте мне объявить. Победитель двенадцатой Войны Двенадцати — Ушии, Воин знака Быка!!! Наши аплодисменты — ведущий, седой, но не старый, громко хлопнул в ладоши. — К чему этот фарс? — Бык, с обеими руками на перевязи, равнодушно смотрел на одиннадцать самоцветов перед ним. Из них выделялся лишь один. С длинной царапиной на боку, оставшейся от клинка проклятого Зайца. Самоцвет Торы… его Тигрицы. — Позвольте мне задать вам несколько вопросов, скажем так традиционное интервью победителя, для потомков — седой проигнорировал вопрос Быка, действуя словно отлаженный механизм, строго по алгоритму. — Что вы хотите знать? — брюнет чуть наклонил голову, вздыхая. Все равно от допроса не отвертеться, так почему бы и не ответить… — Как по вашему, вас привело к победе ваше мастерство или что-то иное? — Мастерство? Это было везение. Удачно подвернувшийся случай, не более того… — Вот как?.. Неожиданно слышать подобное от кого-то вроде вас, Воина, славящегося непревзойденной силой и навыками. — Сила и навыки? Звучит смешно… Я умею убивать, верно. Это моя работа. Не более того. — Тогда, чтож, поговорим о награде. Как вам известно, вы можете загадать одно любое желание и оно будет исполнено… — Любое? А что если я пожелаю уничтожить весь мир или вернуть к жизни того, кто уже мертв? — Чтож, это будет затратно, но выполнимо… А в случае первой просьбы крайне глупо, ведь вместе с человечеством умрёте и вы… — То есть ограничений все же нет? — Нет, совершенно никаких, на все ваша воля. — Тогда. Верните к жизни Воина Тигра, участницу этой Войны Двенадцати. — В глазах Быка горел мрачный огонек. Он исполнит свое и ее желание. — Как пожелаете… — Дуодекапл усмехнулся. Дальнейшего развития событий Бык ждать не стал. Поднявшись, мужчина направился к двери ровным уверенным шагом, украдкой сжимая в кулаке самоцвет Тигрицы. Он смог ухватить его со стола, когда уходил, прикрыв сие действие завесой густых волос и, кажется, этого не заметили… Либо же сделали вид, что не заметили, позволив ему забрать то, что он захотел. Выходя из дверей Бык не заметил, как церемонно откланялся ведущий. А даже если бы и заметил, ему не было до этого совершенно никакого дела.

***

Лифт ехал медленно, словно неохотно. Ушии привалился спиной к стене и закрыл глаза. Изуродованные руки отчаянно болели, как и душа. Они пообещали исполнить его желание и вернуть Тигрицу, но… будет ли она такой же как до смерти или это будет клон, не имеющий с оригиналом ничего общего? Сейчас в душе Воина разливалась горечь сомнения, стоило ли его желание ее покоя… Звонок огласил лифт, знаменуя о том, что победитель прибыл на первый этаж. Когда двери разъехались, Бык покинул здание, направляясь прочь от осточертевшегло ему места, пропитанного кровью и смертью.

