Время вспять.

Первое мгновение утра, когда ты открываешь глаза, твой организм приводит в действие все системы, отчитываясь достаточным ли был отдых для восстановления потраченных сил. И нет. Сна было чертовски мало. Разве они могли сейчас оторваться друг от друга? Рваные поцелуи, громкие стоны, царапающие спину ногти, до крови прокусанные губы. В коридоре у стены, не дойдя до ванной комнаты… когда Дазай впервые на всю квартиру вскрикнул “ЧУУЯ”, пока оргазм обездвиживал его тело. В душевой кабине, когда Осаму прижимался сзади, дыша во влажную шею, жарко, пока придерживал одну ногу Чуи приподнятой в черт знает какой позе. Когда Чуя изливался прямо на запотевшее стекло кабины, а Дазай был внутри него. И это было до слез охуенно. Открывая глаза, Чуя чувствует как его нос щекочут волнистые волосы затылка Осаму. И он не мог сдержать улыбку. Непроизвольно обнимая крепче, прижимаясь сильнее, он вдохнул полной грудью эфемерный аромат шампуня. Брюнет в его объятиях кажется дернул ногой во сне, но так и не проснулся. Насколько быстро меняются привычки и меняются ли они? На каждое утро у Накахары были свои установленные годами ритуалы. Никогда не умевший валяться в кровати ― сейчас ему не хотелось идти никуда. И идти некуда. Не совсем правда, он задолжал ‘Троссу встречу на выходных. Но сейчас, будучи уверенным, что телефон его разряжен. Он берет паузу от всего. Можно встать на рельсы и потом, он пойдет на сделку с совестью. Ради Осаму. Так интересно. Хотя тело еще побаливало от секс-марафона длиною в ночь и предрассветные часы. Но все о чем мог думать Чуя сейчас ― сложились ли пазлы сами по себе? И “судьба” решила, что они достаточно пережили и заслужили /наконец/ встретиться? Да, с момента окончания университета он прошел подготовку практически военную, а может и жестче чем в армии, зная методы Поля. Поль не глуп. И он знал, что Чуя едет в Японию с определенной целью. Нет, это не сон. Они вместе. И вот Дазай прижимался спиною в чужую грудь, мерно посапывая. Чуя не был уверен, не предаст ли его его голос. Но попробовать стоило. Поэтому сильнее зарываясь носом в мягкие локоны, он прошептал. Шептал как молитву. Слова которые шли из задворков разума. ― Ты пахнешь как любовь, Осаму… а еще… ты — сумасшествие с первого взгляда знаешь, ты пахнешь шоколадом, пахнешь как цветы ты пахнешь как мечты воплощаемые с нуля пахнешь как желание, чистое животное желание… но ты пахнешь на шестнадцать, ты как первое свидание ты пахнешь так, что ты пьянишь, ― последнее предложение уже утонуло в тишине комнаты, от того, что Чуя сам не верил, что произнес все это. Но ему казалось, это не момент чтобы сдерживаться. А Осаму так же спал. И Чуя подумал, что важно произносить слова, когда они на кончике языка. А не когда момент упущен. Не слишком ли много и так было упущено? Ведь он, несмотря на проведенные вчера разговоры. Совсем не знает. Что Осаму любит? Еда… крабы?! Цвет?! Судя по всему… черный это его. Но машина ярко-синяя. Как и глаза Накахары… Что он делает в свободное время? Есть ли оно у него? Он действительно /так/ любит виски? Кто его друзья? Акико точно одна из них. И… спасибо ей, реально. Чуя не будет лгать, таких проницательных девушек как Йосано, он еще не встречал. ― Слишком громко думаешь, Чиби, ― Осаму просыпаясь сразу же оборачивается назад, чтобы встретиться нос к носу с уже нахмурившим брови Чуей. Дазай был растрепанный, сонный и чертовски милый, смотря полуприкрытыми глазами. ― Доброе утро, ‘Саму, ― Чуя все же не может долго хмуриться, когда на него смотрят так, поэтому оставляет легкий поцелуй на носике Дазая. ― Но честно говоря, я сомневаюсь, утро ли сейчас. ― Не имеет значения, Чиби, ― улыбаясь, брюнет переваливается всем телом на Накахару, накрывая его своим весом, и смотря прямо в глаза, ― я хочу тебя. И это прозвучало как угроза. но Чуя не сдержал легкой улыбки. ― И я тебя, малыш ― Значит, нас ничего не останавливает Сокращая расстояние, Дазай игриво проводит кончиком языка по губам напротив, прежде чем нагло их раздвинуть и