С небольшой оговоркой

      Утром вторника город окутывал туман, перед которым оказались бессильны даже наложенные на Косую аллею чары. Астория проклинала свою нелюбовь к верхней одежде и бормотала согревающее заклинание подобно мантре, в надежде, что в этот раз оно продержится хоть немного дольше.       Конечно, она могла прийти к нему в любое другое время. Он предоставил ей подробный список его свободных дней. Но Гринграсс не могла позволить себе откладывать это интервью даже до вечера. Флоббер-червь проедал каждую мысль, заставляя переживать о возможности очередного провала.       Она в очередной раз встала за час до будильника и провела его за выбором подходящей одежды. В какой-то момент ей показалось, что платье для третьего свидания подмигивает из дальней части гардероба. Это было невозможно по очевидным причинам, но всё равно не давало ей покоя, когда она снимала с вешалки твидовый жакет.       «Всевозможные волшебные вредилки» ярким пятном выделялись на фоне старых лавок. Несмотря на попытки новых магазинов составить им конкуренцию, Уизли продолжали удивлять посетителей, меняя витрину каждую весну. Единственная стабильность – рыжая кукла, многие говорили, что так они чтят память брата.       Стук каблуков о брусчатку отдавался эхом в ушах Астории, пока она приближалась к месту назначения. Хотя Парвати не говорила этого прямо, но она понимала, как сильно зависит её будущее в журнале от этого интервью. Одна ошибка была простительна, вторая могла перечеркнуть все её старания.       Мне придётся пойти в Ежедневный Пророк и работать под руководством Скитер. Анализировать каждый шаг Золотого Трио и искусственно наращивать грязные подробности на тривиальные сплетни.       Когда её рука коснулась дверной ручки, а изнутри послышались голоса, Астория ещё раз глубоко вздохнула, повторила одну из сотни заученных аффирмаций, и потянула дверь на себя. У каждого стеллажа толпились покупатели. Дети, ещё не поступившие в Хогвартс, родители с длинными списками забытых мелочей и взрослые, оккупировавшие секцию товаров для дома и отдыха.       Изначально магазин продавал только то, что производили сами близнецы, но со временем изобретения ДжинТоник обосновались на полках. В день их запуска в каждой газете появилось по объявлению, а очередь в «Волшебные вредилки» начиналась от самого Лютного переулка.       Джорджа нигде не было видно, поэтому Астория прошла вглубь, задержав своё внимание на любовных зельях, популярных в её школьные годы и считавшихся чем-то позорным сейчас.       — Осматриваешься? — Низкий голос прозвучавший сзади, заставил девушку подскочить. Она резко повернулась и нахмурившись осмотрела нарушившего её спокойствие мужчину.       Джордж стоял, прислонившись к одному из деревянных шкафов, полки которого блестели самыми разными механизмами. Он был одет в темно-зелёный костюм с шёлковой сорочкой в цвет и пурпурным карликовым пушистиком на плече. Все известные Астории слова вылетели из головы, когда она оценивающим взглядом пробежалась по его фигуре. Мысли в её голове были больше похожи на протяжный стон.       —Доброе утро, Джордж, — она опомнилась и постаралась воззвать к крупицам накопленного за недели стажировки профессионализма. — Здесь очень уютно и столько всего.       Она махнула рукой, указывая на помещение, в процессе сбивая один из бутыльков с любовным зельем. Он кувыркнулся в воздухе и прыгнул на своё место, когда мужчина щёлкнул пальцами.       О Мерлин, как неловко       — Нет необходимости разливать его здесь. У тебя уже есть моё безраздельное внимание, — он ухмыльнулся, отталкиваясь от стены и указал на лестницу, ведущую на второй этаж.       — В моём офисе будет комфортнее. Пойдём или хочешь начать с экскурсии?       — Нет, лучше начнём с интервью, — Астория кивнула, подтверждая собственные слова, и поспешила наверх, когда Джордж ступил на лестницу.

