О скучных уроках, пережитом стрессе и успокаивающих поцелуях

— Добрый день, дорогие ученики. – с мягкой улыбкой на лице произнес директор. – Прошу, расскажите, что у вас произошло? "На этот раз" – слова повисли в воздухе, но Лань Сичень не стал их озвучивать. Трое провинившихся лишь понуро опустили головы под строгим взглядом учителя Лань Циженя, что стоял неподалёку от директора. Особенно внимательно он вглядывался в лицо Лань Сычжуя, который подавал большие надежды в учёбе, всегда отличался примерным поведением, и, впрочем, совершенно случайно вновь оказывался в кабинете директора по вине своих товарищей, сидящих по обеим сторонам от него. Молчание затянулось. — Позвольте я скажу. – начал учитель Лань. – Эти негодники в очередной раз срывают мой урок своим ужасным поведением! Я считаю, что в прошлый раз они легко отделались и поэтому вновь повели себя столь непочтительно. Нужно сегодня же вызвать их родственников в школу! Цзинь Лин и Лань Цзинъи тут же испуганно глянули на директора, но Лань Сичень лишь снисходительно им улыбнулся, а после обратился к учителю: — Предложение весьма уместно. Раз уж беседа со мной не помогла ученикам осмыслить своё поведением, то разговор с родителями должен возыметь больший эффект. Я учту ваше мнение на этот счёт. – директор окинул взглядом троих друзей, и добавил: – Вы можете продолжать урок, учитель Лань, спасибо за участие. Со случившимся мы разберёмся в течении дня. Лань Цижень склонил голову в знак благодарности и ушёл, а четверо наконец смогли выдохнуть. — Ну вы даёте. – Лань Сичень устало потёр переносицу, но улыбка не покинула его красивого лица. – И что мне с вами делать? Я прекрасно осведомлен, что вы хорошие дети, но умудрились уже во второй раз разозлить учителя Лань Циженя, он это так просто не оставит. Стыдно признать: я и сам его моментами побаиваюсь. — Да это всё из-за..! – начал было жаловаться Цзинъи, но тут же пристыженно замолчал. Сычжуй положил руку ему на плечо и ободряюще похлопал. — Тише, Цзинъи, давай лучше мы спокойно всё объясним, и тогда, возможно, наше наказание немного смягчится. – прошептал он другу. Цзинь Лин по левую руку от Юаня недовольно фыркнул, но говорить что-либо не решился. — И всё-таки мне интересно: что же случилось? Лань Сычжуй, расскажи, почему учитель так взволнованно смотрел на тебя? – Лань Сичень всегда прекрасно замечал мельчайшие изменения эмоций на чужих лицах, от того сразу же подметил переживания за ученика в глазах Лань Циженя. Сычжуй со вздохом перевёл взгляд на своих друзей, покачал головой и начал рассказ. На самом деле не произошло ничего слишком уж серьезного. Сначала всё было в порядке. На уроках Лань Циженя все обычно старались лишний раз не привлекать к себе внимание учителя, иначе несчастного опрашивали по полной программе всего пройденного материала за учебный год. Бывало, дело даже доходило до вопросов за предыдущие классы, но это зависело от тяжести преступления. Пожалуй, был только один ученик, который стойко вынес это наказание, да ещё на все вопросы ответил правильно. Удивительный человек, по совместительству он является приемным отцом Лань Сычжуя. Уважение к нему лишь возрастает с каждым годом обучения у учителя Ланя. Изумляет ещё то, что этот самый ученик – имя его Вэй Усянь – теперь работает в их школе учителем труда и при встрече в школьном коридоре вполне радостно приветствует Лань Циженя, вид у которого при этом такой, словно будь его воля, и Вэй Усянь уже летел бы из сего заведения далеко и надолго. В общем, подвергнуться участи нарушителя спокойствия никто не горел желанием, поэтому в классе стояла гробовая тишина, не считая монотонного голоса учителя, что сейчас зачитывал многочисленные правила их школы. Урок всегда начинался с них, чтобы уж точно каждый учащийся на всю, как минимум школьную, жизнь вбил себе в голову чего делать не стоит. Естественно, слушать одно и то же как минимум три раза в неделю наскучивало, поэтому, расположившиеся рядом друг с другом, Лань Сычжуй, Цзинь Жулань и Лань Цзинъи часто передавали между собой импровизированную переписку, где обсуждали абсолютно всё: начиная с рассказа Лина о проказах его обожаемой собаки Феи и заканчивая гаданиями на тему «какие из ныне существующих правил мог нарушить в свое время учитель Лань и что ему за это было». И вот сейчас, улыбаясь из-за расписанного на бумажке смешного случая с собакой, Юань