***

— Чего уставился? — грубовато спросила рыжеволосая девица в полосатом купальнике и кожанке. Зелёные глаза молодой хищницы сияли в свете уличных ламп. — Или не рад меня видеть? Бык едва не потерял равновесие. Она. Живая… Он столкнулся с ней на улице, словно невзначай, буквально следующим же вечером, после кровавой ночи. — Тора! Это правда ты? — голос оборвался, не давая ему больше сказать ни слова. — Я, я, не ори так, будто тебя тут режут или грабят… Сумки отдай. — Она ловко выхватила у него пакеты, полные продуктов. — Тора… — Айра. — оборвала его девушка — Что? — Я — Канаэ Айра. Советую запомнить… Бык, к слову, может, тоже представишься? — Эйджи Кашии… — машинально ответил он, все ещё как заворожённый разглядывая ее. — Ага, идём давай, а то дождь передавали… — Она перехватила одну из сумок поудобнее — и что они с твоими руками сделали? И с челюстью тоже, к слову… Ни за что не поверю, что есть на свете сила, способная тебя ранить. Эйджи хмыкнул и пошел прочь, даже не глядя на собеседницу. «Из-за ее болтовни я не могу ни о чем думать… Ни о чем, кроме нее самой. Хоть это и приятно, но на улице становится холодно. А она буквально в одном бикини. Сомневаюсь, что ее куртка тут чем-то поможет…» — он ускорил шаг, направляясь к себе домой. — Эээ, погоди, ты куда рванул, а?! — Она шла следом, вынужденная поторапливаться, чтобы не отстать. — Домой конечно же. Сама ведь сказала — передавали дождь… Я не желаю мокнуть и мёрзнуть. — он ответил спокойно и ровно. — Это не повод бежать так быстро, словно у тебя на загривке висит умирающая девчонка — фыркнула она, ещё прибывляя шаг, чтобы поравняться с ним. Бык споткнулся на ровном месте. Воспоминание о том, как он тащил ее, смертельно раненную на себе было слишком свежим… и слишком болезненным. — Прости. Не стоило мне это говорить… — Айра замедлилась, виновато заглядывая в темные глаза мужчины. — Не важно… это в прошлом. — он ускорил шаг, отводя взгляд. До его дома оставалась пара минут, когда все же хлынул дождь. Тигрица рычала что-то себе под нос, изредка зло фыркая или выплевывая изо рта мокрые прядки собственных волос. Бык шел молча, хотя мысленно соглашался с каждым бранным словом, слетающим с губ тигрицы. Стоило двери небольшой квартиры закрыться за ними, как Айра, поставив сумки, громогласно объявила миру, что она думает о погоде, ситуации, и Вселенной в целом, совершенно не стесняя себя в выражениях. — Ты можешь хоть иногда прикусывать свой острый язычок и не выражаться? — Устало спросил Эйджи, высвобождая ноги из ботинок. — Могу, но не тогда, когда промокла до нитки. — отозвалась она — Тебе помочь? Все же обе руки в гипсе — это серьезно… — Не стоит. — Попытался было возразить мужчина, но было уже поздно. Девушка, несмотря на то, что с нее самой стекала вода, словно она только что вышла из-под душа, пулей метнулась в ванную, и вышла оттуда с двумя полотенцами. — Уж не знаю, какое из них твое, но дай хоть воду из тебя отжать, а то тебе к твоим травмам только пневмонии и не хватало. — Девушка явно не чувствовала ни смущения, ни чего-то в этом роде. — Они оба мои, я живу один. — Эйджи фыркнул, пытаясь выбраться из промокшей куртки. — Точно. Сейчас… — Айра отложила полотенца и помогла ему выпутаться из одежды, после чего силой отвела в комнату — Сядь. Ты же высоченный, я так до тебя в жизни не дотянусь. — тонкие руки ловко ухватили одно из полотенец, накрывая и бережно избавляя от лишней воды длинные волосы Быка. — Какие мягкие… Аж зависть берет… Эйджи покорно терпел все манипуляции, которые она проделывала над ним, молча, как будто так и должно быть, хотя в душе чувствовал, что сейчас сгорит от стыда. Эта девчонка сводила его с ума своей непринуждённостью и непосредственностью. Она вела себя так, будто она не впервые переступила порог его дома, а всегда была здесь. - слушай... Эйджи... А зачем? - вдруг спросила она - Что, зачем? - Зачем ты попросил меня вернуть? Мы ведь уже все разрешили, вроде бы... - А мне кажется, что нет. Ты все ещё должна сразиться со мной, как Воин с Воином. То, что произошло там - бессмысленный фарс, а не дуэль. Я такое не люблю. - Ладно, я поняла. Но учти раньше, чем ты полностью отправишься от травм я к тебе пальцем не прикоснусь. И даже не заикайся... Сиди сохни, а я пока гляну что из еды у тебя есть, приготовлю что-нибудь, может. - Она поднялась, заматывая свои волосы в полотенце и направляясь в прихожую за пакетами, а оттуда на кухню. - Хорошо... - он улыбнулся. Впервые в его доме было так шумно и... уютно что-ли? - Собу будешь? - донеслось из кухни - Да... Буду. - ответил он, поднимаясь и, украдкой, словно вор, перекладывая лежащий на столе самоцвет подальше от любопытных зелёных глаз. Его личное напоминание о том, на что ради него пошла Айра не должно было попасться на глаза другим. Оно - только его.