***

      Его офис оказался полной противоположностью магазину. Простой или даже аскетичный. Высокий шкаф, заполненный книгами и изобретениями, стол с двумя рамками для фотографий и диван. Его ткань настолько гладкая и блестящая, будто он был установлен за несколько минут до её прихода.       — Располагайся, — он указал на диван и щёлкнул пальцами, вызывая крупного эльфа, одетого в клетчатый костюм.       — Доброе утро, Мистер Джордж, чем могу быть полезен?       — Принеси лавандовый чай с ложкой мёда для Мисс и зелёный чай для меня, пожалуйста, — он произнёс это так легко, будто не озвучил только что её стандартный заказ из Чайной, располагающейся ниже по улице.       — Как…       — Я спросил Дафну, они с Гарри иногда приезжают на воскресный ужин моих родителей, — Джордж улыбнулся и, расстегнув пуговицы пиджака, сел на другой край дивана. — Ты была так взволнована в прошлый раз, что я решил тебе не помешает немного расслабиться.       —Спасибо, — это слишком! Буквально слишком! Он что, флиртует? Или узнавать о вкусовых предпочтениях каждого, кто берёт у него интервью это абсолютно нормально? Какого гиппогрифа происходит? — Это ведь свободный эльф, не так ли?       — Джипси? Да, он служил раньше в доме одного из Пожирателей, но после его смерти был освобождён. Кажется, я встретил его в Дырявом котле, - он хмыкнул, и что-то в этом звуке подсказало Астории, что она может не ждать подробностей. – Он стал незаменим в магазине, жаль только, что совсем нелюдим.       Эльф материализовался в комнате с лёгким хлопком, и исчез так же быстро, оставив в воздухе рядом с ними две фарфоровые чашки. Чай Астории насыщенного сиренего цвета лишь немного смягчался мёдом, но в целом оставался довольно терпким.       — Прежде чем мы начнём, я хочу установить правило, — произнёс Уизли.       — Какое?       — Если я попрошу убрать что-то из сказанного мною, ты это сделаешь. Например то, что я сказал о Джипси в интервью войти не должно. Хорошо? — Он сделал глоток чая, слегка поморщившись и, посмотрел на неё через край чашки.       — Хорошо, — Астория протянула руку, чтобы скрепить сделку, совершенно не уделив внимая тому, насколько большой была его ладонь, по сравнению с её, когда он сжал её пальцы. Совершенно.       — Тогда начнём, что за вопросы меня ждут? Мне понравилась парочка с прошлого раза, — Джордж откинулся на спинку дивана, заставив пушистика спрыгнуть ему на колени.       — Я подготовила новые, — Астория подняла блокнот, продемонстрировав его мужчине и осмотрела свой список вопросов. — В вашем магазине уже давно представлены не только товары вашего авторства, но и несколько других изобретателей. Что стало первым толчком к сотрудничеству с другими производителями?       Джордж склонил голову и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то похожее на одобрение.       — Моя сестра. Они с Тео создают удивительные вещи, сам бы я никогда не подумал о чём-то, — он замолчал, явно подбирая правильное слово, — столь полезном. Сам я более склонен к вредилкам, забастовочные завтраки, болота и всё такое. Джинни же прагматична по своей натуре. Я был счастлив поддержать её. А сейчас у них свой собственный магазин вдвое больше этого и они производят для нас эксклюзивную продукцию.       — У вас очень крепкая семья. Как вы отнеслись к заявлению Перси о его участии в следующих выборах Министра Магии? — Астория на секунду затаила дыхания, гадая насколько дерзким было спрашивать о политике.       — Без комментариев, — он лениво махнул рукой, словно её вопрос был надоедливой мухой.       