Гнет прошлого

Себастьян подошёл к выходу, держа в одной руке лакированный футляр со скрипкой, а второй открыл дверь. За его спиной появился Густав, грозно сложив руки за спиной. — Не опозорь меня снова, сынок. Мужчина выделил последнее слово с усмешкой отвращения на тонких губах под густыми усами и ушёл, развернувшись на пятках дорогих черных туфлей. Себастьян дрогнул, но не подал вида, а лишь потёр правое запястье, опустив взор и вышел. Ди безотступно следовал за ним и наблюдал. На улице ему стало легче дышать, словно до этого ты задерживал дыхание на время, а сейчас жадно глотаешь прохладный воздух. Он стал понемногу понимать настроение и темп жизни юного Глэма и даже немного сочувствовать ему. Себастьян шел по тротуару и раздражённо пинал маленький камешек. Вдруг, послышался скрип тормозов и яростный сигнал машины. — Извини, чувак. Ди сразу узнал этот голос и повернулся к нему одновременно с преследуемым. Но, в отличие от него, Чес смотрел в глаза «призраку». Ди поднёс указательный палец к губам, тем самым дав понять мальчишке молчать. Тот ответил усмешкой. — Чес, черт возьми, тебя опять чуть не сбила машина! Себастьян в конец пнул камешек и он пролетел через дорогу, скрывшись в кустах. — Чувааак, не было такого. Оба пошли вперёд, сразу переключившись на обсуждение музыки и предстоящей ночи. Ди почему-то облегчённо выдохнул; в голове возникла мысль о том, что раз подошёл Чес, то всё будет хорошо. А впрочем, это же Чес. — О, привет, Ди! Услышав этот голос подросток стиснул кулаки от злости и обернулся. — Хеви, мать твою! — прошипел старший сквозь стиснутые зубы, оттаскивая брата за угол. Не хватало ещё отвлечь и без того рассеянного Чеса. Глэм опять подумает, что он разговаривает со своими галлюцинациями. Фу, помойка. Младший брат шёл неохотно, прижимая к себе огромную рыжую кошку. Из кармана выглядывала пара её котят. — Да я не шёл за тобой, честно! Просто за кошкой погнался и вот, тебя увидел. Смотри какая милая! — Хэви протянул животное Ди. Тот брезгливо отшатнулся и потёр свою переносицу, будто только что снял очки. — Почему ты просто не можешь посидеть на месте? — из голоса старшего прямо-таки лилось раздражение. — Я тут стараюсь спасти наши задницы, а ты вообще нихрена не делаешь, так хоть не мешай! — Эй! Я хочу помочь! — глаза Хэви заблестели от слёз, но он тут же поспешно их вытер. — Ты сам меня вечно не пускаешь никуда, оставляешь одного, игнорируешь! — Да, потому что ты всё портишь! — бросил Ди, не осознавая того, что он уже противоречит сам себе и говорит то что не хочет говорить. Слова потоком вырывались из него сами по себе. — Не испорчу я ничего, блин! Я не маленький уже! Вечно ты командуешь! А ко мне потом все претензии! Достало тебя защищать и терпеть! — дрожащим от обиды голосом выкрикнул Хэви. Кошка спрыгнула с его рук и теперь вертелась рядом. — Бесишь! — Кто бы говорил… — Ди отвернулся и скрестил худые руки на груди. — Малявка… — Сам ты малявка! — Хэви утёр лицо крепко сжатым кулаком. — Я маме расскажу! — Ага. Подожди лет двадцать и расскажешь, может тогда мы попадем домой. Если не помрём тут. — так же холодно отозвался Ди. Гнев уже прошёл, осталась равнодушная, холодная скука. — Да ты…! Да пошёл ты! — всхлипывая, Хэви закрыл рукой лицо, отбегая от брата. Тот с пристальным интересом глянул на него. — Ты меня не любишь! Всегда так было! — Да неужели? — губы Ди исказила кривая, непривычная для него зловещая усмешка. — Как