***

Айра не привыкла готовить на двоих, все же, ей довелось очень много времени провести одной, часто, не имея даже подобия крыши над головой. Мокрый купальник неприятно лип к телу, куртка осталась в прихожей. Девушка поежилась. "Неуютно... попросить у него? Да ну, он в полтора, а то два раза больше меня, я в его шмотье утону, как в море... Остаться так тоже не вариант. Черт. Хоть голышом ходи..." - Я просмотрю за плитой. Тебе стоит переодеться, с тебя вон, вода льет, уже лужа собралась. - Эйджи зашел на кухню, оглядывая девушку. - Что я должна надеть, если у меня есть только то, что надето на мне и ничего больше? - Поищи что-нибудь в шкафу, может подберешь какую-нибудь кофту. Так на тебя смотреть жалко, котенок. - Он сам не понял почему назвал ее так, слова слетели с языка прежде, чем он осознал их. Девушка вспыхнула, фыркая, как самая настоящая кошка. - Ладно. Но только если это заставит тебя заткнуться! - она вылетела с кухни, будто бежала от кого-то. Зарывшись по пояс в шкаф, Айра выдохнула и принялась перебирать его одежду, надеясь найти хоть что-то. Как и предполагалось все было безнадежно велико, поэтому выбор девушки пал на теплый свитер, который, должно быть был его хозяину в притирку. А на ней болтался, как на вешалке, если не хуже. Айра кинула на себя беглый взгляд в зеркало на дверце шкафа: - Котенок... Ну и нелепость.

***

Канаэ Айра, шумная, невыносимая и склонная к алкоголизму Тигрица и Эйджи Кашии, спокойный, принципиальный и внешне непробиваемый Бык делили сейчас одну территорию, не задумываясь но о чем кроме ужина и того, как обоим не сгореть от стыда. Бык, сильно ограниченный в движениях из-за травмы обеих рук сидел прямо, как статуя, а Айра кормила его, словно ребенка с ложечки. - Скажи "Аааа" - Прекрати. Это не смешно. - он покорно съел предложенное девушкой, морща нос. - Ну знаешь. Если такой умный - ешь сам. Или сиди и не выделывайся. Чемпион. - она сморщилась, копируя его. Бык покорно ел, украдкой косясь на порцию Тигрицы, к которой та, увдеченная заботой о нем, даже не притронулась. - Хватит. Сама-то поешь. - Я всегда успею. Жуй, а то остынет... - Я сказал нет. Тебе нужно поесть. Я все равно уже не голоден... - он поднялся, показывая всем своим видом, что ему это надоело. - Ну и ладно! - обиженно заявила Тигрица, в пару подходов приканчивая свой ужин. - Обиделась? - Нет, просто не голодная... - она растянулась на полу. Его свитер, надетый буквально на голое тело, неприятно кололся, но был достаточно большим и уютным, чтобы она игнорировала это. Бык не мог не отметить про себя, как идёт ей эта вещь. Темно-зеленый, теплый свитер, слишком большой для нее, придавал ей совершенно детский и домашний вид. Предавшись своим раздумьям Эйджи не заметил, как стрелки на часах сделали один полный оборот и в себя не пришел бы, если бы не Айра. - Ты спать будешь сегодня? Уже двенадцать... Ты вообще меня слушаешь? Ауууу... - Я слышу. И да, собирался. - он рухнул на диван, на котором до этого сидел, вытягиваясь во весь рост. - А мне куда? - спросила девушка, оглядывая комнату. - Либо ко мне, либо на пол... Вариантов всего два. - Не открывая глаз ответил мужчина. Свет погас мгновением позже, чем клацнул выключатель. Айра осторожно села на край дивана и робко спросила: - Ты не против? - Был бы против не предлагал бы. - ответил Бык, стараясь устроиться так, чтобы занимать как можно меньше места. Айра пристроилась ему под бок, повиснув над краем пропасти. Прижаться ближе было бы, конечно, удобнее, но как-то уж слишком неловко. - Спокойной ночи... - голоса прозвучали синхронно, заставив обоих смутиться ещё сильнее. "Как два влюбленных подростка. Глупо" - пронеслось в голове Эйджи. "Ну и нелепость... Как в романтической комедии, какие крутят по телеку" - подумала Айра.