Следующий час Гринграсс бомбардировала его вопросами с разной степенью успешности. На некоторые он отвечал. Например об нашумевшей коллаборации с Пэнси Паркинсон, создавшей специальную линию толстовок, позаимствованных у маггловской моды, которая оказалась не просто успешной рекламой для обоих, но и изменила курс моды Магической Британии. О благотворительном проекте с Гермионой Грейнджер для спонсирования нескольких драконьих заповедников.       Он проигнорировал её вопрос о будущей витрине, но рассказал, что сегодняшняя была результатом проигранного Роном спора (в чём он заключался, Джордж рассказывать отказался). Каждый месяц там появлялось новое волшебное существо, прогуливавшееся по фасаду и рассказывающее о своей истории. Неживые, их создали подобно статуям, наградив голосом и заинтересованной публикой. Несложно догадаться, с кем именно поспорил Уизли.       Без внимания остались и вопросы о его личной жизни. Стоило Астории упомянуть сплетни о его отношениях с Ли Джоданом, как он расхохотался, даже не потрудившись опровергнуть информацию. На имя Анджелины Джонсон он просто закатил глаза.       — И последний вопрос, — она неловко поёрзала, опасаясь реакции. — Ваш брат…       — У меня их много, какой именно?       — Фред, — стоило имени слететь с её губ, как Джордж напрягся, а движения воздуха в помещении, казалось, прекратилось.       — Он мёртв, — Уизли сел прямо и оттолкнул зависшую в воздухе перед ним чашку.       — Да, и вас часто спрашивают, о том, как это повлияло на вас, — Астория нервно сглотнула, проклиная себя, что вообще задала вопрос. — Но возможно, вы хотели бы рассказать, каким он был?       — Неожиданно. Всех больше интересует драматичная история о потере, чем о жизни, — он вонзился взглядом в девушку. — Я расскажу, если хочешь знать. Но это не должно попасть в журнал.       Да твою ж       Несмотря на то, что материал ускользал от неё, Астория чувствовала, что хочет знать эту историю. И пусть кончики пальцев зудели от желания прикоснуться к перу, она была готова пожертвовать интересами читателей, в угоду собственному любопытству.       —Не попадёт, обещаю.       — Хорошо, — он собирался начать, когда палочка, брошенная рядом завибрировала, оповещая об окончании встречи. — Мне нужно быть в Гринготс через десять минут, если есть ещё вопросы мы можем продолжить позже.       Астория посмотрела на свои записи, с огорчением замечая, что больше ей спрашивать нечего.       — Вы ответили на все, — неловкая улыбка окрасила её губы. Она сложила письменные принадлежности в сумку и встала, готовая закончить их встречу. — Спасибо, что согласились и выделили для меня время.       — Мы могли бы встретиться снова? Скажем, в эту пятницу? У Ли Джордана большая вечеринка, — он подошёл к двери, открывая её щелчком пальцев и приглашая Асторию следовать за ним.       — В честь чего вечеринка?       — Это Ли, возможно, он снова захотел отметить тот факт, что живёт.       — В смысле день рождения?       — Нет, тот был год назад.       — Да, дни рождения имеют свойство праздноваться раз в год.       — О Годрик, я снова забыл, — он ущипнул себя за переносицу. — Я ужасный друг.       Астория рассмеялась, наблюдая за тем, как он бегает взглядом по полкам, явно недовольный их содержимым.       — У ДжинТоник вышел новый диктофон. Каждый журналист мечтает о таком, — произнесла она невзначай.       — Гений, самый настоящий. Буду должен, — он расплылся в улыбке и сняв с плеча карликового пушистика, опустил его в вольер у входа к остальным. — Увидимся в пятницу?       — Я не смогу, ужин с родителями, — правда ощущалась на языке неприятно, словно каждая клеточка тела желала согласиться.       — Так бунтарь в семье Дафна, — ухмыльнулся он, оценивающе осмотрев её наряд. Твидовый костюм буквально кричал о её прилежности, и она вспомнила подмигивавшее утром платье с разрезом до бедра. Кто тогда был бы бунтарём? — Тогда однажды.