проникнуть внутрь. Чуя сильно притягивает его на себя держа руку на шее. И это просто новая реальность, когда они сливаются в одно целое, снова и снова, словно крича целому свету: Вы не разделите нас! Когда спустя час они каким-то чудом, иначе не сказать, выбираются из ванной, Чуя просушивает волосы полотенцем, а Дазай проходит в гостиную что-то напевая себе под нос. Что ж, да, и гостиная не осталась в стороне от вчерашнего “наваждения”. На ковре в центре комнаты угрюмо валялись коробки из китайского ресторана. Когда они в какой-то момент ночью все же решили поесть, на что Дазай отвечал “я только что поел” довольно прикрывая глаза и облизывая губы, а Чуя ухмылялся, но все же закатывал глаза. Но удалось уговорить Осаму, что если они и дальше /так/ продолжат, то стонать будет не Чуя, а его желудок. Кофе в этой квартире просто не существовало, поэтому Дазай наливал два стакана воды, пока Чуя все же проходился по комнате тут там собирая мусор. ― Поехали, позавтракаем, ― выдал Накахара, расправившись с коробками, деревянными палочками, бумажными пакетами из ресторана и так далее. Ответа не последовало, поэтому Чуя повернул голову на уже сидящего на диване брюнета, кто проверял непонятно откуда взявшийся телефон. ― Земля вызывает Дазая! Не говори что смотришь отчет по вчерашнему тиражу, ― Чуя скрещивает руки на груди, опираясь на кухонный остров. ― Что, так хреново? Дазай что-то хмыкнул, игнорируя вопрос, но все-же заблокировав отложил телефон рядом с собой. ― Не хочу ни-ку-да, ― и ничего уже не мешало ему поджать губы и смотреть совсем печально. ― Окей, тогда я съезжу за кофе и за завтраком, ― Чуя задумался на несколько секунд, прежде чем продолжить, ― и мне уже абсолютно ТОЧНО нужно в общагу. А ты отдыхай, я быстро. На что Дазай резко выпрямляется, подходя к рыжему вплотную и смотря сверху вниз. ― Я с тобой, Чиби У Дазая отняло минут тридцать чтобы перебинтоваться и иметь возможность надеть рубашку с коротким рукавом. Заряжая телефон и ожидая пока его парень будет готов, Чуя же также вытащил первую попавшуюся в большом шкафу спальни футболку. Ибо ходить в той же одежде третьи сутки он не мог. Пока они спускались на парковку, Чуя прокручивал брелок на указательном пальце, когда Дазай вдруг подал голос. ― Давай я поведу сегодня Чуя мог лишь ответить ухмылкой на ухмылку. ― Конечно, это же твоя машина, ― он протянул ключ на открытой ладони. При любом раскладе, Дазай водил машину нормально. Он был сосредоточен, периодически вспоминал про боковые зеркала. Он водил быстро, но до Накахары ему конечно было далеко. Чуя же в какой-то момент оторвал взгляд от водителя, мысленно кивнув себе, что когда Поль переправит его машину, они будут ездить только на ней. К слову, когда Чуя начал бежать по непрочитанным сообщениям, он увидел, что Поль звонил. Кхм. значит вернулся с миссии. Что за недельные миссии вообще? Давно таких не было. Он сразу же набирает опекуна, когда вдруг понимает, что… ― Поставь на громкую, ― отзывается справа Дазай. А почему бы и…да? ― Привет, Чуя, как ты? ― Привет, Поль, нормально. Хорошо, вообще-то ― Я рад, как статья В этот момент Чуя и Дазай встречаются взглядами, но брюнет снова переводит свой на шоссе, ловя съезд к порту. ― Опубликована. Но в среду у меня интервью в Yokohama Seaside. ― Я так понимаю, что-то произошло? ― Ты и представить себе не можешь, ― спокойно произносит Дазай, пробираясь по улицам граничащим с портовыми ангарами. И хотя Чуя должен был наверноо….?... Закатать глаза, цокнуть языком или толкнуть брюнета в плечо, он лишь так искренне рассмеялся, что у него выступили слезинки на глазах. ― Произошло, Поль, ― наконец говорит он, когда они свернули на знакомую улицу. ― Я не сужу тебя, Верлен-сан. Ну разве что, совсем чуть-чуть, ― Дазай подмигивает Чуе, и они оба понимают, что нужно еще совсем немножечко, чтобы отпустить прошлое. ― Привет, Дазай-кун. ― Поль, можно мы созвонимся… завтра? ― Конечно, на связи. Берегите себя, мальчики Машина остановилась у крыльца в общагу, когда Дазай отстегнув свой ремень