вспоминал при каких обстоятельствах у него дома появился маленький пушистый кролик, и уже ждал своей очереди, чтобы поделиться историей с друзьями. Однако в какой-то момент Жулань, сидящий за одной партой с Сычжуем, вдруг нахмурился и недовольно зыркнул через плечо на давящего улыбку Цзинъи. Юань незаметно заглянул в их «переписку», которую Лин сжимал в ладони. К сожалению, она сильно помялась, но парень уловил суть случившегося. «Судя по всему, Цзинъи снова подшучивает над А-Лином» – немного взволнованно из-за неподходящего для шуток времени подумал Лань Юань. Он обернулся, но друг, сидящий позади, даже не посмотрел в его сторону. Похоже, Цзинъи был занят более важным делом: у них с Цзинь Лином было зрительное противостояние. Гляделки в простонародье. Или же они просто пытались испепелить друг друга взглядами. Сычжую оставалось лишь надеяться, что учитель Лань не заметит такого откровенного проявления неуважения к своей персоне. Юань знал, что если двое его товарищей уже начали ссору, пусть и беззвучную, то остановить их мог только его спокойный голос и примирительный тон. Однако говорить сейчас было нельзя. Сычжуй развернулся обратно и проверил, чтобы Лань Цижень на них не смотрел. Но нет, он был занят перелистыванием очередного листа правил. «Отлично» – подумал парень. И только он собрался повернуться к Жуланю и тихо попросить его сесть ровно, как совсем рядом раздался грохот, прорезавший тишину вокруг. Их парта опасно накренилась назад вместе с ухватившимся за её край другом, а его стул давно валялся на полу, чем, видимо, и наделал столько шума. Юань пребывал в ступоре от увиденного всего пару секунд, поэтому среагировать успел вовремя. Одной рукой парень удержал парту от падения, а второй обвил талию Цзинь Лина, чем спас его пятую точку от встречи с холодным полом. Все произошло слишком быстро, но, кажется, никто не пострадал. Сычжуй хотел было облегчённо выдохнуть, но вспомнил об одном очень важном обстоятельстве: к сожалению, такой погром не мог остаться без внимания учителя, поэтому, медленно подняв взгляд, Юань встретился со строгим взором Лань Циженя. — А дальше нас привели к вам, по пути читая многочисленные нотации. И кажется, это наказание из разряда смертных казней. – слегка уныло закончил пересказ старший из троицы. Лань Сичень усмехнулся, а Цзинь Лин и Лань Цзинъи только покивали, не решаясь сейчас жаловаться друг на друга и выяснять отношения. Директор снова вздохнул и с улыбкой заверил, что родственников пока вызывать не станет. — Только впредь, прошу, ведите себя спокойнее. На любом уроке. Особенно это касается вас двоих, молодые люди. – мягко предупредил Лань Сичень, но взгляд, направленный на парней, сидящих по разные стороны от Сычжуя, оставался твёрд. — Конечно, директор Лань, мы больше так не будем. – в один голос произнесли Цзинъи и Жулань достаточно детскую фразу, при этом не поднимая головы и чувствуя себя по-настоящему нашкодившими детьми. — Вот и договорились, можете быть свободны. Однако попрошу вас покинуть мой кабинет только со звонком. И извинитесь позже перед учителем. – посоветовал Лань Сичень. Друзья ответили согласным мычанием, в чем-то напомнив Сиченю собственного брата. Это его позабавило. Вскоре он заметил неловкие переглядки троицы между собой и вопросительно на них посмотрел. В ответ прозвучало сразу три голоса: двое немного скомкано, а третий вполне уверенно, но все они произнесли благодарность: — Спасибо большое вам за помощь, директор Лань. — Что это вы, словно в первый раз? – беззлобно усмехнулся Лань Сичень, но сразу же спокойно добавил: – Обращайтесь, если что. Ученики немного смутились такой добротой директора, однако знали, что злоупотреблять ею не стоит. Лань Сичень прекрасно видел, что детям неловко в его присутствии и решил дать им выдохнуть ненадолго, поэтому произнёс: — Я отойду по делам, а вы постарайтесь ничего здесь не уронить. Лань Цзинъи и Цзинь Лин на шутку лишь слабо улыбнулись и покивали болванчиком, а Лань Сычжуй весело усмехнулся. Директор вышел. Друзья облегчённо выдохнули и просидели пару минут в тишине. Юань даже подивился такой непривычной усидчивости товарищей. Видимо, им хватило приключений на сегодня. Неожиданно он почувствовал на себе тяжесть сразу с обеих сторон. Сычжуй изумлённо повертел головой сначала налево, затем направо, после чего протяжно вздохнул, улыбнулся и погладил по