Убийца душ

В мире, где не стареешь после своего двадцатого дня рождения очень тяжело понять, чего ты хочешь: остаться вечно молодым или же встретить свою родственную душу и вместе с ней провести счастливую старость, утратив этот не то дар, не то проклятье. Сакко мечтал о вечной жизни, потому убивал всякую родственную душу. Сначала обходясь с ней как можно лучше, после заставлял их страдать. Все знакомые сочувственно кивали при словах об отсутствии кого-то рядом. "Они не понимают, они все не понимают, безумцы, умирают жалкими стариками" - повторял юноша перед сном, как молитву. Страх смерти полностью затмил его разум. Сначала было сочувствие, после недоверие и страх. Его считали сумасшедшим и обходили десятым километром. Поговаривали, что во время разговора он постоянно криво ухмылялся, а взгляд не предвещал ровным счётом ничего хорошего. Второй год как он был изгоем. А что ещё нужно для счастья? Люди не приближаются к нему, значит, и тот, кто заберёт бессмертие, тоже не приблизится. Именно поэтому он разгуливал ровным счётом везде, где хотел, ничего не опасаясь. Ведь улицы всегда были пусты. Даже дети шарахались, настолько быстро идёт молва. В один из дней парень неторопливо вышагивал по лесной дороге, не имея какой-либо цели, как вдруг прямо перед носом пролетел чей-то худощавый силуэт. Ещё раз. И ещё раз. В груди запылал знакомый огонёк - опознавательный знак, по которому можно понять, тот ли человек перед тобой, - и Сакко пришёл в ярость. – Значит, мы с тобой связаны навек, покажи себя, не бойся, я не причиню тебе вред. - со слащавой улыбкой началась речь, будто нараспев. На тропу вышла девушка, что приободрило сумасшедшего. Ведь со слабыми куда проще расправиться. Она была расслаблена, словно не замечала опасного блеска в глазах собеседника. После этого парень забыл даже план дальнейших действий и абсолютно безоружный помчался на неё, намереваясь задушить и покончить с этим раз и навсегда. Последнее, что он запомнил, была жуткая боль и глаза таинственной незнакомки, не выражающие никаких эмоций. – Ты пытался убить того, кто живёт уже не первую сотню лет, идиот.