Когда котята вырастают..

День был ясный и солнечный, несмотря на то, что погода на улице совсем не тёплая. Люди покинули улицы, начинался рабочий день,и встречались лишь редкие прохожие. Чёрная машина тихо подъезжала к невзрачному зданию агентства. Из неё вышли четверо. Пожилой мужчина хотел было закурить, но рука человека в чёрном плаще остановила его, сделав знак "поспешим" ею же. Первый, и двое его напарников только кивнули, направляясь к двери. Внутри царила идиллия. Почти все люди были на заданиях, кто-то выходной, Куникида печатал наслаждаясь спокойствием и пересвистами птиц, сидящих прямо у его окна, когда пернатые вдруг вспорхнули, улетая прочь. Он поправил очки и оглядел общую комнату. Акико обсуждала что-то с Рампо, заправив выбившуюся прядь волос за ухо и немного наклонившись. Кенджи пересматривал фотографии. Прекратив вслушиваться в их шептание и шелест бумаги, Доппо вдруг осенило, отчего ему был так некомфортно в эту минуту. Здесь слишком тихо. В дверь постучали, и в полной тишине это отразилось от стен, делая звук громче. Секунду спустя дверь была взорвана. Четверо мафиози твёрдо шагнули внутрь. Впереди хмурый парень в чёрном плаще, что к подолу переходил в ленты уже вызванной заранее способности - Рюноске. Плечём к плечу с братом мафиози в маске, мастер незаметных нападений и бесшумных убийств - Гин. По обе стороны от них Тачихара и Хиротсу, способность последнего они уже успели лицезреть, но информации о рыжем мальчишке с пластырем явно не достаточно даже для самого минимума. Детектив напрягся, вновь и скоса бросив взгляд на коллег. Никто из них не пострадал, стоит пока сохранять спокойствие. - какая честь, мафия впервые наносит визит в столь непрезентабельное место, да и в такой ранний час! - Акико лукаво усмехнулась, заводя руку назад, словно в поклоне, желая достать оружие. - вас лишь четверо? Неужели, и у этого босса проблемы с персоналом? - я передам Ему твоё предложение о пополнении. - Рьюро парировал абсолюто спокойно, казалось, ни один мускул на его лице не дрогнул, заместо этого мужчина опёрся о пустующий дверной проём, закуривая. Свою часть миссии он уже выполнил. Девушка фыркнула, уже уверенно хватаясь за рукоять тесака и поднимая, чтобы размахнуться, как следует, но кисть словно обжигает металлом, и она тут же отрывает руку. Нож с отдающимся в ушах звуком падает на пол, но не отскакивает, как полагается, а намертво прилепает к нему. Ошарашенно подняв голову, Йосано замечает, что на полу лежат ножницы, скрепки, очки Рампо, ручка Куникида и много чего ещё, включая.. Дорожный знак? Эх, было бы время думать о нём! Гин недовольно пихает Мичизо в бок - её кинжалы вмиг воспаряет в воздух, позволяя хозяйке забрать их, заботливо возвращая обратно в ножны. - упс! Чутка перестарался! - паренёк невольно чешет голову, но вся его наружность наоборот кричит о том, что он ни капли не жалеет. - поднимаем руки. И вновь воцаряется молчание. Мафиози чего-то ждут, перекрывая входную дверь, детективы же не спешат двигаться со своих мест. Словно сохраняют что-то ценное у себя, и это "ценное" тут же высовывает голову из-за невзрачной дверки. Взгляд двуцветных глаз бегло окидывает помещение. Беспорядок на полу, со скрипом качающуюся, уже готовую упасть, люстру, всех членов агентства, пока Азор не останавливается на том, кого он ждал всё это время, как самую заветную мечту. - Ацуши, ты так побледнел.. До боли знакомые серые глаза смотрели на него с искрой усмешки. Акутагава так и чувствовал, что у парня вот-вот сердце выпрыгнет от волнения, но расслабляться не время. Они могли успеть вызвать подмогу. - неужели думал, что в этот раз я тебя не найду? - что вы собираетесь делать? - Куникида вновь подаёт голос, звуча уже более сердито. Ацуши же чувствует, как задыхается от волнения, как сводит пальцы на руках и ногах, как медленно и боговоленно проходит каждая секунда. Он чувствует каждое колебание вокруг, каждую пылинку, пролетающую мимо. Сердце бьётся от ужаса и восторга. Его ждёт либо смерть за предательство, либо бесконечное счастье с любимым человеком. Кто знает, может быть он и правда вёл себя неподобающим образом, тем более, когда согласился на то, чтобы Дазай-сан стал полноправным его учителем. Но они столько вместе пережили, будет просто жестоко, если всё закончится, не успев начаться. К щекам прилично взявшийся из неоткуда румянец, а на глазах показались первые слёзы. - я здесь только затем, чтобы вернуть то, что моё по праву. - Акутагава тихо прокашлялся, переводя взгляд на светловолосого, и Накаджима мог поклясться, что тот впервые раскрыл руки, словно позволяя себя обнять снова. Как раньше.. - идём, Ацуши, время возвращаться домой! Все взгляды обратились на него, а сам светловолосый