голове Цзинъи и Жуланя, которые выглядели так, будто пережили свой самый страшный кошмар наяву. Ну что за дети, ей богу. Пролежав немного на плече Юаня, Цзинь Лин поднял голову, с прищуром оглядел пристроившегося с другой стороны Цзинъи и тихо фыркнул. — Чего ты фыркаешь? – подал голос парень. – В случившемся есть и твоя вина тоже. Нечего каждый раз так бурно реагировать на мои шутки. Он явно не совсем верно истолковал реакцию Лина. — А разве ты не этого всегда добиваешься? – всё же ответил последний со сложенными на груди руками, после чего отвёл взгляд. – Ты же первый начинаешь меня задирать. Думаешь, оказались бы мы здесь, если бы не ты? А теперь ещё лежишь тут и жертву из себя строишь. Сычжуй здесь по нашей вине отсиживается вообще-то. Ждёшь, что тебя будут жалеть? Цзинь Лин фыркнул уже громче, но, несмотря на то, что сейчас сказал, все же улёгся обратно, только сильнее прижимаясь к Сычжую. Цзинъи скептически на него глянул и усмехнулся, кажется, догадавшись, что к чему. — Будто сам лучше. – парень прищурился. – Небось просто делиться его вниманием со мной не хочешь. Ревнуешь так, словно я твоего муженька увожу. Лицо Цзинь Жуланя сделалось совсем красным то ли от возмущения, то ли от смущения. Он резко вскинулся, чуть не врезав Юаню макушкой по подбородку. Цзинъи, в свою очередь, понял, что попал в точку, и ухмыльнулся, наблюдая такую забавную реакцию на свои слова. Сычжуй же, являясь предметом обсуждения, неловко покашлял. — Давайте не будем здесь ругаться, пожалуйста. Нас ведь попросили не разносить кабинет. – попытался он успокоить друзей. Если судить по их в миг побледневшим лицам, его слова и впрямь остудили пыл обоих. Заметив это, Юань расслабился и усадил не особо сопротивляющегося Лина обратно, вновь зарываясь пальцами в порядком растрепанную копну волос. Но наблюдая по прежнему хмурый вид товарища, парень легко прикоснулся губами к его виску. Жулань вспыхнул по новой, однако эфемерный поцелуй помог ему успокоиться. Юань умилился такой реакции на свои действия, а затем повернулся к Цзинъи, которого так же погладил по голове, слегка впутывая пальцы в его волосы. — Не переживайте, моей поддержки хватит на всех. – ободрил их Сычжуй с яркой улыбкой на лице. — Никто и не переживал. – буркнул Цзинь Лин куда-то в шею парня, от чего тому стало щекотно. — Ну конечно, ты тут меньше всех распереживался. – язвительно бросил Цзинъи. — А-Лин, не нужно так волноваться. Цзинъи ведь наш друг. – мягко напомнил ему Юань. — Знаю я. Оно само как-то получается. – тяжело вздохнул Жулань. — Погодите, что я слышу? – Цзинъи, впрочем ни капельки не обидевшись на игнорирование своих слов, приподнял голову и играючи приставил раскрытую ладонь к уху, как бы прислушиваясь. – Неужели это воркование? А я-то думал, что мне показалось. — Меньше думай, у тебя плохо получается. – огрызнулся Цзинь Лин. Лань Сычжуй обречённо вздохнул. Они неисправимы. — Как вы умудряетесь так часто препираться друг с другом? Это уже четвёртый раз за пять минут. – он по-настоящему подивился, что эта привычка настолько прижилась у его друзей, что теперь стала неотъемлемой рутиной. Почти традицией. Если хотя бы один день пройдёт спокойно и без ругани, то можно считать конец света не таким уж далёким событием. А ведь должен был уже привыкнуть. — Ты от темы то не уходи. – прервал размышления друга Цзинъи и полностью выпрямился, пристально всматриваясь в обоих. – И как давно вы вместе? И почему я узнаю это только сейчас? — Не твоего ума д— — Около двух недель. – поспешил ответить на вопрос Юань, приобнимая Лина одной рукой за талию, как бы говоря расслабиться. – Мы собирались тебе рассказать. — Но как-то руки не дошли, я правильно понимаю? Эх, а ещё ведь друзьями называются. Что за безобразие? Как я мог не заметить? — Извини. – виновато улыбнулся Сычжуй. — За что ты извиняешься? – вновь в один голос сказали Цзинъи и Жулань, который наконец оправился от смущения, и обменялись долгими недовольными взглядами, от чего Юань не сдержал тихого смеха. — Что ж, – произнёс Цзинъи, когда чужой смех сошёл на нет. – Ничего. Главное, что теперь вам не нужно от меня ничего скрывать. – после короткой паузы он добавил: – Как вы могли заметить, мы довольно долго тут сидим, поэтому я отлучусь на пару минут. В уборную нужно. — Хорошо хоть у директора не отпросился, а то он подумал бы, что ты так сильно его испугался. – не