дал понять, что намерен идти вместе с Чуей, ну как бы и ладно. При любом раскладе, все это здание принадлежит ему. И может делать вообще все, что ему хочется. Возможно… ему принадлежит и вся эта улица. Чуя, открывая шкаф, выуживал оттуда одежду, сваливая ее в чемодан, ибо пусть Дазай и не предложил ему официально жить вместе. Чуе все равно через два дня отсюда надо съезжать. А предоставляет ли другое издание жилье для сотрудников, Чуя знать не мог, потому что… ну у него не было и минуты, чтобы изучить этот вопрос. Дазай стоял облокотившись на дверной косяк, слегка улыбаясь следя за движениями Чиби, кто что-то хмыкнув закрыл чемодан и отправился в ванную, чтобы забрать разложенные там мелочи. Чуя сгреб электрическую щетку и расческу, когда до него донеслись голоса. Схватив косметичку, он выходит в комнату и наблюдает, как Дазай болтает со стоящей на пороге Акико. Та заметив взгляд синих глаз, довольно улыбнулась. ― Привет, рыжик, ― девушка подмигнула. Судя по всему она на свидание или с него, на ней было красивое лазурное платье, а в руках красивый букет белых лилий. ― Привет и тебе, ― Чуя обошел кровать, чтобы проверить тумбочку. Кажется, ничего не забыто. Пока он вспоминал, оставил ли он что-то на общей кухне, Дазай пройдя в комнату взял за ручку непомерных размеров чемодан, куда было уложено двадцать шесть лет жизни Накахары минус его авто. Йосано водила взгляд с одного парня на другого, пока они оба не подошли к дверному проему. ― А это, Акико, ― Дазай в этот момент приобнимает Чую за плечи, ― мой Чууя. На что Чуя хрипло рассмеялся, пока Дазай целовал его в макушку. ― Да, я помню, ― глаза девушки искрились, ― “Второе CV фальшивка скатанная из интернета по образцу. Но уже похер”, ― надо отдать должное ее таланту имитации главного редактора. Пока Чуя кинул вопросительный взгляд на Дазая смотрящего так же на него, но с улыбкой, Акико сделала шаг им навстречу, обнимая сразу двоих парней. ― Ох, мальчики, ― прошептала она где-то над плечом Чуи, кто подняв руку, приобнял ее в ответ. ― Спасибо, Акико

***

Чуя погрузил чемодан в багажник, сверху же бросая и большую косметичку из ванной. ― Пройдемся? ― Поедим сегодня, или прием пищи для Дазая Осаму вещь второсортная? ― Только кое-куда зайдем сначала? Чуе осталось закатать глаза, сексом сыт не будешь, как раз наоборот, Накахара был готов поглотить слона. Но кто он, чтобы отказывать Осаму? Когда они держась за руки подходили ко входу в редакцию, Дазай рассказывал какую-то крайне увлекательную историю из одного из выпусков, что он издал, и Чуя, вспомнив как во второй день перечитывал все “это”, передернул плечами. Заходя внутрь здания, Дазай вынув ключи открыл металлическую дверь справа от лестницы на верхние этажи. Все тот же длинный коридор, Чуя усмехнулся. Что, секреты мафии раскрываются? Помещение типографии простиралось на весь этаж, но офисные печатные станки были только в первом ряду. Их даже было не так много. Флуоресцентные лампы мигали холодным светом. Освещая плотно замотанные паллеты расположенные почти по всему периметру позади печатных станков. Чуя осмотрелся, ну и что тут такого. Боже, ну и любят же мафиози драму, он закатил глаза, когда подойдя и обняв его со спины, Дазай уткнулся носом в его отросшую прядку спадающую к плечу. Чуя резко развернулся, чтобы заглянуть парню в глаза. ― Что такое, Осаму? Пока Дазай прижимал Чиби за спину, смотря прямо в глубину синих глаз, он кажется подбирал слова. Но они так не нашлись. Поэтому он лишь нагнувшись, осторожно провел ладонью по щеке Чуи, прежде чем притянуть его к себе за шею, и когда их губы сомкнулись, он немедля протолкнул язык внутрь, заставляя Чую ухмыльнуться в поцелуй. Пока их языки нежно переплетались, так осторожно, но так же и страстно, Дазай опустил руки парню на ягодицы, не удержавшись от того, чтобы их сильно сжать, и затем он подхватил его под ноги, поднимая. Это было страстно окей? Но Чуя все равно разорвал поцелуй, опуская руки Дазаю на плечи. ― Тебе не тяжело, милый? ― шепчет он, пока они соприкасаются