вздрогнул, застывая. Люди из агентства смотрели на него сердито, словно говоря, что это - плохая идея. Мафиози же выглядели приветливо и уверенно, Мичизо даже слегка улыбался. Словно ощутив толчок в спину, Ацуши сорвался с места, прижимаясь к Рюноске так крепко, как только мог, и роняя слёзы радости, пока ему на ухо шептали извинения. Нужно было уходить.. Он обернулся на секунду, ловя на себе взгляд Рампо, который едва заметно подмигнул, прежде чем отвернуться. ... Потом он помнил смутно.. В машине они ехали не долго, Акутагава приказал высадить их на побережье в паре кварталов от места, где произошла их первая встреча. Ацуши хотел было спросить, куда они направляются, но.. Его взяли за руку, заставляя густо краснеть. Хорошо, если так, то они могут отправиться хоть на край света! Они шли вдоль берега, сохраняя полное молчание, пока не достигли небольшого пролеска зарослей. Отодвинув ветку перед ним, Рюноске открыл взору парня качели. Их, чёрт возьми, качели! Они стояли, утрамбованные во влажную землю, позволяя им смотреть на море только вдвоём, без посторонних. - ты не появлялся на нашем месте слишком долго. - начал Акутагава своим будничным тоном, смотря куда-то в сторону, - но я всё равно подумал, что.. Возможно это будет хорошим способом сообщить тебе о том, что теперь.. - всё будет, как раньше? - ну почти. И прежде, чем Ацуши успел сообразить, его уже не слишком-то умело целовали, коснувшись рукой щеки и изо всех сил стараясь сохранять серьёзность. Рюноске тоже хотелось расплакаться, он просто был рад, что всё так сложилось. Их первый поцелуй был далеко не идеальным, с прикушенными губами и куда-то невыносимо спешащим, но самым запоминающимся. Утреннее солнце отражалось в воде и слепило глаза, но они сидели каждый на своей качеле, держась за руки и смотрели на воду, изредка что-то произнося, поддерживая таким способом ленивый диалог, пока вдруг Акутагава не заявил случайно: - я люблю тебя. Накаджима залился румянцем, отворачиваясь. Они немного поменялись ролями, раз старший говорит такое первым, но.. Это даже лучше. - и я тебя.. ... Акутагава вернулся с работы пораньше, что для него не свойственно, и вручил Ацуши огромный букет белых лилий. Сегодня тридцатое марта, суббота - день, когда они познакомились. Может быть начинался он не так хорошо, но конец они оба запомнят на всю жизнь. Светловолосый обнимает его за шею, поддаваясь поцелую, а ноги закидывая на чужую талию. Наскоро скинув обувь, Рюноске подхватываео его и несёт в спальню. - от тебя пахнет вином.. - Накаджима быстро оказывается на кровати, тянясь к следующему поцелую, пока непослушными от алкоголя пальцами он расстёгивал пуговицы на рубашке. - всего один бокал, я ждал тебя слишком долго! Акутагава только усмехается, сбрасывая с себя верхнюю одежду и наклоняясь, чтобы поцеловать любимого. Ему ничего не стоит помочь избавиться от лишних предметов гардероба, чтобы всласть оценить снова часто вздымающуюся грудь и уже не так заметно впалый живот, прикоснуться к бокам и припасть языком к шее молочно-белого цвета. Оставляя багровые пятна по всему телу, Акутагава постепенно вводил первый палец, щедро смазанный лубрикантом, от чего почувствовал, как Ацуши вздрагивает, тихо мыча. - говори сразу, если что не так, помнишь? - получив лёгкий кивок в ответ, он продолжил растяжку. Это не первый их опыт, но каждый раз Рюноске приходится убеждать себя в том, что он не делает ничего плохого. Его парень уже взрослый, а двадцать шесть лет можно вполне точно осознавать то, что нравится и не позволять лишнего, хотя от этого никогда ещё не было легче. Вытащив пальцы, он снова поинтересовался, готов ли Ацуши, медленно толкаясь и входя только на треть, что уже заставило того стонать. Руки оглаживали тело Накаджимы, задевая бусинки сосков и выбивая из его рта сладостные звуки, пока Акутагава начал медленно двигаться, постепенно наращивая темп и позволяя парню толчками утопать в собственных постанываниях, прося ещё и ещё. Разумеется, он это получал. Когда он поменял угол, Ацуши стал громче, чувствуя быстрые толчки прямо по простате, отчего тело покрывалось дрожью, заставляет его выгибаться дугой. Спустя несколько минут он кончил, а за ним излился и Рюноске, входя до упора с утробным стоном, после опираясь лбом парню у ключиц, пытаясь отдышаться. - теперь в душ, и нужно бы поужинать.. Переведя дыхание, он наклонился к полу, подцепляя их одежду, решив, что рубашек и боксеров вполне достаточно, а следом беря на руки и Ацуши, позволяя себя поцеловать. - Рю, люблю тебя.. - и я тебя люблю. Когда котята выростают, они превращаются в элегантных, но свирепых тигров. И только настоящей любовью можно приручить рычащего зверя в любимом. Акутагава выучил этот урок наизусть.