удержался Цзинь Лин от комментария, за что получил слабый подзатыльник, и тут же захлебнулся возмущением. — Да как ты...! Но друг уже ушёл, улыбаясь от уха до уха и аккуратно прикрыв за собой дверь. — Нет, ну ты видел? Он меня ещё бить вздумал.! – продолжал кипеть Жулань даже по прошествии пары минут. Юань лишь мягко ему улыбнулся. И только сейчас, глядя на его улыбку, от которой до сих пор бросало в жар, Лин наконец позабыл о своем возмущении. Он уже некоторое время гипнотизировал эти губы взглядом, но никак не решался первым сделать шаг. Хоть они и встречались две недели, до поцелуев дело не доходило. Мысли о них сильно волновали проснувшихся ото сна бабочек в животе. Сычжуй не торопил парня, а лишь невесомо поглаживал по пояснице, всё ещё приобнимая одной рукой, говоря тем самым, что всё в порядке и что не стоит так сильно нервничать. Жуланю сейчас безумно хотелось узнать вкус губ своего парня, поэтому он наконец решился и потянулся к его лицу. Теперь они на одном уровне. Глаза в глаза. Быстро пройдясь языком по своим обсохшим губам, Цзинь Лин приблизился к губам напротив и прикрыл глаза. Сычжуй проследил за всеми его движениями со всепоглощающей нежностью во взгляде и, кажется, уголки его губ потянулись вверх, но он тут же убрал улыбку и прижался плотнее. Опыта обоим не доставало, поэтому они только примерно представляли как нужно целоваться. Губы Юаня были мягкими, в чём Лин ни разу не усомнился. Аромат одеколона, что явственно ощущался раньше, сейчас кружил голову ещё сильнее. Незаметно для самого себя Жулань перебрался на колени Сычжуя, который сразу же крепко прижал его к себе одной рукой, чтобы тот не съехал ненароком, а вторую положил на щёку, поглаживая её большим пальцем. Лин тут же обнял его обеими руками за шею и отстранился всего на пару мгновений, чтобы встретиться взглядом с полными обожания глазами напротив. Рука, что распологалась на его щеке, теперь мягко надавила сзади на шею, притягивая парня обратно. На этот раз Юань прошёлся языком по чужим губам, как бы спрашивая разрешение. Цзинь Лин, не думая сейчас совершенно ни о чём, бессознательно разомкнул губы, и чужой язык беспрепятственно скользнул внутрь. С этого момента парни стали пробовать целоваться уже «по-взрослому». Пару раз они столкнулись зубами, но спустя несколько попыток поцелуй у них вышел вполне умелый. И Юань, и Жулань чувствовали себя просто восхитительно. Кажется, внутри обоих взлетело в воздух уже множество залпов цветных фейерверков. Неудивительно, что все вокруг так и норовили похвастаться опытом в поцелуях, это ведь на самом деле так здорово. И вот, когда парни самозабвенно целовались уже несколько минут кряду, прерываясь лишь на короткие мгновения, чтобы вдохнуть побольше воздуха в лёгкие, неожиданно раздался щелчок камеры. Лань Сычжуй и Цзинь Лин ошарашенно обернулись на дверь, оба взмыленные и красные, будто пробежавшие марафон. Там, в проёме стоял слишком довольный собой Цзинъи, который умудрился войти, не издав при этом ни шороха. А может, просто парни были слишком заняты друг другом, чтобы обращать на такие мелочи внимание? — Упс, забыл убрать звук. – явно не чувствуя никакой вины, произнёс вошедший. – Извините, вы продолжайте, не буду вам мешать. Жду снаружи. Не дожидаясь ответа, парень быстро ускользнул из кабинета, беззастенчиво посмеиваясь над своими друзьями. Цзинь Лин даже осознать толком не успел, что произошло, но как только до его затуманенного мозга дошёл смысл сказанных слов, он покраснел пуще прежнего и вскочил с чужих колен. Он собирался погнаться за нарушителем их идиллии и поскорее удалить сделанное фото, но Сычжуй притянул его обратно за запястье и с лёгкой одышкой сказал: — Тише, выдохни. Помнишь: мы все ещё в кабинете директора, и лучше нам больше не нарушать школьные правила, особенно такие элементарные, как беготня по коридорам, не то в следующий раз простым разговором не отделаемся. Как бы Жулань не злился, Юань был прав. Они уже во второй раз выходили сухими из воды. Терпение директора Лань было не безгранично. Им лучше не поступать необдуманно в ближайшее время. Он тяжело вздохнул и мстительно произнёс: — Повезло тебе, Цзинъи. Погоди у меня, за пределами школы я тебя точно поймаю, мало не покажется. Сычжуй посмеялся, качая головой, и притянул Лина в свои объятия. — До звонка у нас есть ещё целых пять минут. И Цзинь Лин сам подался ему навстречу.