лбами, а Дазай делает уверенные шаги до ближайшего недогруженного паллета, сажая Чую сверху, сразу нагибаясь так, чтобы тот улегся на спину. Брюнет лишь ухмыльнулся. ― Тише, Чиби ― Попахивает кинком ― Он самый, ― Дазай наклоняясь начинает посасывать нежную кожу шеи Чуи, предлагая тому помолчать. А тот уже и так начал тонуть в ощущениях, которые ему дарит влажный язык, рисующий узоры на его коже и пробирающийся ниже к ключицам. Дазай отстраняется лишь чтобы задернуть футболку Чуи и затем оставить множество поцелуев на каждом доступном сантиметрике натренированного тела. Чуя чувствовал, что в джинсах уже крайне тесно, а Дазай продолжал водить руками по его бокам, оставляя красные засосы выше пупка. Мурашки без остановки бежали по коже Накахары, и он запустил обе руки в волнистые волосы Осаму, слегка их оттягивая. Сигнал принят. Дазай принялся расстегивать свои брюки, затем и джинсы Чуи, прежде чем вытащить из кармана тюбик смазки. Предусмотрительно. И удобно, не поспоришь. Снова опускаясь чтобы оставить нежный поцелуй на губах, одной рукой Дазай заправил торчащую прядь Чуе за ухо. На что рыжий ухмыльнулся, сам приподняв бедра стягивая с себя джинсы. Нежный секс, грубый секс, медленный, быстрый ― имея столько времени перед ними, они за последние сутки и так умудрились перепробовать почти все, сходясь на том, что по ситуации и настрою каждый из них любит быть сверху/снизу. И если сейчас Дазаю нужно установить свое присутствие, Чуя совсем не против того, чтобы почувствовать этот прекрасный член в своей заднице. Поэтому когда с джинсами было покончено, он притянул Дазай на себя за ворот рубашки, утягивая в поцелуй, попеременно опускаясь руками к кромкам боксеров того, и проникая под эластичной резинкой. Дазай был уже определенно готов и замечательно тверд, но это не мешало Чуе сделать несколько широких движений вверх вниз, от чего Дазай стонет в поцелуй. Хватка у Чуи крепкая, и это охуенно. Когда ресницы Дазая начали трепетать от всех этих ощущений, он отстраняется, запрокидывая голову кверху и шумно выдыхая. ― Ч..чии-бби…….. И черт Чуе нравится наблюдать, как его парень возбужден настолько, что становится покладистым в его руках. Поэтому смыкая руку еще чуть крепче и чувствуя подушечкой большого пальца, как на кончике головки появились первые капли предэякулята, на лице Чуи появляется довольный оскал, притягивая тонущего в моменте Дазая ближе к себе, он шепчет прямо в ухо. ― Трахни меня, Дазай И эта фраза бьет как разряд тока, брюнет резко распахнув глаза, одной рукой приспускает свое белье и пока он выливает себе на ладонь достаточно смазки, Чуя с нежеланием выпуская из хватки пульсирующую плоть, ложится на паллету, ставя на нее же ноги согнутые в коленях. Что ж, он должен быть до сих пор хорошо растянут, но Дазай прикусывая губу, все же вводит два пальцах, прокручивая их. Растяжение присутствует, и как бы… не мудрено, поэтому вынимая пальцы, он смотрит, как Чуя уже ерзает перед ним в нетерпении, и лучше не давать ему долго ждать, а то Накахара сменит их позу за меньше минуты. Толкаясь сперва головкой, благодаря идеальному скольжению, Дазай проникает на всю длину, Чуя вздыхает, потому что бля пусть несколько часов назад они и потрахались, это не то ощущение, от которого он бы мог отказаться. Оперевшись на прямых руках по обе стороны от Чуи, Дазай начинает набирать темп, отводя бедра назад, затем проникая на всю длину вновь, Чуя кусает губу, больно впиваясь ногтями в бинты на предплечьях Осаму, и это заземляет, поверьте. Дазай послушно ускоряется, тут и без слов понятно, нужно больше. Наклоняясь телом ниже, чтобы лучше попадать головкой по простате, брюнет чувствует, что долго не протянет. Хоть и растянутый, Чуя очень очень узкий, и его сжимающиеся на члене мышцы срывают Дазаю крышу. Настолько, что ему кажется в такие моменты, что и не нужна была ему никакая терапия… Вот, что ему нужно было. ― Мм…..ма….