Импортная сучка

Всё здесь испытывало ее органы чувств. Всё источало сладостный, дразнящий аромат, разноцветными бликами сияло под лампами. Журчащие голоса щекотали обострившийся слух, музыка, исходящая откуда-то из далека, сбивала мысли. Кристи назвала это помещение "обеденным залом". Сказала сидеть тихо и не трогать ничего руками, указала на один из десятка стульев, и уместилась на соседнем после того, как Хлоя заняла свое место. Другие девушки были одеты так же, как и голубоглазая служанка. Не всматриваясь в лица, их можно было перепутать. Только новенькая дикарка сидела за столом обнаженной, и чужие внимательные глаза то и дело возвращались к ее фигуре, пока губы хихикали и шептали. Будто во сне, Хлоя не ощущала ни усталости, ни ноющей боли в теле, вновь и вновь возвращая внимание к одной мысли. Как скоро ее оставят в одиночестве, и на сколько далеко нужно будет бежать, чтобы оказаться у стены. Она была единственным, что... ...перед лицом девушки чья-то рука опускает на стол поднос. И все мысли ее смазываются в густом, приторном аромате. Она никогда раньше не видела такого. Блестящий карамелизированной коркой, посыпанный крошкой специй, кусок мяса обложен узорчатыми разноцветными дольками. Это выглядит неестественно, слишком красиво, невозможно аппетитно. Ничто не поразило ее в Доме так, как этот большой шматок мяса и звездочки шпината. Пустой уже несколько дней желудок сводит, рот наполняется слюной. Губы непроизвольно размыкаются, издавая влажным чмок. Шумно сглотнув, она не замечает, как все замолкают. — Здравствуйте, Господин. Лилейным хором нежных голосов произносят девушки, когда Логан занимает место во главе стола. А Хлоя протягивает руку к сочному стейку, уже почти ощущает его обжигающий жар, когда проклятая Кристи хватает ее за запястье. Желание вывернуть эту тонкую ручку из сустава сильно, но нежелание получать очередной удар током сильнее, и она c огромным усилием сдерживается. — Отпусти. — негромко рычит она. Хлоя быстро училась, по крайне мере, так казалось ей самой. Снова они смотрят друг на друга в упор, но больше нет мягкого и теплого жара, разливающегося по телу. Кристин не отпускает. — Поприветствуй Господина. — холодный шепот выражает презрение. Пальцы сжимаются сильнее, но едва ли этот легкий дискомфорт мог ее остановить. — И дождись разрешения. Обычно, после прихода Господина все продолжают болтать. Пытаются заполучить его внимание, лезут с расспросами. Но сейчас, замерев, обитатели дома неотрывно следят за разворачивающейся драмой. Кристин не собирается уступать. Хлоя собирается ее ударить. А потом предмет их пылкого спора слетает со стола. Логан смахивает его на пол, только тогда девушки замечают его приближение. Со страшным шумом дребезжит серебряная тарелка, овощи разлетаются в разные стороны. Кусок мяса разбрызгивает вокруг горячий сок. Кристи отдергивает руку, стискивающую чужое запястье, будто то обожгло ее. Оборачиваясь на мужчину, она спешно извиняется, находя пальцами подол юбки. Но Логан смотрит только на Хлою. — Ты голодна? Она нехотя переводит взгляд от жалкой блондинки, которая стала причиной всего этого, к мужчине. Рукава рубашки закатаны по локти, одна рука опущена в карман брюк, вторая лежит на спинке ее стула. Он снова достаточно близко, чтобы уловить терпкий запах сигарет. Тишина сгущается до состояния сворачивающейся крови. Сладкой и горячей, как мёд. Прямой взгляд в глаза. Короткий кивок. — Тогда подними все. Еда не входила в список вещей, по отношению к которым Хлоя допускала пренебрежение. Точно не в тот момент, когда на языке уже почти ощущался ее дразнящий вкус. Вставая из-за стола, девушка аккуратно переступает багровые разводы на полу. Опускается на корточки, а затем на колени. Тянется рукой ко все еще теплому куску отборной говядины. — Тц. — металл на коже разогревается, пальцы, почти дотронувшиеся до карамельной корочки, сжимаются в кулак, с губ срывается раздраженный стон. — Без рук. В его спокойном голосе нет ни раздражения, ни злобы. И в отличи от Кристи, тембр совсем не холоден. Глубокий и вкрадчивый, он напоминает о том, как устроен мир вокруг. — Будешь делать, что я скажу, или останешься без ужина. Девушка медлит секунду, но голод торопит ее. Прекрасна, с какой стороны ни посмотри, она выгибается, наклоняясь лицом к самому полу, и Логан отмечает эту сцену в памяти. Мало что все еще могло вызвать в нем достаточное яркие эмоции, но Хлоя в который раз справлялась с этим. Лопатки на узкой спине выступают по-кошачьи, когда зубы откусывают самый сладкий кусок мяса в ее жизни. Воздух в груди мужчины становится горячее. Кристин замечает это в нем. И острая ревность заставляет ее прикусить губы. — Пока не научишься вести себя за столом, будешь есть так. Но Хлоя уже не слушает его. Широким движением языка она облизывает пол. Прикрыв глаза, раскусывает сочную жилу. По телу бегут мурашки от ощущения горячей сладости, опускающейся по пищеводу в ноющий желудок. Никто не решается говорить, до тех пор, пока Логан не двигается с места. Возвращаясь за стол, он жестом велит девушкам продолжать вечер. И все они говорят несмело, стараясь не возвращаться взглядом к Хлое. Которая ни упускает ни капли, вычищая пол почти до безукоризненного блеска.