ты догадался? Хэви на секунду задержал изумрудный, полный слёз взгляд на смеющимся лице брата. Встал как вкопанный, но не надолго, и бегом ринулся по дороге, не сознавая, кажется, куда он бежит. На дороге пустого, пустого и безликого для него, Хэви, мира, где нет ни единой близкой души, ни единого знакомого лица, которое улыбнулось бы ему и сказало не бояться. Ди проводил его ухмылкой и огнем в отцовских голубых глазах, таких холодных сейчас, прямо как в его приступы безудержного гнева. Пусть побегает, ничего. Потом вернётся, приползет на коленях. Подождать не сложно. Однако, через несколько секунд, Ди всё-таки встревожился, ведь брата не было видно и слышно. Это на него не похоже. Вдруг, старший брат замер, смотря в сторону красного кирпичного дома, в котором жил их отец. Если он туда забежит?.. Не помня себя, подросток кинулся за братом. А тот будто прочёл его мысли: силуэт с рыжей копной волос быстро сосчитал ногами ступеньки и скрылся за дверью. Той самой дверью. «Вот же…идиот» — подумал Ди, подбегая к дому. Он прошёл сквозь красную кирпичную сцену, по привычке вытянув руки вперёд и инстинктивно зажмурившись. Первым, кого он увидел, открыв глаза, был Хэви, безмолвно застывший у порога, но потом его взгляд невольно скользнул по холодной красивой комнате, по бокам которой были лестницы на второй этаж. Ди невольно обомлел. Посреди комнаты стоял отец. Как? Неужели он успел вернуться так быстро? Он же вышел буквально недавно. Рядом, словно палач, словно смерть, стоял Густав: неизменный, с линейкой в руке и грозным взглядом. — Значит, будешь врать?! Будешь молчать?! Отвечай! — новый, обжигающий и в то же время леденящий душу, словно лёд, удар, обрушился на тонкую протянутую руку Глема. — Прости, отец. — жалобный голос, дрожащий и тихий, еле слышен. Тонкие пальцы подростка уже дрожали от боли, из глаз готовы были политься слёзы. — Мне показалось, что я забыл свой смычок в консерватории и вышел на минуту за ним. Эта безликая оболочка совсем не была похожа на их отца. Где же настоящий Глэм? Глубоко внутри? Он тоже плачет? Тоже просит пощады и оправдывается за сущую мелочь? Где эта жуткая неизменная улыбка? Твёрдый взгляд? Сдержанность в отрицательных эмоциях? Где тот, кто их вырастил? — Ах, тебе показалось? — от нового хлёсткого удара на пол капнули несколько крупиц алой крови. — Значит так. Ещё одна подобная выходка и домой можешь не возвращаться. Ты меня понял, Себастьян? Секундное молчание. — Понял?! — ещё удар, сильнее остальных. — Да, отец. — голос Глэма заметно дрожал, глаза открывались и закрывались, а ноги подкашивались. Ди очень хотелось закрыть глаза, схватить Хэви и выбежать отсюда, но тело словно онемело, тело отказывалось слушаться хозяина. — Вот теперь я тебе верю. Иди в свою комнату. — Густав наконец опустил линейку. Глэм, коротко кивнув, вернув на место задранный рукав, поднялся по длинной деревянной лестнице и скрылся за углом. Ди судорожно вздохнул, даже воздух, сама атмосфера здесь словно стискивала грудь железными обручами. — Пошли. — коротко бросил он, подходя к Хэви и беря его за локоть. — Не стой как пень. Вышли молча. Ди стискивал зубы, держа младшего брата за руку, тот шёл молча, тихо. Отошли за угол, к той же помойке. — Какого черта ты творишь? — слова давались подростку с трудом. Глубочайший шок полоснул его спокойствие чем-то острым. — Ди… Что это было, Ди? Это был папа? Почему ты мне не рассказывал? — Хэви