***

      Вечер пятницы пришёл незаметно. Начиная с возвращения в редакцию утром вторника, Астория не поднимая головы, трудилась над интервью. Выбрасывая всё, что казалось пресным и, подчёркивая моменты, которыми особенно гордилась. Рон Уизли, находившийся под постоянным прицелом Ежедневного Пророка, выставлявшим его бездарным увальнем, на деле был довольно интересным волшебником.       На сегодняшний день он изобрёл практически половину, представленного во «Вредилках» ассортимента. Исчезательная шкатулка, вдохновлённая печально известным в военные годы, артефактом, стала незаменимой для многих волшебников предметом обихода. Большинство из них соединялись с ближайшими аптеками и представляли собой самый быстрый способ получить нужное зелье, не тратя драгоценное время на аппарации.       Он избегал публичных выступлений, доверяя их старшему брату, купавшемуся во внимании общественности, предпочитая вспышкам камер огонь домашнего очага. Даже на снимках он излучал спокойствие, будто говоря, что он и есть стабильность. Настоящим удовольствием, оказалось, разбирать и вторую часть интервью. Джордж Уизли, любимец и мечта многих. Его плакаты печатались и продавались крупными тиражами. После года траура он вышел в свет, Фениксом восстав из горя утраты. Несмотря на его частые появления на первых полосах он был более закрытым, чем представлялся.       Когда последняя строчка сбежала из-под пера, Астория выдохнула, наконец-то довольная полученным результатом. Ей пришлось переписать всё трижды. Первый раз по настоянию Парвати, второй по собственному желанию, и третий для уверенности. Девушка, принявшая у неё свёрток пергамента, лучезарно улыбнулась и сказала ждать правок от редактора в понедельник.       Теперь мне осталось только пережить выходные, не сойдя с ума в ожидании.       Родители ожидали её на ужин к шести вечера, уверенные в том, что весь день она провела в постели, отдыхая после ночной смены в Мунго. Тем не менее, она не могла явиться к матери с плохо уложенными волосами или без намёка на макияж, как бы ей ни хотелось смыть всё и действительно провести оставшийся час, отсыпаясь за последние сутки.       Мать встретила её лёгким поцелуем в щёку и невиданной в последние месяцы воодушевлённостью.       — Дорогая, мы решили провести сегодняшний вечер в моём любимом салоне, — прощебетала она, утягивая дочь в недра поместья. Там их уже ожидал отец, удобно устроившийся в кресле и потягивающий что-то подозрительно похожее на огневиски. — Садись, Далия сейчас подаст ужин. Ты, наверное, голодна.       Что-то не так. Тревога!       Как бы она ни паниковала, вокруг не было никого способного прийти на помощь. Далия всегда оставалась на стороне матери, а Дафна появлялась в поместье последний раз посреди ночи, чтобы забрать свои вещи.       Эльфийка вошла в салон, руководя процессией из блюд, и левитируя перед собой один из проекторов, которых Астория не видела со времён учёбы в школе.       Ничего хорошего меня не ждёт       — Садись, садись, — мать подтолкнула девушку на один из диванов, непривычно обращённых к стене над камином, где раньше висела картина с пейзажем озера или гор.       Разве там был не сад?       В общем, там точно была картина, а сейчас лишь след от неё, на неповреждённом временем и солнцем кусочке обоев.       — Мама? — настороженно позвала Астория, наблюдая, как Далия вытащила из ниоткуда коробку, заполненную прозрачными карточками. — Что происходит?Аааааа, понятно.       На стене, вдруг появилось изображение мужчины, чьё фото младшая Грингасс знала из одной из присланных матерью анкет. Кажется, он работал на министерство.       — Томас Дэвис, полукровка из обеспеченной маггловской семьи, работает в Отделе Международного Сотрудничества. Говорят, его ждёт повышение в следующем году, — затараторила женщина.       — Нет, мама, — девушка постаралась остановить речь, но перед ней появился поднос с печёными овощами, кубок вина и приборы, уже вставленные ей в руки.       —Ладно, тогда Кит Дэвис. Он чистокровный, не очень богат, но весьма перспективен, — спокойно продолжила мать.       — Он же ещё школу не закончил, — простонала Астория.       Стоит признать, отвлечь меня едой низкий ход, но действенный.       — Ты права, — женщина задумчиво постучала по подбородку и махнула рукой эльфу, чтобы тот сменил карточку. — Брайан Мур? Он немного старше, но из очень хорошей семьи. Они даже имеют связь с маггловской королевской династией. Ты ведь так любишь всё маггловское.       