СОБОР. КНИГА III. ☨ СОТВОРИ ГОСПОДА НА КОСТЯХ ☨

— Вы обжились? — Ты специально не сказал о кладбище? — Вы бы не поняли. Энтони лучше выглядел, по крайней мере, засохшей крови нет на висках. Щетина превращалась в бороду, волосы на голове стали гуще. И всё же он привлекательный. — Сколько домов построено? — Все. — Полностью?! — Ты недооцениваешь Калеба. Каждая семья обзавелась собственным домом. Каждая семья жила и спала под крышей. Остались отделочные работы: внешний и внутренний вид жилищ, черепица на крышах и самое страшное для Калеба — печи. — Значит, за всем стоит Калеб? — Для него это важнее всего. Он и тебе построил дом. — Не мне, а Кейти с Камиллой. Не хочу слушать о его жене и дочери. И так тошнит от них. — Ты подготовил следующие указания? Энтони достал два сложенных листка из нагрудного кармана куртки: — Церковь. Место оставили? — Как ты и просил. — Церковь, как в Капелле Ману, только второй этаж будет больше. Мне нужно, чтобы там были комнаты. Первый этаж для прихожан… — А второй? — не поняла я. — Для смертных, — Энтони показал рисунок будущей церкви. — Никаких стёкол на окнах, их место займут разноцветные витражи. — Зачем? — Я так хочу. Я отметила для себя на рисунке крест, но это не самое страшное: — Лотарингский крест? — Перевёрнутый. Теперь это наш символ. — Я… а-а-а… Энтони, я ничего не понимаю. — У нас новая вера, Аврора, новый символ и новая религия. — А Иисус? — Его не существует. Энтони потерял веру в Господа. Значит, я не ошиблась. — Новое Божество? — я указала на фигуру под крышей. — Прочитаешь записи, — Энтони достал из кармана ещё два листка. — Я не буду тебе объяснять одно и то же по сто раз. Передашь остальным мои указания. Занимайтесь тем, чем и занимались. Благоустраивайте территорию. Калеб поймёт, что делать с церковью. — Нам нужны особые материалы, деньги, вещи и продукты. Люди говорят об Овересте. Что скажешь? — Одобряю. Прозвенел звонок, означающий конец свидания. — Капеллы Ману больше нет. — Что ты имеешь в виду? — Её сожгли десять дней назад. Энтони никак не прокомментировал известие, всего лишь сощурил взгляд: — Прости, мне нужно работать. Я несколько раз перечитала одну из записок, пока ехала на автобусе до Спрингвейла. Оскар меня не сопровождал, что несказанно радовало. Я так давно не выбиралась на дальние расстояния, что с непривычки устала как собака. — О-о, а вот и Аврорка! Я помахала Калебу и рухнула на траву. — Устала? — Чё-то вообще кошмар какой-то. — Я говорил Брутусу и Лоуренсу, что нам нужна машина. Нам позарез необходим транспорт, — Калеб сделала из ладоней трубу. — Идите сюда! Все! Идите сюда! Присцилла перестала обрабатывать лосиную шкуру. Лоуренс и Брутус прервали работу над баней. Альфи шёл с Геллой на руках. Мариус с Нерой и Фронто пололи огород Тауншендов. Жанин с Хани собирали хлопок в мешок. Пьео и Стефани возвращались с пшеничного поля. Леона и Георг купались с Кейти и Камиллой в ручье возле мастерской. Оскар с Ланой ощипывали перепёлок. — Так, все в сборе? — Калеб сел в центре на траву, его окружили собравшиеся. — Дай-ка мне, Аврорка, записульки Энтони, — я передала ему листок. — Это чё такое у нас? Церковь, что ли? Хера он рисовальщик! — Энтони сказал, что церковь можно закладывать не спеша в зависимости от нашей занятости и материалов. Главное пожелание преподобного — витражи вместо стёкол. — Витражи? А где мы их найдём? — Финч почесал затылок. — Они же уйму денег стоят! Не факт, что в Овересте их можно купить. — Можно походить по посёлку, поспрашивать, — предложил Лоуренс. — Погодите, я вроде в очках с толстыми линзами, но мне кажется, или крест на церкви какой-то другой? — Похож на лотарингский, — неуверенно произнесла Лана, — только перевёрнутый. — Это хорошо или плохо? Я — доктор и в религии не особо разбираюсь. — Крестов существует достаточное количество, мы привыкли к Иисусову распятию, — Георг залез на спину дяди. — Да, просто космос, — Калеб почесал бороду. — Угу, — согласился Лоуренс. — И что это за