неожиданно расплакался, прижимая руки к лицу. Ясно, что ему было страшно, но у Ди не было желания его утешать. Даже не желания, он не знал как, какими словами и действиями. У его родителей всегда получалось это, но не у него. Надо было найти Чеса и посоветоваться с ним о том, что делать дальше. — Да, это был он. Перестань, реветь, пошли. — блондин взял брата за локоть. Тот дёрнулся, оставшись на месте: — Да заткнись ты! — Мне страшно, Ди. — всхлипывая протянул младший. — Как нам вернуться? Что делать? — Тебе сейчас — заткнуться и идти за мной. — резко ответил блондин. — Ты уже достал ныть! — Ну, Ди! — Хэви дёрнул брата за край кофты. — Мне страшно! — И что мне теперь сделать? Сопли тебе утереть? — раздражённо спросил старший, выдергивая одежду из ладоней брата. Тот и не сопротивлялся, только всхлипывал и пытался остановить поток слёз. — Знаешь, что! — было видно, что Хэви ещё и сам не знает, что. — Справляйся один! Ты меня достал! Сам выбирайся, я без тебя справлюсь! — с этими словами младший развернулся и спокойно, уже не торопясь, пошёл по дороге, утирая рукавами куртки заплаканное лицо. — Хэви, чтоб тебя! — крикнул Ди. Он даже не обернулся. — Хэви! «Ладно, вернётся» — подумал блондин, успокаивая себя, но мозг невольно спросил: «— А вдруг нет?». «— Ну и плевать!» — этой мыслью Ди словно бы защитился от нежеланного и такого редкого чувства. Однако противное подсознание тут же задало новый, такой печальный вопрос: «— А почему тебе всегда наплевать?». А ответа Ди не знал. Действительно, почему? Не осознавая того, подросток сел на корточки, опираясь спиной о разрисованную граффити стену. Почему наплевать? Невольно вспомнился отец. Он не такой как все, да, это и раздражало Ди, но разве сам Ди похож на других? Такой же, как все? Просто ли с ним окружающим? Или чертовски сложно? «— Не знаю» — растерянно подумал парень, обхватывая голову руками. «— А надо бы знать, Ди.» — ответил настойчивый голос в голове. А Хэви? А мама? Что, чёрт возьми, сейчас не так? Надо идти, искать Чеса, что-то делать… «— Нет уж. Посиди и подумай» — снова приказал неясный голос, руководимый каким-то новым чувством: «— Тебе о многом надо подумать.» Ди послушно прикрыл глаза, погружаясь в свои мысли. Что с ним не так? Что надо изменить? «— А может, ничего не надо менять?» — наивно спросил блондин сам себя. Разум тут же ответил: —«Надо, Ди.» Хорошо. Но что, что именно надо изменить? Стать мягче? Нет. Мама же тоже не слишком ласковая, но всё-таки родная. Родная… Может быть, надо научиться видеть, когда стоит быть помягче, а когда нет? Ведь даже если ему, Ди, плохо, она пытается утешить его, хоть он и не принимает эти слова утешения. Может, просто… Любить? Простое слово. А он, Ди, любит? «—Не знаю.» — ответил он сам себе. «Как это «не знаю»?» — возмутилось подсознание. «Ты должен, должен их любить!» Не должен! А впрочем… У него действительно нет права не испытывать ничего. Почему-то вспомнился отец Глэма. Вот его действительно можно не любить. А ему, Ди, за что можно не любить? Наверное, нельзя. Стоп, но раз нельзя, то что? Почему не знает? Знает. Прекрасно знает. Знает получше остальных, потому что это все всегда внутри него. «— Конечно люблю, несомненно.» Ди встал и посмотрел на пасмурное небо: « — Они моя семья, поэтому и любят, и поэтому я люблю их.» Пару капель дождя упало на его лицо. — И где тебя искать, идиот. — Ди засунул руки в карманы и отправился на поиски брата.