Особенно их отношение к свободе воли       — Она за него не выйдет, — прозвучал голос отца. — Это не обсуждается.       — Ладно, — мать пожала плечами и изображение на стене снова сменилось.       Так продолжалось ещё три блюда. Терпение медленно, но верно стачивалось под материнским напором, а её поток «перспективных мужей» казался бесконечным. Ей хватило совести самой пропустить Теодора Нотта без напоминания о его продолжительных отношениях с Джинни Уизли. Лонгботтом так же оказался избавлен от её внимания, стоило упомянуть о Пэнси Паркинсон.       Наконец на стене появился тот, кого Астория точно не ожидала увидеть. Драко Малфой, на чьей вечеринке в честь помолвки она имела честь присутствовать чуть больше недели назад.       — Мам, Драко почти женат, — протянула девушка со своего места, её надежно удерживал на диване вес торта, балансируемого на вздувшемся животе.       — Грязнокровка, всего лишь каприз, — пожала она плечами и повернулась, чтобы начать перечислять его плюсы.       — Ты не можешь так говорить! — воскликнула Гринграсс, поднимаясь. — То время уже прошло, тебе пора принять это и Гермиона исключительная волшебница.       — О Мерлин, перестань вопить. Посмотрим на следующего, — когда на стене появилось изображение Джорджа Уизли, она фыркнула и подняла руку. — С Уизли ты уж точно не свяжешься.       — С меня хватит, — Астория взмахнула палочкой, выключив проектор и отбросив от себя салфетку, защищавшую всё это время её наряд, направилась к выходу. — Тебе пора оглянуться, мама, мир изменился, и я свяжусь с тем, с кем захочу, без твоих дурацких каталогов.       Гринграсс маршировала по коридорам поместья, игнорируя крики возражения, преследовавшие её сзади и неодобрительное бормотание портретов. Когда она наконец-то добралась до камина, волосы искрились от едва сдерживаемой злости, но кончик языка горел решительностью. Войдя в пламя, она приложила все усилия, чтобы переместиться в нужное ей место, не зная ничего кроме имени владельца.

***

      Вечеринка была в самом разгаре, когда камин вспыхнул, оповещая всех о прибытии новой гостьи. Просторная комната, явно увеличенная магией, вмещала в себя, по меньшей мере, сотню людей. Отовсюду слышались смех, звон бокалов и возгласы одобрения.       Быстрый осмотр помещения, позволил Астории увернуться от взгляда Парвати, сидевшей на одном из столов, пока вокруг неё собиралась аудитория. Патил была широко известна своим талантом, рассказывать лучшие истории.       Она легенда и я с удовольствием послушала бы, что она собирается рассказать, но придётся отложить до следующего раза.       Пэнси Паркинсон покачивалась в объятиях Невилла Лонгботтома и момент выглядел до неприличия интимным в своей скромности. Где-то вдалеке мелькнула кудрявая грива и её неизменный платиновый спутник. Тот, ради кого она пришла, всё ещё оставался вне поля её зрения.       Наконец-то, стоило ей обойти круг, избегая редких знакомых, Астория обнаружила его. Джордж Уизли сидел на подлокотнике кресла и внимательно слушал рассказ неизвестной ей девушки.       Ну уж нет       От самого безрассудного решения Гринграсс отделял десяток шагов и дефицит знаменитой гриффидорской смелости( было бы чудно иметь в качестве зелья, например ). Она уже была готова развернуться и отправиться домой, когда Джордж словно получив подсказку, повернулся к ней. Он наклонил голову и осмотрел её с ног до головы. Розовое платье, надетое для семейного ужина, откликалось воспоминанием о прилежности и желании доказать обратное.       Астория ухмыльнулась и направилась вперёд, заставив мужчину вопросительно выгнуть бровь и подняться с раннее занимаемого им места. Это только подогрело решимость Гринграсс, когда она обхватила его шею. Секунда и их губы столкнулись.       В поцелуе сквозило нечто торопливое и отчаянное. Её желание доказать матери свою самостоятельность, возможно, вылилось в худшее в жизни решение. Две крупные ладони опустились, сжимая её талию, комкая ткань и выбивая из головы все сомнения.       Его язык скользнул по её губам и Астория, не сдержавшись, простонала в поцелуй, заставив мужчину отклониться и посмотреть ей в глаза.       Расширившиеся зрачки и учащённое дыхание. Всё указывало на его заинтересованность, но…       Я облажалась       — Салазар, прости, я… — она запнулась и Джордж, воспользовавшись паузой наклонился вниз, целуя её в этот раз с большей уверенностью.