хуйня такая? — средний палец с золотым перстнем стукнул по Божеству на торце церкви. — Энтони создаёт новую веру, а вместе с ней и Библию, — я вертела в руках записку. — Мы свободны. Никто для нас не указ. Мы живём, пока мы дышим. Никто не заберёт у нас жизнь. Мы существуем на костях, ибо мёртвые нас защищают. Тот, кто ступит на нашу землю, не переживёт погоню. Да польётся кровавый дождь, да начнётся жатва. Мы под покровительством Лоррейны, — я передала Калебу рисунок с Богиней. — Это Собор. Я выучила третью записку, пока ехала в автобусе, и только сейчас, произнеся слова вслух, поняла их значение. — Собор, Лоррейна, — перечислял Пьео, — новая вера, новая Библия… Мы же не сатанисты? Калеб рассматривал Лоррейну: худая высокая статуя в чёрном платье. Она похожа на меня. Лицо скрыто вуалью. И всё же это не я. У женщины в чёрном платье огромные белые крылья. — Это не антихрист и не дьявол, — Безу прижал к груди Георга, — это ангел смерти. Калеб предложил нам собраться втроём, как Святой Троице, и поговорить начистоту. — Он обезумел? — Не знаю, Калеб, но он изменился. Ты же понимаешь, что многое в нём стало другим. — Аврорка, я сужу непосредственно по передачкам. Я его полгода не видел. — Он отрицает Иисуса. — Блять! — Калеб сплюнул на траву. — Его сломили. Его веру сломили. — Сломить — это одно, Калеб, — Альфи снял очки и потёр переносицу. — Здесь другое. Он осознаёт, что делает, что придумывает. Энтони целенаправленно создаёт нечто. И у этого нечто появилось название — Собор. — Я думал, это будет обыкновенная община, как Капелла, но теперь и думать не хочу. Сначала кладбище, потом кости, затем чудик, который привёз телеги и не заметил нас. А теперь… Какая-то к чёрту жатва, какой-то кровавый дождь! Что это такое, блять?! Ребят, я жить нормально хочу, а не вот это вот всё! — Складывается впечатление, что Энтони… — Альфи подбирал слова, — выстраивает противовес Спрингвейлу. — Он хочет отомстить? — догадался Калеб. — Это разумное объяснение, как бы всё странно ни выглядело. Калеб, Энтони очень доволен тобой. Он удивился и порадовался, когда я сказала ему, что твоими усилиями община практически полностью отстроена. — За два месяца мы под руководством Калеба отстроили деревню! Ха! Да мы с вами опережаем мысли Энтони! Может, Альфи прав, и мы действительно всё делали слишком быстро, и Энтони не успевал за нами? — Фейхоа, а как иначе? Осенью ты не сможешь работать, как летом — дожди не дадут. — Кровавый дождь, — сказала я. — Мы же видели тут дожди, ничего особенного. Откуда возьмётся кровавый? — Не откуда, — поправил Альфи, — а кто его принесёт. Энтони принесёт в Собор кровавый дождь? Лоррейна? — Он одобрил Оверест? — Да. — Заебися! — Калеб потряс сжатыми кулаками. — Значит, у нас будут деньги. У Циллы есть запасы шкур, а Брутус разделает зверей. — И как ты пешком допрёшь сырое мясо? Оно протухнет по дороге! Я предлагаю продать сушёные растения. Здесь их много, много целебных. Народные средства всегда хороши, это я тебе, как доктор, говорю, Калеб. — Тогда готовимся к Овересту по максимуму. Нам нужны деньги, семена, материалы. Чёртова машина! Окошки, бляха-муха, как бы тоже надо поставить домой! — Да, а то ты заколебал светить голой задницей. — Эй, Фейхоа, я переодеваюсь! К тому же дома могу ходить в чём мать меня родила. Ладно, пошёл я строить баню, — Калеб коснулся наших с Альфи плеч. — Давайте договоримся, что подобного рода дела будем обсуждать втроём? Именно для этого Энтони и оставил нас за главных. Мы ничего не скрываем от других, просто есть вещи, о которых остальным лучше не знать. Мы с Альфи кивнули. Калеб пошёл к связывающему брёвна Джерому. — С лекарствами нет проблем, Альфи? У тебя не закончились медикаменты для моего отца? — На поле и в лесу полно растений и цветов, многие я вижу впервые в жизни. Не беспокойся, Аврора, конопля снижает фантомные боли Тита. Главное, чтобы конопля не снимала твои душевные боли, Альфред Фейхтвангер. Собору нужен доктор, а не наркоман.