ллыш….. ― срывается с пересохших губ, когда Чуя падает в объятие очередного за сутки оргазма. ― …Дд…да…. Ччии…. У Дазая потемнело перед глазами, потому что пульсация Чуи на нем, он клянется, блять лучшее, что с ним вообще случалось, поэтому резко ударяясь в ягодицы он еще раз входит на полную длину, замирая. Чувствуя, как освобождение онемением бегает по всем клеточкам тела, пока он заполняет пространство внутри Чуи. Они оба дышали рвано. Дазай был первым, на чьем лице появилась довольная улыбка. Чуя подняв руки запустил их себе в волосы, прочесывая, приходя в себя. Дазай же не хотел выходить, и вот теперь начинаются уговоры. ― Во-первых, ― Чуя думал, теперь в общагу вернуться мыться что ли, боже что за кайфолом, ― приглашаю тебя в один классный рестик, ― это звучало как бред сумасшедшего, но он ни черта не ел с ночи окей, ― там стейки средней прожарки обалденные. ― Ты думаешь о чем-то, кроме еды, Чиби? ― пока Дазай это говорил, он все еще слегка водил бедрами вперед назад, так, играя, пока эрекция спадает постепенно. ― О тебе думаю, придурок, ― легко рассмеялся Чуя, чувствуя как сверхстимуляция еще играет иголочками в подушечках пальцев. Поэтому он ставит одну ногу Дазаю на грудь и ухмыляясь давит, заставляя того выйти. Теперь, когда он может присесть, спустить футболку на месиво на своем животе, похер с футболкой уже точно покончено, периферическое зрение все же ему маякнуло обернуться. Поэтому оборачивая голову в бок, он замечает, что с паллета, который был под ним, из под слоев и слоев стрейч-пленки на него смотрит…писатель, переводчик и филосов Фукудзава Юкити с купюры в десять тысяч йен. ― Хах!?!?!

*Четыре года спустя*

Хмуря брови, но наконец дождавшись когда двери лифта раскроются, Чуя, уверенными и широкими шагами измеряя длиннейший коридор, спешит разобраться с оставшимися на сегодня делами, чтобы просто уже отдохнуть. Как и заслуживает. Черный плащ развивается за его спиной, от того как мужчина спешит. Когда он открывает дверь в кабинет, его взору предстает Дазай, стоящий в глубине комнаты скрестив руки на груди. На нем были светлые кремовые облегающие брюки и небесно голубая рубашка с короткими руками. Чертовски красив, еще и прядку за ухо заправил, что заставляет Накахару выдохнуть накопившееся напряжение. ― Осаму…, ― начал было говорить он, когда его высокое кожаное кресло, до этого обернутое к стене, резко поворачивается и на весь кабинет раздается звонкое: ― Папа!!!! Мелкая девчушка в длинном платьице такого же небесно голубого цвета спрыгнув с кресла уже несется через всю комнату к привставшему на одно колено Чуе. ― Привет, принцесса, ― Чуя приобнимает девочку одной рукой, другой стягивая перчатки, чтобы иметь возможность погладить дочь по темным волнистым волосам, струящимся до плеч, пока она обеими руками крепко обнимает его за шею. ― Вот это визит, ― Чуя не может сдержать улыбки, не то, что он и малышка не наведываются периодически к Дазаю на работу, но тот предпочитает как бы и не напрягать себя работой усиленно. Убедившись, что отец получил долю обнимашек, девочка чуть отстраняется, направляя взгляд синих глаз в синие глаза напротив. Когда Чуя, кто в такие моменты был самым счастливым, поджимает губы. ― Ты чем измазалась… Дорогая, не говори, что дядя Рампо опять тебя баловал? Вставая с колена, он достает из заднего кармана сложенный белый платок, чтобы нагнувшись осторожно провести им по нежной щеке девочки. ― Рампо-сан ― душка! ― пролепетала девчушка поморщившись от прикосновения платка. “Да уж, точно. самый что ни на есть”, ― подумалось Чуе. ― Но ты не завидуй, пап, ― схватив его за руку, девочка потащила его туда, где стоял Дазай, с улыбкой наблюдавший за этой картиной. Обходя его, девочка тащит Чую ближе к его столу, весело и со всей силой открывая первый выдвижной ящик массивного стола. ― Вот, смотри! Заглядывая внутрь и надеясь, что там не затесался один из его ножей, Накахара вскидывает брови и оборачивается на Дазая. ― У тебя тоже есть шоколадка, пап! Девочка с искрящимся взглядом синих глаз дергает отца за рукав пиджака, пока Дазай лишь расплывается в своей самой очаровательной улыбке. ― С годовщиной, любовь